Глава 13

Прохладный ночной воздух встретил Кокоро, как старый знакомый. Она засунула руки в карманы просторной толстовки и быстрым шагом направилась к набережной, чувствуя, как городской шум постепенно сменяется тишиной. Она пришла раньше, и теперь, оказавшись одной в холодной пустоте набережной, она с досадой осознала это. Одиночество, которого она так жаждала, вдруг стало давить на плечи, и она с раздражением пихнула ботинком какой-то камень, отправляя его с тихим стуком в темноту.

Опершись о холодные перила, Кокоро смотрела на черную, спокойную воду. Внутри все еще бушевали обломки сегодняшних событий: шокирующее откровение Всемогущего, дерзкие новобранцы, вспышка Томуры. Она чувствовала себя зажатой в тисках, и с каждым днем эти тиски сжимались все сильнее.

«Что мне делать?» - этот вопрос преследовал ее. Она была обязана отцу и брату, но ее собственная жизнь, ее собственные желания, казалось, не имели для них никакого значения. Томура видел в ней инструмент. А отец... мысль о нем и его тайнах до сих пор вызывала чувство предательства.

И тут, словно вспышка, в памяти возникла ее же собственная, брошенная на эмоциях фраза, которую она когда-то швырнула в лицо Томуре: «Возможно, он даже бы мог присоединиться к лиге...»

Тогда это была просто колкость, сказанная на эмоциях, чтобы доказать, что и у нее есть свои связи. Но сейчас, в тишине ночной набережной, эта мысль обрела новое, пугающее и соблазнительное звучание.

Ацухиро. Он был не похож на других. Он понимал ее разочарование в героях, видел лицемерие системы. Он был умен, обладал скрытой силой воли - она чувствовала это.

«А что, если... попробовать? - мысль замерла у нее на подкорке сознания. - Хотя бы начать этот разговор. Так сказать, приоткрыть завесу. Сказать, что есть группа людей, которые мыслят так же, как он, которые хотят изменить этот гнилой мир».

Риск, конечно, был колоссальным. Ей придется открыться, довериться. Но игра в одиночку заводила ее в тупик. Возможно, один верный союзник стоил десятка наемных головорезов вроде Даби и Тоги.

Ее размышления прервали легкие, почти бесшумные шаги. Она обернулась.

Ацухиро стоял в нескольких метрах, его темный силуэт вырисовывался на фоне мерцающих огней города. На нем было легкое пальто, развевавшееся на ветру.

⁃            Признаться, так поздно меня еще ни разу не приглашали на прогулку, - его голос прозвучал мягко, с легкой, знакомой ей театральностью. Он подошел ближе, и в темноте она увидела его улыбку. - Это наводит на мысли о чем-то либо романтически безумном, либо отчаянно опасном. Или, - он сделал паузу, глядя на ее напряженное лицо, - о том и другом одновременно.

Кокоро не смогла сдержать короткий, сбивчивый смешок. Его присутствие действовало на нее успокаивающе, как бальзам.

⁃            Может, и так, - тихо ответила она, снова глядя на воду. - Просто... мне нужно было с кем-то поговорить. С кем-то умным и веселым... и кто не станет смотреть на меня как на экспонат в музее.

Ацухиро прислонился к перилам рядом, повернувшись к ней лицом. Его поза была расслабленной, но взгляд - острым, изучающим.

⁃            Ааа, слава после спортивного фестиваля, понимаю - Он сделал паузу, выбирая слова - Я, конечно, смотрел его по телевизору. Надеялся увидеть тебя среди участников. Но, как ни старался, так и не разглядел в толпе девушку с бело-черными волосами и огненными глазами. Случайно пропустил?

Его вопрос повис в воздухе, Кокоро замерла на секунду, чувствуя, как сердце заходится тревожным ритмом. «Он заметил. Конечно, он заметил». Однако вместо страха она ощутила странное освобождение. Может, пришло время сбросить маски.

Она медленно, почти ритуально, расстегнула молнию на своей просторной толстовке и сбросила ее на холодный бетон парапета. Под ней оказалась темно-зеленая школьная форма Юэй.

⁃            Ты не мог меня там увидеть, - тихо сказала она, глядя прямо на него. Ее руки потянулись к внутреннему карману пиджака, откуда она извлекла маленькую, изящную коробочку для контактных линз. - Потому что по сути меня там не было.

