Часть 8

  — Как твои дела, Анастейша? — Грейс подходит ко мне и сжимает мои ладони, мягко улыбаясь. Я могу ей доверять, мне кажется. Но я не буду этого делать.— Хорошо, Грейс. Мне так плохо по утрам, но Кристиан заботится обо мне, и я ему так сильно благодарна...— Если бы этот негодяй не заботился о своей беременной девочке, я бы его публично выпорола. Ты носишь его ребёнка, он вряд ли спустит тебя с рук сейчас.— Почему, миссис Грей?— О, когда Лили потеряла ребёнка, это было такое горе для них, для всех нас. Кристиан винил себя, что не уследил за ней.— Его...— Да, его бывшая девушка. Ты ведь знаешь?.. И мы так удивились, когда он сообщил, что женится, думали, он собирается врать нам. Но ты оказалась чудесной девочкой. И вы счастливы вместе. Такое не сыграть.— Спасибо, Грейс...Лили, значит. Его любимая девочка, потерявшая их малыша.Она, в отличие от меня, не спала с его братом, наверное. И Кристиан с самого начала знал, что она полностью его, любит его и носит его кроху под сердцем. Он до сих пор любит её.Мне хотелось объятий Кристиана, даже не секса, а он работал, якобы. И я хотела зайти к нему в кабинет, но так и замерла у двери, смотря на то, с какой тоской он рассматривает их общее фото, поглаживая его пальцами. Я не раз видела моего отца в таком состоянии, после смерти мамы, и он едва ли не плакал в такие моменты. Но моя мама была единственной для моего отца, а у Кристиана есть я... И мне больно до одури, что я не единственная для него.— Маленькая, всё хорошо? Ты будто прячешься, — Кристиан находит меня в моём тихом укрытии в углу сада, якобы я разглядываю пионы миссис Грей, сидя на скамейке.— Я в плохом настроении. Не хочу портить его другим, — Кристиан присаживается на корточки передо мной, мягко поглаживает мои колени, и я из последних сил улыбаюсь ему. — Побудь с семьёй. Твоя сестра приехала, а ты тут вместе со мной прячешься.— Может, поедем домой? Раз тебе нехорошо.Домой... Я не хочу ехать туда. Я чувствую себя там лишней. Ведь его эта Лили так же ходила по коридорам этой квартиры, спала на левой половине кровати и так же...— Оставь меня в покое.— Один поцелуй, и я уйду.Закатываю глаза, но поддаюсь ему — наклоняюсь вперёд, и Кристиан мягко целует мои губы, правой рукой поигрывая с мочкой, легко массирует мои волосы... Хочется сделать поцелуй более серьезным, но с другой стороны...— О чём ты думаешь, детка?— Обо всём сразу. Твои родные смотрят на нас...— Я всего лишь целую свою жену.— Фиктивную жену, Кристиан Грей... Мне никогда не стать для тебя настоящей.— Только если ты сама этого не захочешь.Я люблю тебя.А ты любишь другую.— Останься с семьёй. Пожалуйста. Я поеду к тебе домой, я обещаю. А ты приедешь позже, и я сама приготовлю тебе ужин.— Ана, ты не лишняя тут.— Я лишняя даже для тебя. Увидимся дома, Кристиан...Почему его ребёнок должен был жить, и его потеря — это горе, а мой должен умереть, и в этом нет ничего страшного?Кристиан не сомневается в том, что это наш малыш, в отличие от меня. А мне уже всё равно... Элиот ошибка. Элиот никогда меня не любил, он ничего мне не обещал, и я сама виновата, я всё прекрасно понимаю, но я не могу так.Да и плевать я хотела на этого Грея!Выхожу из дома, я спокойна и уверена в себе, у меня всё хорошо... Ни черта не хорошо. Ещё и этот засранец Элиот паркует своё авто возле наших с Кристианом машин.— Здравствуй, Анастейша.— Привет, — киваю ему, но из соображений безопасности — или страха перед Кристианом — жмусь ближе к охране. — Ты как-то хреново выглядишь...— Спасибо моему братишке.— Кристиан тебя ударил?..— Кристиан меня чуть не угробил, заревновав тебя. Тейлор еле оттащил его. Ты в порядке? Он тебя не обижает?— Нет, не обижает. Но я не в порядке...— Малышка...— Я не твоя малышка. Никогда ею не была. А все твои чувства ко мне — простая месть брату, я не знаю за что. Я никогда не сделаю ему больно, Элиот, как бы больно не делал он мне.Молча залезаю в машину, Сойер занимает своё место за рулём, и лишь взглядом спрашивает, что делать дальше. Я уже привыкла к нему. А второго телохранителя я терпеть не могла, и я благодарна Грею, что он тут же убрал его.— Домой. Слишком устала. И Кристиан хотел поехать со мной, но я сама уговорила его остаться, — зачем-то оправдываюсь перед своим охранником, чувствую себя слишком чужой сейчас, даже сама себе.Господи, как же мне плохо.

