Глава 44. Парадокс.

Было странно, что Майклсон расположилась на диване рядом с остальными, ведь её неким проявлением социофобии всегда были кресла. Возможно, всё потому что даже после гипноза матери в детстве, причиной которого стало отсутствие маленькой Фей в обществе и на публике, так как она предпочитала самостоятельное обучение на дому, где её главным учителям было всё второе и живущее на тот момент поколение Майклсонов.

Никлаус был по своему происхождению хорошим искусствоведом, что показывали многочисленные картины, висевшие в их особняке.

Элайджа — благородный олень, гуманитарий и герой своего слова. Обучая Малышку Майклсон литературе, английскому языку, обществознанию и истории, он всегда находил время и для других забот, например, как защищать свою семью от посторонних врагов и косяков брата - гибрида.

Ребекка, которая всегда находилась в поисках своего счастья, имела отношения с одним охотников из братства пяти. Научившись там фехтованию, искусству меча, математике, она передала все эти способности своей племяннице. По-другому, её называли учителем танцев, так как Алисе не допускалось обучаться такими боевыми искусствами, потому что издавна её учили быть леди, что вызывало недовольство девочки и её фирменный закат глаз.

Вся эта идиллия прекращалась во время военных действий на сверхъестественном уровне. Было удивительно, что девочка была так умна, образована, жизнеспособна и обучена всеми видами искусства, которые она даровала от родственников, ведь в принципе подобные учебные занятия проходили редко, так как у их семейства было достаточно врагов, в том числе они сами были друг другу врагами, например, как их мать - Эстер, отец, будучи вампиром, охотившись на вампиров - Майкл и их второй брат по старшинству Финн - злой ведьмак, вставший на сторону матери. Первенцем второго поколения Майклсон была сестра Фрея, которую забрала на пожизненное обучение ведьма Далия - родная сестра Эстер. Фрея считалась ценой за счастье Эстер.Задумчивые мысли Фей прервал тихий голос Блэйк:

—Он мой сын,—оповестила женщина, смотря на Кая, чья голова лежала на коленях Майклсон.

Коди подавился виски, который распивал, спокойно и ничего не ожидая, сидя на диване, рядом с Фей. Лекса, которая пристально разглядывала дождь за окном, выжидая разъяснения ситуации, удивлённо обернулась, оторвавшись от рисования зигзагов на запотевшем стекле и взглянув на Дэниэла, нахмурившего брови и грубо задавший следующий вопрос, будто в его голосе звучали ноты обвинения матери в чем-то:

—Какой по счёту?!

—Первенец... Вторым стал ты, Эндрю... Третьего Дэйва тоже пришлось оставить на попечение отца, который думал, что Дэниэл - его сын, но Дэн был сыном Кола Майклсона. Четвёртым и пятым стали Джош и Майк.

—Вы крутили интриги на стороне с моим дядей?!—грубо вскрикнула Фей,—Прошу прошения за мою грубость и прямолинейность...

—В этом все Майклсоны...—прокомментировал себе под нос Коди.

—И, Вы сказали Дэйв?—переспросила, осознав всю ситуацию, Фей.

—Он тебе знаком? Я оборвала с ним связь очень давно... И с Каем тоже..

—Все мальчики... Мой отец позавидовал бы вам,—произнесла Лекса.

—Это проклятье. У всех в нашей семье есть проклятья,—произнесла Блэйк.

—Какие проклятья?—недоумевающе спросил Коди.

—Их можно определить по картам или крови, у каждого разное, но точно знаю, эти проклятья передаются только по крови.

—Проклятие с мальчиками действует только на тебе?—поинтересовалась Фей, на что получила положительный ответ от Лексы.

Дэниэл был раздражён, что его дыхание участилось из-за злости. Это заметил Коди, с издёвкой протянув пузырёк с так называемой "волшебной водкой".

—Ты издеваешься?—спросила Лекса Коди.

—Вот, поэтому я ненавижу ванильные кексы. Все эти сопли розовые,—с отвращением произнесла Фей.

—Дай пять!—вскрикнул Коди, приподняв руку, и дал пять Фей.

—Приятно было познакомиться, женщина, которая родила двух любимых мужчин в моей жизни,—обрадовалась Фей и встала с дивана, придерживая голову Кая.

—Ты разве не останешься?—спросил Дэниэл, ощутив на себе удивлённый, но радостный взгляд сестры.

—Вы же как бы родственники...—Лекса дополнила мысль Дэна, а он приподнял брови.

—Для вас что-то значит родство по крови?—спросила Фей и с удивлённой радостью, взглянув на всех,—Правда?

Спустя пару часов Майклсон спокойно блуждала по дому представительницы рода Стюартов и была удивленна огромному количеству картин, висевших там. Блэйк имела свою картинную галлерею, да и сама неплохо занималась искусством. Взгляд Фей остановился на одной из картин. Такая абстракция была сначала непонятна ей. Она заметила, что-то знакомое в этой картине... Иллюстрации огня придавало огромное количество красный и жёлтых, а то и смешанных тонов. Местами из такого обилия ярких красок уныло и еле смело выглядывали мазки голубого цвета, похожие на воду... Огонь и вода... Малое количество воды не сможет преодолеть такой огонь, а значит и спасения нет, ведь огонь - это символ дьявола и визитная карточка к смерти. Картина повествует о долгожданной победе зла, а не добра, как в остальных добрых историях. Парадокс, не так ли? Она не любила хэппи-энды... Её размышления прервали нервные вскрики только что очнувшегося парня из гостиной.Кай стоял к ней спиной, теребя руки.Фей хотела что-то сказать, но, даже неожидая вопроса, Паркер резко заставил девушку замолчать, повернувшись к ней:

—Нет!

