Эпилог.

Я ходил по квартире больше раз, чем мог сосчитать. Я ходил и ходил. Я позвонил Люку и прошёл ещё немного. Он дал мне некоторую уверенность и некоторые рекомендации, а затем я сделал ещё несколько шагов. Люк всегда знал, что сказать. Шаг, шаг, шаг.

Пройдя слишком долго, я сел. Но сидение было неподвижным, а ходьба - нет. Итак, я снова встал и прошёл еще немного. Я снова позвонил Люку.

-Чувак, что теперь? - Люк смеётся.

-Что, если она больше никогда со мной не заговорит?

-Она заговорит.

-Что, если она подумает, что я псих?

-Она не подумает так.

-Что, если она решит, что никогда больше не сможет быть со мной после прочтения моего настоящего мозга, разбросанного по 84 листам бумаги?

-Она не решит. - Люк смеётся.

-Пожалуйста сядь.

-Я пробовал это. - Я сказал.

-Всё, что я слышу, это твои тяжёлые шаги, - он шутит.

-Подумай о моих соседях, — говорю я.

-Я, должно быть, свожу их с ума.

-Тогда садись!

-Нет, я пробовал это. - Я повторяю.

-Думаешь, она их уже прочитала? Я имею в виду, прошло несколько часов...

-Почему бы тебе не позвонить ей и не спросить? — спрашивает он меня, явно издеваясь.

-Ты ненормальный?

-Видимо, так, — говорит он.

-Возможно, она уже заблокировала мой номер...

-Чувак, ты признался в убийстве одного из членов её семьи или что-то в этом роде? Почему ты так нервничаешь? Ей это понравится. Девушкам нравится такое дерьмо.

-Я сделал это не потому, что «девчонки любят такое дерьмо», — стону я.

-Я знаю, что ты сделал это не поэтому, - он усмехается.

-Ты сделал это, потому что ты влюблённый неудачник.

-Точно.

-Лорен сказала, что Захара только что вышла из спальни, — шепчет Люк по телефону.

Мой пульс начал увеличиваться.

-Лорен сказала, что слышит звон ключей.

-Лорен прижата к двери или что-то в этом роде? - Я смеюсь.

-Да, вообще-то. Так и есть. Слушай, братан, мы делаем это для тебя, так что не суди, – тихо говорит мне Люк.

Я покачал головой от удовольствия, хотя на самом деле он меня не видел.

-Ладно.

-Парадная дверь только что хлопнула. Готов к тому, что тебе отсосут, друг мой...

-Люк, это отвратительно. Ты вульгарен. - Я слышу крик Лорен на заднем плане.

-Упс, - он говорит.

-Или готовься к тому, что его отрубят.

-Возможно, она даже не пойдёт к Гарри! - Лорен говорит.

-Пессимистам вход запрещён! Я прав, Гарри? — говорит Люк. Его голос звучал слишком весело.

-Заткнись, Лю. - Я посмеиваюсь.

-Я не думаю, что она придёт.

-Ну, дай ей немного времени. Она не волшебница. Она не может телепортироваться туда, — говорит Люк.

-Нет, идиот. Я просто так не думаю. Я вообще ничего о ней не слышал.

-Захара редко пишет, прежде чем что-то сделать, - Лорен говорит. Я уже слышал её близко, должно быть, она была рядом с Люком.

-Можем ли мы переключить это на FaceTime? — спрашивает Люк.

Я нажимаю несколько кнопок, пока его просьба не будет удовлетворена.

-Так лучше. Ха. Я знал, что ты будешь выглядеть так, - он улыбается.

-Как? - Я вздыхаю.

-Розовощёковый и нервный. Ты так её любишь, — воркует он.

-Ты выглядишь измотанным, Гарри. Сядь и успокойся. Она придёт, если этому суждено. Возможно, она прочистила голову и позвонит позже. Просто сядь, успокойся и на какое-то время забудь обо всём этом, — говорит Лорен, глядя на меня так, как смотрела бы обеспокоенная мать. Лично мне этот взгляд не слишком знаком, но я видел, как другие получали это много раз.

-Я не хочу. - Я дуюсь.

-Делай, что тебе говорят, Гарри. — говорит Люк, хмурясь и указывая на меня пальцем. Лорен отшлёпала его за то, что он издевался над ней.

-Отлично. - Я говорю, присаживаясь на диван.

-Хм. Удобно, - говорю я с сарказмом.

-А теперь подними ноги и расслабься. - Лорен говорит.

-Ты почувствуешь себя намного лучше, если расслабишься. К тому же, когда Захара заговорит с тобой, ты сможешь говорить с гораздо более ясным умом. Так что устраивайся поудобнее.

-Да, а потом просто подними рубашку, детка. Покажи нам свои сиськи, — говорит Люк с фальшивым американским акцентом, закусив нижнюю губу, прежде чем разразиться смехом над собственной шуткой. Я присоединился к его веселью.

