Экспериментальное зелье.

Статус: Закончен

Ссылка на работу: https://ficbook.net/readfic/9425146

Автор: я так слышу

Метки:

AU, ООС

Описание:

Снейп изобрел много зелий. И еще пришлось поизобретать, чтобы воздействие не очень удачных снимать.

Публикация на других ресурсах: Разрешено

Не навреди.

Снейп, что сегодня едва сдержался в очередной раз, и не проклял Лонгботтома с его руками-крюками, для успокоения нервной системы предпочитал природные релаксанты. То есть созданные без применения магии, старым добрым перегоном. Вред они наносили только печени, но ту можно подлечить не такими бьющими по всему организму зельями, как успокоительное. Передоз успокоительного был гораздо хуже похмелья, и Снейп налил вторую порцию виски. Он так глубоко погрузился в нерадостные мысли, что прослушал давно уже раздающийся стук в двери его личных апартаментов. Стук раздражающе не прекращался, и стучал в унисон его думам. Наконец Снейп встряхнулся и с трудом выпрямился в кресле. Самоанализ показал, что так паршиво не из-за растяпы Лонгботтома себя чувствует. Нет, опять Гарри Поттеру про папу-козла влепил. Придется снова самогипнозом заняться, Гарри вечно порывался всех защищать и не боялся, казалось, ничего. Ни его, Ужаса подземелий, ни отработок, ни дементоров. И припомнив, что вообще-то отвлекся от самокопания из-за стука, понял, что на дворе глубокий вечер. Кто-то из школяров настойчиво долбился, потому что учителя могли через камин вызвать, как и мадам Помфри. И решил посмотреть, кто такой смелый после отбоя ему постучал.

За дверью никого не было. Опустив взгляд, Снейп увидел уголок пергамента, что открытой дверью смел в угол перед ней.

Писал ему никто иной, как Гарри Поттер. Сегодня ведь выписался только утром из Больничного крыла, на уроке зелий, слава Мерлину, последнему в этом году, все порывался что-то вякнуть. Надоедливый мальчишка с шилом в заднице заткнулся невербальным Силенцио. Но Снейп все равно прошелся сравнением с Джеймсом, хотя и мимоходом.

Читая неразборчивый почерк, с трудом осознал, ЧТО именно писал шрамоголовый самовлюбленный... гхм...

"Уважаемый профессор, прошу больше не сравнивать меня с моим биологическим отцом. Я сам его теперь не уважаю, и постараюсь как можно сильнее измениться. И Мародером никогда не стану. И спасибо за все. С уважением, Г. Поттер.".

Снейпа развеселило количество уважений в писульке на обрывке пергамента. И спал он хорошо впервые за те три года, как Поттер-младший поступил сюда учиться. Ранним утром, а до понедельника, начала экзаменационной недели, было два дня, а затем наступало любимое время Снейпа, каникулы, снова записку прочитал. Настроение было таким хорошим, что антипохмелин пить не пришлось. На завтраке привычно уставился в чашку, но краем глаза видел, что извертевшийся очкарик с него глаз не сводит. И избегал всю субботу посещать приемы пищи.

Поговорить с Поттером-младшим пришлось через день, когда тот под мантией-невидимкой снова после отбоя к нему постучался. Вчера было его дежурство, и мальчишка знал об этом. Так что сегодня Снейп ждал, и сразу затащил наглеца в комнату. Тот бесстрашно смотрел и Снейпу стало любопытно, что изменило так резко мнение гриффиндорца об отце. Еще на той неделе, до этого приключения с крысой-Петтигрю, оборотнем, не принявшим Аконитовое зелье и придурочным Блэком, на любое уничижительное замечание вскидывался, и орал, что отец получше всяких был.

***

Сказать, что у Гарри Поттера было счастливое детство, было нельзя. Психолог Снейпа, душевед из Германии, просматривая воспоминания Гарри, которого пришлось очень недолго учить извлекать их из памяти, только головой качал. Снейп не любил читать детей, в отличие от Дамблдора. Тот не гнушался поверхностно просматривать всех, прямо за обедом. Правда, и глубоко влезть не мог, и поэтому повредить тоже. Из-за этого щиты Снейпа постоянно были подняты, но вот Гарри Поттеру теперь придется либо с серьгой в ухе щеголять, либо учиться ложные узлы наверху держать. Так что заняться им было чем. Но занялись совершенно иным. О том, чтобы с Сириусом или Ремусом жить, Гарри наотрез отказался даже обсуждать такую возможность. Их удалось тоже душеведу показать, и Гарри выдвинул два условия. Первое - извиниться и искренне, перед Снейпом. Да, вы оба. И второе - уехать из Англии на год. Ему привиделось мутное всякое, а некогда сейчас, когда за ум взялся, об отцовом дружке печалиться. Интуиция у Гарри всегда была на высоте. Просто первые два года в Хогвартсе как будто кто глаза застил.

