Часть 56. Бизнес.

Где-то около часа у меня заняло только разглядеть эту конструкцию снаружи и ещё пару часов внутри. Оно действительно было красивым, хоть и под слоем многолетней пыли. На стенах висели рамы, картин в которых толком не было видно, однако сразу после того, как я очистила их от следа прошедших лет, можно было устраивать галерею. Это были изображения Ада и страдающих грешников, сгорающих в адском пламени. Картины пугали, но всё ещё притягивали взгляд, словно заставляя рассматривать каждую деталь сего произведения. 

Мебели здесь было немного, только самая необходимая. В главном зале на стенах висели щиты и пары холодных оружий, сложенных крестом. С двух сторон росли колоны, что поддерживали балкон второго этажа, а под этими столбами — мрачный проход в коридоры и другие комнаты. 

На кухне посуды было немного и один очень пыльный и древний сервиз, обмотанный паутиной за стеклянной дверцей шкафчика. Ещё какое-то время я пыталась отогнать все воспоминания и заняться уборкой, напевая какую-то мелодию и взмахивая руками, дабы избавиться от мусора, грязи, пыли и паутины. 

Закончила я только к рассвету, улёгшись в двуспальную кровать и накрывая себя одеялом. В голове вспыхнул голос мамы, её глаза, плачущие и старающиеся скрыть боль, и лицо, искажённое ужасом и страхом. Я не понимала, почему она сказала мне исчезнуть, однако она ясно дала понять, что видеть меня не хочет. 

Всё-таки я была нежеланным ребёнком...

Утром, пока я искала что-нибудь похожее на что-то съедобное на огромной кухне, раздался звон в дверь. Вспомнив, что мне должны принести какие-то бумаги, я сонно направилась к выходу, однако за дверью никого не оказалось, но вот под ней — коробка. Рассмотрев улицу с полминуты и не найдя ни души, я забрала посылку и пошла с ней на кухню. Там я поставила не тяжёлую коробку на деревянный стол и схватила затупленный нож с подставки. Оттуда может выйти что угодно. Это не обязательно должно быть документом. 

Я поднесла остриё к углу коробки и сделала надрез по клейкой ленте. Оттуда ничего не выскочило и это уже радовало. Открыв коробку до конца, я лишь обнаружила стопку бумаг.

— И что тут у нас...

Я заварила кофе (единственное неспиртное, что мне удалось найти в шкафчиках) и села за стол, начиная читать эти документы по одной бумаге. Первые несколько оказались каким-то кодексом с правилами в компании. Ещё около двадцати листов были документами, подтверждающими наличие компании, ежегодного дохода в круглую сумму, страховки, заказов, заключённых договоров с какими-то оверлордами и так далее. Но эти бумаги не говорили, что именно производится в компании. Ответ на этот вопрос дал мне последний лист. Это был список веществ, которые создавались в лабораториях на восточной территории. 

· Coke.

· BOJACK.

· McWeediez42O.

· SQUIP.

· HERO-IN.

· Krunchy-KrokodiL.

· Angel Dust.

Увидев названия, моё дыхание спёрло и я с грохотом положила лист на стол. Эта дрянь снова появилась в моей жизни...

Я не хочу быть тем, кем был Теобальд. Ни за что. 

Мне захотелось вновь найти этого оверлорда и сказать ему, что я не собираюсь производить наркоту. Я сама боролась против этого! Я сама была зависима от этого! 

Как по моему желанию у входа на кухню образовалось чёрное облако дыма, что сразу стало обретать форму высокого грешника с кроваво-красных одеждах.

— Ну, как дела у нового оверлорда? — взмахнув микрофоном, опёрся он на него, растягивая губы в хищной улыбке.

Наверное, я никогда не привыкну к его необычному голосу. 

— Как ты понял, что я хочу тебя видеть? — недоверчиво спросила я.

— Ну, души связаны, поэтому я почувствовал, что нужен тебе. Что стряслось? М-м-м?