-Да, вот так? - Я ухмыляюсь, приподнимая футболку настолько, чтобы обнажить пресс.

-Выше, — говорит Люк.

-Я видела именно такое порно, — говорит Лорен, не беспокоясь. Глаза и мои, и Люка расширились.

-Это способ испортить шутку, Лор. - Люк фыркает.

-Но тебе понравилось?

-Очень горячо. - Лорен шутит.

Прежде чем этот всё более странный, но весёлый и отвлекающий разговор смог продолжиться, в мою дверь постучали.

-Блять. — говорит Люк.

-Дерьмо. - Я говорю.

-Иди ответь! - Лорен говорит.

-Но не вешай трубку! Оставь нас здесь! Пожалуйста! Ты даже не узнаешь, что мы...

Прежде чем она успела закончить, я завершил разговор и встал с дивана. Я расправил одежду и подошёл к входной двери.

Я едва успел осознать, что происходит. В тот момент, когда я открыл дверь, Захара прижала свои губы к моим с такой силой, питаемой, как мне казалось, чистой любовью, что я на мгновение отшатнулся назад.

-Что ты здесь делаешь? - Я бормочу в ответ на поцелуй, восстанавливая равновесие и закрывая ногой входную дверь.

-Ты не можешь просто сказать девушке, что она — причина, по которой растут цветы, и не ожидать, что тебя поцелуют, — говорит она, её губы перемещаются от моих губ к моей шее.

-Значит, ты прочитала письма? — спрашиваю я, поднимая её лицо.

-Каждое, - она говорит.

-Как ты позволил мне поверить, что между нами что-то не получится? Как мы позволили страху перед неизвестностью остановить нас? Мы, несмотря ни на что, всегда были такими особенными, я не знаю, как кто-то мог когда-либо сомневаться в существовании родственных душ, если мы с тобой являемся живым доказательством этого, – говорит мне Захара, её яркие и блестящие глаза смотрят прямо на мои глаза. Я улыбаюсь ей, а в моём животе кружатся бабочки.

-Я думаю, ты абсолютно права, — говорю я ей, наклоняясь и нежно целуя её в оба виска.

-Итак, могу ли я снова называть тебя своей девушкой?

-Что случилось с невестой? - Захара дразнит меня, её глаза всё ещё поглощены моими глазами; Между нами почти видно электричество, почти.

-Разве мы не можем назвать это женой? - Я вздыхаю, притягивая её за талию свитера, чтобы приблизить её тело к себе. Хм. Всё ещё недостаточно. Я обхватил её бёдра, и она радостно обвила их вокруг моей талии.

-Ух ты, ты даже не хотел быть со мной несколько часов назад, а теперь хочешь быть связанным со мной навсегда? — шутит она, обхватив меня руками за шею и плечи.

-Я всегда хотел быть с тобой. - Я говорю ей.

-Не хотел снова причинить тебе боль. Я боюсь, как и все остальные.

-Я знаю, - кивает она, мягко улыбаясь.

-Я тоже.

-Хотя я был серьёзен. — говорю я, глядя на неё пристальным взглядом.

-О нежелании причинить мне боль? - она спрашивает.

-Нет, - говорю я.

-Ну, то есть да. Но не эта часть.

-Что тогда?

Подойдя к дивану, я сел, а Захара сидела у меня на коленях. Она начала свободно играть с моими растрёпанными волосами.

-О том, как сделать тебя женой.

-Гарри, — хихикает она.

-Я чувствую, что нам снова придётся начинать с самого начала.

-Почему? - Я спрашиваю.

-Мы не можем расстаться на несколько месяцев, а потом вернуться и внезапно пожениться, - она улыбается.

-Кто сказал? - Я спрашиваю, потому что в отличие от неё я говорил об этом совершенно серьёзно.

-Я не знаю, — смеётся она.

-Общество, я полагаю?

-К чёрту общество, Зар. - Я вздыхаю.

-Послушай, мы безрассудны. В этом я уверен.

-Что ты предлагаешь?

-Я говорю, что мы сбежим. - Я говорю.

-Сбежим?

-Да.

-Когда?

-Сегодня. Сейчас. - Я говорю ей.

-Но как?

-Я не знаю как. - Я сказал.

-Я просто знаю, что у нас только одна жизнь. Мне надоело всё делать медленно. Мне надоело принимать всё как должное. Мне надоело быть вдали от тебя.

-Гарри, ты раньше боялся жениться на мне.

-О, Захара. Забудь, что я сказал, когда испугался. - Я тяжело вздыхаю.

-Тебе не обязательно выходить за меня замуж сегодня, я просто... ни один жест не кажется достаточно величественным. Я хочу, чтобы мир знал. Я хочу, чтобы мир чувствовал. Я не хочу ничего доказывать ни людям, ни самим себе. Я хочу вернуть наш маленький мир в равновесие.

