25

Проснулась от того, что кто-то щекотал мое лицо перышком. Открыла глаза и с удивлением обнаружила рядом с собой Мишу. На моей кровати!

– Ты чего тут забыл? – проворчала я.

– Ничего, – ответил Матвеев, покрутив перышко в руках, – любуюсь вот...

– А?

– Ты красиво спишь.

– Ну спасибо, – смутилась я, прячась под пуховое одеяло. Еще и в этой пижаме... Настоящая жара.

– Если бы сейчас в комнату кто-то зашел... – хрипло проговорила я, прислушиваясь, – представляю, что они подумали бы.

– Что? – притворно заинтересовался Миша.

– Что... – замялась я, – ...что мы... с тобой...

– Ну же? – поторопил меня парень, расплывшись в нахальной улыбке.

– В общем...

– ...переспали? – закончил Матвеев. – Было бы неплохо.

– Что ты несешь? – вспыхнула я. Жар разлился по всему телу. Если бы парень узнал, какие мысли меня порой посещают, я, наверное, сгорела бы со стыда. Я тут же выбралась из постели и подошла к раскрытому к окну, из которого доносился веселый гомон птиц.

– Ладно тебе! – хрипло рассмеялся Миша. – Когда ты там рассталась со своим парнем? Два месяца назад?

– Тебе какое дело? – проворчала я, пялясь в окно. Небо было сегодня совсем прозрачным. – Если у тебя там свербит в одном месте, я не виновата. Я тебя не для этого к себе ночевать приглашаю.

– А для чего же?

Я резко обернулась. Миша продолжал лежать в моей постели, подперев голову рукой. Растрепанные после сна кудрявые волосы, нахальная ухмылка... Все это он говорит мне назло, чтобы вывести из себя.

– Решила помочь хорошему парню! – я постаралась сказать это с максимально невозмутимым видом.

– Тебя вообще можно вывести на эмоции? – озадачился Матвеев.

– Зачем тебе это?

– Просто интересно, – пожав плечами, ответил Миша.

– Я такая, какая есть. И меняться не буду.

– О'кей! – согласился Матвеев. – Ты нравишься мне любой.

Я подошла к кровати, схватила подушку и запустила ее в Мишу – точно так же, как вчера в Гелю. Да, не избавиться мне от этой привычки – бросаться мягкими предметами в людей. Даже разбившаяся ваза ничему не научила... Миша поймал подушку и кинул в меня. Я даже увернуться не успела. Подушка обидно впечаталась мне в лицо.

– Я не буду снова ее в тебя кидать, – поправляя растрепавшиеся волосы, сообщила я. – Детский сад!

– А ты вроде как взрослая? – насмешливым тоном уточнил Миша.

– Вроде как! – дернула я плечом.

– Забавно это слышать от девчонки в пижаме с Микки Маусами.

– Чем тебя моя пижама не устроила? – притворно возмутилась я.

Миша негромко рассмеялся.

– Тогда, раз ты у нас такая взрослая, может, займемся взрослыми делами? – продолжил издеваться надо мной Матвеев.

Удерживая подушку в руках, я запрыгнула на кровать и принялась лупить парня. Миша ловко перехватил мои руки и притянул меня к себе. Тогда я, смеясь, начала сопротивляться. В этой шуточной борьбе мы покатились по кровати и рухнули на пол. Так нежданно я оказалась под парнем. Когда его горячая ладонь скользнула под мою майку, коснувшись живота, по телу пробежали мурашки. И смеяться в голос резко перехотелось. Мы прекратили бороться и уставились друг на друга. Клянусь, в ту минуту в мой затуманенный разум прокралось желание, совсем мне не свойственное... Хотелось немедленно схватить Мишу за футболку, притянуть к себе и первой...

В дверь кто-то постучал, но мы с Мишей даже не шелохнулись. Так и продолжили лежать, глядя друг другу в глаза. И настойчивый стук вдруг стал глухим, далеким... Хотелось продлить этот момент хотя бы на несколько секунд.

– Да я это, господи! – послышался раздраженный голос Гели.

– Сам Господь к нам пожаловал, – не отрывая от меня взгляда, проговорил Миша. Я засмеялась и осторожно выбралась из-под парня.

Ангелина продолжала возмущаться из-за двери:

– Даша, открывай уже! На этаже никого нет.

Я распахнула дверь, и младшая сестра вихрем влетела в комнату.

– Ты чего так долго не открываешь? Дрыхнешь до сих пор, что ли? Чем вы тут занимаетесь?

– Ну а чем могут заниматься взрослые люди? – назло мне спросил Миша.

Ангелина с недоумением уставилась на нас.

