Глава 25: выпускной

29 мая. Последний звонок.

Школа гудела, как улей. Плакали учителя, обнимались одноклассники, а мальчишки в мятых рубашках уже спорили, кто кого первым пригласит на танец.Эстер, стоя у окна, держала в руках колокольчик с голубой ленточкой и просто смотрела вперёд. Она ведь пришла сюда не так давно, всего пару месяцев назад — а сейчас ощущение, будто всю жизнь тут прожила.

— Ау, — Оуэн ткнул её локтем. — Моя звёздочка не потерялась?

— Не зови меня так, — пробурчала она, но не удержалась — усмехнулась.

Последний звонок прошёл, как во сне: банты, слёзы, слова напутствия, фото, цветы, цветы, ещё фото.А вот на следующий день — всё началось по-настоящему.

⸻

30 мая — ВЫПУСКНОЙ.

Зал был украшен слишком уж блестяще: шары, арки, серпантин. У многих девочек — красивые, но скучные платья: пудрово-розовые, ванильно-белые, глянцевые, как обложки журнала.Эстер же вышла из машины как будто сошла с другой планеты.

Нежно-голубое платье, пышное, с длинными рукавами, переливалось на свету. Маленький аккуратный разрез на груди, не вульгарно — а стильно, уверенно.А на шее — тонкий кулон, который подарил ей Оуэн в начале мая. Он держал там гравировку: «для моей звезды». Никто не знал, но она каждый день проверяла — не потеряла ли. Он был для неё чем-то большим, чем просто украшение.

Её волосы — короткие, но уложенные в мягкие локоны — качались при каждом шаге. Макияж был лёгкий, но точный, как и сама Эстер.Она не играла ни в принцессу, ни в куклу. Она просто была собой, и это было... красиво.    •   

Оуэн увидел её — и потерял дар речи.Сначала просто стоял с открытым ртом, потом провёл рукой по волосам, будто хотел привести себя в порядок. На нём была чёрная рубашка, идеально сидящие брюки и тёмно-красный галстук. Ему редко шли галстуки — но этот сидел идеально. Слишком идеально для простого выпускного.

Они подошли друг к другу. На секунду — просто стояли, улыбаясь.

— Ты настоящая звезда... — прошептал Оуэн. — Даже не звезда, а целая галактика.

Эстер смутилась, как всегда, опустив глаза, но её губы дрогнули в улыбке.

— Купер... — начала она, но он наклонился и коснулся её носа своим.

Носами. Как всегда.

Они обнялись. Плотно. Тепло. Без пафоса — просто настоящее объятие, в котором было всё: нервы, счастье, трепет, и чувство, будто всё идёт так, как надо.    •   

Когда начался вальс, учительница заглянула на них с опаской — ещё помнила, как в начале мая Эстер бросалась вилками.Но сейчас — всё было иначе.Оуэн держал её аккуратно, но уверенно.Эстер в первый раз не наступила ему на ногу.Все смотрели на них, как на пару из другого мира.Никто не шутил, не переглядывался.Даже братья Купера промолчали — будто почувствовали: этот момент нельзя портить.

Когда закончился танец, Оуэн вручил ей букет. Небольшой, но синие и белые цветы идеально сочетались с её платьем.— Не люблю огромные композиции, — сказал он. — Ты и так всё перекрываешь собой.    •   

Милена, конечно, уже пила воду, чтобы не расплакаться, а потом и вовсе разревелась, уткнувшись в плечо Эстер.

— Чёрт... ты же только недавно перевелась...— Я знаю, — выдохнула Эстер. — Но мне кажется, будто я с первого класса и до четвертого не переезжала и всегда была рядом.    •   

Позже, все отправились в ресторан.

Там — уже было веселее. Громкая музыка, родители впервые разрешили бокал шампанского, кто-то кричал, кто-то танцевал на стульях.Было весело. Беззаботно. Больно, оттого что конец, но и светло — потому что жизнь только начинается.

Оуэн с Эстер почти не участвовали в общей суматохе.Они стояли в сторонке. Он обнимал её, нежно касаясь её талии. Она — положила голову ему на плечо.Иногда они целовались носами. Иногда — губами.Но не страстно, не напоказ.А тихо. С любовью. Как будто знали: именно сейчас — то, что они будут вспоминать через много лет.    •   

— Знаешь... — прошептал он ей в волосы.— Что?— Если бы можно было остаться в одном дне навсегда, я бы остался здесь.— И с этой же музыкой?— И с этим платьем.— И с шампанским?— Только если ты будешь моя и дальше.

Эстер подняла взгляд, губы дрогнули.— А я уже разве не твоя?    •   

И где-то за спиной — кто-то танцевал на столе. Кто-то лил слёзы. Кто-то ловил последнюю искру подростковости.А они вдвоём — просто стояли в углу ресторана, в обнимку, носами к носу, и тихо прощались со школой.

Вместе.