***

Лето пролетело незаметно, про квиддичный матч оба вспомнили, когда утром, за обычной чашкой кофе, Снейп чуть им не поперхнулся и Гарри пришлось ему по спине колотить. В "Пророке" была колдография метки и рассказы очевидцев. Снейп купил бывший дом Эвансов, для Гарри, уже давно. Но сначала ему Дамблдор отказал категорично в опеке, потом, в Хогвартсе, когда увидел оживший портрет недруга, сам не захотел сюда приводить его. Но теперь, под Фиделиусом, завязанном на Снейпа, Гарри впервые почувствовал значение слова дом. От Снейповского его отделял сад, гоблины прорыли в скалистом грунте ход за три дня. В сейфе у Гарри денег после обстановки нового жилища, покупки хорошей одежды и платы за потайной ход, осталось всего пара сотен галеонов. На четыре курса хватит, а там Гарри решил в ученичество к Снейпу проситься, ведь зелья от личного

ученика мастером проверялись и вторая подпись увеличивала на них цену. Гарри, имея собственное жилье и никаких унижающих родственников, а также пользуясь, по выражению Снейпа, его бесхребетностью и добротой, на что весело ржал, попер не только в чарах и трансфигурации. Как будто руки и голову ему подменили, ворчал Снейп по привычке и не гнушался подзатыльников надавать за неправильное помешивание.

Сейчас, после разделки порядком протухшего василиска, яд которого сцедили и шкуру сняли, денег прибавится. Но в Англии продавать это было чревато нехорошими последствиями, а Флитвик еще от родни из Австралии не вернулся. Василиска разделывали в конце июля, еле дождались начала очередной конференции МКМ. И нашли выход, вернее, выполз, в центр Запретного леса. От акромантулов Снейп аппарировал с Гарри легко, и вернувшись пешком в Хогвартс, выполз запечатали. Но оставили себе лазейки, мало ли.

Совы, понятно, дом под Фиделиусом найти не смогли. И Гарри закончил покорно принимать зелье на основе яда василиска. Его только те могли принимать, кто выживал после укуса короля змей. Вот так и не понадобилась ни окклюментная серьга, ни упорные занятия. Природный щит устанавливался, если вымыть слезы феникса из организма. Появлялись хладнокровие и рассудочность, возрастала магическая мощь. Гарри теперь по плечу и высшие заклятия, и ведь чуть Фиделиус не снес. Дури еще много, констатировал Снейп. И до конца августа вновь курс яда прописал.

***

Учебники и все остальное купил сам Снейп, скопировав письмо Драко. Его не то что расспрашивать недавний выпускник-продавец не посмел, а вообще предпочел забыть. Ну его, этого Снейпа, вон как зыркнул. И если узнает, что кое-кто язык за зубами держать не умеет, то месть очень изощренная того ждет. Продавец был недавно совсем вороном, и рассудительность была привита деканом еще за первые курсы.

Гарри в поезде под мантией-невидимкой нагло подслушал много разговоров, совесть наглухо теперь молчала. Перспективы вырисовывались не радужные. Все слизеринцы были в курсе предстоящего турнира, и обсуждали его. Смертность там зашкаливала. Гарри пятой точкой чувствовал грядущие неприятности, но второй курс яда вывел остатки светлых слез феникса, и змей притаился. Пусть даже его засунут на это смертоубийственное шоу, успеет нужные чары освоить. Снейп был великолепным спарринг-партнером, вся магическая мощь Гарри разбивалась об искусные щиты, и его мощные щиты не раз взламывались хитрыми чарами. Учить его Снейп продолжит в Тайной комнате, они уже вычислили проход из комнат декана змеек в нее.

***

Гермиону равнодушный взгляд Гарри испугал. Рон ничего не замечал, вдохновенно меча в рот побольше да пожирнее куски. И орал про квиддичный матч, не замечая щита производства Гарри. Куски теперь валились не на соседей, а на самого Рона. Гарри после ужина пошел не спеша в гостиную, на предложение Рона сыграть в шахматы безразлично обыграл восемь раз подряд и оставив красного Рона пыхтеть, ушел спать.

