Глава 7

Свет от больничной лампочки неприятно светит в глаза. Я зажмуриваюсь. Похоже, меня специально положили именно на эту кровать, мало им наказания, которое я буду отбывать в самом конце года. Наш декан – садист.

Я валяюсь в больничном крыле уже четырнадцать дней. И эти две недели – самые скучные в моей жизни.

Сначала три дня я лежала в полубессознательном состоянии. Яд не подействовал, но укус гадюки – это всё-таки не кошачьи зубы.

Первыми, кого я увидела после своего обморока, была целая бригада в лице разъяренного декана, который не поскупился, и снял со Слизерина целых тридцать баллов, побледневшей МакГонагалл и хмурой мадам Помфри.

— Где я… что я? Кто я? – иногда я сама поражаюсь, что за чушь я мелю. Сколько я уже здесь лежу? И это отразится на моей психике?

Декан цокнул языком.

— Из-за вашей и мисс Гринграсс безрассудности, вы могли умереть, — сухо сказал он. – Хорошо, что помощь подошла вовремя. Однако наказание вам назначено – вы будете отбывать отработки до самого конца года…

— Только не с Локонсом! – успела проговорить я, перед тем, как упасть в сон. Похоже, меня основательно накачивали снотворным.

Когда я опять проснулась, передо мной стояли уже не профессора, а заплаканная мама и обеспокоенный отец.

— Джинни! Слава Мерлину, ты в порядке… — пробормотала она и обняла меня. – Я всегда знала, что общение со слизеринцами до добра тебя не доведёт.

Я погладила маму по плечу, и, заметив заходящую в лазарет мадам Помфри, спросила у неё:

— Дафна не заходила? А Фред с Джорджем?

Лекарь поджала губы.

— Кто только к вам не ломился, мисс Уизли! Два близнеца, уж не помню их имена – всё твердили передать вам спинку от унитаза.

Я захихикала и заметила, как мама покраснела.

— Однако я сочла это негигиеничным и запретила им. Но эти мальчишки ещё оставили вам на тумбочке сладости.

— Кто ещё приходил? – нетерпеливо воскликнула я, кидая взгляд в сторону Шоколадных лягушек и Берти Боттс.

— Я всех не записываю, мисс Уизли, — оскорбилась мадам Помфри.

Дверь больничного крыла приоткрылась, и я увидела столпившихся у лазарета Перси, Фреда с Джорджем, и Рона.

— Не пугай нас больше так, — пробурчал Рон.

Я улыбнулась.

— Постараюсь. А где Дафна?

Родители переглянулись.

— Джинни, эта слизеринка напустила на тебя змею, о чём ты думаешь?! Не беспокойся, она получила должное наказание…

— Чтоо?! – воскликнула я, рывком садясь на постели, забывая о слабости, поселившейся в моём теле. — Дафна не напускала на меня змею! Я сама её об этом попросила!

Теперь переглянулись близнецы.

— Похоже, она сошла с ума, — сочувственно протянул Фред.

— Бывает. Всё-таки, три дня в обмороке…

— Вы шутите? – разозлилась я. – Я прекрасно себя чувствую и уверяю вас, что это я попросила её использовать Серпенсортио.

Однако всё как об стенку горох.

— Джинни, я запрещаю тебе общаться с этой девочкой! – угрожающе сказала мама. –Не беспокойся, я добилась, чтобы Дафна до конца года ходила на отработки.

Я сквозь зубы простонала. О Мерлин, с мамой бесполезно разговаривать.

— Тебе плохо? Позвать мадам Помфри? – заботливо спросил папа. Я откинулась на подушки, окончательно покорившись бессилию.

— Нет. Я просто хочу спать. Оставьте меня, — попросила я, закрывая глаза. Скорее бы увидеть Дафну.

— Дорогая, ты спала столько времени… тебе нужно поесть. – В мягком голосе мамы прозвучала непреклонная сталь.

Я снова вздохнула и с головой укрылась одеялом. День явно не задался.

* * *

А ещё через пару дней ко мне пришла Дафна. Почти всё время я спала. То ли от слабости, то ли от сонного зелья, что постоянно давала мне мадам Помфри.

