8

Я проснулась утром от того, что у меня онемела шея. Открыв глаза, я увидела, что Чонгук еще спит. Мы провели всю ночь в том же положении, в каком уснули. Он не отпускал меня от себя, даже во сне прижимаясь ко мне всем телом. Теперь мои мышцы ломило от боли, а голова гудела от множества самых разных мыслей. Могу ли я все же доверять ему? Удалит ли он видеозаписи с Джису, как обещал? Как он теперь будет вести себя со мной после того, как мы полночи проговорили с ним, заперевшись в его комнате? И стоит ли мне вообще придавать этому какое-то значение?

Мне не хотелось, чтобы Чонгук начал задавать мне вопросы или продолжил вчерашний разговор. Я мечтала принять душ и переодеться, побыв хотя бы немного времени наедине с собой. Поэтому осторожно убрала со своей спины его ладонь, а затем медленно поднялась с постели. Затем я схватила с его письменного стола чистый листок бумаги и ручку, нацарапав по-быстрому записку. «Надеюсь, ты выполнишь свое обещание» - вот и все, что я сумела написать. Перед тем, как уйти, я обернулась и посмотрела на него еще раз. Спящий Чонгук казался воплощением умиротворения и покоя. И я не могла отогнать от себя мысли о том, что он слишком красив для того, чтобы это не портило его характер. Возможно, если бы не то, что я пережила вчера... Если бы не Тэхен... Но раны в моей груди все еще болели слишком сильно. И я не могла даже думать о других парнях. Хотя о Тэхене мне тоже вспоминать совсем не хотелось. Я убрала задвижку и потянула дверь на себя. У меня еще есть достаточно времени, чтобы закрыться в душевой кабинке и подумать над тем, что мне стоит предпринять дальше.

Я уже сделала несколько шагов по направлению к лестничному пролету, когда позади меня раздался хриплый вопль. Я машинально обернулась, и мое сердце сжалось от боли. Тэхен как раз выходил из своей комнаты в другом конце коридора, и он не мог не заметить меня. –Лиса!... Какого черта?! Где ты была всю ночь? Я искал тебя по всему общежитию! Он рванул ко мне, но внезапно остановился на месте, как вкопанный. Его лицо исказила гримаса ярости, а руки тут же сжались в кулаки. Я могла даже не оборачиваться. И без того было понятно, что Чонгук вышел из своей комнаты, и теперь стоит позади меня. - Почему ты сбежала? - спросил он, глядя на меня своими сонными чёрными глазами. Если Тэхен пока не догадывался о том, что происходит, то теперь для него это стало очевидным. Справившись с шоком, он несколькими рывками преодолел расстояние, разделявшее нас, а затем схватил меня за плечо так сильно, что у меня под одеждой тут же расплылся фиолетовый кровоподтек. - О чем говорит этот урод, Лиса? Отвечай! Ты ночевала в его комнате? - Да, - равнодушно ответила я, а затем стряхнула со своего плеча посиневшую от напряжения ладонь Тэхена. Его лицо побелело. Казалось, что он не может поверить в то, что сейчас слышит. Тэхен с ужасом смотрел на меня, будто увидел призрака или какое-то кошмарное видение. Чонгук сохранял привычное молчание, предпочитая наблюдать за всем со стороны. - Ты спала с ним? - прошептал Тэхен одними губами. - Вы были с ним... вместе? Я не знала, что ему ответить. Если я скажу правду, это даст ему повод радоваться. Он испытает облегчение, которое никогда уже не испытаю я после того, как узнала о них с Чеён.

Если бы они признались мне, то фотография Чонгука не причинила бы мне такой боли. Но Чеён не просто скрыла правду. Она соврала мне. Из-за нее сейчас мое сердце разрывалось на куски. - Ответь уже Уизли, крошка, пока он не умер от сердечного приступа, - раздался позади меня насмешливый голос. Тэхен метнул испепеляющий взгляд в сторону Чонгука, но сейчас он был слишком занят ожиданием. Он хотел услышать мой ответ. И ничто больше сейчас не волновало его так сильно. - Больше тебя такие вещи не касаются, Тэхен. Так что я не обязана отчитываться перед тобой, - проговорила я, отводя взгляд в сторону. - Пожалуйста, Лиса, позволь поговорить с тобой, - взмолился Тэхен, продолжая с ненавистью смотреть в сторону Чонгука. - Оставь меня в покое. – Лиса! - закричал Тэхен, выходя из себя. - Это же просто смешно! - Смешно? Я посмотрела в его глаза, ощущая, как боль, успевшая осесть где-то в недрах моей души, вновь вырывается наружу. - Я не это имел ввиду...