При свете далеких огней он мог разглядеть, как ее ловкие пальцы, дрожащие от нервного напряжения, с невероятной аккуратностью подносят к глазам тонкие, полупрозрачные серые диски. Она моргнула несколько раз, и когда снова подняла на него взгляд, ее глаза - те самые, что он запомнил как расплавленное золото, полное огня и жизни стали холодными, безликими серыми озерами. Затем ее пальцы потянулись к своим бело-черным прядям, и несколькими точными движениями она аккуратно заправила их под воротник рубашки, создав иллюзию короткой, аккуратной стрижки каре. Разница была шокирующей. Для него это было похоже на то, как если бы с великолепной картины стерли все краски, оставив лишь блеклый, безжизненный эскиз.

Ацухиро застыл, его легкая, игривая улыбка окончательно растаяла, уступив место потрясению и нарастающему пониманию. Он молчал, давая ей продолжить, но его собственный ум уже складывал пазл.

⁃            Ты спрашивал, какая у меня причуда, - продолжила Кокоро, и ее голос, лишенный теперь привычной теплоты, звучал отчужденно и ровно. Она присела на корточки и коснулась пальцами земли у своих ног. - Я показывала ее на фестивале. Под другим именем и в этом обличье.

Под ее ладонью земля с тихим, низким гулом вздыбилась. Из гальки и песка за считанные секунды выросла небольшая, но идеально сформированная каменная арка, точь-в-точь как те, что он мог видеть в репортажах с фестиваля. Дело рук той самой загадочной и мощной Каннадзуки Юко.

Ацухиро отшатнулся, его глаза расширились. Он смотрел то на арку, то на ее бледное, абсолютно чужое лицо с серыми, ничего не выражающими глазами.

⁃            Так это... это была ты? - прошептал он, и в его голосе впервые прозвучал неподдельный шок. Все части пазла наконец встали на свои места.

Кокоро кивнула, снова выпрямляясь. Она сняла линзы, и ее настоящие, огненные глаза встретились с его потрясенным взглядом.

⁃            Да. Я учусь в Юэй. Я начинающий герой. И я... - она сделала глубокий вдох, - веду двойную жизнь. По очень, очень веским причинам. Причинам, которые не имеют ничего общего с желанием стать улыбающимся символом для толпы.

Она не рассказала всю правду, но оставила эту дверь в свою жизнь приоткрытой. В этом жесте было больше доверия, чем в тысяче слов.

Повисла напряженная пауза, нарушаемая лишь настойчивым шепотом волн. Ацухиро медленно выдохнул, его плечи опустились под тяжестью нового знания. Он провел рукой по лицу, и когда снова посмотрел на нее, в его глазах не читалась осуждающая ярость, а сорее сложная смесь изумления и... понимания.

⁃            Все мы носим маски. Часть по долгу службы, часть для собственного спокойствия. Кто бы мог подумать, что твоя маска окажется одной из самых искусных - Мужчина шумно выдохнул - Это... объясняет многое, - произнес он наконец, и его голос был приглушенным, лишенным привычной театральности. - Твои внезапные исчезновения. Твою усталость. Тот странный бар, куда ты постоянно возвращалась. - Он покачал головой, и на его губах промелькнула кривая, безрадостная улыбка. - Боже, Кокоро. Какой же невыносимый груз ты несешь на своих плечах.

Его слова стали тем разрешением, которого она бессознательно ждала. Напряжение, сковавшее ее грудь, немного ослабло, уступая место горькому облегчению. Она снова отвернулась к воде, и на этот раз слова полились сами, вырываясь из самой глубины ее израненной души.

⁃            Я бесконечно ценю, что ты решила доверить мне свою маленькую исповедь, но почему именно сегодня?

⁃            Сегодня просто... один из тех дней, когда кажется, что земля уходит из-под ног. Будто ты застрял в ловушке, в которую сначала тебя завели, а потом заперли и велели выбираться, не оставляя ни одного ключа. Все эти правила, ожидания, долг... - она с силой сжала холодные перила, ее костяшки побелели, - все это чужие правила, по которым приходится играть. А я... я даже не знаю, хочу ли я вообще играть в эту игру.

Она умолкла, чувствуя, как ком подкатывает к горлу. Говорить так открыто, даже не называя имен, было и страшно, и невероятно освобождающе. Ацухиро не перебивал. Он молча встал рядом, плечом к плечу, давая ей понять, что готов слушать. Он просто стоял рядом, слушая, и его молчание было красноречивее любых слов.

⁃            Ты помнишь, мы говорили, что геройское общество - это фасад? - наконец произнесла она, все еще глядя на воду. - Красивая картинка, под которой скрывается гниль? А что если... есть люди, которые не просто разочарованы в этом мире, а серьезно намерены его изменить? - Она рискнула посмотреть на него. Его лицо было серьезным, в глазах глубокая заинтересованность. - Не так хаотично как делал это Пятно, не из желания просто уничтожить всех неугодных, а... целенаправленно. Чтобы построить на обломках что-то новое. Есть группа... организация, если хочешь, так скажем единомышленников.

