Глава 79. Путь искупления.

Варианты помех были разными: сильное давление и напряжённость в здании; усталость, которая тяготила глаза и опускала их вниз и полная обездвиженность, вызванная магией. Все эти факторы мешали Клэр раскрыть глаза. Она почувствовала под шеей холодный пол, из-за которого по её спине проскочили мурашки, заставив немного съежиться. После незначительного движения со стороны ведьмы, она почувствовала резкую боль, пронзившую её насквозь. Издав лёгкий стон, она открывает глаза и видит себя в окружении тела многих знакомых для неё ведьм: Хелен, которая раньше была семейной ведьмой Майклсонов; Дженну, ставшей проблемной личностью для дома Майклсонов; Холланд, которая до этого вселилась в тело Фей, она же является биологической матерью Арьи и Лили. С одной стороны, Клэр была рада, что она находится в окружение знакомых ведьм, но с другой стороны, она непременно желает им всем смерти. Осознав, что каждая из них была как-то связана с Майклсонами, она поняла, что это была подготовка к какой-то церемонии или обряду. Немного поднявшись, Клэр заметила, что на ней надето белое платье. На таком белоснежном платье обращает на себя акцент свежее красное пятно. Оно начала расширяться, потому что стекало откуда-то. Притронувшись ко лбу, Беноист почувствовала жжение, но потом ощутила сырость на пальцах. Кровь на пальце, исходившая из лба, дала знать о себе.

Скрип огромных дверей и постукивание каблуков раздались на весь зал. Именно в этом помещении недавно проходило объединение двух домов — Майклсонов и Кристианов. Стервозная физиономия Софии Майклсон, которая всегда хотела занять место младшей сестрёнки, показалась в противоположном от Клэр конце зала. Увидев очнувшуюся жертву, Майклсон назойливо улыбнулась, прикрикивая:

—Оу! Ты проснулась?

Сзади неё шли ещё пара человек, которые явно были под внушением или под влиянием злобной девушки.

—Ты вампир,—прошептала ведьма, прищурив взгляд.

—Я всегда им была!—торжественно выкрикнула София, одновременно давая указания своим подчинённым.

Слуги Майклсон заставляли ведьм приходить в сознание странным способом, который заключался в проведении круга на лбу из скрещённых пальцев, размазывая кровь.

Услышав очередные шаги, Клэр не успела оглянуться, как оказалась в оковах. Её взяли и понесли в неизведанном направлении. Физическое сопротивление не помогло ей, и она выразила своё недовольство в словах, обращаясь к Софии спиной. Майклсон приказала ей вести свою речь лицом к оппонентке, но её руки попрежнему были в цепях.

—Запомни одно: я посмотрю, я посмотрю на тебя распятую, когда тебе переломаю все суставы. И, когда толпа утомится твоими воплями и разойдется, я буду купаться в твоей крови и радоваться. Я загляну в твои глаза, и моя ненависть потечет из твоих глаз ярким огнем, будто кислота, пока ты наконец не издохнешь!—ненавистные крики Беноист разнеслись по всему зданию, издавая эхо.

Серьезное выражение лица Софии тут же сменилось лёгкой ухмылкой.

—Отведите её...—Майклсон дала указание своим подчинённым, гордо отвернувшись. Слова ведьмы врезались ей в спину, когда Клэр уводили в тёмную комнату, где было сыро и холодно. Никакой луч света не проникал туда.

Пробыв в таких условиях день, Беноист заметила недалеко от себя мужчину старой внешности, который вошёл в её тюрьму. Она начала сторониться его и уползать в угол в целях защитной реакции.

—Не надо бояться,—проговорил старик. Странно, но ведьма сразу успокоилась.

Когда мужчина подошёл ближе и коснулся её волос, она невольно вздрогнула.

—Не бойтесь. Я поговорю с ней.

Клэр подняла взгляд и задала неочевидный вопрос:

—Вы можете сказать, как там Фей? Где она?

Старик открыл маленькое окошко, находящееся под потолком, и присел на какую-то выпуклость стены.

—Я пришёл сюда не из-за Фей Майклсон. Скоро будет церемония. Я понимаю вашу любовь к своей подруге. Любовь между людьми — это святое. Но грехи отдаляют нас от святости, и лишь искупление может их смыть.

—Мне не в чем признавать свои грехи...—искренне ответила ведьма, не припоминая случая, когда она могла бы согрешить.

—Вам кажется, что Вы чисты?—задал вопрос старик, заставивший Клэр сразу убедиться в обратном,—Идеальны? Абсолютно безгрешны?

—Безгрешных нет...—она снова опустила глаза вниз, осознавая, что тоже является таковым.

—Вы верно мыслите, но впереди ещё много дорог, которые Вам надо пройти на пути покаяния,—мужчина поднялся, упираясь руками о место, где он сидел.

—Зачем Вы служите ей?—этот вопрос девушки заставил мужчину остановиться, но повернувшись, он не стал отвечать. Ведьма начала требовать ответов,—Ответьте мне!

Вынуждающий взгляд, ещё громкий голос, настойчивый характер и невероятная красота девушки заставили его произнести причину и обстоятельства, по которым ему пришлось встать на неправедный путь, хотя сам он вершил правосудие и Божью волю.

—София спасла меня. Каким бы чудовищем она не была, я увидел в этой девушке искру доброты и то, что заложил в нее Бог. Она стал стала такой не по своей воле, а потому что окружающий мир вынуждал её делать это...

Момент неловкой тишины заставил мужчину подать руку ведьме и сделать ей заманчивое предложение:

—Пойдёмте, навестим Фей из дома Майклсонов.

Лицо Клэр выглядело напряжённо и переполнялось кучей вопросов, одним из которых она произнесла вслух:

—Откуда она у Вас?

Старик доверчиво моргнул, улыбнувшись, и Беноист подала ему свою руку. Представ перед телом, Клэр посмотрела на обескровленное тело подруги и прослезилась.

—Вам жалко?—спросил мужчина, на что ведьма повернулась к нему и с грустным лицом задумалась.

—Мне жалко,—призналась Клэр.

—Вам жалко, потому что Вы — это она, но без возможности жить. Такой пример показывает, что все мы одинаковы, но увы, Фей из дома Майклсонов лишена жизни на некоторое время. Она — это Вы, но без иллюзий, которые представлены Вам,—пофилософствовал представитель сильного пола.

—Все мы одинаковы...—прошептала девушка, осознав эти слова.

—Вы идёте по правильному пути, Клэр из дома Беноист.

—Сложно найти истинный путь...

—Намного сложнее его пройти. Но Вы уже продвинулись. Молюсь о том, чтобы ваша бабушка пошла за Вами...—эти слова старика заставили Клэр прибывать в шокированном состоянии.

—Моя бабушка?—спросила девушка, закрепив взгляд на самую дальнюю точку.

—Да. Она выдающаяся, сильная женщина и грешница, которая не кается. Вы должны показать ей истинный новый путь, как она показала Вам старый, иначе я боюсь за безопасность её души и тела.

Когда мужчина покинул комнату, Беноист оторвала пристальный задумчивый взгляд и всячески не понимала, что происходит. Почему этот незнакомый мужчина начал утверждать ей о грехах? Почему он напомнил о бабушке? Она будто находилась в состоянии гипноза, который вредил ей, а не ставил её на истинный путь, о котором ей говорил старик.