Глава 13

POV: ДЖЕННИФЕР

— Ты знаешь, я всё же не привык пить кофе в одиночку. Да и не гостеприимно это. На свой вкус... В общем, надеюсь, ты любишь латте макиато. — любезно ставит на стол чашку с ароматным кофе.

— Спасибо вам. — уклончиво отвечаю, делая глоток свежесваренного кофе. — Очень вкусно. Грамотный баланс. Чувствуется яркий не кислый и не горький вкус эспрессо. При этом он не преобладает над вкусом молока.

— Ого. Какие познания. Ты осваивала курсы бариста? — удивлённо приподнимает бровь.— Не совсем так. — улыбаюсь смущённо. — Просто некоторое время приходилось подрабатывать. В том числе и варить кофе, но опыт пришёл во время работы. Специально какие-либо курсы я не проходила и не осваивала. — не знаю зачем я всё это рассказываю, но делаю это прежде, чем успеваю подумать. — Дженн. — снова это сокращение. Щёки поди уже залились румянцем. — Я предлагаю перейти в более уютное место. Хотелось бы подробнее узнать о тебе, в конце концов ты девушка моего сына. А при Марко это вряд ли получится. Во всяком случае... мне так показалось. Ты не против, если мы сменим геолокацию, поменяв курс в направлении бассейна? Ещё утро, а уже очень жарко. Там более и менее прохладно. — Да, конечно. — пытаюсь всем видом быть на нейтральной волне разговора. Перечеркнуть всю нашу первую встречу, да и вторую тоже. Наверняка отец Марко того же мнения, учитывая, его непринуждённое поведение и окружение... той девушки, которая вчера его сопровождала... Сама себе голову забила непонятно чем. Нужно расслабиться.Плетусь за мистером Уокером вслед, стараясь держаться позади. Как можно дальше. Отец Марко ставит кофе на стеклянный столик, а я мельком оглядываю окрестности дома, которые так и не получилось разглядеть во всей красе вчера. Было поздно, поэтому Марко любезно позволил мне отдохнуть в спокойной обстановке у себя в комнате, не приставая. Это очень, очень много значит для меня. Огромных размеров бассейн занимает большую часть территории задней части роскошного особняка, поражающего своими масштабами и великолепными архитектурными элементами. Роскошь... не иначе. Особенно меня поразил главный вход в дом, расположенный между двумя античными колоннами, что разместились на устойчивых пьедесталах. Бассейн же располагался с одной стороны на открытом воздухе, а с другой – под стеклянной будто бы невидимой крышей, защищающей от резкой смены погоды, когда на Калифорнию надвигаются сильные дожди. Вокруг бассейна размещены небольшие разнокалиберные подсвечники и прожектора, предназначенные явно для интерьерной подсветки. По всей видимости вчера их забыли отключить, поскольку сейчас даже сквозь ослепляющее глаза солнце можно заметить яркие разноцветные лучи, отражающиеся в воде. Повсюду интересно расставлена мебель с мягкой обивкой и шезлонги с витиеватыми стеклянными столиками и солнцезащитными зонта́ми.— Присаживайся, Дженни. Значит ты прибыла из самого популярного горного штата Колорадо, если не ошибаюсь? — делает глоток кофе, закуривая при мне сигарету. — Не против?— Нет. — качаю головой. — Всё верно, я из Колорадо. Вы были в Аспене? — Да, однажды. Лет десять назад, когда времени для развлечений было куда больше. Мы с друзьями любили покорять ваши трассы разной степени сложности. Адреналина, порой, не хватает.— Понимаю, мой папа обожал спускаться на лыжах по горным склонам. Он и нам с мамой прививал любовь к горам.— Как же твои родители отпустили такую малышку совсем одну покорять Голливуд? Нестрашно им? Я бы на их месте ни за что не отправил добровольно своего ребёнка в этот серпентарий. — Но, а как же Марко? Он ведь учится на режиссёра. Это не одно и то же? — Марко – другое дело. Он вырос в этой среде и всегда находится под моих личным контролем. С детства всё мечтает снять свой фильм, а я его поддерживаю во всех стремлениях. Мужчины, как правило, более защищённый слой в индустрии шоу-бизнеса, нежели чем вы. Девушки.— Вы считаете, что женский пол не способен самостоятельно пробиться и сделать карьеру в данной сфере? — с некоторой каплей обиды прозвучал мой голос.