Она замерла, дав ему время осознать услышанное, следя за малейшей тенью на его лице.

Ацухиро не отшатнулся. Напротив, его губы тронула задумчивая улыбка.⁃            Звучит амбициозно, - произнес он наконец, его голос был ровным и спокойным. - И куда более осмысленно, чем бессвязный гнев одиночек. А каковы их методы, этих... единомышленников? И какова, если не секрет, их конечная цель? Что они предлагают вместо того, что есть сейчас?

Вопросы были точными, взвешенными. Он не бросался на предложение, но и не отмахивался. Он анализировал, как шахматист, оценивающий новую комбинацию на доске.

⁃            Методы... разные, - осторожно ответила Кокоро, пожимая плечами. - Иногда грубая сила, иногда - тонкое влияние. Все зависит от ситуации. А цель... - она на мгновение задумалась. - Избавиться от гнилого фундамента. Вернуть миру... честность. Пусть даже через хаос. Они верят, что настоящее нельзя построить на лжи.

⁃            Честность через хаос, - медленно повторил Ацухиро, и в его глазах вспыхнул огонек, который она раньше видела, когда он рассуждал о лицемерии героев. - Интригующая парадигма. Не самая простая для реализации.

⁃            Никто и не обещал, что будет легко, - парировала Кокоро.

Он кивнул, снова погрузившись в молчание, его взгляд был устремлен куда-то вдаль, поверх темных вод. Прошла минута, другая.

⁃            Это... требует осмысления, - наконец сказал он. - Подобные решения не принимаются в порыве. Давай... давай оба подумаем. И обсудим это еще раз.

Кокоро почувствовала, как с ее плеч спал такой груз, о котором она даже не подозревала.

⁃            Да, - выдохнула она с легкой, на этот раз искренней улыбкой. - Давай так и сделаем.

Повернувшись, чтобы уйти, она на секунду задержалась и полезла в карман толстовки. Оттуда она извлекла простую белую визитку, на которой был напечатан лишь номер телефона.

⁃            Возьми, - протянула она ему карточку. - Если... когда ты примешь решение, позвони по этому номеру. Спроси Гирана. Скажи, что ты от «Скорпиона». Он все поймет и устроит встречу.

Ацухиро взял визитку, его пальцы на мгновение сомкнулись на ней с неожиданной твердостью. Этот простой кусочек картона чувствовался в его руке тяжелым, как слиток свинца, пропуск в мир, о котором он лишь догадывался.

Она развернулась и пошла прочь, не оглядываясь, но чувствуя его взгляд на своей спине. Это был взгляд человека, который не видел в ней пешку или орудие, а возможного союзника. И впервые за долгое время в ее душе, разрываемой противоречиями, забрезжил слабый, но настоящий свет надежды.

Ацухиро же остался стоять на набережной, один под бесстрастным ночным небом. Он перевернул в пальцах холодную, гладкую визитку, вглядываясь в безликий номер, словно пытаясь разглядеть в нем свое будущее. Она открыла ему возможность посмотреть на все под другим углом, а затем оставила в его привычном, предсказуемом мире, казалось бы давая ему самому сделать выбор. Но с момента как девушка вложила ему в руку этот ключ к последней двери, он знал, что у него больше нет выбора, он готов идти за ней куда она скажет.

Воздух в баре был спертым и неподвижным, словно его тоже подавила тяжесть прошедшей ссоры. Единственным источником звука был приглушенный скрип от шагов девушки, ступающей уверенно, но аккуратно.

Дверь в комнату Томуры была приоткрыта, из щели пробивалась полоска тусклого желтого света. Кокоро, не колеблясь, толкнула ее и вошла внутрь.

Он сидел на краю своей кровати, сгорбившись, его плечи были напряжены под темной тканью толстовки. Пальцы сжимали и разжимали край матраса, но ярости в нем уже не было. Лишь глубокая усталость и нечто похожее на задумчивость. Он не повернулся, услышав ее.

Кокоро остановилась посреди комнаты, скрестив руки на груди. Ее голос прозвучал ровно, без вызова.

⁃            Берем их.

Томура не шелохнулся.

⁃            Они сильны, - продолжила она, делая ударение на каждом слове. - Ты сам это видел. Пламя Даби... мимикрия Тоги... Это не уровень уличных бандитов. Твои истерики только мешают делу Учителя. Он ждет результатов, а не демонстрации твоего характера.

