Путаница

Было глупо себя обманывать. Было приятно, что Малфой пытался меня поддержать и защитить, но что-то пошло не так. Его прикосновения не были для меня неприятными, скорее уж наоборот, а кожа на бедре до сих пор горела. Но в какой-то момент все явно вышло из-под контроля. Я сдалась, позволив себе рассказать ему часть правды, и теперь просто обязана была его защитить. Не только для того, чтобы сохранить свои секреты и не пустить все старания насмарку, а чтобы спасти этому кретину жизнь.

Но я действительно была благодарна Малфою, когда он, увидев Метку, не отшатнулся от меня с отвращением, а лишь посмотрел на мою руку с болью в серых глазах. Для меня было неожиданностью его порыв поцеловать меня. Я знала, что он испытывал ко мне далеко не дружеские чувства, но каково было мое удивление, когда я не смогла оттолкнуть его, а наоборот, ответила на этот гребаный поцелуй. Его губы были чертовски нежными, а сам Драко в этот момент был таким... таким... волнующим.

Но осознание того, что происходило, свалилось на меня словно снежный ком на голову. Отшатнувшись, я быстро слезла с его колен и отвернулась, чтобы не показать, что я в ужасе от того, что случилось. Я стояла у окна и молилась, чтобы Малфой сейчас не стал выяснять отношения. И боялась, что он увидит мою реакцию.

— Венера? — тихий голос заставил меня оцепенеть, но ответить ему я ничего не могла, просто не доверяя своего голосу в этот момент.

«Ну, же, Малфой. Уходи, прошу тебя!» — мысленно кричала я, стараясь не шевелиться.

— Пожалуй, я пойду, — произнес он, а я облегченно выдохнула, надеясь, что звук получился не слишком громким.

Стоило двери за ним закрыться, как я тяжело осела прямо на пол, закрывая лицо руками. Волна отвращения захлестнула меня, заставив давиться рыданиями. Я поняла, что запуталась. Малфой волновал меня своим поведением, но в то же время я старалась держать с ним дистанцию, не давая поводов на ложные надежды. А что теперь вышло? Сама же и ответила на его поцелуй... И я бы соврала, если сказала, что мне он не понравился. Теперь же я чувствовала себя предательницей.

Всхлипнув, я подняла голову, прислонив ее к стене.

— Драко, — прошептала я, ощущая непонятный трепет от того, что назвала это имя. — Какой же ты идиот... И я — тоже идиотка. Что мне теперь с тобой делать?

***

Утром я почувствовала себя разбитой, как никогда. Кошмары и горящая Метка, которая иногда вспыхивала болью, не давали мне спать. Поднимаясь с кровати, я была полна решимости попросить Снейпа о помощи, хотя бы со снами — давать ему знать про Метку я пока не собиралась. Но не думаю, что это событие долго будет оставаться в тайне от него.

При помощи косметики и магии я привела себя в относительный порядок и, надев платье с длинными рукавами, покинула спальню. По закону всемирной подлости на лестнице столкнулась с Малфоем, который одновременно со мной выходил из своей комнаты.

— Доброе утро, — произнесла я, наклонив голову, чтобы спрятать улыбку, появившуюся на губах против воли.

— Привет, — ровно ответил он. — Как ты?

— Прекрасно, — соврала я. — Надеялась выйти пораньше, чтобы перехватить твоего крестного...

— Зачем? — искренне удивился он.

— Он предлагал мне помощь, — медленно произнесла я, подбирая слова. Раз уж он сам настаивал, чтобы я не справлялась со всем в одиночку, то пусть теперь терпит. — С моими кошмарами...

— Оу, — весьма остроумно ответил Малфой. — Здравая мысль. Но мой тебе совет, подходи к нему с просьбами после того, как он выпьет чашку кофе, а то без него он с утра злой как черт.

— Хм, вот как, — усмехнулась я. — В таком случае, спасибо за совет.

Мы уже спустились с лестницы и почти вышли из гостиной, когда Малфой остановил меня, придержав за руку, а я невольно вздрогнула.

— Прости, — помрачнев, произнес он, очевидно решив, что сделал мне больно. Но о том, что причина такой реакции отнюдь не в Метке, я промолчала. — Насчет того, что случилось вчера. Я не знаю, что на меня нашло и...