-Мы никогда не были традиционными, - говорит она.

-Почти никогда.

-Всегда отстраненный. Бессмысленным. Это всегда было в моей природе; я вложила это в твою.

-Мне природа нуждалась в этом. - Я говорю ей.

-Нетрадиционно, но не бессмысленно. Я просто спал без дела. Больше никогда этого не хочу.

-Каждая часть моего существа, моего истинного существа, хочет этого; я хочу сделать это с тобой. Но тогда та часть меня, которую ты мне дал, твоя природа, та новообретённая чувствительная часть меня, которую ты заложил в меня - потому что, поверь, до твоего появления её там не было - говорит, что это безумие, - смеётся она, мягко покачивая головой.

-Каждая часть меня глупа без тебя. Моё существо бессвязно без твоего . Так что не обращай внимания на те чувства, которые я могу тебе внушить; слушай себя. Ты - всё, что я слушаю, и провести с тобой всю жизнь - это всё, что я хочу сделать, — говорю я ей, проводя большим пальцем по её лицу, словно прослеживая каждую её черту.

-Боже, мистер Стайлс. У вас такая манера говорить. Как же я смогу отказать вам в браке? — мычит она, радостно подставляя лицо мне в руку, пока я ласкаю её кожу.

-Захара Стайлс. Ты бы это изменила? Если бы, гипотетически, ты вышла за меня замуж, конечно. - Я говорю.

-Раньше я думала, что я слишком феминистка, чтобы когда-либо менять свою фамилию. Но я думаю, что твоя мне подходит гораздо больше, - она улыбается.

-Моя мама была почти слишком феминисткой, чтобы менять свою, поэтому в свидетельствах о рождении она указала нам свою фамилию перед отцовской. Я бы даже не знала, с чего начать тройное соединение наших фамилий, — усмехается она.

-Хм. - Я размышляю.

-Хотя Захара Бартон-Прифти Стайлс звучит так деликатно, а вовсе не неуклюже и несовпадающе, или как будто у тебя два мужа, я думаю, возможно, если ты пойдёшь не таким феминистским путём было бы идеально. - Я шучу.

-О, но ты обязательно это скажешь, - ухмыляется она.

-Теперь я думаю, что утрою свою фамилию.

-Пока я твой муж, я не буду против, - говорю я, наклоняясь, чтобы поцеловать её мягкие губы.

Наши губы вместе всегда ощущались как магнетический обмен энергией; как будто (а у меня действительно было нарциссическое чувство), что наше слияние энергий могло бы каким-то образом улучшить вселенную: как будто наша любовь образовывала баланс для всей Солнечной системы. Её глубина так близка мне.

-Я погуглю, — говорит Захара, прекращая поцелуй.

Захара начала искать способы побега, а я бесполезно осыпал поцелуями её свободную руку.

-Нам нужно будет уведомить наше местное юридическое бюро за 29 дней, - она говорит.

-Итак, мы пойдём и уведомим. И, если через 29 дней ты всё ещё захочешь, ты сможешь называть меня своим мужем, — говорю я, чувствуя, как моё сердце растёт при одном упоминании о том, что я её муж.

-Мы собираемся нанести всем удары, - дразнит Захара.

-Ммм, я уверен, что они сталкивались и с худшим. - Я ухмыляюсь.

-Так что ты скажешь?

-29 дней.

-29 и не более.

-Отлично, - она улыбается.

Итак, мы нашли ближайший офис. Это было недалеко. Собственно, именно на дороге мы впервые встретились, спрятавшись между английскими зданиями, увитыми плющом и глицинией. Я понятия не имел, что этот офис находится здесь; как будто его присутствие существовало только для нас, в наш роковой момент. Как будто каким-то волшебным образом он был помещён сюда, чтобы вернуть нашу жизнь на полный круг.

Логотипом компании была пара на лодке. Лодка на простой закорючке, символизирующей океан. Сам логотип был очень простым; одна линия, без подробностей. Но я знал пару на лодке. Я знал, что этот человек наконец-то оказался на плаву после того, как всю жизнь тонул. Я знал, что девушка наконец-то оказалась на плаву после целой жизни, которую она тонула. Я знал, что вместе они создали стабильность из единства; стабильность, основанная на любви, превосходящей всё, что могло когда-либо заставить кого-либо утонуть; больше, чем камни в карманах и якоря, отягощающие землю.

-У меня больше нет ощущения, будто я тону, — говорю я Захаре, когда мы стояли возле офиса, окружённые зданиями, ставшими свидетелями нашей первой судьбоносной встречи.

-Я точно знаю, как ты себя чувствуешь, — говорит она мне, прежде чем взять мою руку в свою.

Я точно знаю, как ты себя чувствуешь.