— Я не буду это пить, — как-то осмелилась сказать я, но лекарь так посмотрела, что желание спорить тут же меня покинуло.

Но в тот час я была на редкость бодрой. Услышав робкий стук, я сначала подумала, что это Фред, Джордж, или что ещё хуже – Перси, который все уши мне прожужжал нотациями, как плохо общаться со слизеринцами. Потому, долго не сомневаясь, я нырнула под одеяло и притворилась спящей.

Однако мадам Помфри, к моему огорчению, отворила дверь.

— Пять минут — мисс Уизли нужен сон и отдых, — расслышала я её слова из-под одеяла.

— Не притворяйся, я знаю, что ты не спишь, – через несколько секунд донёсся до меня тихий голос Дафны. Я моментально откинула одеяло.

— Как ты узнала? – удивлённо прошептала я.

Подруга усмехнулась.

— Секрет. У меня к тебе вопрос поважнее…

“Почему меня заподозрили в нападении на тебя?” – машинально подумала я, но услышала совсем другое:

— Как ты себя чувствуешь?

По непонятной причине мне вдруг стало стыдно.

— Сейчас – нормально. Раньше было куда хуже, — пробормотала я, всматриваясь в красивое лицо Дафны. Что-то было не так. Она выглядела какой-то осунувшейся, бледной и немного испуганной. – Что с тобой?

— Ничего, ничего, – махнула рукой Гринграсс. – Всё в порядке, не волнуйся. Просто забежала тебя проведать. Прости, хотела пораньше, да мадам Помфри всё не пускала. К тебе Драко не заходил?

— Малфой? – изумлённо переспросила я. – С какого Мерлина?

— Ты не знаешь? – искренне удивилась Дафна. – Вообще-то, это он тебя спас… тогда, от змеи.

Голова у меня пошла кругом. Вот так новости!

— Объясни, ничего не понимаю.

Подруга вздохнула.

— Больше никогда тебя не послушаюсь… как вспомню, что эта змея на тебя набросилась, сразу сердце в пятки уходит.

Укус гадюки ядовит. Не знаю, почему я была такой дурой и попросила использовать именно Серпенсортио.

— Хватит, Дафна… я поняла. Объясни, причём здесь Малфой, — перебила её я.

— Я и говорю, он успел убрать змею заклятьем, — терпеливо продолжила Дафна. – Как раз вовремя вбежал в гостиную и использовал Редукто…

— Не понимаю, – помотала я головой. – Как он нас услышал? Всё-таки я не думаю, что мы так шумели, что нас было слышно в спальнях. И почему у него получилось, а у тебя нет? Сомневаюсь, что его магия была сильнее…

Дафна отмахнулась.

— Какая разница? Почему ты этим так интересуешься? Главное, что ты жива и относительно

Дверь лазарета приотворилась и ко мне подошла сердитая мадам Помфри.

— Я сказала: пять минут! А вы здесь сидите уже двадцать. Немедленно уходите!

Гринграсс вздохнула, поднялась с кровати и вышла. Я положила голову на подушку и стала засыпать, всё ещё недоумевая. Что-то не нравилось мне во всей этой истории.

* * *

Выпустили меня, когда до конца учебного года оставалось чуть больше месяца. Заданий давали столько, что я едва-едва успевала совмещать их с отработками. Дафне приходилось ещё хуже. Слава Мерлину, наказания мы отбывали у Снейпа, а тот часто уходил из своего кабинета, оставляя нас наедине с котлами. Потому в те дни я чистила котлы одна, а Дафна садилась за парту и принималась строчить эссе, чтобы не сидеть потом до пяти утра с пергаментом и учебником.

Но сегодня – воскресение. Чудный день. Нет ничего лучше в жизни, чем выходной, проведённый в безделье.

Жалко только, что погода выдалась отвратительная. Под моросящим дождём не так уж приятно сидеть у озера с книгой. Потому всё утро я провела в гостиной Слизерина, благо учеников сегодня было не так уж и много. Большинство старшекурсников сидят в библиотеках, корпя над учебниками и готовясь, кто к СОВ, а кто и к ЖАБА.

