Кровавая вечеринка; или прощай мафия:1

Суббота.

Тот самый день.Долгожданный.День, когда это всё наконец закончится — мафия, торговля, вечеринки на крови. Сегодня у "Господина Маркиза" — или, как мне больше нравится, у сраного Веги — последний бал. Последняя попытка поиграть в короля подземного мира.А мы испортим ему праздник. Устроим засаду. Разнесём его грёбаный дворец по кирпичику. Но сначала — просто вечер. Просто я и Диана. Просто пара, направляющаяся на вечеринку. Без подозрений. Без оружия. Слишком обычные, чтобы вызывать вопросы.

На работу я сегодня не пошёл. Командир знал. Все знали. Они были готовы. Мы сыграем чисто. Час за часом, каждый по своей роли.Я встал с кровати, провёл рукой по лицу. Телефон валялся на тумбочке, экран вспыхнул, как только я взял его в руку — два уведомления от Дианы.

> "Привет, Крис. Да, я пишу слишком рано, но… сегодня суббота. Поедем покупать вечернюю одежду?"

Она всегда немного волнуется перед такими вещами. Даже зная, чем всё закончится.

Второе сообщение — через двадцать пять минут.

> "Крис, если ты поедешь, или вообще согласен — позвони."

Я задержал взгляд на её словах.Диана.Нервничает. Но держится. Как и я. Мы оба знаем, что это не просто операция. Это — точка невозврата.

Я набрал её номер.

Она ответила почти сразу — словно ждала.

— Крис? Привет… ой, доброе утро! — её голос был слегка весёлым, почти звенящим от смеха. Не натянутый, настоящий.

— Доброе, — хрипло ответил я, сев на край кровати. — Кажется, ты чему-то радуешься с самого утра, Диана?

— Ой… да, хах, — она рассмеялась. — Просто вчера вечером я купила себе тортик, хотела с утра съесть его… ну, сейчас, — она хихикнула, — и, короче, я его оставила на подоконнике. Представляешь, собиралась тебе звонить, сажусь туда — и чувствую, что села на что-то мягкое. А это был мой торт.

Секунда паузы — и звонкий, искренний смех. Настоящий. Тот, который можно представить даже без видеозвонка.

— Хах, Диана… ты, значит, по утрам не особо внимательная. Надеюсь, на нём теперь нет твоей печати?

— Слава богу, нет! — фыркнула она. — Ладно-ладно, посмеялась на славу. Но вернёмся к делу: я рылась в шкафу — и ничего подходящего. Ничего блестящего, мафиозного, ты понимаешь. А у тебя?

— Ммм… классика. Или просто что-то уличное: серое, чёрное… Короче, ничего нарядного. Что ж, тогда идём за покупками?

— Отлично! Я подумала — можно поехать в бутик на Пятой авеню. Saks Fifth Avenue. Я там нечасто бываю, но выбор у них — на уровне.

— Подъеду к тебе через полчаса. У твоего дома, — сказал я, уже вставая с кровати.

Она, кажется, хотела что-то ответить, но я уже сбросил вызов.Нужно было начинать день.

В голове быстро выстраивался план — что взять, что надеть, куда спрятать пистолет, если понадобится. Но пока — просто Крис. Просто парень, собирающийся на шопинг с девушкой. Всё как обычно. Слишком обычно, чтобы вызывать подозрения.

Суббота.Школы нет, а значит — Доретти спала, будто бы отработала двойную смену. Я не стал её будить. Пусть отдыхает. Она заслужила.

Вернулся в комнату и начал одеваться.Льняная рубашка пепельного цвета, свободная. Шорты того же оттенка. Белые, не слишком высокие носки. Удобно. Как раз для неторопливого шоппинга в центре.Провёл рукой по волосам — и только тогда заметил…

— Чёрт возьми… — пробормотал я в отражение. — Когда я вообще в последний раз стригся? Щетина… усы… борода. Как бомж. Я же не могу так идти.

Открыл шкаф, начал рыться. Бритва. Где-то тут была. Минут через пять нашёл её в старой коробке из-под обуви. Побежал в ванную.