Имя «Учитель» повисло в воздухе, словно удар хлыста. Томура едва заметно шевельнулся, его спина выпрямилась. Это был тот самый рычаг, который всегда на него действовал. Его преданность отцу Кокоро была и его главной силой, и его самой уязвимой точкой.

Воцарилась долгая, давящая пауза. Слышно было лишь собственное дыхание Кокоро. Наконец Томура медленно повернул голову. Его красные глаза, лишенные теперь бешеного блеска, были похожи на потухшие угли. Он смотрел не на нее, а куда-то сквозь нее.

⁃           Я в курсе, - сипло выдохнул он. - Пусть будут на испытательном сроке... Но если они выкинут что-то не то... - Его голос стал тише, но от этого лишь опаснее. - Ты будешь первой, кто с ними разберется.

Это был не вопрос, и Кокоро прекрасно это понимала. Он возлагал на нее ответственность, делая ее заложницей их потенциальной неудачи. Это был его способ сохранить лицо и одновременно поставить ее на место.

Девушка не моргнув глазом выдержала этот взгляд.

⁃            Договорились, - коротко кивнула она.

Никаких лишних слов. Она не собиралась первой сдавать позиции. Хрупкое, временное перемирие, скрепленное общей нуждой и взаимным недоверием, которое никуда не делось, а лишь затаилось в тени, выжидая своего часа.

Развернувшись, младшая Шигараки вышла из комнаты, оставив его в одиночестве с его мыслями и тяжелым взглядом Курогири, молча наблюдавшего за этим очередным актом их семейной драмы.

Через несколько дней настал день отъезда в лагерь. Это утро выдалось неестественно ярким и шумным. Площадка перед академией гудела, как растревоженный улей. Мина, размахивая руками, с восторгом рассказывала Урараке и Ииде о своих ожиданиях от походной романтики. Иида, сверкая стеклами очков, выверял по часам график погрузки багажа. Энтузиазм бил через край, был заразительным и будоражащим.

Кокоро стояла в стороне, механически застегивая свой рюкзак. Ее движения были точными, выверенными, будто ею управлял кто-то другой. Изнутри ее будто заполнил густой, неподвижный бетон. На лице отполированная до блеска маска безразличия Каннадзуки Юко. И лишь она одна знала, какая тяжесть лежала на дне ее рюкзака, придавливая совесть к земле. Холодный, бездушный маячок, который через пару дней превратит этот детский восторг в кровавый кошмар.

В автобусе она рванула к месту у окна, надеясь спрятаться в углу, но едва она опустилась на сиденье, как рядом с грохотом рухнул Бакуго, отсекая подходящую Мину коротким «Занято».

Кокоро широко распахнула глаза от неожиданности. Она безмолвно, с ошарашенным видом, переводила взгляд то на подругу, то на парня, устроившегося рядом, словно не веря происходящему. Бакуго повернул к ней голову, и на его лице расплылась та самая, вызывающе-победоносная ухмылка.

⁃            Что-то не устраивает? - с вызовом бросил он. - Так поменяй место...

Мина, наблюдая за этой сценой, прикрыла рот ладонью. Ее взгляд стал хитрым и ужасно довольным. Она тут же шмыгнула на соседнее сиденье к Киришиме, смотря на парочку у окна с безмерной радостью за подругу и с нетерпением, предвкушая развитие событий.

Кокоро проводила ее коротким, почти отчаянным взглядом, но, поняв, что спасения ждать не от кого, медленно перевела глаза на Бакуго. Тот уже отвернулся, сделав вид, что вопрос исчерпан. Сжавшись, она уткнулась лбом в прохладное стекло, пытаясь вернуться к своим мрачным мыслям, сквозь которые теперь пробивался навязчивый, сбивающее с толку осознание его близости.

Он не смотрел на нее, уставившись взглядом в спинку кресла впереди, но его молчаливое присутствие создавало вокруг себя зону повышенного давления. Она чувствовала исходящее от него тепло, слышала его ровное, чуть шумное дыхание. Это напрягало.

Они проехали минут десять в гнетущей тишине, прежде чем он резко, все так же глядя перед собой, бросил сквозь зубы:

⁃            Каменюка, если ты собралась хандрить всю поездку, лучше сразу слейся. Лицезреть твое унылое лицо хуже любого наказания.

Слова, как кнут, оставили на ее психике болезненную полосу. Даже не столько из-за грубости, как из-за доли правды. Он видел, что с ней что-то не так. И в его уродливой, бакуго-образной манере... пытался встряхнуть. Эта мысль была одновременно приятна и невыносима.