Стук. В гостиную заходит Панси Паркинсон, и, как обычно, со своими вечными подругами – Булдстроуд и старшей Кэрроу. Я вздохнула. По их лицам вижу, что они снова услышали какую-то интригующую новость.

— Рыжая, тебя вызывает МакГонагалл, – непривычно серьёзно шепчет мне Паркинсон.

— МакГонагалл? Зачем? Что случилось? – я удивлённо поднимаю брови. Зачем я понадобилась декану Гриффиндор? МакГонагалл никогда меня к себе не вызывала…

— Иди уже, я тебе не девочка на побегушках, — шикает Паркинсон, возвращаясь к своей обычной манере поведения.

Я пожимаю плечами и иду в кабинет МакГонагалл.

* * *

Сейчас в школе так тихо, что эту тишину буквально можно пощупать. Я беспокоюсь. Что-то произошло. И больше всего боюсь, как бы это что-то не произошло с Фредом, Джорджем, Перси, Роном, или Дафной. Хотя, с другой стороны – шипение василиска я не слышала.

Едва я успела открыть дверь кабинета, как на меня буквально накинулась взволнованная донельзя МакГонагалл.

— Мисс Уизли, позаботьтесь, пожалуйста, о вашей подруге, доведите её до спальни. Мадам Помфри только что дала ей успокоительное, но боюсь…

— Отпустите, со мной все нормально!.. – ко мне подбежала Дафна. Сначала я подумала, что это скорее её призрак – бывает бледность такой степени, что кожа кажется… прозрачной?

— Джинни, Тори! Где Тори? – закричала она, обернувшись на МакГонагалл. Та с сочувствием поглядела на Дафну.

— Мисс Гринграсс, мы сделаем всё возможное, чтобы найти вашу сестру. Пожалуйста, пройдите в спальню, и никуда не выходите. Профессор Снейп пока пошлёт сову вашим родителям… а мы с остальными профессорами подумаем, что можно сделать. Мисс Уизли, не выпускайте мисс Гринграсс никуда.

— Пошли, — шепнула я, и потянула Дафну за край мантии. Но та застыла, словно статуя, отчаянно глядя прямо в глаза декана Гриффиндора. – Давай же!

Дафна повернулась, и, как заводная кукла, медленно пошла рядом со мной.

— Рассказывай! Прямо сейчас! – воскликнула я, когда мы скрылись из поля зрения МакГонагалл и подошли к лестнице. Моя подруга села на ступеньки и обхватила колени. Похоже, действие успокоительного началось.

— Посмотри. Там, в конце коридора, – бесстрастно сказала она. Её голос звучал вполне твёрдо, но я внезапно почувствовала страх и подошла к противоположной стене.

В тусклом свете факела были видны страшные слова:

Её скелет останется в Тайной комнате навечно.

— Это он её утащил. Василиск, — прошептала Дафна.

В голову словно хлынула кровь. Мерлин, пока я лежала в больничном крыле, совсем не думала о том, что школа всё ещё в опасности. Я почувствовала в себе совершенно гриффиндорское чувство вины.

— Есть только один способ узнать это наверняка, — пробормотала я и быстро зашагала по коридору. – Дафна, иди в гостиную, мне нужно кое-что проверить…

— Нет! – отчаянно воскликнула Дафна и схватила меня за руку. В её глазах проступили искорки паники. – Я с тобой! Если он ещё и тебя…

Я лишь вздохнула.

* * *

— Миртл?

Привидение в очках выплыла из кабинки.

— Это опять вы? – недовольно пробурчала она. – Что надо?

— Ты не видела здесь… девочку, с которой ты дружишь? Асторию? – дрожащим голосом спросила Дафна.

— Тори? – переспросила Миртл. – Да. Она показалась мне странной.

— Странной, — как эхо, повторила Дафна.

— Ага. Она даже со мной не поздоровалась, а подошла к раковине и снова начала шипеть.

“Снова” вонзилось мне в память. В мыслях замелькали пока ещё смутные догадки.

