||Chapter 10||

Аделаида Мю́рай

Поверить не могу. Сижу уже около двух часов на этой дурацкой ступеньке у дома, в ожидании чокнутого папаши. Даже не верится. Все накопления, все мои силы были попросту исчерпаны. Я не знаю, что делать, не знаю, как быть дальше. Мне больше всего хотелось увидеть улыбку моей матери. Не удивлюсь, если отец решится продать меня в каком-нибудь переулке за какие-то копейки.

И вот слышу тихие шаги, шуршание пакета, в котором лишь стук бутылок. Скрип калитки и звуки прекращаются. Поднимаю глаза. Даже не хочется видеть эту наглую морду, но желание прикончить его этой банкой с каждой минутой растёт всё больше и больше.

— Ты почему здесь? — уж лучше бы ты молчал, — чего? — Кривлю лицо в непонятной гримасе, от доходящего до моего носа запаха.

— Где деньги? — кидаю банку из под кофе ему в ноги. Он лишь пинает её и посмеивается.

В следующую секунду трясёт пакетом в руках, слегка наклоняя голову, — заходи в дом, нечего здесь сидеть, — он проходит мимо меня, поднимаясь по ступенькам. Гнев пылает в жилках, да так, что не остаётся сил сдерживать все свои эмоции.

— Какой же ты мудак. Уж лучше бы ты сдох в тот день, когда тебя нашла моя мать...

— Повтори, что ты только что сказала, — в его голосе не слышу и капли трезвости, а вместе с тем ещё и холод пробегает по телу. Встаю в полный рост и поворачиваюсь к нему лицом, смотря на эти нахмуренные брови и искажённую гримасу на лице.

— Да лучше бы тебя подстрелили, такого кретина. Я жалею о том дне, когда она привела тебя в дом.— Ты же ничего и никого не видишь кроме бутылок и своих друзей - собутыльников. Я бросалась под нож, когда ты пытался прирезать мою мать. Я копила деньги, чтобы она была здорова, и тогда она, возможно, наконец-то сдала бы тебя в ментовку. Я каждую ночь молюсь о том, чтобы она потерпела ещё чуть-чуть, совсем немного, но все мои молитвы напрасны, ведь такой идиот как ты, готов убить её за наследство, — словно вихрь мои слова проносятся над его головой. Навряд ли он их услышит.

— Я дал тебе крышу над головой, маленькая ты, дрянь, — пакет из его рук тут же опускается на крыльцо, а сам он спускается. Медленно, будто хищник на свою добычу, — кто устроил тебя в школу? Кто помог, когда ты загремела в обезьянник, за то, что нагрубила одному из сотрудников? Это был я... А ты маленькая шлюха будешь всю жизнь батрачить на непристойной работе, получая при этом копейки. И если я сдохну по твоему желанию, по твоему хотению, то уже никто тебя не спасёт...

— Да если ты помрёшь, это будет самый счастливый день в моей жизни... —молчание, которое убивает меня с каждой секундой. Мы просто смотрим друг на друга, с нескрываемой ненавистью.

— Адель, прошу, зайди в дом... —голос мамы. Мне хочется плакать и кричать во всё горло. Проклинать эту жизни, потому что я не понимаю, в чём согрешила и почему именно я.

— Я зайду в этот дом, но только, когда он уйдёт, вместе со своими шмотками, — Дель, прекрати. Это может закончиться плохо. Очень плохо.

— Даже не надейся, чертовка. Этого тебе не видать, —этот козёл отталкивает мою мать и проходит в дом. Мне лишь остаётся смотреть сквозь слёзы на всю эту картину.

Тишина, которая меня убивает. Свист шин, а после резкое торможение позади, заставляет на секунду обернуться. Окно с пассажирского места приспускается. Кажется, что это всё сон и что прямо сейчас я пытаюсь проснуться, ведь ночные кошмары всегда до ужаса пугали меня... мне снова десять родной отец рядом, а мама безумно счастлива... я бы вновь хотела окунуться в то время. Вот только уже ничего не вернуть и нам не вернуться.

— Аделаида... — вновь меня зовёт мама. Я не могу вернуться в дом, но и не могу оставить её, слишком опасно.

— Зачем снова явился без приглашения? — говорю сквозь слёзы, старательно сдерживая их.

— Поговорить. Есть предложение, — он серьёзен, таким я уже видела его. Только нет той идиотской ухмылки.

— Я приду, мам. Подожди немного, хорошо...? — пытаюсь хоть как-то проводить её в дом. Проходит пару секунд, она кивает головой и закрывает входную дверь. Я тяжело выдыхаю и поворачиваюсь к своему главному кошмару. Подхожу ближе к машине, даже рядом с ней стоять не хочу. Жалобно выгляжу на её фоне.— И что на этот раз?

— Садись в машину, я не кусаюсь, — про ухмылку я подумала зря, потому что она снова красуется на его лице.

Аккуратно отрываю дверь и присаживаюсь, такими же действиями захлопываю дверцу. Не поворачиваю голову, потому что знаю, что он смотрит. А мне только этого не хватает.

— Сегодня заезжал в одно казино, которое принадлежит мне, — закатываю глаза. Слишком много пафоса, — не делай так.— Парочка низших по статусу сидело за дальним столиком. Один из них громко смеялся и бормотал что-то: "Накопления моей дочери лучшее, что могло случиться со мной. Идиотка, думала, что не найду."

В горле пересыхает, а глаза вновь покрываются пеленой. Не могу расплакаться, только не сейчас. Кусаю щёки, чтобы успокоиться, но нервный вздох всё равно выходит.

— И тут я вспомнил одну девчонку. Она пытается помочь своей матери, работая до потери сил. Ты случаем не знаешь такую? — издевается. Он точно издевается. Поворачиваюсь к нему, смотря с гневом в глазах.— Твой отец разгромил несколько столиков, когда резко пошёл в убыток, — этот парень сводит меня с ума, я готова перегрызть ему глотку, чтобы заткнулся, — как планируешь расплачиваться... ?— кретин. Повторюсь ещё раз и скажу ему это миллион раз.— Телом я не беру. Особенно таким как у тебя, уж слишком...

— Говори. Говори, что нужно делать, — сдаюсь. Осталось не так много сил, чтобы бороться со всем этим дерьмом. Но больше никак..

Он улыбается. Не нравится мне это. Отворачивает голову, откидывая её на спинку кресла.

— В последнее время так много дел...Знаешь, моя команда довольно большая и за каждым нужен глаз да глаз. Делать уборку дома, нет сил, да и времени не хватает. Поработаешь моей личной домработницей и тогда посмотрим. — что? Домработницей? Совсем из ума выжил?

●