***

— Какого хера ты делаешь?!От испуга сигарета в очередной раз летит с балкона тридцатого этажа, а Грей поворачивает меня лицом к себе, ещё и жутко злой на меня!— Прости. Перенервничала. По привычке...— Ты вредишь нашему ребёнку, Ана. Не нужно...«Нашему ребёнку».— А если не нашему, ему можно вредить?Он же всё равно умрёт.— Анастейша... Давай придерживаться моего мнения.— Ты избил Элиота. Я видела его сегодня. Мы поболтали...Кристиан глубоко вдыхает, и впервые за всё время, что мы знакомы, он немного повышает голос на меня. Он никогда не кричит, максимум — немного грубоват.— Извини! Он трахал мою жену! И чтоб больше я этого не видел! — пачка с зажигалкой летят вслед за сигаретой, и Грей оставляет меня наедине со своими мыслями, едва ли не закипевший от злости.Какого чёрта... Грей, ублюдок!Опускаюсь на холодную плитку балкона, обнимаю сама себя, завернувшись в плед, и тихо плачу, спрятав голову в коленях.Малыш, мой дорогой малыш...Как назло, ещё и живот неприятно тянет, но в интернете написано, что это нормально на моём сроке... Малыш, не нужно, не пугай меня. Ты очень нужен мне. Пожалуйста...Господи, как же мне больно. И я, к счастью, про душевную боль.И снова я, как маленькая, хочу к маме. Нужно завтра съездить... Мама помогла мне окончательно принять то, что я должна быть с Кристианом. Может, сейчас она как-то даст мне знак, что мне делать...— Миссис Грей! Ана, всё в порядке?! Вам помочь?..— Не нужно, Гейл. Спасибо.— Не сидите на полу, Ана...— Я в порядке! — вскрикиваю, но голову так и не поднимаю. — Оставьте меня в покое!Устала. Я так от всего устала.Не проходит и пяти минут, я не успела даже прорыдаться, как Грей возвращается ко мне, и уже — само спокойствие, как и всегда. Естественно, Гейл его оповестила, что его жена истерит на балконе и позорит его перед соседями.— Иди сюда, детка. Вот так, — громко всхлипываю, обнимая Кристиана за шею, и он мягко целует меня в волосы, занося в квартиру. — Прекрати вредить себе. Холодный пол не полезен ни для тебя, ни для ребёнка. Сигареты тоже. И наши ссоры на пустом месте...— Я не хочу с тобой разговаривать.— Хорошо. Я у себя в кабинете, детка, — Кристиан устраивает меня на постели, заранее откинув одеяло, и плотно накрывает меня.— Где ты снова будешь скорбеть по своей девочке?— Анастейша, тема Лили для тебя — табу. И не только для тебя, никто не смеет лезть в эту часть моей души. Это понятно?— Но я...— Нет, Ана. У нас с тобой — отношения другого рода.— И ты спрашиваешь, почему я чувствую себя лишней и ненужной?.. Да потому что моя половина кровати — её, мой дом — её, мой муж — её, он любит её! Потому что я — «отношения другого рода» для тебя. Сначала ты избиваешь моего бывшего, за то что он был со мной, а потом говоришь мне, что я — это не важно.— Я не говорил такого, Ана. Маленькая, послушай, тебе нужно успокоиться...— Пошёл ты к чёрту со своим «успокоиться»! Я начинаю понимать всех твоих бывших, которые ушли к Элиоту, если ты любил давно ушедшую девушку больше настоящих...— Замолчи. Лили любила меня, в отличие от других.— Может, другим ты просто не давал шанса полюбить тебя?Грей громко хлопает дверью в спальню, от переизбытка эмоций бросаю подушку ему в след, которая влетает в стену, и снова сворачиваюсь в клубок, истерически плача. Наконец-то.— Ещё и ты, комочек! И из-за тебя постоянно хочется в туалет! Мой дорогой малыш...Если бы не моё солнышко, я бы так не истерила с Греем.Вернее, я была бы в ярости, так и так, но выразила всё это не со слезами, а чётко и ясно.Господи.