«Сейчас я еду с ними, как друг. Притворяюсь одной из них. А через несколько дней приведу к ним врагов. Смогу ли я смотреть им в глаза после этого?»

Она отвернулась к окну, чтобы скрыть дрожь в пальцах, прижатых к стеклу. В мелькающих за окном деревьях, в ускользающих силуэтах домов, ее сознание потащило ее назад, в ту самую ночь, где все и было решено.

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Она спустилась в бар, уже сбросив неудобную маскировку Каннадзуки. Ее черно-белые волосы были собраны в высокий хвост, хаотичная челка падала на лоб. В коротких черных шортах и оранжевом свитшоте она наконец чувствовала себя собой, свободной птицей, которая наконец может расправить крылья.

Бар, обычно полупустой, был полон. Пахло пылью, дешевым алкоголем и чужими запахами. Помимо Томуры, Курогири, Даби и Тоги, здесь были трое новых. Шигараки, сидевший на диване, бросил на нее мимолетный, усталый взгляд.⁃            Ты опоздала.⁃            Всего на пару минут, не злись, - мягко парировала она, плюхаясь рядом с ним и с наслаждением откидываясь на спинку.

Едва она пристроилась, Курогири, стоявший за стойкой, обратился к новичкам своим глуховатым, вежливым голосом:⁃            Для тех, кто еще не в курсе, это правая рука Шигараки. Мисс Кокоро, это новые члены лиги: Спиннер.

Его туманная рука указала на ящероподобное существо в тревожаще знакомой красной маске, скрывавшей глаза, прямо как у Пятна. Кокоро едва сдержала гримасу.

⁃            Твайс.

Взгляд перевелся на человека в обтягивающем черно-белом костюме, чье лицо полностью скрывала маска.

⁃            И Мистер Компресс.

И тут ее взгляд упал на последнего. Человек в стильном пальто и шляпе, со странной, почти театральной маской, полностью скрывавшей черты лица. От него исходила спокойная уверенность.

⁃            Что за новички такие скрытные, все лица прячете... - задумчиво произнесла Кокоро, наклоняясь к журнальному столику, где лежала карта предполагаемого расположения лагеря.

⁃            Раз уж опоздала, то хотя бы не перебивай, - рыкнул на нее Шигараки, но уже без прежней злобы, скорее по инерции.

Обсуждение плана было быстрым и по делу. Атака на лагерь. Главная цель - похищение нескольких выдающихся студентов. Вдруг Твайс, тот самый человек в сплошном костюме, подал идею, от которой у Кокоро похолодела кровь.

⁃            Чтобы мисс Кокоро имела железное алиби, мне потребуется создать ее клона прямо в эпицентре событий. Пока настоящая будет с нами, клон будет прикрывать ее, сражаясь на стороне героев.

Это было гениально и чудовищно одновременно. Она молча кивнула, чувствуя, как под этим кивком хоронит последние остатки чего-то светлого в себе.

Когда собрание подошло к концу, и она уже собралась ускользнуть наверх, ее окликнул восторженный голос.

⁃            Кокоро-чан, потрясающе выглядишь! - пропела Тога, подпрыгивая на месте. Рядом с ней вертелся Твайс.⁃            Спасибо, - выдавила Кокоро улыбку.⁃            Тога-чан, ты все равно выглядишь лучше. Школьная форма не лучший наряд для злодея. - противоречиво заметил Твайс.Химико лишь едва заметно закатила глаза, а Кокоро тихо усмехнулась:⁃            Новые лица - новые странности, да?⁃            Мы все здесь странные, - мягко, почти нежно улыбнулась ей блондинка.

В этот момент мимо них, направляясь к выходу, прошел Мистер Компресс, и Кокоро будто током ударило. От него доносился легкий, едва уловимый шлейф чего-то такого знакомого... того самого, что она уловила в последнюю встречу на набережной с Ацухиро! Сердце ее пропустило удар. Она застыла, не в силах пошевелиться, пока Тоге не пришлось позвать ее дважды, чтобы вернуть ее внимание.

Однако в кармане ее шорт тихо завибрировал телефон. Кокоро достала его и там было дно сообщение от контакта "Милый артист".«Кокоро-чан, кажется, я принял решение.»

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Резкий, сухой голос Айзавы, прозвучавший в автобусе, вырвал ее из воспоминаний, как щелчок бича.⁃            Прибыли на место. Быстро и организованно выгружаемся. Не расслабляться.

Кокоро моргнула, снова увидев за окном не убегающую дорогу, а густую, подозрительно тихую стену леса. Она сжала телефон в кармане так, что костяшки побелели. Обратной дороги не было.