37

ЮЛИЯБольше никакой лжи, никаких секретов, И уж точно больше никаких людей, указывающих мне, что делать и как жить.Глаза моего брата вспыхивают. Его рот открывается, но я поднимаю палец, мне нужно говорить, пока я не потеряла муже-ство.— Санти, прости меня за то, что я лгала тебе и держала в секрете свои отношения с Даней.Я.. я люблю его. И я не хочу больше скрывать это, как что-то постыдное, потому что ничего близкого к этому нет. Мне нужно повзрослеть, и ты должен позволить мне это.В том числе и ошибки. Не то чтобы я думала, что это одна из них, но что бы ни случилось, я не могу прожить свою жизнь, беспокоясь о том, что разочарую тебя, или маму и папу, или даже себя. Я люблю тебя, но мне нужно рискнуть в наших отношени-х, и ты должен принять это.Слова вырываются из моего рта, сырые и нефильтрованные, как и мои чувства к Дане.Санти смотрит на меня в недоумений.Он шокирует меня. Его руки обвиваются вокруг моего тела, притягивая меня в обьятия, и он бормочет мне на ухо:— Я так чертовски горжусь тобой. Но также я чертовски зол. Узнать твой секрет от этого придурка на полу, узнать, что мой товарищ по команде перешел границы... определенно, я не пережил этого. Но я хочу, чтобы ты была счастлива, потому что ты заслуживаешь всего на свете и даже больше, - он отпускает меня.Его глаза блестят под светом люкса.- Никогда больше не лги мне. А ты, — он показывает на Даню, — ты должен хорошо относиться к моей сестре. Если ты заставишь ее плакать, клянусь, я заставлю тебяпожалеть о том, что ты родился от своего дрянного папаши, — он смотрит вниз на Вячеслава Милохина, который еще не опустился обратно в адские ямы, откуда он пришел.Мой брат уходит. Секреты больше не стоят на нашем пути, пожирая меня изнутри. Я испускаю дрожащий вздох, мои легкие больше не лишены свежего кислорода.Отец Дани стоит, его обычная бравада отсутствует, кроме злобы в глазах.Даня берет себя в руки и встает между мной и отцом.- Тебе больше не рады здесь, с Бандини.Если ты еще раз придешь, я сообщу о тебе. С нами покончено. Не звони мне, не пиши, и, черт возьми, не разговаривай с Юлей или ее семьей. Проводи свое унылое существование в другом месте. Все кончено. Между нами все кончено, - пустое лицо Дани ничего не выражает, когда он смотрит в глаза отца. Ни гнева, ни любви, ни печали. Ничего, кроме пустоты.Он хватает меня за руку и оттаскивает. Не оглядываясь, я отворачиваюсь от лжи и прошлого Дани. Я поднимаю взгляд на Даню и впервые за несколько часов улыбаюсь.Несмотря на желание провести время с Даней после его аварии, мне нужно поговорить с братом без посторонних. Моя ложь ранит Санти больше, чем он сам, потому что у него самое мягкое сердце.Я заказываю нам ужин на вынос, потому что путь к его сердцу лежит через желудок.Когда я прихожу в наш номер, он выхватывает сумку из моих рук, не удостоив меня взглядом. Он садится за большой обеденный стол и открывает мою коробку с едой на вынос вместо со своей. Его глаза оценивают содержимое, прежде чем переложить его на свободное место напротив него.Его глаза остаются прикованы к еде, пока он запихивает в рот жареный рис. Я сижу и вожусь с пластиковой упаковкой посуды.— Санти, мне действительно очень жаль, что я скрыла от тебя правду. Я собиралась сказать тебе после Гран-при Абу-Даби, потому что не хотела тебя расстраивать. У вас с Даней тяжелая история. Но я ненавидела лгать тебе, и я никогда не хочу делать это снова.Он моргает. Снова ложка для еды и скрежет пластиковых столовых приборов о пенопласт. Я заслужила его молчание и гнев.— Я поехала в Рио раньше, потому что Даня планировал поездку, а не потому что я была с Софи. Я использовала ее в качестве алиби несколько раз, и мне жаль, — я не знаю, что еще сказать.Он делает несколько глубоких вдохов.— Мы всегда все рассказываем друг другу. Я ненавижу то, что ты лгала мне... но я понимаю. Я только хочу, чтобы ты была счастлива, и я готов оставить это в прошлом, - он делает большой глоток воды, - Я могу принять Даню как твоего парня при одном условии.Я затаила дыхание, ожидая, что он скажет. В обычной манере Санти, он заставляет меня сидеть с дискомфортом, откусывая еще несколько кусочков от своего ужина, прежде чем положить вилку.- Если вы двое расстанетесь, ты все равно должна приходить на мои гонки. Никакой ерунды о том, что это неловко или что Данил разбил тебе сердце. Если ты хочешь вести себя как большая девочка, тогда тебе придется иметь дело с последствиями, если вы расстанетесь, — он потирает заросший щетиной подбородок, оценивая меня.Я могу согласиться на эти условия. Даня ведет себя достаточно уверенно для нас двоих в том, как сложатся наши отношения.— Договорились.