— Нет-нет. Я ничего такого не имею в виду, лишь предостерегаю. Всё равно очень сложно представить, что тебя отпустили в Лос-Анджелес без каких-либо нареканий.— Так оно и есть. Мама по сей день очень переживает. — А папа?— Папа погиб несколько лет назад на крутом склоне горы. Несчастный случай. — Прости. — опустил голову, явно ощущая себя неловко.— Ничего страшного. Вы же не знали.— Почему ты обращаешься ко мне на «вы»? Думаю, после того, что было между нами, мы можем спокойно перейти эту черту. — в голове прокручиваются  вереницей все моменты наших спонтанных встреч, но я не понимаю, о чём конкретно он говорит. О танце? Постыдном моменте в коридоре Академии? О чём?— Черту? Но между нами ничего и не было. Просто... Я не думала, что вы можете оказаться отцом Марко. Я сожалею о произошедшем. Это, пожалуй, действительно... стало неожиданностью для меня. Да и к тому же...— Что? — подаётся вперёд, несколько смущая меня.— Вы не похожи на человека, которому... Эм-м... — чёрт! Я даже не знаю, сколько ему лет.— Эм-м...? — усмехается, передразнивая меня. — Сколько ты мне дашь лет, Дженни? — вальяжно располагается в круглом кресле-гамаке, запрокидывая руки за голову. — Ну когда я вас увидела впервые, подумала... лет двадцать пять. Не больше. — Польщён. — широко улыбается. — Видать, даром не прошли мои тренировки в зале.— А сколько же... На самом деле? — смущённо задаю вопрос, интересующий слишком сильно. Волнительно.— Тридцать шесть. — ого. Никогда бы не дала столько лет. Слишком молодо выглядит для своего возраста. Слишком. — Смею предположить... ты ровесница моего сына. Тебе лет восемнадцать?— Верно. — переплетаю пальцы между собой, не зная, куда ещё деть руки.— Почему именно карьера актрисы? — задаёт очередной вопрос, будто пытаясь за раз узнать как можно больше обо мне информации. — Ты великолепно танцуешь. Почему бы не продолжить развитие именно в этом направлении? — Марко тоже спрашивал об этом. — мельком вижу, как на его лице сходит на нет улыбка, но делаю вид, что не вовсе заметила перемены настроения. — Я люблю танцы, но мечта играть в театре или же сниматься в кино намного сильнее. С детства проводила всё свободное время в различных кружках, студиях. Посещала чуть ли не каждый спектакль в нашем местном театре «Аспен» и из раза в раз всё больше восхищалась актёрами, их игрой. Никогда не представляла своей жизни без этого. Но танцы, безусловно, тоже часть моей жизни. Вряд ли я заброшу их. Однако карьеру в этой сфере строить не планирую. — тараторю чуть ли не на одном дыхании, глотая после воздух, чтобы отдышаться.— А как же мой сын? — А что он? — Ну как. Если тебя по счастливому случаю утвердят на роль, думаю, он будет ревновать. В фильме, который мы планируем снимать, предусмотрены поцелуи. Ты не знала?— Нет... Но рано думать об этом. Сейчас я только лишь прохожу обучение. Мы занимаемся поисками агента. Если честно о кастинге я думаю в последнюю очередь. К тому же, Марко – человек, существующий в сфере кинематографа. Он – режиссёр и понимает, что даже если мне посчастливится сняться, допустим, в короткометражном фильме, где будут сцены с поцелуями, то это лишь издержки профессии. Работа и ничего больше. — стараюсь как можно сдержаннее себя вести, однако сердце предательски стучит, грозясь проломить грудную клетку. Надеюсь, что Алистеру этого неслышно. Прикусываю нижнюю губу, отводя глаза в сторону бассейна.— Не прикусывай губу, Дженна. — вид его становится более серьёзным, в то время как мой и вовсе растерянным. — Нравится ли тебе в Калифорнии? Обучение в Академии оправдывает ожидания?— Да, конечно! — через чур радостно восклицаю, радуясь тому, что он мгновенно сменил тему. — Я и представить не могла, что мне предоставится подобная возможность. Это огромный шанс. Я очень сильно благодарна вашему сыну. Марко мне и правда помог невероятно. Я никогда в жизни не чувствовала себя настолько счастливой.