.3

       Она сидит на диване в квартире этого Тони. Она поджала под себя ноги и укрылась пледом. В квартире Тони холодно. Я сижу рядом с ней, но не даю ей увидеть себя. Рядом с ней куча папок и книг, пару тетрадей. Она что-то читает с хмурым видом. Я начинаю опасаться, что она всегда хмурая. Ее волосы заплетены в сбитый хвост, и она выглядит очень по-домашнему с кружкой чая.

      Я слышу, как хлопает дверь. Шаги в прихожей и он входит в гостиную. Удивленно смотрит на Сару и вешает свой пиджак на стул. 

- Я думал ты сегодня не у меня, - говорит он. Его телефон у него в руке, он наверняка с ним не расстается. 

- Я просто приехала посидеть в тишине, ты же знаешь, что творится в общежитии, - произносит она, откидывая свои папки. - Я уже собиралась уходить. 

- Ты можешь остаться, - он по-деловому складывает руки на груди. 

- Я еду на выходных к родителям, Тони, папа хотел бы поиграть с тобой в гольф, - она встает с дивана и отряхивает юбку. Собирает свои книги. Тони вздыхает и закатывает глаза. 

- Ты же знаешь, у меня так много работы. Я работаю и работаю, не опуская рук. 

- Я знаю, поэтому говорю тебе это, небольшие выходные ты мог бы взять, - Сара бросает на него взгляд из-под бровей. Я выгляжу, как семейный консультант, которого никто не видит. Я не знаю ее, не знаю его, но этот тип мне не нравится. 

- Прости меня, - он поддает ей сумку. - Обещаю, что в следующий раз мы поедем вместе. 

      Я делаю вывод. Тони - напыщенный идиот, эгоист, самовлюбленный кретин, лицемер. Я мог бы не торопиться с выводами, но мое чутье не подведешь, я плохо справляюсь с ролью обычного человека, потому что я не он. Я использую свои возможности по-максимуму. Это и дает мне огромные преимущества над другими. И это чутье не одна часть моего таланта. Я могу передвигаться черным пятном над миром, быть невидимым для людей, разве не сказка? Моя воронка внутри не позволит мне быть обычным. Я даже не родился обычным, это все было со мной с самого начала. 

- Ты обещаешь это шестой раз! - она переходит в прихожую, обувает свои лаковые, телесные туфли с острым носом и небольшой шпилькой и укоризненно смотрит на парня. 

- Милая, я должен урвать свой шанс и тогда смогу получить повышение, - произносит он, якобы ласково глядя на нее из-под очков. 

- Урвать свой шанс у собственно отца? Тони, он ни за что не выгонит тебя с его издательства и ни за что не сделает так, чтобы его любимый и единственный сын голодал у мусорных баках! - взрывается она. - Твой отец слишком сильно любит тебя, чтобы не дать тебе всего, что ты хочешь.

- Хочешь сказать, что я ничего не добился сам? - она вылетает из квартиры, громко хлопая дверцей. 

***

- Тони осел, и я не хочу его видеть, - Сара лежит в кровати, общаясь с родителями по скайпу. Она зачерпывает ложкой мороженое прямо с коробки. Я хорошо устроился в кресле, здесь нет ее соседки. 

- Что он сделал? 

- Он не поедет со мной. Он занят на работе, - я слышу облегченный вздох мужчины.

- Слава Богу, мне не придется играть в гольф, - говорит тот. 

- Папа! 

- Мне нравится играть в гольф, но я лучше поиграю в баскетбол с твоим братом, он в школьной команде, так что мы должны тренироваться, - произносит тот. 

- У меня такое ощущение, что вы просто притворяетесь рядом с Тони, но на самом деле не любите его, - восклицает Сара. 

- Тони отличная пассия для тебя, - говорит ее мать. Нет, Тони кретин. И я чувствую, что они не питают к нему никакой теплоты. 

- Ты не боишься распухнуть после мороженого почти в одиннадцать вечера? - спрашивает ее папа. Она цокает и ставит мороженое на тумбу рядом. 

- Ты как Тони. 

- Прекрати! - я слышу голос ее мамы, которая ругается на своего мужа. - Сара, ты не должна об этом думать. Ты очень сильно изменилась из-за учебы, а твой весь все еще не может восстановиться, ты слишком худа.

      Ее голос очень трепетный и мягкий, она ласково уговаривает свою дочь, так, что я начинаю думать, что у Сары, были проблемы с весом. 

- Ложись спать, детка, - я вижу, что ее мама посылает ей воздушный поцелуй через экран и отключается. 

