25. Вэнь Юань.

День тянулся один за другим, прошла неделя, месяц, ничего нового и интересного не просиходило. Долго задерживаться в гостях Ци Юн не планировала, поэтому через несколько дней они уже уехали. От Лань Чжаня не было никаких вестей. Дело о призрачной руке так и не было разрешено, оставалось лишь ждать.

Юные адепты Гусу Лань мучались с ослом, оставленным на их же попечение. Но после того, как он начал издавать слишком громкие звуки, его увели с гор, а месте с ним ушли и Лань Цзинъи с Лань Сычжуем.

Лань Сычжуй, Лань Юань, Вэнь Юань...

Мальчик, который навевает так много воспоминаний.

Ци Юнлин, будучи молодой главой ордена Гусу Лань, ещё не сильно освоилась, поэтому часто проводила время с братьями. Но недавно, ее муж уехал вновь по делам в другой орден, из-за этого Юнлин отправилась на прогулку с его братом. Как оказалось, Второй Нефрит держал свой путь к городку вблизи горы Луаньзань. Хотя кто знал, что их мирная прогулка может сорваться из-за появления маленького ребенка, который принял Лань Чжаня за отца. К этому парень был не подготовлен, поэтому стоял истуканом.

— Малыш, где твои родители? — присаживаясь на корточки, девушка ласково позвала дитя.

Но ребенок лишь ещё сильнее заплакал и не желал отпускать ногу Нефрита. Ци Юн не уступала, поэтому вскоре ребенок бросился уже к ней, зовя ее мамой.

На это представление собралось уйма народу, причитая о том, что заклинатели — молодые родители. Не знают, мол, ещё, как правильно обращаться с детьми. Лицо юной девушки пылало, она не знала куда себя деть от смущения, а уши и нос юноши приобрели красноватый оттенок. Но неожиданный смех усугубил их неловкое положения.

Мужчина, что стоял немного подальше толпы засмеялся так, что чуть не упал. Мальчик, до этого обнимающий девушку, резко побежал к нему, выкрикивая на ходу:

— Папа!

От этого люди стали ещё больше шептаться, проговаривая, что девушка блудная, любит ходить налево. Даже ребенка родила на понятно от кого. Юнлин не смогла стерпеть такого стыда, поэтому быстро скрылась. Не было смысла препираться с людьми, это могло вылиться в ещё большие неприятности. Два заклинателя с ребенком последовали за ней. Нагнали они госпожу только через два переулка.

— Ци Юн, Лань Чжань, что же вы здесь делаете? — как будто ничего не случилось, паренёк начал разговор.

Может и вправду лучше не начать говорить и попросту забыть о случившемся? Сборище глупцов, они ведь даже не знают о ком говорят и делают необоснованные выводу, и даже не задумываются, что это может подпортить кому-то репутацию. Главное, парни все знают и никогда не назовут юную заклинательницу как-то подобно.

— Мы просто решили прогуляться, — позволяя понять, что все хорошо, девушка подхватила разговор. — А кто этот мальчик, Усянь?

— Он выживший из ордена Вэнь.

Незабываемые воспоминания оставил орден Цишань Вэнь, но даже так, не все люди были виновны в пригрешениях главы и его сыновей, хотя, к сожалению, не все заклинатели это понимали. Из-за чего и начались гонения, а Вэй Ин теперь защищал остатки.

Юнлин и Ванцзи тоже рвались помочь ему, но к сожалению их положение никак не позволяло осуществиться задуманному, никто из них не хотел ставить свои ордена под удар.

— Как тебя зовут? — вновь присаживаясь на колени, наследница с улыбкой задала вопрос.

— Вэнь Юань.

Мягкий и детский голос ребенка радовал слух. Мальчик немного смущался, но его милота затмевала все.

— А меня Ци Юн. Приятно познакомиться.

Все стой же обворожительной улыбкой, она отвечала ему, и из-за этого Вэнь Юань стал меньше стесняться. Даже заулыбался в ответ.

После такого небольшого знакомства четверо отправились обедать, где рассказали друг другу кое-что новое, что сидящему рядом было неизвестно. Пока взрослые разговаривали, ребенок крутил у себя в руках вертушку, купленную по дороге.

Но к сожалению каждому такому счастью когда-то приходится исчезнуть.

То, что случилось на горе Луаньзань не поддается описанию. Вэнь Нин, после стычки с адептами ордена Ланьлин Цзинь, убил его главу. Цзян Яньли осталась вдовой, а их только родившийся сын остался сиротой.

Ци Юнлин, которая не так давно родила близнецов, узнала о случившемся в ходе войны против Старейшины Илина. Смерть ее дорогой подруги произошла прямо на ее глазах. Люди, которые до этого праздновали победу над орденом Вэнь, теперь ополчились на Вэй Усяня. После чего и наступила его смерть. Малыш, оставшийся единственный в живых, стал символом их дружбы. Лань Ванцзи и Ци Юнлин забрали его в Гусу Лань.