— Забей, ладно? — всеми силами стараясь сохранять невозмутимость и спокойствие, сказала я.

Брови Драко удивленно поползли вверх, потерявшись где-то в длинной челке.

— Ла-а-адно, — протянул он, а потом первый вышел из гостиной.

Я же испытала укол разочарования. Я думала, что Малфой сделал то, что сделал, вполне осознанно, а сейчас он постарался это выставить чем-то спонтанным и глупым, чем-то, что не стоит принимать всерьез. Постаравшись отогнать все эти глупости, я последовала за ним. Оно и к лучшему. Не стоило мне забивать свою голову мыслями о Малфое, так же, как и ему не стоило думать, что этот поцелуй что-то значил. Так будет правильно.

Я прислушалась к мнению Драко и не пошла разговаривать со Снейпом утром, решив, что сегодня и так у нас сдвоенное зельеварение, после которого я и подойду к декану со своей просьбой.

В Большом зале царило всеобщее возбуждение, а сев за наш стол, я поняла, что этому было виной. Слизеринцы не казались испуганными и взволнованными, в отличие от других учеников и некоторых преподавателей. Наоборот, они бросили на остальных насмешливые и злорадные взгляды.

— Что-то случилось? — спросила я, стараясь говорить спокойно. — Кто-то загадал рождественское желание, и теперь мы уже выиграли кубки Школы и квиддича, а Макгонаггал отвесила Снейпу низкий поклон, назвав его самым лучшим учителем года?

Послышались короткие смешки.

— Почти, — отозвался Блейз, пододвинув ко мне газету. — Обсуждаем вчерашний выпуск «Пророка». Ты уже видела его?

Сердце пропустило удар, а потом забилось раза в два быстрее. В этот момент я накладывала себе в кашу ягодный джем, о чем пожалела, потому, что моя рука дрогнула, и джем едва не пролетел мимо тарелки. С трудом приняв невозмутимый вид, я заставила себя окинуть Забини скептическим взглядом.

— И что там? Очередной шедевр острого пера Скитер? Кому досталось на этот раз?

— Ох, Венера, хорошо, что ты не выбрала Прорицание, — деланно скорбным тоном произнес Забини. — У тебя к нему никакого таланта...

— А вообще, насколько мне известно, Скитер уволили, — вставила свое слово Астория. — Отец сказал, что она перестала писать провокационные статьи для «Пророка», и они поставили на ней жирный крест.

— Давно пора, — хмыкнула я, не испытывая ни капли жалости к этой женщине.

Под дружный смех Забини протянул мне газету, на первой полосе которой красовались десять портретов, а заголовок гласил, что произошел массовый побег из Азкабана. Я старалась, чтобы на моем лице не дрогнул ни один мускул, лишь подняла брови, изображая удивление.

Ничего нового я, разумеется не узнала, лишь то, что винят во всем Сириуса Блэка — единственного человека, которому удалось сбежать из этой тюрьмы.

— Мило, — протянула я, возвращая газету. — И теперь наши храбрые и отважные поджали хвосты?

— Именно, — довольно ответил Забини, и все вернулись к своим делам, а я продолжала крепко сжимать вилку, чтобы не выдать дрожь в руках.

Подняв взгляд, я очень некстати встретилась с серыми глазами Малфоя. Он смотрел на меня с немым вопросом, а я лишь едва заметно кивнула, заставив его удивленно вытаращиться на меня. Но он быстро справился с собой и сосредоточился на своем завтраке, словно ничего другое его не интересовало. Похоже, вечером меня ждут вопросы...

После урока я не подошла к Снейпу. Вид у него был такой, словно он готов убить каждого, кто подойдет к нему с расспросами, поэтому я позволила Дафне увести меня на следующий урок. Гринграсс непрерывно трещала о том, что это Рождество она провела вместе с семьей во Франции и даже встретила учениц из Шармбатона, которые приезжали на Турнир в прошлом году.

Я твердо решила, что добьюсь помощи от Снейпа, поэтому, быстро поужинав, я направилась к его кабинету, решив, раз уж он пропускает ужин, то может быть только там.

Переминаясь с ноги на ногу возле его кабинета, я уже подняла руку, чтобы постучать в дверь, как услышала за ней голоса. Удивительно. Не знала, что Снейп дает кому-то дополнительные занятия.