      Сара закрывает ноутбук и откидывает одеяло. Она открывает шкаф и роется в своих вещах. Достает оттуда толстые, шерстяные носки, одевает их на себя и только после этого ложится в кровать. Она подминает под себя подушку и что-то ворчит. Я все еще сижу в кресле пытаясь понять, что я здесь делаю. За весь день я следовал за каждым шагом Сары, но так и не вспомнил ее. За один день я возненавидел Тони, но нашел свой блокнот. Я все еще не знаю в чем дело и, кажется, не смогу понять без чужой помощи. 

***

      Я возвращаюсь домой. Таким, как я, тоже нужен свой уголок. Квартира находится в старом районе. Комнаты здесь находится в четырехэтажных домах, соединенных друг с другом. Люди исключительно богатые, ты не купишь здесь квартиру, если твой счет пуст. И из-за того, что они богачи, они не могут позволить себе вести себя слишком громко дома, поэтому я живу здесь. Моя квартира на последнем этаже, прямо под крышей, она единственная на площадке. Я не был здесь около полугода и это странно возвращаться сюда. Замок легко поддается ключу. В квартире спертый воздух. Даже кактус погиб. Я включаю свет и оглядываюсь. Она выглядит так же, как выглядела раньше. Здесь никого не было, кроме меня. Я кладу блокнот на полку. Снимаю с себя байку, открываю окно. Нахожу бутылку газированной воды в холодильнике, который не работает. Вода не испортилась, поэтому я открываю крышку и пью ее. Передвигаюсь по квартире, открывая все окна: гостиная, спальня, кабинет, коридор, пустая комната, ванная. Прохожу в гостиную, свежий воздух приятно щекочет обнаженную спину. Я сажусь на диван. Скидывая с него книги. Яркая папка валяется на полу, я поднимаюсь, чтобы взять ее, когда открываю, вижу чистый лист, где посередине написано: "Демонология". Где-то посередине скрепленных степлером листов нахожу вложенный лист. Я не подаю вида, что волнуюсь, но это сильнее настораживает меня, и я чувствую себя неуверенно приоткрывая эту завесу. 

"Дорогой, Гарри! Огромное спасибо тебе за эту работу, ты, безусловно, спас меня от смерти. Я решила, что ты захочешь оставить ее себе, поэтому распечатала еще один экземпляр для тебя. Твоя квартира оказалась открытой, но пустой, поэтому я решила, что захлопну дверь сама. Это странно. Я взяла ручку у тебя на диване, потому что мне срочно нужно бежать на учебу, а ручку купить я забыла. Спасибо!

Извини за случай в баре. Я повела себя ужасно, папа говорит, что я вся в маму. Прости, прости, прости меня. Надеюсь, ты захочешь со мной говорить после этого, потому что ты невероятно интересный человек. Я пойму если ты забудешь меня. 

С любовью, Сара".

      Я откидываю лист на диван, хмуро глядя вперед. Что за черт произошел и почему я ничего не помню об этом? Наша память почти безупречна, только если мы сами не захотим избавиться от некоторых ненужных, или опасных для нас воспоминаний. Опасных! Возможно, что-то случилось в баре, поэтому я посчитал ненужным дальше продолжать видеть Сару, вспоминать ее. Возможно, я понял, что Сара это та, которая помешает мне быть тем, кто я есть. 

"Маркус!" - я громко произношу эти слова внутри себя, но я не чувствую эха, что Маркус здесь и может ответить на мой вопрос. Маркус любит игнорировать, но он единственный не человек, который может мне помочь. 

      Я злюсь так сильно, что чувствую клокочущую волну внутри себя. Мне жжет глаза, а сердце останавливается. 

"Остановись", - голос Маркуса громом раздается в голове, и я глубоко дышу, чтобы не наслать на себя его гнев. 

"Мы можем говорить?" - но Маркус не отзывается. Его нет в моей голове. Я закрываю глаза, и не открываю их, пока жжение ярости не проходит. Я останавливаю зло сетью внутри себя. Я не хочу разрушать мир и становится настолько невыносимым и злым, чтобы отправиться на следующий круг. 

      Маркус знает это, поэтому пытается останавливать таких, как я. Я должен быть бесконечно благодарен ему за это, что я и делаю. Я не хочу постоянно чувствовать зло, как обычно думают про нас, я не хочу нести его крест на себе постоянно, но если я не буду выпускать его из себя, оно заполнит меня с кончиков пальцев до головы. 

      Мне стоит злиться только на самого себя и продолжать яростно ненавидеть себя за то, кто я есть. Так я спасаюсь от того, что могу причинить кому-то боль. 