***

Естественно, Грея нет дома. И Гейл смотрит на меня с жалостью, наливая мне мерзкий красный чай, от которого меня не тошнит.— Гейл, позови Сойера. Пожалуйста.— Да, секунду, миссис Грей.— Вызывали, миссис Грей? — Люк всегда выглядит безупречно. И всегда улыбается мне, искреннее, а не желая услужить. Даже когда я ем йогурт с овсянкой, в дурацкой пижаме и с хаосом на голове. Наверное, я ему нравлюсь именно этим, что мне плевать.— Приготовь машину. Поедем по магазинам. И в ещё одно место...— Мистер Грей запретил...— Сойер, ты можешь вести ему хоть прямой эфир. Но я выйду из дома, с тобой или без тебя.— Да, мэм.Не знаю, как я ещё держусь и вообще встала с постели.Мне снился кошмар, будто я тону. Я выныриваю, вдыхаю воздух, но его чертовски мало, и я снова иду ко дну. Раскрываю глаза уже под водой, и она такая мерзкая — грязная, с зелёным оттенком, она плохо пахнет. И я ощущала, что я не одна, но никто не пытался мне помочь. Это был такой всепоглощающий ужас, отчаяние, мне было так страшно и больно. И лёгкие горели огнём, будто я действительно наглоталась воды.Не знаю, что это значит, но мне так пусто теперь...