— И при ней была книжка. Чёрная такая, вроде тетрадки, но не такая, как у волшебников. Я-то маглорождённая, знаю, — стала рассказывать Миртл. Мне даже стало её жалко, живёт тут совсем одна, и поговорить, кроме изредка заходящих в туалет девочек не с кем… — хотя нет, она больше походила на дневник.

— У Тори был дневник, — растерянно подтвердила Дафна. – Но я ничего не понимаю…

Чёрный дневник, тонкий, как тетрадка, и явно магловского производства. Я ясно вижу перед собой его, лежащим на полу в спальной Слизерина. Неужели это он?

Миртл вздохнула.

— С вами скучно. Я лучше пойду к моей знакомой гриндилоу, — произнесла она и нырнула в унитаз.

Несколько мгновений мы с Дафной молчали.

— Попробуй пошипеть на неё, — тихо сказала она.

— Но мы же…

— Ты слышала, как шипел василиск? Попробуй сымитировать, — умоляюще сказала она. Я повиновалась и встала у раковины. Маленькая змейка, казалось, стала живой.

— Откройся! Откройся! Откройся! – вместо последнего слова я услышала нечленораздельное шипение. Неужели получилось?

Змейка зашевелилась, вспыхнула, и кран начал вращаться. Еще всего несколько мгновений — и умывальник подался вниз, погрузился куда-то и пропал из глаз, открыв разверстый зев огромной широкой трубы.

Дафна сделала шаг вперёд, но я едва на неё накинулась.

— Ты что? Ты хоть знаешь, куда мы попадём?! – обвинительно закричала я.

— Если там будет Тори, то мне без разницы, — твёрдо сказала Гринграсс. Я на секунду остановилась. Мне послышались шаги за дверью.

— Чем вы тут занимаетесь, Дафна? – я услышала высокий вальяжный голос, и вспомнила о Драко Малфое. Никто не говорил с такой непонятной гордостью. Ещё один заносчивый аристократ. И это он тогда меня защитил от змеи?

Малфой с удивлением посмотрел на дыру в полу. С его лица исчезла всякое себялюбие.

— Что… это? – оторопело воскликнул он.

Дафна, воспользовавшись случаем, снова подошла к трубе.

— Стой! Уж не собираешься ли ты прыгать? – язвительно сказал Малфой. – Ну что же, давай – вперёд и с музыкой!

Дафна обернулась.

— Драко, что тебе нужно? Пожалуйста, уйди. Как ты сюда попал?

— Тебя искал. Дафна, Тори пропала, но ведь ещё не всё потеряно… — попытался возразить Малфой, но у Гринграс лопнуло терпение. Она с истеричными нотками в голосе закричала:

— Заткнись! Я сама всё сделаю!

— Э, нет, — вступила я с ней в диалог. – Мы с тобой. Только у нас мало времени, давай уже от него отделаемся…

— Рыжая, уйми свой энтузиазм. Я, конечно, понимаю, что он из тебя льётся через край, но меру ведь тоже надо знать. Помни, второй раз я могу и не подоспеть. А теперь давайте сделаем так: вы берёте меня с собой – а я помогаю вам сделать мягкую посадку. Так и быть, в курс дела введёте меня потом.

Я понимала, что Малфой просто сгорал от любопытства. Ещё бы: он догадался, что мы нашли именно Тайную Комнату.

— Только, ради Мерлина побыстрее, — сжала ладони в кулаки подруга. Я на её месте уже бы расплакалась от горя и от отчаяния, но то ли успокоительное зелье мадам Помфри работало исправно, то ли Дафна просто никогда не рыдала.

— У меня есть мётлы.

— У меня тоже, — съязвила Дафна.

— С собой, — уточнил Малфой, — моя, и Крэбба с Гойлом. Не спрашивайте почему – всё равно не поверите…

В его голосе снова проскользнула нескрываемая гордость собой, и мне вдруг захотелось дать ему по лицу. Сколько можно поясничать?

Через пару минут мы нырнули во тьму, не подозревая, что нас ждёт впереди.