У зеркала, вспенив щёки, начал сбривать щетину. Аккуратно, как мог.И всё равно — порезался.

— Блядь… — зашипел сквозь зубы.На щеке — тонкая красная линия. Щиплет. Но уже поздно — начал, значит, надо закончить.

Через десять минут лицо было чистым. Прохладная вода смыла остатки пены, и я наконец увидел в зеркале нормального человека. Ну, почти.

В комнате я взял только самое необходимое: телефон, паспорт, кошелёк, удостоверение — на всякий случай.У входа надел белые Vans — простые слипоны, давно протёртые, но удобные. Убедился, что ничего не забыл, глубоко вдохнул.

И вышел из дома.

Суббота началась.

---

Как и обещал, подъехал к её дому ровно через полчаса. Машину глушить не стал — кондиционер работал, а жара уже начинала просачиваться сквозь стекла.Взял телефон с пассажирского сиденья, нашёл её номер в списке и нажал вызов.

Она не брала.Пальцы начали раздражённо постукивать по рулю, взгляд метался по окнам её дома.Только собрался положить телефон обратно — она сама перезвонила.

— Крис? Извини, что не ответила сразу… я искала кошелёк и карту. Ты уже здесь?

— Да, сижу в машине. Жду тебя, — коротко сказал я, глядя на подъезд.

— Ах… хорошо. Сейчас выйду.

— Ага. Выходи.

Я сбросил вызов и сунул телефон в карман.Ждал. Постукивал пальцами по рулю в ритм воображаемой мелодии, что крутилась в голове. Ловил себя на мысли, что почти расслаблен. Почти.Вскоре я заметил её.

Диана шла к машине, легко, будто не было никакой предстоящей засады, никакой мафии.Светлая джинсовая юбка до бёдер, чёрная футболка, кеды. Сумочка на плече. Волосы распущены, лёгкие челки прыгали при каждом шаге.Она подошла, открыла дверь и села, как всегда с лёгкой улыбкой:

— Привет. Ну что, поехали?

Я кивнул, нажал на педаль и вырулил с места, направляясь к Saks Fifth Avenue.

…Обычно она начинала разговор. Но сегодня — я. Сам не знаю зачем.

— Командир говорил, ты взяла два выходных. Куда пропала? — спросил я. Голос был ровным, взгляд направлен на дорогу.На самом деле мне было всё равно. Просто тишина в машине вдруг стала слишком плотной.Я не ожидал от неё чего-то интересного — просто хотел, чтобы она говорила.

Она обернулась ко мне, чуть приподняв брови.

— У мамы был день рождения. Я поехала к ней. И, кстати, мне повезло — Маргарет, моя сестра, тоже приехала. С мужем и детьми, — в голосе зазвенело тепло.

Я кивнул, притормозил у светофора.

— Ммм. И как прошло?

— Хорошо. Мы сделали ей сюрприз. Она как раз вернулась из торгового центра — даже не подозревала. Мы украсили дом, приготовили ужин, подарки. Вечером всей семьёй пошли в рестобар. Было классно, она… она была счастлива, — на последних словах её голос стал чуть тише, будто хранила момент внутри себя.

— Видимо, да. — Я ответил почти механически. — Такие вещи… делают людей счастливыми. Наверное.

Она повернулась ко мне чуть внимательнее.

— А ты что? Слежка или внутренние дела?

Я на секунду замолчал. Не хотелось врать, но и правду говорить — пока — тоже.

— Слежка. Но… после магазина я тебе покажу кое-что.

Она молча кивнула и снова отвернулась к окну.

Мы ехали дальше.Уже через несколько минут впереди показалась вывеска Saks Fifth Avenue. Гладкий стеклянный фасад, хромированные буквы, прохожие в брендах.Я припарковался, выключил двигатель и, не говоря ни слова, открыл дверь.

Всё было слишком тихо.Как всегда — перед настоящим хаосом.

Мы оба вышли из машины. Я захлопнул дверь, на секунду задержал взгляд на фасаде магазина. Saks Fifth Avenue — зеркальное стекло, аккуратный лоск, вылизанная витрина. Всё это раздражало своей напускной роскошью. Людей было не так уж много, но они были. Много вкуса, мало смысла.