– Не слушай его! – махнула я рукой. – Он проверяет, можно ли вывести меня на эмоции. Экспериментатор!

– Короче, докладываю обстановку! – затараторила сестра, вжившись в образ секретного агента. – Стас с утра взял доску и умотал с друзьями на утес. Вера Кирилловна пока что на кухне, бабуля в розарии.

– Розарий на переднем дворе, – пояснила я Мише.

– Она там часами возится. Мишаня, ты можешь спокойно собраться и вылезти в окно... – продолжила Геля.

– ...на задний двор, – снова встряла я.

– ...чтобы потом заявиться как нормальный человек через парадный вход, – закончила Геля. Затем вышла обратно в коридор и вернулась с подносом в руках. – Вот! Завтракай.

– Ангелина! – восхищенно отозвалась я. – Ты принесла нам завтрак?

– Блин, неудобно, – растерянно признался Миша.

– Не вам, а только ему, – кивнула сестра в сторону Матвеева. – Ты и сама можешь спуститься без проблем, траву свою пожевать.

– Я не жую траву, – возмутилась я.

– Жуешь, жуешь! Как корова, – развеселилась Геля.

– Я – корова?

– Ну да, поэтому своих и не ешь.

– Девочки, брейк! – отозвался Миша, уже намазывая багет маслом. – Вообще денек должен быть что надо. Позавтракаю в постели, потом накину рубашечку «Бриони»... Сейчас еще и девчачьи бои посмотрю.

Мы с Гелей перестали ругаться и сердито уставились на Матвеева.

– Я пошутил, – рассмеялся Миша, – хотел просто вас отвлечь. Геля, завтрак в постель... Правда, не стоило!

– Шутник! – покачала головой Ангелина. – Жуй быстрее и к бабуле топай.

***

– Это белые чайно-гибридные розы, – указала рукой бабушка. – Тебе нравятся?

– Просто прелестные! – отозвалась я с улыбкой. Сама то и дело поглядывала на ворота. Миша должен был явиться с минуты на минуту.

– Я так рада, что ты приехала, Дашуля! – счастливым голосом продолжила бабушка. – Хоть кому-то интересно мое увлечение розами. Геля их тут на днях вообще чуть не придавила своим горным велосипедом, никакого уважения.

Я в ответ укоризненно покачала головой. У самой же все мысли были отнюдь не о розах...

– А вот эти тебе как? Лимонно-желтые. Я по ним с ума схожу! Но такие капризные...

В этот момент в саду раздался мелодичный звонок.

– Кто это? – удивилась бабушка.

– Бабуль, я же тебе говорила, что сегодня придет Миша.

– А-а, – протянула бабушка, – тот славный мальчик из консерватории, которого ты мне рекомендовала?

Я только дух перевела. Уж не знаю, насколько славным ей покажется Миша...

– Да, он, – кивнула я, направляясь к воротам.

Миша, зачесав буйные кудри набок, широко улыбался.

– Добрейшего дня, благопочтенная Дарья! – громко проговорил он и дурашливо поклонился.

– Ну ты уж совсем-то комедию не ломай, – прошипела я.

– Прости, – негромко произнес Миша, – это от волнения.

– Мишенька? – раздался за моей спиной бабушкин голос. – Проходите! Меня зовут Алла Константиновна. Дашенька так вас рекомендовала!

– Замечательно! – отозвался Матвеев. – Очень приятно, Алла Константиновна. Рад нашему знакомству!

Миша галантно поцеловал бабушке руку.

– Вы голодны? – поинтересовалась бабуля.

– Спасибо, я завтракал, – отозвался Миша, при этом посмотрев на меня. Я потупила взгляд. – Если вы тоже не голодны, можем сразу приступать к занятиям.

– Чудесно! – воодушевилась бабушка. – Прошу за мной, в дом.

Бабуля первой двинулась по широкой, выложенной камнем тропинке. Мы с Мишей немного замешкались, а затем плечом к плечу зашагали следом.

– Постарайся сильно не переигрывать, – начала шептать я. – Бабушка всегда чует фальшь.

– Не беспокойся, все будет хорошо, – так же шепотом заверил меня Миша. – Я умею очаровывать женщин.

– Ох, как же, – язвительно отозвалась я, упершись взглядом в прямую спину бабули, – особенно пожилых!

Я вспомнила свою соседку Александру Марковну.

– А то, что случилось между нами утром... – продолжил Миша.

Я покраснела.

– Ты, конечно, нашел время, когда об этом говорить, – зашептала я.

Матвеев посмотрел в сторону шагающей впереди нас бабули, а затем как бы невзначай дотронулся до моей руки, отчего сердце снова гулко заколотилось.

– Мне понравилось тебя касаться, – шепнул мне на ухо Миша.