***

— Мы будем заезжать за цветами, миссис Грей?— Да, обязательно. Я понимаю, что это твоя работа, и ты хочешь выполнять её хорошо, и из-за меня ты получаешь как минимум от Тейлора, но ты очень помогаешь мне, Люк. Спасибо.— Не за что, Ана.Снова букет красных роз, снова непередаваемое волнение в душе, и я медленно шагаю по уютной аллее легендарного кладбища Сиэтла. Страшно и как-то стыдно перед мамой, буквально за всё.Какого чёрта?!Резко дергаюсь, когда недалеко от себя замечаю Тейлора, и он так же с удивлением смотрит на меня.Значит, где-то здесь должен быть и Кристиан. Он никогда не выходит без Тейлора, никуда.Значит, где-то здесь и... его девочка.Прикладываю палец к губам, и Тейлор мне кивает, позволяя уйти дальше, куда нужно мне. Может, он и вправду не сдаст... О, чёрт возьми, конечно сдаст. Он работает на Грея.— Привет, мамуль. Я даже и не знаю, зачем пришла... Я очень скучаю по тебе, и я бы так хотела, чтобы ты просто обняла меня.Я не верю в мистику, хоть и верю в мамины знаки. Тёплый ветер окутывает меня с головы до ног, словно действительно обнимает, и совсем легко лохматит мои волосы.— Знаешь, у нас с Кристианом всё хорошо. И малыш пока со мной... Совсем скоро я смогу сдать анализы и быть точно уверена, что его папочка — мой муж. Кристиан заботится обо мне, но при этом — до боли в сердце любит другую, как папа любит тебя. Насколько я знаю, она погибла, какая-то тёмная история, ещё и потеряла их ребёнка... И мне до слёз больно. Я же живая, я с ним, я люблю его... Я понимаю, что мне он не может доверять, я этого заслужила, но всё равно слишком обидно. Я хочу быть единственной для своего мужа. Я абсолютно не знаю, что между нами происходит, и что он испытывает ко мне... Мамочка, он потрясающий...Представляю этот шок и возмущение Грея, когда на выходе с территории кладбища он встретит Сойера, если Тейлор и вправду проявит благородство.— Мне так нравится моё имя, Анастейша Грей. Миссис Кристиан Грей...Папа говорит, это неприлично, а я чувствую себя так уютно, когда сижу на вечнозелёной и пушистой траве, прислонившись спиной к надгробию.— Я очень сочувствую ему, но когда вижу его и думаю о том, что в его мыслях не я — мне хочется орать, что я и делаю. Мамочка, я столько плачу, из-за Комочка тоже...«Маленькая, у тебя всё хорошо?»— Мам, а ещё он называет меня «маленькая». И он пишет мне безумно много, для мужчины, СМС.«Ладно, просто скажи, ты не плачешь?»Кристиан Грей, ты невероятный негодяй!«Я не плачу. Болтаю с мамой. Ты можешь считать меня сумасшедшей, но она помогает мне. Она была такой яркой, и такой солнечной, весёлой, и мне кажется, вы похожи».«Могу я забрать тебя?»«Нет. Ты можешь ждать меня, но не смей врыва...» — телефон вылетает у меня из рук, и я тихо смеюсь, удаляя предыдущее сообщение. «Моя мама хочет познакомиться с тобой».«Хорошо, детка».— Мам, не осуждай меня.Кристиан всегда такой красивый, и когда в дорогом костюме, сшитом на заказ, и когда идёт ко мне в дешёвых джинсах и лёгкой рубашке. Мы, вроде, поссорились, а я сияю от радости, когда вижу его.— Привет, маленькая. Хорошо чувствуешь себя?— Всё хорошо... Я всегда прихожу сюда, когда мне нужно выговориться.— Твоя мама?.. — Кристиан читает её имя, и всё же решается обнять меня, даже не смотря на то, что я всем своим видом «против».— Она погибла в автоаварии. Поэтому у меня нет прав.— Я хотел поговорить с тобой, после вчерашнего.— Я тоже, я хотела бы извиниться. Я понимаю, что я тебе чужой человек, и... Прости, это всё Комочек. Если бы я не была на третьем месяце, я бы была адекватнее. Наверное. Прости, что он вообще есть...— Тебе не за что извиняться. Особенно за Орешек. Хорошо?Орешек.— Ана, Лили — часть моей жизни, которая всегда будет у меня в душе. Как у тебя — твоя мама. У каждого есть прошлое... Но это не значит, что ты занимаешь её место. Я не смогу забыть её, никогда, но, может, ты и права, что фото можно и убрать... У нас с тобой действительно другие отношения, но они ничем не хуже, — Кристиан хочет поцеловать меня, но я отступаю от него. Нет. Сначала разговор.— Ты дашь мне полюбить тебя? Ты меня полюбишь? Не сейчас, но потом, когда ты будешь верить мне? Потому что сейчас у нас какое-то дерьмо, а не отношения.— Да. Я хочу, чтобы ты любила меня. И я безумно хочу любить тебя.Снова дует тёплый ветер, будто подталкивает меня, и я бросаюсь на Грея, крепко обнимая его.— Нам осталось только пережить тест. И не будет девушки счастливее, чем я, если он будет успешным...— Ох, детка.Мне кажется, моя мама обожала бы моего мужа.— Поехали домой? Или ты хочешь ещё немного побыть с мамой?— Я думаю, всё в порядке. Мы можем уехать. Только я не хочу домой...— Тогда самое время покормить мою детку мороженым, как думаешь?Глупо хихикаю в ответ, но мягко чмокаю Грея в губы, и беру его за руку. Куда угодно. Хоть в ад.Эй, маленький орешек, мне кажется, что всё у нас будет хорошо.Ты же веришь своей маме?