Диана посмотрела на меня, щурясь — солнце било прямо в глаза.

— Чтож, пойдём зайдём?

— Да, иди вперёд. — я махнул ей, предпочитая идти за ней. Как всегда. Так проще наблюдать.

Она шагнула первой, а я — позади, скользя взглядом по улице. Машины, прохожие, вывески, камеры — всё привычно. Всё под контролем.

Внутри запах духов ударил в нос сразу. Слишком много всего. Разные ароматы смешались в один тяжёлый, липкий коктейль, который оседал на коже. Люди ходили туда-сюда, как в улье: кто-то с вешалками, кто-то в очереди, кто-то ещё выбирал. Портреты моделей на стенах, вывески, манекены — всё будто специально кричало: "Покупай, живи красиво".

Я смотрел на всё это и понимал — я никогда не разбирался в женской одежде. Всё одно и то же. Все одинаковые. Платья, юбки, вырезы, пайетки. Разнообразие без индивидуальности.

К нам подошла высокая, стройная блондинка в униформе магазина: белая рубашка, чёрная юбка, кеды, бейджик. Сначала посмотрела на меня, потом на Диану.

— Здравствуйте. Чем могу помочь? Или что-нибудь предложить вам? — мило улыбнулась.

— Ммм... мы пришли купить что-нибудь для вечеринки. Что-нибудь вечернее, — ответила Диана.

Продавщица кивнула:

— Поняла. А в каком именно стиле вы ищете? У нас есть классика, блестящие, готика — хотя её у нас немного, но есть в соседнем филиале, — и пышные варианты. Пойдёмте, покажу.

Мы шли за ней. Диана уже переключилась в свой режим — выбирала, смотрела, комментировала. Я шёл рядом, чуть в стороне, но мыслями вообще не здесь.

Она брала платья, показывала мне. Сияющие, гладкие, с вырезами. Я кивал. Ни одно из них мне не нравилось. Может, потому что мне в принципе плевать.

Консультантша — теперь я заметил её имя: Хилари Янг — спрашивала у Дианы про вкусы, фасоны, цвет. Те болтали, а я сел на стул рядом с вешалками. Ждал.

Проходящие мимо девушки казались одинаковыми: трёхметровые ресницы, платья с блёстками, одинаковая подача. Никогда никого не считал красивой. Никогда не верил в идеалы. Только матери в детстве, из вежливости, говорил, что она самая красивая. А остальным — зачем?

Прошло около десяти минут. Диана вернулась, сияя, в руках длинное чёрное платье.

— Ну что? Нашла? — спросил я, без особого интереса.

— Да, наконец-то. Остальное не понравилось. Сейчас примерю, вдруг не подойдёт.

— Хорошо.

Она скрылась за ширмой примерочной, а я снова остался ждать. Я всё больше ощущал, как всё это — не моё. Чужое. Слишком шумное, душное, приторное.

Ко мне подошла Хилари:

— Мистер, а вы сами хотите что-нибудь выбрать? Та прекрасная леди сказала, что вы тоже ищете одежду.

Я не смотрел на неё, взгляд был прикован к занавеске примерочной.

— Я пока не знаю, — коротко ответил.

И в этот момент Диана вышла.

— Как тебе, Крис?

Платье действительно было хорошим. Длинное, чёрное, с закрытой шеей и полностью открытой спиной. На талии — чёрный бант. Оно не пыталось быть дерзким или милым. Просто… было. Честное, как и она.

— Мне нравится, — сказал я.

— Да? Думаешь, брать?

Я кивнул. Она снова улыбнулась и пошла переодеваться обратно.

Когда вернулась, платье было в её руках, и она взглянула на меня:

— Ну, а ты что купишь? Мужской отдел вон там.

— Слушай… я устал. Здесь душно. А давай ты сама выберешь мне что-нибудь. Побыстрее — и пойдём.

— Серьёзно?

Я кивнул. Её это немного удивило, но она направилась в мужской отдел.