— Что ж... я рад. Мечты должны осуществляться. Главное потом не пожалеть. — тихо произносит, будто разговаривая сам с собой. — Дженна. — смотрит, не отрываясь. — Я же попросил на «ты» ко мне обращаться. — заправляет мой выбившийся локон за ухо, от чего я немного подаюсь назад. От греха подальше. — Нет, мне удобнее на «вы».— А ещё я просил не прикусывать губы. — я и не заметила, как вновь ухватила зубами нижнюю губу от волнения, проходящему словно импульсы по всему телу.— А то что? — неожиданно для себя бросаю вызов брюнету, прожигающим меня своим пристальным чёрным взглядом прищуренных глаз, жадно поедающих моё почти что оголённое тело. Нужно было одеться. Дура. Дура.— А то я не сдержусь. Тебе оно нужно? — шепчет слегка охрипшим голосом.— Я...  я не совсем понимаю, о чём вы. — перемещает свой взгляд на мои слегка приоткрытые губы, тяжело сглатывая. — Не одурачишь меня. Ты всё прекрасно понимаешь, Дженна. — подаётся ещё ближе, обдавая горячим дыханием. Опаляя кожу. Выжигая во мне дыру. Останавливая сердце одним взглядом. Полная потеря себя. Разума. Чувств. — А в прочем... К чёрту всё...Неожиданно подхватив меня словно пушинку, он повалил наши тела в бассейн с кристально бирюзовой водой. Даже пискнуть не успела. Захлебываюсь эмоциями и водой. Зажмуриваю глаза, тяжело хватая ртом воздух. Алистер обвил мою талию руками и прижал к своему телу вплотную, заставляя обвить его торс ногами. Прислонился лбом к моему лбу и тяжело с хрипом втянул воздух, еле справляясь с накатившими эмоциями. Обстановка накалена до предела, нет сил сопротивляться его животному порыву и похоти. Выпучив глаза я смогла только лишь издать тихий вздох и вцепиться пальцами в мокрые сильные плечи, как за спасательную шлюпку, чтобы просто не уйти на дно. Желание прикоснуться к нему разрывала меня на части. Заглянув в его затуманенные карие глаза, осознала, что буду жалеть об этом всю свою оставшуюся жизнь, но ничего со своим телом не могу поделать. Влечение. Снова. Дикое. Необузданное. Как заворожённая прижимаюсь бёдрами к нему и так же как и он задыхаюсь, хватая ртом тяжёлый, накалённый до предела воздух. — Я предупреждал, так не прикусывать свои губы? — произнёс еле слышно. Подняв руку, схватил на затылке в кулак мои волосы. — Не играй со мной. — прильнул ближе к лицу и, втягивая тяжело воздух, стал водить носом по шее... Будто принюхивается как животное к своей добыче. Задрожала всем телом, а жар внизу живота проник в каждую клеточку моего сознания. Умираю в его руках. Расщепляюсь на мельчайшие многомиллионные атомы. Каждое прикосновение словно оставляет ожоги и справиться с эмоциями либо оттолкнуть просто не возможно. Резко разворачиваюсь лицом к мужчине и оказываюсь в капкане его манящих губ. Буквально соединяю их воедино и молюсь лишь об одном, поскорее бы получить желаемое. Ощущаю потребность в его ласке. Тихий рык и горячее дыхание, а следом лёгкое, но до боли приятное касание языка к нижней губе. Не торопится брать то, что давно уже в его руках. Облизывает искусанные губы. Мучает. Пробует на вкус и наслаждается моей слабостью. Прошли секунды, десятки секунд, прежде чем сладкие губы обрушились на мои, завладевая всё тело и душу без остатка. Глубокий, чувственный поцелуй, уничтожил все сопротивления. Лишил кислорода и ясного разума. Я не думала сейчас ни о ком кроме него, также страстно отвечая с ещё более мощным напором. Лишь спустя мгновение мне удалось немного от него отстраниться. Нет... Нет... Нет... Так нельзя. Голову снёс. Заколдовал. Это настоящий гипноз. Другого объяснения нет. Прожигающее дыхание опаляет кожу, а властные сильные руки, продолжают вжимать мою талию с неимоверной силой в своё мускулистое тело. Господи, что мы творим? Так нельзя. Это всё неправильно. С ума схожу рядом. Задыхаюсь. Буквально растворяюсь в нем. Не чувствую ничего вокруг, лишь это крохотное мгновение, которое рассыпется как пепел через пару минут и возвращает к реальности. Если честно, я бы рада сейчас научиться исчезать словно по волшебству