— Я не буду сидеть во главе этой компании. — поставила я указательный палец на стопку бумаг.

— Аманита, я передал тебе в руки самую известное предприятие по производству дури во всей Гордыне! В Пентаграмм-Сити твой бизнес находится на ведущем месте, как самый прибыльный! После ещё парочки особ. — добавил он тише, закатив глаза. — Так позволь узнать, что тебя не устраивает?

— Я не хочу производить то, что убивает. — холодным тоном ответила я.

Аластор засмеялся звуками, характерными для радио, поправляя свой монокль.

— Грешники практически бессмертны, помнишь? Алкоголь, азарт, наркота и грязное соитие — это то, чем они здесь занимаются ежедневно и им не надоедает! Твоя продукция востребована!

— Да, но почему именно это???

— Потому что того, кто сидел на офисном кресле до тебя, было убрать легче, чем... других. Но не переживай! Тебе понравится руководить демонами и дёргать за конечности, то бишь за ниточки.

— Меня устроит и малый бизнес. Например, какой-нибудь ресторан. Я работала в одном, — соврала я, — Пока жила на Земле. 

— М? А вот с этого момента, пожалуйста, поподробнее. — уселся он на стул, поставив подбородок на руку и широко и хитро улыбнувшись. — Почему ты вообще попала в Ад? Вроде бы такая добрая душа заслуживает Небес, разве нет?

— При жизни я была киллером, а в качестве прикрытия работала поваром в одном французском ресторане. — придумывала я на ходу.

— Очень любопытно! Должен признать, у тебя была довольно занимательная жизнь! — насмехался он так, будто знал, что я вру.

— Так, вернёмся к началу. Я не буду управлять именно этим бизнесом.

— Хм, — повёл он ухом, щёлкая пальцами и хватая золотистый свиток, появившийся перед его лицом. — По договору я пообещал тебе собственное предприятие. Так вот, я тебе его дал. Товар обмену не подлежит! 

Бумажка снова исчезла в зелёном сиянии.

— Тогда мне не нужно оно! — яро настаивала я на своём.

— Дорогуша, в Аду каждый оверлорд владеет душами, территорией и каким-то бизнесом. Например, Кармайн заправляет заводом по переплавке ангельской стали в оружие, Хаск владеет своим казино, у Рози, скажем, — протянул он, — своеобразная пекарня. Что будет у тебя и на что ты будешь жить?

— Меня воротит от одного вида на дурь. 

— Кто тебя просит смотреть на неё? — развёл он руками. — Тебе нужно будет просто подписывать бумажки и ставить печати! Это не королевской сложности задания. Или ты предпочитаешь вернуться к ничему? Напоминаю : отказ от одного любого из этих пунктов освобождает тебя от сделки. Ну? Согласна?

С минуту мы играли в гляделки. Каждую секунду я рассчитывала, что он сдастся и разрешит мне не работать там, но он был непоколебим.

— Ладно, — сдалась я, одарив демона яростным взглядом.

— Чудненько! Ещё что-нибудь?

— Да... Мне было интересно, есть ли у вас мероприятия, на которых собираются... важные шишки и правители? — аккуратно спросила я, пытаясь не дать ему понять, что я на таких уже присутствовала.

— Имеются у нас такие! 

— И... там заводят знакомства и заключают сделки?

— Верно!

— И когда будет такое следующее? 

— Ну, приблизительно через шесть месяцев. Обычно такое сообщают по новостям. Ох-хох! Сколько уже время! — поправляя монокль, смотрел он на сбитые настенные часы, которые беспрерывно показывали пять часов.  —  Думаю, тебе пора взять себе аванс и набить гардероб и холодильник. Увидимся через полгода!

— Но... сейчас не пять... — произнесла я, не отводя взгляда от неподвижных стрелок, а затем, не получив ответа, обернулась. На стуле никто не сидел. — Ну и куда этот олень опять пропал?