Я остался стоять у стены. Смотрел, как она металась между полками, сравнивала, подбирала что-то. Не знаю, сколько прошло — пятнадцать, двадцать минут?

Она подошла ко мне с комплектом в руках. Серая рубашка с чёрным бантом и чёрный смокинг. Бархатный. Ткань ловила свет, будто пыль на закате.

— Нравится? — спросила она.

— Сойдёт. — ответил я. Это было честно.

— Идём уже оплачивать, — добавил я, сделав шаг к кассе.

Диана положила платье и мужской комплект на кассу. Кассирша — женщина лет сорока, с тонким голосом и неестественно прямыми волосами — начала пробивать ценники. Аппарат звенел с каждой позицией, будто отсчитывал не цену, а мои секунды терпения.

Она аккуратно сложила вещи — сначала в прозрачный пакет, затем в фирменный, плотный, с логотипом магазина. Всё чинно, по инструкции. У них тут так заведено — будто всё, даже одежда, должна выглядеть на витрине жизни безупречно.

— Кхм… с вас 10 885 долларов, — сказала кассирша, глядя то на меня, то на Диану, будто не знала, кто платит.

Я достал кошелёк. Толстая пачка — в аккуратном отсеке, где всё по номиналам. Деньги у меня всегда были в порядке. Никаких карт, только наличка — привычка из старой школы.

Диана потянулась к терминалу со своей карточкой.

— А… нет, я сама, Крис. Так неправильно.

Я перехватил её руку мягко, но твёрдо. Смотрел ей в глаза, не улыбаясь.

— Я сам оплачу, леди.

— Крис…

Кассирша переместила взгляд на нас, не зная, вмешиваться ли, но сделала вид, что просто занята своим делом. Прокашлялась — тихо, вежливо, как будто этим подталкивала решение.

Я передал наличные. Кассирша отсчитала всё точно, почти без эмоций, выдала чек и сдачу. Бумажки скользнули обратно в мой кошелёк — так же аккуратно, как и вышли.

Мы взяли пакеты. Пакеты шуршали — один отдавала мне, другой взяла себе. Мы вышли из магазина, и солнечный свет снова резанул глаза.

Снаружи воздух был другим. Не душный, не напыщенный. Он снова пах Нью-Йорком — немного мусором, немного кофе, немного дорогими духами, выветрившимися из чужих тел.

Я посмотрел на Диану, и она на меня. Она улыбалась — немного довольная, немного смущённая. Наверное, ей было приятно, что я оплатил, но она всё ещё считала это несправедливым.

— Спасибо… — тихо сказала она, почти не глядя в глаза.

Я лишь кивнул. Без слов.

Потому что между нами было уже слишком много слов, которых никто не произносил вслух.

— Крис…

— Да?

— Почему у тебя там настроение пропало?

Я посмотрел на неё краем глаза. Она говорила тихо, неуверенно, как будто боялась получить холод в ответ.

Я помолчал. Минута, может, чуть меньше. Но в голове — шум. Слова собирались в кучу, слипались, потом снова распадались. Я знал, что причина не в духах. Не в душном магазине. Не в платьях, ресницах и каблуках.

Но всё же ответил:

— Просто… было душно. Слишком много запахов духов. Слишком… — я не закончил. Просто пожал плечами.

— А… понятно, — сказала она.

Но голос у неё дрогнул. Поняла она или нет — не знаю. Может, и поняла больше, чем я бы хотел.

На самом деле — да, духи были не при чём. Это люди. Эти одинаковые лица, улыбки, взгляды, которые ничего не значат. Губы, ресницы, нарисованные брови. Все хотят быть кем-то, все хотят внимания. Все такие же.

Я никогда не был "в их мире". И чем дольше живу, тем больше он меня раздражает.

Мы сели в машину. Я перекинул пакеты на заднее сиденье, включил двигатель, потом кондиционер — сразу на максимум. Воздух — как будто глоток спасения, но всё равно не хватало. Словно бы небо придавило грудь.

Жара. Голова гудела.

Диана сидела рядом, молча листала ленту в телефоне, изредка поглядывая то на дорогу, то на меня. Я знал этот её взгляд. Она хотела что-то спросить. Или понять. Но молчала.