—Так и знала,—пробормотала под нос Майклсон.

—Ты не понимаешь!—закричал Кай с огромнейшей злобой в глазах и голосе, будто обвиняя её в чем-то,—Если бы не ты, этого всего не было!

—За волшебство надо платить!

—Но не мне! Потому что я злодей-социопат! Я думал, что убил всю свою семью, а она оказалась не настоящей!он кричал так сильно, что даже Фей напрягала уши, что забирало у неё много воздуха,—Я УБИЛ ЧУЖОЙ КЛАН, В ТО ВРЕМЯ, КАК БИОЛОГИЧЕСКАЯ СЕМЬЯ ЖИЛА!

Она закрыла уши, потому что не могла больше этого выслушивать. Кай схватил её за руки и развёл их в стороны.

—Я не использую свои силы, потому что это неправильно!—произнесла Фей.

Паркер со злости взял бутылку виски и ударил её об косяк двери, которую держал за горлышко. Осколки разлетелись по всей гостиной, а у руках Кая осталось лишь кривое и острое горлышко виски.

—Один взмах, и я могу вырезать селезенку... Например, тому жалкому оборотню по имени Коди!—угрожал Кай.

—А тебе не позволяет барьер, наложенный твоей матерью?—дерзко спросила Фей.

—Она никогда не была моей матерью!

—Давай, доведи себя до ужасного состояния...—с каждым словом всё тише и тише говорила Фей,но этого было достаточно, чтобы звуковые волны дошли до Кая.

Он приставил большой осколок к горлу Фей, прижав к стене.

—И что мне сделает этот несчастный осколок?—спросила Майклсон с недоумением.

—Знаешь из чего делают бутылки на производстве Блэйк? Из вербены,—Кай надрезал щеку Фей. Она начала кричать,—Ну что же ты кричишь? Я же тебя ещё не начал резать!

Глаза Фей стали красными от гнева, вены на лице стали серыми, будто заставали, начали появляться огромные клыки. В её глазах мелькнула молния, и она откинула Кая в сторону. Через некоторое время он поднялся. Рядом с дверью послышался детский голос сзади Майклсон. Кай посмотрел на Фей, а Фей на него. В один момент они произнесли имя одной из дочерей Дэйва - Арьи. Вампирша обернувшись, увидела Арью, а затем обняла её. В то же время Блэйк колдовала над гостиной, в который находились Паркер и Майклсон, точнее в её барьере, а Лекса наблюдала за её действиями.

—Так в чем суть?—спросила Алисия.

—Я создаю им иллюзию их дочери. Это успокоит их.

—Да, но она обнимает напольную лампу, вместо Арьи,—оповестила Лекса недовольно.

—Эффект,—отмазалась Блэйк.

—Они же убьют тебя, когда узнают правду.

—Все хотят убить меня, но никогда ничего не выходит.

—Знаешь, те кто играет в престолы, либо побеждают, либо умирают, среднего не дано,—проговорила Лекса, наблюдав за Фей, которая в скором времени начала подозревать что-то.

—Вот почему не надо доверять всем подряд, Майклсон!—будто раньше предупреждал Кай.

—Зато ты не доверяешь никому...—ответила Фей.

Лекса начала нервничать, и это заметила Старшая Стюарт.

—Игра не окончена,—с надеждой произнесла Блэйк.

Младшая Майклсон направилась к выходу, но преградой стал барьер.

—Выпусти меня!—закричала Фей, обращаясь к ведьме.

—Выпусти ее,—потребовала Лекса.

—Если я выпущу ее, то Кай выберется. Если уж идут на неприятности, то пусть идут вместе,—ответила Блэйк.

—Это не игра! Это не игра, владелица которой ты! Ты не можешь губить других! Отпусти ее!

Ведьмак совершил шаг к ней, немного покачавшись, и сексуально улыбнулся, соблазняя девушку прямо взглядом.

—Ну же, давай, отключи её. Стань снова неуловимой Фей Майклсон, которая всегда была на моей стороне. На стороне зла. Помнишь, да? Злодеи всегда держаться вместе,—он стал подходить ближе к Фей,—Стань настоящей собой. Ты такое же чудовище, как и я, только ты прячешь себя под маской доброты и невиновности.

—Ух, как горячо,—Фей очень бурно на это отреагировала.

—Я мил, как ад, из которого я, кстати говоря, и пришёл.

—Так, это всё из-за виски?—спросила Фей, остерегаясь Паркера.

—Да ладно! Я не убью тебя снова! Что же я буду делать без тебя? Обворовывать мафию? Нет, нет, нет, ты... дополняешь меня,—тихо произнёс Кай.

—Ты настоящий психопат. Я конечно знала это, но пронизывалась этим фактом,—с усмешкой и одновременно разочарованием произнесла Майклсон.

—Я считал себя стрельцом!—вскрикнул Кай, театрально разводя руками.