Гермионе больше ни разу не удалось заполучить мальчика на разговор. Едва она начинала свое "Гарри Дж...", как наткнувшись на презрительный взгляд, затыкалась. Невербальное Силенцио было точечным, Гарри раньше не знал, что его на имя можно наложить. Гермиона была умна и наблюдательна. Заметив, что на просто Гарри тот откликается, а на второе имя и фамилию нет, тон пришлось тоже сбавить. Да и придя по привычке к мальчикам в спальню, пора бы лентяев за домашку усаживать, обнаруживала, что теперь под дверью ждать приходится. Ни Алохоморы, ни другие отпирающие чары не помогали. А получив пару раз в лоб открывающейся дверью, стала караулить Рона и Гарри в гостиной. Рон подкарауливался,

а Гарри каким-то образом, и Гермиона догадывалась, каким именно, обходил ее и в библиотеке садился за одиночный стол. Один раз Гермиона протянула руку за эссе Гарри и долго ею после разряда молнии трясла. Проверить не смогла ни одного, но Гарри стал почему-то "Превосходно" по всем предметам получать. И на трансфигурации прежде прочно Гермионой удерживаемая пальма первенства перешла тоже к Гарри. Это был единственный предмет, которым она по праву гордилась, ведь от точности и скрупулезности здесь все зависело. Но Гарри, к ее негодованию, быстрее превращал все, и держалась даже кратковременная трансфигурация дольше. Гарри, а не она, теперь стал самым успешным учеником. И с Роном перестал играть, вернее, это Рон больше не предлагал Гарри ничего и стал с Дином и Симусом больше общаться. Гермиона осталась одна. Гарри после выполнения домашки куда-то уходил, приходил поздно, иногда после отбоя. Поговорить с ним Гермиона не успела до самого объявления Гарри четвертым чемпионом. Теперь она ждала, когда Гарри за помощью приползет, хотя бы чтобы надписи на значках изменить. Ведь это ее идея и была, написать перевертыши. Но Гарри чуть мазнул по надписям "Поттер-вонючка", внимательно обвел запоминающим взглядом всех, на ком они были и те почему-то их на второй день надевать не стали, даже слизеринцы. Рон все разорялся в гостиной про обманщика, и его перестали слушать тоже быстро.

Впечатляющая победа Гарри над драконом была такова, что в гостиной закатили было пирушку, но виновник не явился. После недолгих препирательств выяснили, что, собственно самого-то Гарри никто и не пригласил.

На зимних каникулах, после рождественского бала, на который четвертый чемпион и не подумал придти, а она-то ревность рассчитывала вызвать, впервые Гермиона в замке осталась. Гарри сильно изменился за лето, думала она. Это все гормоны и половое созревание. Вот только Гарри не остался на каникулы.

***

Дамблдор только сейчас очнулся, кого же для Гарри в заложники для второго задания выбрать. Нити дружбы, что крепли между Золотым Трио, внезапно исчезли. Инициатором разрыва был Рон, это было четко видно. И Гарри может сказануть, что не полезет спасать чужого человека, предавшего его. Теперь Гарри и не такое выдавал, даже Малфой притих.

Об этом Гарри ясно дал понять, смотря немигающим взглядом на вчерашней беседе. Дамблдор не то что прочитать мыслеобразы не смог, самого чуть не раздавило при попытке влезть в разум Гарри. Из глубины холодным равнодушным взглядом смотрела смерть, неумолимая и сокрушительная. Но выбора не было, Гермиона будет призом Виктору Краму.

Гарри Рона вытащил через три минуты после погружения. И отошел подальше. И спокойно, не дожидаясь результата, ушел в замок. За такое пренебрежение дали последнее место. Чуть не утонула сестренка француженки, и разбирательства захватили Дамблдора, да так, что не оставалось времени подумать, что изменило вечно рвущегося всех спасать героя. А ведь раньше Гарри бы рванул на помощь, и тут Дамблдор почувствовал дежавю. Такой же точно взгляд был на последнем курсе у Тома Риддла, и на собеседовании тоже так посмотрел. Но ведь и следа у Гарри в шраме темномагических эманаций с сентября не было, это Дамблдор проверял прямо на Распределяющем ужине каждый год. И шрам у Гарри незаметно зарос, и очки, тут Дамблдор похолодел, Гарри снял в конце сентября.

На душевные разговоры Гарри не шел, смотрел своим взглядом, как будто раздумывал, куда Аваду сподручнее воткнуть. Оставалось звать на помощь Сириуса, но его как будто корова языком слизнула. Как и Люпина.

Время до третьего тура промелькнуло быстро. Гарри входил в лабиринт последним, и вышел из него через полчаса с пустыми руками. Следом вышли и Крам с Делакур, и снова Дамблдор поймал ее ненавидящий взгляд. Ну да, забыл он, что русалы и гриндилоу враждуют с вейлами, ну пора бы и простить.

