33 глава

Фанфик: "Уроки литературы: эпоха романтики"

33 глава.

/настоящее – в диалогах в сетях, в объятьях при встрече. в том, что всегда рядом была только твоя рука. я все помню. и всем говорю спасибо. если что — заходите в гости на чай. но только ты, пожалуйста, оставайся навсегда со мной рядом. и свою руку не убирай./

Теплые губы касаются румяной щеки и оставляют влажный след. Крепкие руки бережно и неспешно снимают с хрупкого тела водолазку. Кружевной бюстгальтер, прикрывающий изящную грудь, привлекает внимание мужчины, и он проводит по кружевному краю кончиками пальцев. Женское тело отвечает каждому движению партнера, кожа покрывается мурашками, спина выгибается навстречу, низ живота приятно тянет. Голова Нуры начинает кружиться, словно она выпила пару бокалов шампанского. Но это делает Вильям. Его руки, в которые невозможно не сдаться, его взгляд, который заставляет чувствовать все эмоции в одну секунду. Девушка прикрыла глаза и глубоко вздохнула, когда Магнуссон завел руки ей за спину и, расстегнув бюстгальтер, снял его, после чего прильнул к аккуратной миниатюрной груди губами. Кончик его языка проходил по окружности соска, а затем зубы слегка сжимали его, заставляя Сатре сжимать простынь. Вильям играл с каждой грудью по очереди, а позже выстроил дорожку из поцелуев от ключиц до пуговицы джинс. Остановившись, мужчина поднял взгляд на Нуру и, получив одобрительный и уверенный кивок головой, продолжил руками. Пальцы расстегнули пуговицу и ширинку светло-голубых джинс и медленно стянули их вниз, после чего откинули на пол. Вильям чувствовал себя, как ребенок, которому дали подержать в руках дорогую вазу. Нельзя было допустить ни одного неверного движения, действовать нужно было с предельной аккуратностью и следить за каждым вдохом, чтобы ни в коем случае не уронить драгоценный хрусталь и не разбить его на сотни осколков. Мужчина чувствовал волнение всем телом, каждая мышца была напряжена, кровь закипала во всех жилках. Желание дурманило голову, выходило за рамки и проявлялось в каждом взгляде, в каждом движении, в каждой мысли. И сейчас, когда перед ним лежала любимая девушка, которая была готова ради него на все, Вильям понял, как, действительно, она важна для него. Важно то, что она чувствует, что хочет, о чем думает и о чем мечтает. Магнуссон стянул с себя всю одежду, оставив лишь боксеры и вновь надвис над Нурой. - Хочу, чтобы ты сделал это, - прошептала Сатре, тяжело дыша в губы мужчины. - Прошу тебя.- Я хочу не меньше, - Вильям коснулся приоткрытых губ и, оставив на них нежный поцелуй, отдалился.Он аккуратно стянул с девушки трусики, позже избавил от оставшейся одежды и себя, и, слюной смочив ладонью, коснулся ею горячей, желающей, твердой плоти, пульсирующей от возбуждения. Раздвинув стройные ноги и устроившись между ними поудобнее, Вильям коснулся головкой половых губ и посмотрел на реакцию Нуры. Она смотрела в карие глаза с невероятной любовью, которая смешивалась со страхом и искушением. Надвиснув над Сатре и прижав ее тело к кровати своим, Вильям прильнул к губам и двинул тазом вперед, войдя в девственное тело. Девушка обняла Магнуссона и сжала его волосы, закрыла глаза и вскрикнула, закусив губу Вильяма. Боль почти не чувствовалась, ее перебивала поддержка и любовь, которая исходила от партнера. Нура ощущала то, с какой осторожностью Вильям делает каждое движение, и как он старается окружить ее спокойствием и лаской, чтобы она чувствовала себя хорошо. Так и было, Сатре чувствовала, как сильно прижимается ее тело к телу Магнуссона, как он двигается в ней, как их тела сливаются в единое целое, передавая друг другу все те чувства, которые нельзя описать словами. Это что-то выше всего того, что люди привыкли ощущать. Что-то особенное для каждого человека, что не поддается объяснению. И Нура мечтала рассказать Вильяму все то, что она ощущает по отношению к нему, языком тел, с помощью движений, вздохов, стонов, криков и поцелуев, наполненных одновременно страстью и нежностью. Женские руки слегка расслабляются, но все еще обнимают шею мужчины, с розовых губ слетает первый стон, от которого Вильям получает наслаждение, которое нельзя было сравнить ни с чем. Магнуссон начал медленно двигать тазом, слегка ускоряя темп с каждым толчком и входя все глубже и глубже, не прекращая целовать каждый миллиметр губ Нуры, с которых все чаще и чаще срывались стоны, сравнимые с самыми красивыми симфониями мировых композиторов.- Тебе хорошо? - прошептала Сатре, сжав плечи Магнуссона руками.- Не представляешь, насколько, - выдохнул Вильям, коснувшись лбом лба девушки. - Не представляешь...

Продолжение следует.