— Во сколько мы там должны быть? — вдруг спросила она, резко, будто выдернув себя из мыслей.

— Ровно в восемь. Можем и чуть опоздать. Не думаю, что кто-то там будет считать минуты.

— Угу.

И всё. Больше ни слова. Мы ехали в молчании, как два пассажира в поезде, которые раньше были близки, но теперь — просто знакомые, сидящие рядом.

Каждый поворот казался неестественно острым. Каждая машина, что тормозила впереди, будто специально. Мне хотелось давить на газ, проехать сквозь весь этот шум, грязь, битум и раздражение. Но я молчал. Внутри только гул.

Спустя полчаса — наконец — я остановился у её дома.

Она быстро вышла, хлопнула дверью. Потом открыла заднюю, достала свой пакет. Перед уходом посмотрела на меня, на секунду задержала взгляд.

— Ладно… встретимся на вечеринке, — сказала она.

Я криво улыбнулся, едва заметно кивнул. Без слов.

Она закрыла дверь, и я уехал.

Без музыки. Без мыслей. Только с тем, что сидело глубоко внутри и никак не отпускало.

В последнее время со мной происходит что-то странное.Словно я отрываюсь от мира, сантиметр за сантиметром. Люди говорят — а я не слышу. Не потому что не хочу, а потому что мне плевать. Искренне, равнодушно плевать. Их голоса как шум вентиляции — фоном, ничем не значат.

Я киваю. Улыбаюсь. Могу даже что-то ответить. Но внутри — пусто. Или наоборот — слишком много.

Порой ловлю себя на том, что просто смотрю в одну точку. Молчание в голове, как перед грозой. И где-то там, в глубине, под черепом, под сердцем — что-то движется. Как будто внутри меня завёлся ещё кто-то. Молчит, но чувствую — дышит. Глухо, тяжело.

Не могу объяснить, что именно это за чувство. Оно как будто… жажда?Не воды. Не еды. Даже не крови.Что-то глубже. Что-то древнее, голодное и терпеливое. Оно ещё не вырвалось. Но уже наблюдает. Уже ждёт.

И в те моменты, когда я один, когда город замолкает, а ночь крадётся по окнам — я почти слышу его. Слышу себя. Настоящего?

Не знаю.

Иногда мне кажется, что вся моя жизнь — это лишь прикрытие. Механизм, оболочка. Работа, люди, даже Диана. Всё это как одежда, которую я ношу, чтобы не пугать. Чтобы вписываться.

Но как долго ещё я смогу носить эту маску?

Как долго оно будет ждать?

---

Дома.

Я сидел за рабочим столом, склонившись над пустой поверхностью, будто в ней можно было разглядеть ответ. В голове прокручивались фрагменты планов — вечер, музыка, люди, наблюдение, разговоры. А под всем этим — кое-что другое. Сценарий, который никто не должен знать.

Глаза были прикрыты, пальцы скрещены. Тишина была полной, и вдруг — хлопнула дверь.

– Эй, Крис. Я иду на улицу. Играть.Голос Доретти был как вспышка света — пронзительный, серьёзный, словно она сама командир. Я открыл глаза и повернул голову в её сторону. Механически, строго, как будто она у меня на допросе.

– С кем? Где? И на сколько?Бровь приподнята, голос холоден.

Она закатила глаза, чуть насупившись — и всё же ответила:

– На улице, на площадке. С Микки, Стеллой и Фэньфан.Имя последнее прозвучало как щелчок ножниц — острое, чужое.

– Фэньфан? Кто это ещё?Я говорил медленно, чуть насмешливо. Имя звучало как кодовое.

– Аааах, много вопросов! — фыркнула она. – Фэньфан — китаянка, недавно сюда переехала. Живёт в соседнем подъезде. Всё. Я ушла.Она уже в ботинках. Уже на пороге.

– Долго не играй! – крикнул я в ответ, когда она открыла дверь.

Хлопок. Ни ответа, ни взгляда. Только я — снова один.

В комнате стало тихо, слишком тихо. Я снова закрыл глаза.

И снова в голове пошёл другой голос.

