35

уже в ресторане___________19:40

мы прошли в длинное заведение с высокими потолками, у входа которого нас встретила хостес и провела к уже забронированному столику на имя даниэля. пару человек со страхом в глазах обернулись в нашу сторону, но стоило им встретиться с взглядом дани, как они сразу же разворачивались и опускали свой взгляд. парень отодвинул мне стул прежде чем я села, а затем присел и сам напротив меня. сделав заказ, мы сидели разглядывая помещение и присутствующих гостей.

—видишь ту блондинку в красном платье? —, произносит даниэль и я киваю рассмотрев женщину —, она была замужем 8 раз за все свои 49 и все ее мужья сдохли, я не знаю что она с ними делала, но о ней говорил весь город, возможно ты тоже что нибудь да слышала о ней —, я удивлено ахаю глядя на нее. на данный момент она тоже сидит с мужчиной. интересно это ее 9?

—мне рассказывали на работе в клубе. кажется там я её тоже не мало раз видела. —, начинаю я вспоминать женщину, после чего перевожу взгляд с нее обратно на даниэля —, а ты по прежнему веришь в смерть после 29? —, задаю я вопрос который вертится ядовитым комментарием на моем языке. даня пожимает плечами.

—я не заглядываю в будущее. что будет то будет. а ты с чего вдруг об этом задумалась? —,  просил даниэль

—просто не хочу становится такой же как та блондинка —, смеюсь я, а вместе со мной и даниэль

—в нашем мире это уже нормально. мужья покидают к 30 годам, а жены продолжают воспитывать детей, для того чтобы произошло продолжение возглавление капо фамилии. например я иду после отца, но у меня ни матери ни отца нет. я женат, мне через пол года 30, но опять же, нет детей. когда например моему деду было 29, у него уже было трое сыновей и двое дочерей, но.. девочек у нас не любят, так принято, что если во время похода к врачу становится известно что родиться девочка, то делают сразу аборт. в то время, когда дед был жив, такого ещё не было, они узнавали пол только тогда когда рождается сам ребёнок. —, в этот момент нам принесли наши блюда и даня замолчал. я буквально с открытым ртом слушала его рассказы пребывая в шоке. и что теперь? если я вдруг когда то забеременею девочкой то мы возьмем и убьем её?... невинное дитя?... почему ребёнок должен страдать из-за того что в нем течет кровь мафии? аппетит пропадает, но я стараюсь не выводит из себя даниэля, поскольку сама задала изначально вопрос связанный с этой темой. я заказала себе стейк средней прожарки, и салат который первым попался мне на глаза, даня же ел мясо какой то дичи. мы молча доели, не болтая о лишнем. мне хватило того разговора что его слова крутятся эхом в моей голове выводя меня в тошнотворное состояние. —, может ещё что нибудь? —, задает вопрос даниэль словно он официант. я отрицательно мотаю головой, поскольку набила желудок до завтрашнего вечера и поднимаюсь из-за стола, ровно так же как и даня. вдруг из его заднего кармана выпадает пистолет. внимание окружающих сразу же оказывается на нас. я одариваю даниэля недовольным взглядом, пока тот подняв ружье убирает его обратно в карман —, я же не специально —, поднимает он на меня свой взгляд

—ты заставил весь ряд наложить в штаны —, обращаю я внимание на лица присутствующих. они утихли, молча смотрят на то как мы взявшись за руки покидаем помещения, кажется за нашими спинами они выдыхают с облегчением. но не успеваем мы отойти от той обстановки, как нас подлавливают люди с камерами и микрофонами на улице, прямиком у входа. охрана сразу же окружает нас со всех сторон, так чтобы к нами никто не прикасался —, черт —, растеряно отвожу я взгляд в сторону

—прекрати, ты выдаешь свое обеспокоенное состояние —, произносит он достаточно тихо, чтобы услышала только я, и я беру себя в руки. не хочу чтобы в пабликах обо мне вновь написали всякой дичи

—доброго вечера! —как провели ваш вечер в ресторане?—как прошла свадьба?—можно узнать ваше имя?—вы давно были знакомы?—почему ваш клуб закрыт?

они задавали слишком много вопросов что я чуть не сошла с ума. даниэль остановил их и попросил говорить поочередно, а не все в одну кучу

—можно узнать ваше имя? —, обращается ко мне девушка протягивая микрофон

—адэлина, адэлина милохина —, повторяю я приписывая вместо своей фамилии , фамилию моего мужа.

—когда вы познакомились? —, я передаю этот вопрос дане.

—ну это уже личное, не будем распространяться —, отказывается он от него

—почему ваш клуб закрыт? —, кричит мужчина из толпы. я в недопонимании о чем он перевожу взгляд на даню который в свое время оправдывается перед этой толпой

—по техническим причинам. через пару дней он будет работать в прежнем режиме. если на этом всё, попрошу вас разойтись —, произносит даня и охрана начинает расталкивать собравшуюся толпу. мы направляемся к машине

—какой ещё клуб? ты владеешь заведениями? —, сидя уже в машине спрашиваю я. даня вздыхает

—ну тебе это прям необходимо знать? —, он закрывает окна чтобы с камерами не продолжали подбегать к машине. заметив мое недовольное выражение лица, он вздыхает —, ладно, клуб в котором ты работала принадлежит мне. на этом всё —, он располагается поудобнее в салоне снимая с себя пиджак

—ты сейчас серьезно? я работала на тебя? —, я начинаю задумываться —, но мне сообщали что владельца зовут Кристиан Стоун. —, вспоминаю я его имя когда подписывала договор о заключение рабочего контракта.

—знаешь значение слова анонимность? вот здесь что-то в этом роде. людям не обязательно знать что это мой клуб. точнее, не обязательно было знать. какой то черт вскрыл все карты. на данях там произошла перестрелка, снесли люстры и пробили сцену, теперь там все ремонтируют, но я вновь сделаю так, словно владельцем являюсь не я —, протягивается он уставше

—а в чем прикол раз сейчас уже знают? что тебе это дает? —, в недопонимании спрашиваю я

—если будут знать что это мой клуб, люди будут покушаться на него. прошлой ночью сотело подорвал дом в котором ты снимала квартиру.  четверо мужчин входящие в мою охрану погибли, из жителей погибло 8 человек. здание обрушилось на машины которые в то время проезжали по трассе и тоже получили свое. в общем этот черт нарывается, ждёт пока я нанесу ответные удары —, он расстегивает рубашку и я обращаю внимание на тот порез который зашивала примерно месяц назад. он буквально полноценно зажил.

—а что ты конкретно сделаешь? —, любопытствую я

—его мать находится в подвале где я держал тебя. в доме. она какая то странная, ведет себя как животное, хотя мы ей ниче и не вкалывали. в общем, я наношу ответный удар. —, я ахаю от неожиданности

—ты не нормальный? сравнил какой то полуразрушенный дом с матерью. —, недовольно произношу я

—ты ничего не понимаешь. мы не жалеем здесь друг друга и не отвечаем по мере полученного. это не детская игра в песочнице. здесь все серьезно. мы берем по крупному, и я это сделаю, а если быть точным то уже сделал.