одним взмахом руки, да только мы не в сказке. Ничего не получается. Тело предаёт. Не отстраняюсь. Наоборот... вновь поддаюсь его ласки. И вовсе теряю рассудок, почувствовав терпкий мужской запах парфюма. Он моё наказание. Моя погибель. Моя слабость. Знаю же нельзя. Нельзя. Но не даром говорится, запретный плод сладок. А он, чёрт возьми, вкусней любой сладости. Я едва понимаю, что происходит, да и вообще еле разбираю шёпот этого мужчины. Что он говорит? — Не кусай, говорю, так губу, а то я вновь завладею ими... — выдыхает, прерывисто, сдавленно и ближе поддаётся к телу. Вплотную. Силой. Даёт почувствовать свою мощь и окончательно сносит крышу. Я даже губы не успеваю разлепить для какого-либо протеста, как мой искуситель вновь набрасывается на меня, сминая и покусывая с рычанием их. Зверь. Животное. Как похотливый развратный самец, берёт с такой силой, что затрудняется дыхание. Учащается пульс. Да какой пульс, всё тело колотит, несмотря на то, что температура воды в бассейне достаточно тёплая. Тело лихорадит, как при сильном северном ветре. Его поцелуй выбрасывает с этого непростого для меня мира, возвышая куда-то запредельно. Неистово. Чувственно. И я не отстраняюсь. Словно искушённая такой неистовой лаской, вновь так же остервенело отвечаю. Нет, это не поцелуй. Это мой личный именной гроб, в который с каждой последующей секундой то и дело заколачиваю собственноручно гвозди. Да с такой силой, что явно не смогу выбраться. Прервав поцелуй, чтобы не задохнуться, я судорожно втянула воздух и с испугом посмотрела в глаза искусителю. Чёрно-коричневый взор прожигает. Искрится. И от удобного освещения рядом стоящего фонаря, в его зрачках вырисовывается чётко различимые нотки похотливого влечения. Он глазами требует продолжения, а руками то и дело подначивает на следующий шаг. Стоп.— Нет! — срываю голосовые связки, пытаясь отплыть подальше. Что же я творю? Так нельзя! Невозможно! Противно от самой себя! — Дженн. — словно одержимый впивается в меня взглядом, перехватывая одной рукой за талию, чтобы обездвижить. Другой проводит по моим губам, ласково касаясь. Моё частое дыхание лишь усиливается под таким напором. Вскидываю голову, поймав его почерневшие глаза из-за сильно расширенных зрачков, прожигающие немым обожанием. Я знаю этот взгляд. Очень хорошо знаю. Так смотрел всегда папа на маму. Дико. Страстно. Одержимо. Жадно. Необузданно. С любовью... Но нет! Не может быть любви там, где не должно.  Вздор. Делаю то, что остановит сейчас всю эту чертовщину.— А как же Марко? — буквально плюю ему в лицо тем, от чего он ошарашено смотрит мне прямо в глаза, потихоньку отстраняясь подальше. — Если вы хотите его предать – вперёд. А я не собираюсь так низко и подло поступать с ним. Он этого не заслуживает. Я не хочу, чтобы он считал меня падшей девушкой. Простите... Быстро, что есть мочи выбираюсь из бассейна, чувствуя тяжесть от проклятущего пеньюара, в который до сих пор была облачена. Лёгкая одежда прилично намокла, создавая неприятное ощущение на теле. А может так противно не только от одежды... будто шепчет подсознание.— Это была ошибка. Большая и грубая. Прощайте. Перепрыгивая через две ступеньки за раз, моментально собираюсь, наплевав на сырые волосы. Ничего страшного. Высохнут по дороге. Я должна бежать отсюда как можно скорее. Пока это странное цунами внутри не накрыло с головой. Не поработило меня изнутри. Не сделало зависимой.Спускаюсь на первый этаж под учащённое сердцебиение, которое отдаётся битами в висках, и вижу, что Алистер молча встречает спустившуюся вниз гостью. Молчит. Ничего вообще не говорит. Лишь виновато смотрит на меня. Решив ещё больше не усугублять накалившуюся обстановку, хватаю сумку и прохожу мимо него, ощущая каждой клеточкой мускусный запах этого мужчины. Но нельзя. Оказавшись уже за дверью, несусь на ватных ногах подальше от этого дома. Прочь.

ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ, СТАВЬТЕ ⭐️ И ОСТАВЛЯЙТЕ СВОИ КОММЕНТАРИИ!💬БУДЕМ ВАМ ПРИЗНАТЕЛЬНЫ!