Седрика ждали до утра, ночью соваться в лабиринт было смерти подобно. Наблюдатели все взлетели над лабиринтом, но никаких огоньков не было. На рассвете тело Седрика нашли возле трибун, на него наткнулся собственный отец, обезумевший от страха. Кубок валялся рядом, Седрик был изрезан и еле дышал.

Все трое здоровых чемпионов показали одно - постамент посреди лабиринта был пуст, когда они почти одновременно до него добрались. Крам правда вначале что-то про непростительное в спину пробормотал, но резко замолчал. Палочек ни у кого в руках не было, а невербальным Силенцио кому бы понадобилось рот затыкать. Веритасерум приняли все добровольно, от Седрика же показаний ждать придется еще долго.

***

Снейп ругательски ругал себя, и собирал слезы фениксов на ферме фениксов. Гарри слишком стал, как бы помягче выразиться, хладнокровным. Пришлось срочно смягчительное зелье изобретать, да потом Мерлину молиться. Сириус Блэк еще поддевал под руку, Люпин этот хмуро глядел. Как будто Снейп вины своей не чувствовал, но и подгоняло это тоже хорошо. Гарри лежал под пальмами и с улыбкой наблюдал за взрослыми дурачками.

Уже первая порция помогла, но ничего, пусть побегают. Да, садизм здесь присутствовал, остатки его василисковой души. Но не выдержал и расхохотался. Этот смех, от ни разу не улыбнувшегося за целый год подростка бальзамом на души трех взрослых магов пролился и они гоняли Гарри до темноты по гасиенде.

***

Эмансипация Гарри Поттера стала для Дамблдора ударом под дых. Он ведь нашел способ расторгнуть контракт, но после первого тура тот становился необратимым. А за заботами и многочисленными должностями забыл сказать Гарри, все собирался, да не успел. Гарри приехал на пятый курс неизвестно откуда, Сириуса Блэка ведь так и не было найдено в Англии. Орден Феникса собирался в доме самого Дамблдора. Седрик при выходе из комы поведал ужасающие новости. Волдеморт воскрес, и метка у Снейпа явно это показала. Двойной шпион еще ни разу не вызывался Лордом, и через день успел только прислать директору паническое письмо, что его ждут. И больше о Снейпе Дамблдор долго не слышал. Шпиона в стане противника больше не было, Орден что-то скукожился и новых членов не находилось. А Гарри теперь Дамблдор вызывать не хотел. Даже когда улыбку его заметил, совсем такую, как на первом курсе, все равно в дрожь, при воспоминании о прошлогодних беседах, бросало.

***

Лорд тосковал, в поместье Малфоев были все условия, но сторонники не особо радовали, как-то без энтузиазма слушали. Нагини почему-то издохла еще. Все идет наперекосяк, скользкий друг избегает в глаза глядеть. Надо бы мыслишки его почитать, да опять плохо стало. И рост подкачал, кто метрового коротышку бояться будет. Снейп исчез, а без восстанавливающих зелий слабость накатывала частенько. И однажды дух Волдеморта снова в себя пришел в лесах Албании и взвыл. Снова ловить путника подходящего, снова вселяться, снова голема лепить. И через, дай Мерлин, три года только в силу сможет войти. Петтигрю, что влил не ту кровь, и виноват во всем, думал дух. Ну ничего, вот воскреснет и всем отомстит. Путники все не шли и не шли. А дух и увидеть не мог мощный Фиделиус на всю поляну с алтарным камнем, и все ждал и ждал. Фиделиус пропал со смертью Гарри Поттера от старости в его сто двадцать лет. Вселившийся в простого магла, вот дожил, горько думал дух Волдеморта, в Англии не нашел ни одного живого сторонника. Все от старости скончались и старейший враг его, Альбус-много-имен Дамблдор, и более молодой враг, Гарри Джеймс Поттер. Волдеморт не унывал, и начал новую жизнь с новыми планами. Его развеял студент второго курса Хаффлпаффа, мимоходом. Волдеморт ведь по привычке в учителя ЗОТИ вселился, и тот как раз накануне давал задание одержимость определять. Волдеморт не укоренился еще как следует, и Гарри Сириус Снейп его и развеял.

Портреты директоров, предпоследнего и последнего, то есть Снейпа и Поттера, только переглянулись. В своих потомках были абсолютно уверены. Ведь дочь Поттера, выйдя замуж за сына Снейпа, родила следующего Снейпа. И по привычке опять поругались портреты, чья кровь так хорошо подействовала, что в двенадцать лет по некромантии и малефицистике зачет их правнук получил.