— Так докажите это! Возьмите себя в руки! — рявкнул Снейп, а я принялась гадать, кто на этот раз заслужил его недовольство. — Подавите гнев, владейте собой! Попробуем еще раз. Приготовиться! Легилименс!

Я ошарашено отошла от двери на несколько шагов. Поразительно... Похоже, что Снейп обучает кого-то легилименции. В памяти сразу же всплыли наши с ним занятия. Почему-то мне показалось, что в тот раз он был более сдержанным. Интересно, кого именно он обучает сейчас.

— Я ЗНАЮ! Я ЗНАЮ! — раздался голос Поттера, приведя меня в еще большее замешательство.

Не слушая совесть, я снова подошла поближе к двери, чтобы лучше разобрать слова, продолжая быть невольным свидетелем этого разговора.

— Что находится в Отделе тайн? — спросил Поттер, но что именно ему ответил декан, я не расслышала.

— Я спросил: что находится в Отделе тайн, сэр?

— Чем, интересно, вызван такой интерес?

— Коридор, который я сейчас видел, — ответил Гарри, — он снится мне несколько месяцев... И я только что его узнал. Он ведет в Отдел тайн, и Волан-де-Морту что-то оттуда нуж...

— Я запретил вам произносить имя Темного Лорда! — громко, чеканя каждое слово, сказал Снейп.

Какое-то время стояла тишина, а у меня мелькнула мысль, не поубивали ли они там друг друга?

— В Отделе тайн много всякого, Поттер, но мало того, что вы в состоянии понять, и совсем ничего, что вас касалось бы. Я ясно выразился?

— Да, — произнес Поттер.

— Явитесь в среду, в то же время. Мы продолжим работу.

Я быстро отошла от двери и направилась в противоположную сторону, чтобы не быть застуканной. Завернув за угол, я подождала, пока Поттер выйдет из кабинета. Сейчас я уже и не знала, хорошая ли идея просить Снейпа о помощи или мне перенести визит на другой день. Пока я рассуждала, дверь в кабинет открылась и закрылась, а в коридоре послышались шаги.

Выйдя из-за угла, я столкнулась с Поттером, который потирал свой шрам.

— Привет, — тихо произнесла я, после того, как смогла оторвать взгляд от его шрама. — Отработка?

— Угу, почти, — буркнул Поттер и, не сказав мне больше ни слова, пошел прочь, а я, пожав плечами, направилась к кабинету декана.

Громко постучав, я услышала раздраженное «Войдите!» и толкнула дверь.

Снейп склонился над Омутом памяти, вылавливая из него полупрозрачные нити и аккуратно вкладывая их в свою голову. Я даже не секунду растерялась, впервые увидев, как он работает. Интересно.

— Чем могу быть полезен, мисс Слизерин? — бросив на меня быстрый взгляд, спросил Снейп.

— Решила воспользоваться вашим предложением помощи с моими кошмарами, если оно, разумеется, в силе, — небрежно ответила я, избегая смотреть на декана, предпочитая разглядывать склянки с сомнительным содержимым.

Снейп отошел от Омута и принялся пристально меня разглядывать; я видела это боковым зрением, но продолжала интересоваться интерьером.

— Завтра, в это же время, — коротко ответил он и подошел к столу, опустившись в свое кресло.

— Спасибо, — тихо произнесла я, удивленная, что он ничего больше не спросил и так легко согласился.

Всю дорогу до комнаты я рассуждала над тем, что подслушала в кабинете Снейпа. Поттер сказал, что ему снилась какая-то дверь в Отделе тайн. Снейп учил его легилименции, и Гарри покинул его кабинет, потирая шрам и морщась, словно он причинял ему боль. Что-то в этом во всем казалось мне странным. Его шрам, насколько мне известно, появился после того, как часть души Реддла осталась в Поттере. Возможно ли, что теперь между этими частями души Тома существовала некая связь и теперь Снейп его учил защищать свой разум? Хм, эта мысль, пожалуй, не лишена смысла... В таком случае, уверена, что именно Дамблдор настоял на этих уроках. Интересно, это первые занятия? Если так, то довольно странно, что декан не объяснил Гарри, как правильно выстраивать защиту, а просто терзал его разум грубыми вторжениями... Впрочем, трудно делать выводы, если я не владела полной информацией, а лишь каким-то малюсеньким кусочком.