48

В августе воздух стынет. Ночи уже по-осеннему холодные, и небо такое звездное. Мне нравится приходить в это время на дикий пляж и смотреть, как белые барашки мчатся наперегонки, чтобы разбиться о тяжелые скалы. И желтая трава гнется под натиском ветра. Поднимаешь голову и смотришь на черное, украшенное звездами небо. В эту минуту кажется, что ты один на один с этим миром. Вокруг ни души... Август – последний месяц в году, когда кожа пахнет морской солью.

В сентябре, как обычно, охватывает приятная тревога. Четвертый курс бакалавриата. В середине учебного года меня ждет финальная сессия, а потом написание диплома... Мне нравится ехать из университета до дома в автобусе, рассматривая по пути светлые, залитые сентябрьским солнцем дома. Только в сентябре последние лучи греют так тепло и ласково. Нравится после пар встречаться с Аней и идти с ней и Натой в кафе. Пить там горячий чай с мятой и смотреть в окно, в которое накрапывает осенний дождик. Нравится пропадать в танцевальном зале. Люблю приятную боль в мышцах после занятий...

В октябре мне нравится Барселона. С узкими улочками, маленькими площадями, вымощенными камнем, и самым уютным экскурсоводом – моей бабушкой. Нравится паэлья из морепродуктов и освежающая сангрия. Нравится величественный собор Саграда Фамилия, от одного взгляда на который захватывает дух. И, конечно же, нравится сцена. Я отдаюсь ей целиком. Если можно выплеснуть в танце всю боль, которая то и дело возвращается ко мне, я это делаю. Ненадолго, но все же избавляюсь от нее. И, конечно, нравится получать из рук почтенного жюри награду. Никогда не ставила перед собой цель стать победителем, но быть лучше всех в эту осень почему-то тоже нравится.

В ноябре я люблю наши традиции собираться вечером у кого-нибудь в гостях и играть в покер. Лучше всех из нас играет Аня, хотя до этого Меньшикова жаловалась, что не может понять и запомнить правила. Но блефовать ее Остап научил. Когда мы встречаемся у Ани, к игре подключается ее двенадцатилетний сосед, и им с Асей нет равных. Правда, ближе к одиннадцати вечера на кухне появляется мать Остапа и гонит его в постель, напоминая, что покер не детская игра. И лучше бы мы в бар в пятницу вечером сходили, а не портили ей ребенка...

В декабре мне нравится наблюдать за холодными багровыми закатами. Нравится предновогодняя суета. И даже к зачетам готовиться нравится. Помогать одногруппникам подтянуть хвосты и чувствовать себя кому-то нужной. Нравится долго бродить с друзьями по магазинам и выбирать родным подарки. Нравится слушать препирательства Вани и Ани на тему: «Что подарить твоей маме?» и «Аська, какая разница, давай быстрее, я уже тут в куртке вспотел!».

В январе мне нравится на несколько дней перед экзаменами вырваться в родной дом. Нравятся эти январские плюс десять. Бабушка права: зимнее море – сказочное. Нравится трепаться до ночи с Гелей о том, что Кирилл, лучший друг Стаса, наконец принял ее заявку в друзья. И теперь она ставит ему лайки на все фотографии и донимает в личных сообщениях. Нравится болтать со Стасом по видеосвязи, когда у нас раннее утро, а у него уже поздний вечер. Нравится сидеть с бабушкой у того самого фортепиано, к которому с лета никто так и не прикасался, и теперь честно и открыто рассказывать обо всем, что беспокоит. «Ты помнишь, что нет на свете ничего, что человек не мог бы пережить?» – спрашивает бабушка. И я киваю: «Помню!» Удивляюсь самой себе: неужели действительно пережить можно все? Прошло ровно полгода... Еще летом мне казалось, что я вот-вот сойду с ума. Но все-таки никому из близких не признаюсь, что время от времени мониторю новости и вздрагиваю от каждого звонка в дверь.

В феврале мне нравится писать диплом и посещать районную библиотеку. Нравится тишина, умиротворение, запах книг и концепция моей дипломной работы. Я отказываюсь от приглашения девчонок сходить в бар или клуб. Мне это не нужно. Теперь я люблю уединение.

В марте нравится планировать свое будущее. Я на пороге новых открытий. Меня здесь ничего не держит. И я не понимаю, правда ли в это верю или просто утешаю себя этим. Тем не менее каждый день просматриваю в интернете программы магистратуры и мечтаю изучать доисторическую археологию Ближнего Востока. Эта тема приближена к моему диплому, который уже практически готов. Я с головой ушла в учебу, и мой научный руководитель удивляется, как я все успеваю... А что тут успевать? С утра тренировки, а вечером учеба. Других интересов у меня больше нет.