Она растёт, а ты — гниёшь. Всё что ты знаешь, всё, что строишь — иллюзия. Ты не брат. Не детектив. Не человек. Ты другой. Ты — тень, которая просто носит кожу.

Я вздохнул. Медленно. Тяжело.

Пора готовиться.

Я поднялся с кресла. Всё внутри было как в тумане, но тело двигалось автоматически. Взял полотенце, прошёл в ванную. Хотелось смыть не только пот, но и раздражение, накопившееся за день. Вода текла горячая, густая паровая завеса обволакивала зеркало. Я долго стоял под душем, не двигаясь, будто пытаясь расплавить что-то внутри себя.

Спустя час я вышел. На мне — только полотенце, намотанное на бёдра. В комнате было прохладно. Я отбросил ткань и начал одеваться: чистые чёрные трусы, майка, аккуратно выглаженная серая рубашка с чёрной бабочкой. Сверху — чёрный смокинг. Он сидел безупречно.

Добавил аксессуары: золотые часы, расчёсанные назад волосы, несколько пшиков парфюма — терпкий, свежий, холодный аромат. Смотрелся в зеркало. Всё было на месте. Но внутри — пустота.

---

ДианаВечер уверенно вступил в свои права. Я давно уже была в ванной — душ, маска, патчи, увлажнение. Всё по списку. Глядя на себя в зеркало, собрала волосы в строгий пучок. Мне не хотелось распущенности — сегодня был вечер подчёркнутой сдержанной красоты. Я аккуратно закрепила пучок и зафиксировала лаком — надёжно, чтобы ни один волосок не выбился.

Платье уже ждало меня на вешалке. Я зашла в комнату, посмотрела на него, как на союзника. Медленно надела. Оно идеально облегало моё тело, подчёркивая всё нужное и скрывая лишнее. Глубокий чёрный цвет, высокий воротник, открытая спина, тонкий чёрный бант на талии.

Туфли от Louboutin — чёрные лакированные, с алой подошвой. Убийственный штрих.

В макияже выбрала смоки-айз, плотную чёрную тушь, идеальную линию подводки. Помада — матовая красная. Когда я закончила, в зеркале была не криминалистка. Не следователь. А женщина, от которой не оторвать взгляд.Сегодня ночью я буду не той, кем меня привыкли видеть.

---

КрисЯ подготовил оружие — пистолет, запасные патроны, удостоверение, электрошокер. Всё как всегда. Всё до автоматизма. Телефон — заряжен. Мятная жвачка — на всякий случай.

Уже ехал к ней. Улицы Нью-Йорка — хаотичные, живые. Прожекторы, неон, пешеходы. По радио играла французская песня, слова не понимал, но ритм был мягкий, текучий. Почти успокаивающий.

Подъехал к её дому. Взял телефон, набрал.

– Диана?– Да, Крис?– Я у твоего дома. Выходи.– Уже иду.

Я вышел из машины. Дунул ветер. Он принёс с собой запах карамели и корицы с уличного рестобара. Где-то рядом смеялась компания. Всё это — как шумной фон чужой жизни.

И вдруг — она.Диана шла по тротуару, уверенная, ровная походка, как будто шла не на вечеринку, а на охоту.Её платье подчёркивало талию, чёрные лакированные каблуки отбрасывали острые блики, собранные волосы — подчёркивали шею и линию скул. В руках — маленькая чёрная сумочка. Глаза, губы, осанка — всё было выверено до миллиметра.

– Привет. — улыбнулась она.– Привет. — ответил я, тоже улыбаясь. Почему — сам не понял. Просто... надо было.

Я открыл ей дверь. Она села. Обошёл машину, сел за руль. Мы поехали.

– Слушай, Крис... А ты на своей машине? Вдруг кто-то увидит, заметит полицейские номера.– Не увидят. Не волнуйся. Я знаю, где её спрятать. — сказал я и подмигнул.

Мы оба ненадолго замолчали. Я увеличил скорость.

Ну что, уроды. Ждите меня. — пронеслось в голове.Пальцы сжались на руле чуть крепче.Ночь только начиналась.