***

      Утром следующего дня я снова иду в библиотеку. На пропусках, на этот раз другая женщина, это не составляет труда пройти внутрь. Я снова нахожу книгу Аллана По, но не заостряю особое внимание на рассказах. Я знаю, что Сара скоро придет. Я прямо сейчас могу отсчитать минуты до того, как она войдет в двери и с надеждой начнет искать мою голову в этом огромном зале, в котором пахнет старостью. Я знаю, что она почти у дверей. Слышу ее шаги, на этот раз это не каблуки, это что-то мягче. Я слышу, как болтаются книги в ее сумке, а гаджет в ее руке начинает бессовестно пищать. Она виновато вжимает голову в плечи и отключает его. Ее волосы болтаются в хвосте, и сегодня она не выглядит так официально, как выглядела вчера. На ней черные узкие джинсы и темно-синяя рубашка, которая аккомпанирует ее цвету глаз, последние пуговицы которой, расстегнуты, давая возможность увидеть ее ключицы. Она прячет телефон в сумку и, правда, она не на шпильках, это обычные, лаковые лоферы. 

      Я слышу, как она обходит то место, где я сижу через столы. Я слышу, как она громко и нервно дышит и стучит пальцами по обложке книг. Она увидела меня. Она двигается медленно, и я чувствую ее взгляд прямо у себя на затылке. Она отодвигает стул за столом, который находится сзади меня. Мои мышцы напрягаются, будто она, правда, что-то опасное. Она листает книгу и двигает стул к столу. По коже идут мурашки, когда она снова смотрит мне в затылок. Я беру в руку папку и оборачиваюсь, застаю ее врасплох, так, что она вздрагивает и тяжело выдыхает. 

- Что произошло в баре? - спрашиваю я. Она снова вздрагивает, я вижу, как гусиная кожа покрывает ее руки, и она даже с каким-то ужасом смотрит на меня. 

- В баре? - заикаясь, переспрашивает она. Я кладу папку на ее стол. Ее глаза изучают мое лицо, а затем руки. Она перебегает от одной тату, к другой, а затем снова на лицо. - Ты не помнишь? 

- Произошел несчастный случай, - я смотрю прямо в глаза. Ее глаза наполняются болью, будто она знала меня всю жизнь и ей невыносимо вспоминать об этом. 

- Мы с тобой пили. После того, как ты дописал последнюю страницу моей работы.

- На свете куча других мест, где вы можете поговорить! - шипит женщина за соседним столом. Я запросто мог бы убить ее, но я просто не сделаю этого. 

- Ты не против? - спрашиваю я. Сара кивает. Мы вместе встаем и выходим из здания на солнце. 

      На улице поднимается ветер, а мы идем в сторону, кажется, я догадываюсь о намерениях Сары. Она ведет меня к тому бару. Он находится на первом этаже высокого здания. На вывеске гласит, каждый третий напиток со скидкой. Он открыт. 

- Мы пошли сюда, после библиотеки, хотя не понимаю, почему местом встреч была библиотека, - осторожно произносит Сара. Удивительно, что она вообще говорит со мной. - Мы столько всего выпили, ты не позволил мне заплатить, поэтому потратил огромную кучу денег. Я плохо помню, что было дальше, но я так долго храню эти воспоминания внутри себя. Я была так пьяна, а ты будто бы и не выпил ничего. Я ужасно вела себя. Мне нельзя много пить, это говорит мне моя мама после того, как на свое шестнадцатилетние я слегла с отравлением. Я веду себя, как ребенок, порой. 

      Сара краснеет, она закрывает половину лица ладонью. А я смотрю на нее не в силах оторвать глаз. 

- Что было дальше? - спрашиваю я. 

- Гарри, - мое имя эхом отдается у меня в голове. Его редко произносят. - Я не контролировала себя, поэтому поцеловала тебя. Прямо здесь, перегнувшись через весь стол. 

- Что сделал я? - мозаика пытается сложиться в узор. 

- Ты ответил, - ответил. Как я мог не ответить ей? 

- Принял правильное решение, - я чувствую, что Сара немного расслабляется и позволяет себе ухмыльнуться. Но она все еще скована, и я чувствую ее стыд на себе. Она была тогда с Тоби?

- Ты, правда, ничего не помнишь? - спрашивает она. Я знаю, в чем дело. Я попросил Маркуса сделать это. Я попросил его убрать ее из моей памяти, чтобы не топить свое сердце. Мне нельзя это делать. 

- Все намного сложнее, чем ты думаешь, - говорю я. 

- Мы сможем встретиться еще? - с надеждой спрашивает Сара. Ветер раздувает ее волосы. 

- Не бойся, - говорю я. Я позволяю себе многое, поэтому, когда Сара моргает, и ее глаза снова открываются, меня нет. Она в недоумении смотрит по сторонам.