В апреле мне нравится по-весеннему вкусный воздух и впервые за долгое время щекочущее счастьем чувство: «Все впереди...»

* * *

– Юль, мне кажется, что ты зациклилась на своем Валере, – сердито проговорила Ната, когда мы вышли из университета. – И не зря Анастасия Арсеньевна на тебя наехала... Предзащита в мае, у тебя помимо введения вообще что-нибудь для диплома есть?

– Да знаю-знаю! – огрызнулась Юлька. – Ну что я могу поделать, если мне этот дурацкий диплом вообще в голову не лезет? Девочки, а может, я тему неудачную выбрала?

– Может, ты просто влюбилась по уши? – засмеялась я.

– Может, и так, – счастливо закивала Юля, а Ната только закатила глаза. – Вот я даже завидую Дашке... Никаких душевных потрясений. Сиди себе да грызи гранит науки...

– Да уж, – вздохнула я, – просто счастливица.

– Нет худа без добра, – продолжила разглагольствовать Юля. – Без любви диплом быстрее пишется.

– У Даши он и с любовью отлично написался бы, – встряла Ната. – Она ж не ты, не прогульщица!..

– Вот часто думаю: не встреть я Валерика, или он меня вдруг бросил...

– Юля, притормози, – дернула подругу за рукав ветровки Ната.

– А что такого? – растерялась Юлька. Она не знала всех подробностей истории с Матвеевым...

– Да все в порядке, – засмеялась я, – почти год прошел.

– Вот именно! – пожала плечами Юля. – Даша так по Егору не убивалась, хотя они встречались дольше, а он ей еще и рога наставил. А тут... Чем он тебя так зацепил?

– Какая разница? – рассердилась Ната, взглянув на мое растерянное лицо. – Зацепил и зацепил, тебя не спросил.

– А ты-то чего злишься? – удивилась Юля.

– Потому что твои разговоры неуместны.

– Ладно, девочки, – примирительно сказала я. – Вы сейчас поссоритесь, вернее, уже ссоритесь. Не надо!

– Правильно! – кивнула Юлька. – Ругаться из-за этих козлов.

– Но твой Валерик, разумеется, не такой, – язвительно отозвалась Ната.

– Разумеется, – снова расплылась в счастливой улыбке Юля.

На студенческой парковке я отыскала глазами «Мерседес» Бессмертных.

– Все, я побежала, – быстро проговорила я, чмокая подруг на прощание. – Сегодня важный вечер предстоит.

– Давай! – кивнула Ната. – Расскажешь, как прошло?

– Конечно!

– Ваньке привет передавай, – выкрикнула Юлька мне вслед.

Я распахнула дверь машины и уселась на переднее сиденье.

– С ручкой все в порядке? – обеспокоенно спросил Ваня.

– Ага! Привет! – засмеявшись, ответила я. – А что, опять оторваться могла?

– Ну да... – Ваня смутился. – Я тачку только из ремонта забрал... Попросил их ручку нормально привинтить, а они забыли.

– Ладно, Винтик, – улыбнулась я. – Поехали. Столько работы предстоит... Ты достал все, что нужно?

– Ага, все в багажнике, – кивнул Ваня, трогая машину с места. Когда старенький «Мерседес» плавно двинулся, кажется, Ваня выдохнул с облегчением. 

Приехав домой, я оставила распахнутой дверь квартиры, и Ваня некоторое время таскал на мой этаж необходимый реквизит. Двери лифта едва успевали открываться и закрываться за ним. На площадку тут же выглянула заинтересованная Александра Марковна.

– Здравствуйте, – смущенно отозвалась я.

– Этот красивый мальчик к тебе переезжает, Дашенька? – поинтересовалась соседка.

– Ой нет! Что вы! – замахала я руками. – Это парень моей подруги... Ани.

– А? Кого? Анечки? – обрадовалась Александра Марковна. – Белобрысенькой такой?

– Ага, – растерянно отозвалась я.

Когда двери лифта в очередной раз закрылись за Ваней, Александра Марковна восхищенно покачала головой:

– Каков жеребец!

– Да, наверное, – смущенно закашлялась я и поспешила в квартиру: – Всего хорошего, Александра Марковна. Рада была поболтать!

В то время, пока я разбиралась со службой доставки еды, Ваня колдовал в комнате.

– Заказала? – выкрикнул русый через какое-то время.

– Да!

– Те, где много-много сливочного сыра?

– Да! – снова заорала я.

Спустя несколько минут довольный Ванька появился на кухне.

– Готово! Иди, посмотри.