***

— Кто это? — два мужчины, что находились в Храме Предков довольно растерянно смотрели на ребенка, находящегося в руках девушки, так при этом он ещё и плакал. Юнлин как могла его успокаивала.

Глава ордена выглядел удивлённым, а так же уставшим. Нехорошая догадка о своей жене скользнула в мыслях, но сразу и покинула, она не могла такого сделать. Слухи, которые распространялись за пределами ордена говорили о том, что возможно глава ордена не совсем чиста, не зря же она столько времени проводит с братом ее мужа. Но даже эти слухи были подрезаны на корню после рождения наследников.

Оставалось ждать ответа.

— Его зовут Вэнь Юань, он единственный, кто выжил из ордена.

Оба мужчины переглянулись, конечно, ордена Цишань Вэнь был их врагом, но все же это ребенок, они не могут просто так его оставить. Если другие ордена прознают о нем, то его постигнет та же судьба, что и родственников.

— У тебя же свои дети, Ци Юн, ты должна думать в первую очередь о них, — уже нехотя пытался дядя образумить невестку, хотя не было сомнений, что она его не послушает.

— Я знаю, но этот ребенок единственное, что осталось от Усяня.., — грустно добавив, одинокая слеза потекла по щеке, отчего муж сразу же бросился к девушке.

Лань Чжань, до этого стоявший молча выдал единственную фразу:

— Я помогу.

На это Лань Цижэнь смирился и позволил оставить Вэнь Юаня, которого вскоре назвали Лань Сычжуй.

***

Лань Сичэнь тихо открыл дверь в комнату, где находилась в этот момент его жена, а так же кормилица. Попросив ту выйти, он остался с женой и с сыновьями наедине.

— Близнецы только заснули, А-Хуань, ты что-то хотел?

— Почему ты так хотела оставить ребенка?

— Для Лань Чжаня и Вэй Усяня он был всем, я не могла это так оставить.

— Почему ты так заботишься о нем?

Встав со стула, где девушка сидела, Ци Юн встала посмотреть в окно.

— Он тот, кто хотел справедливости, но все его покинули. Хоть люди и считают, что он приверженец тьмы, это не так. Он чище чем все мы вместе взятые. Он единственный, кто пытался бороться с грязью..,— заплакав на последней фразе, госпожа и не заметила, как оказалась в объятиях.

Мысли, хлынувшие потоком, не давали спокойствия уже столько времени.

— Все хорошо. Больше не нужно плакать, А-Лин.

Столько дней Юнлин плакала и не могла смириться со смертью друга, но все же приходится взять себя в руки и вернуться к делам. Не может глава двух орденов сидеть без дела.

Дни скрашивал лишь дядя Цижень, постоянно ругающий девушку, а так же дети, что яро требовали внимания матери. Кстати, возможно самое время о них рассказать.

С тех пор как Ци Юнлин стала госпожой Облачных Глубин, прошло уже шестнадцать лет. Дети появились через год, а именно близнецы. Хоть они и должны были мало чем отличаться друг от друга, но генетика все же взяла свое, поэтому Лань Гуан был мальчиком с черным цветом волос и карими глазами, как у отца, Лань Хэянь был же наоборот, с белыми, но цвет глаз так же достался от отца. Лицом они больше походили на мать, а вот характер у обоих был разносторонний. Они могут быть весёлыми, озорничать, но через некоторое время их как будто подменили. Сидят и прилежно читают книжки, или же тренируются с мечом.

Оба мальчика росли умными. Храбрости и смекалки им не занимать. Но А-Хэянь обычно более остр на язык, чем его брат, хотя все так же знает границы дозволенного. Поэтому дядя ими вполне доволен, а отец души не чает.

Есть ещё младшая дочь, ее зовут Лань Хуабянь , ей всего лишь семь лет, но так же как и братья, умница, красавица. Ещё не посвятив себя во все тонкости заклинательница, девочка только учится играть на гуцине, отчего ее дедушка не может нарадоваться. Эта малышка хочет стать в будем как мама, смелой и сильной заклинательницей.

Любимица своих братьев, которые за сестру готовы порвать любого, напоминают главе своих братьев в детстве. Дяди очень любят свою племянницу и очень часто навещают ее, балуя различными игрушками и сладостями, отчего их сестрица нередко ругается, а ее муж тихо смеётся в сторонке. Вот такая веселая семейка у них получается.

— Госпожа Ци! — вбежавший в покои адепт, прервал раздумья женщины, обратил на себя внимание.

— Что случилось? — поднявшись из-за письменного стола, глава ожидала услышать любую новость о детях, которые озорничают, но оказывается, мужчина прибыл в другими новостями.

— Вам пришло письмо от Хань Гуан Цзюня!