- Тебе правда смешно, Тэхен? Все это кажется смешным? То, что я сейчас чувствую? Ложь, которую вы оба от меня скрывали? - выпалила я со слезами на глазах. Чонгук с интересом наблюдал за нами, сложив руки на груди. Как будто зритель в театре, терпеливо ожидавший наступления финала. - Я просто хочу поговорить с тобой, Лиса! - Зато я не хочу с тобой разговаривать, - тихо проговорила я. - Неужели ты позволишь этому уроду манипулировать тобой? Так просто пойдешь у него на поводу? - проорал Тэхен, и несколько студентов высунули головы из своих комнат, встревоженные его криками. Я равнодушно пожала плечами. А затем бросила короткий взгляд на Чонгука. Он продолжал безмолвно наблюдать за сценой, разыгравшейся прямо у его двери. В лице его сквозило какое-то странное напряжение, хотя он пытался его скрыть. Кажется, ему совсем не хотелось, чтобы я давала Тэхену еще один шанс и смягчала свой тон. - Кстати, о Чонгуке... - я отвела свои зрачки от нахмуренного лица Чона и в последний раз глянула Тэхену в глаза. - Если тронешь его хоть пальцем, то вашу милую фотографию с Чеён увидит весь Нортбертон. Это я тебе обещаю! Я повернулась и побежала прочь, на ходу распахнув дверь и выскочив на лестницу. Затем спустилась на этаж ниже и постучала в комнату Мины. Мне открыла дверь Джису - все еще заспанная, в смятой пижаме с большими зелеными монстрами. - Привет. Как ты? - спросила я, когда она пропустила меня внутрь. Мина все еще безмятежно спала на своей кровати. Кажется, она не привыкла вставать вовремя. - Уже лучше. Спасибо за то, что ты сделала вчера, - прошептала она, приглашая меня присесть на краешек ее постели. Я послушно опустилась рядом с ней, а затем набрала полную грудь воздуха. Вряд ли ей стоит знать обо всем, что произошло со мной за последние двадцать четыре часа.Я не собиралась ни с кем делиться тем, что ощущала сейчас. Это было слишком личным. - У меня для тебя хорошие новости, Джису. - Правда? Какие? – Чонгук уничтожит все записи с твоим участием. Это не совсем то, что я тебе обещала... Но пока что это все, что я могу для тебя сделать. - Шутишь? - глаза Джису сперва округлились, но когда она поняла, что я говорю серьезно, она взвизгнула от радости. - Это же просто невероятно! - Тем не менее, это так. Я заставила себя слабо улыбнуться ей в ответ, когда она обхватила мои плечи своими забинтованными руками. Лицо Джису светилось от счастья, как будто каким-то волшебным образом ее самое сокровенное желание наконец осуществилось. - Но как тебе удалось? - вновь вскрикнула она, отчего Мина слабо пошевелилась и зевнула. - Лиса, ты ведь... Не ввязалась во что-то плохое?Ее глаза на мгновение стали испуганными, и я поняла, что если бы рассказала ей всю правду, то весь ее восторг улетучился быстрее, чем сигаретный дым в распахнутое окно. - Нет, конечно, нет, - соврала я. - Я до сих пор не могу поверить, - прошептала она, хватая свои раскрасневшиеся щеки. - Лиса, как я могу отблагодарить тебя? - Если честно, есть одна вещь... Не спрашивай меня об этом, ладно? Просто... если бы ты могла поменяться со мной комнатами, Джису. Я больше не хочу жить с Чеён.

Она умолкла, перестав улыбаться. Сейчас она изучала мое лицо, как будто могла бы прочесть на нем ответ. Не знаю, существует ли на самом деле интуиция, но Джису и без моих объяснений обо всем догадалась. Потому что спустя мгновение она прошептала, грустно потупив глаза: - Это из-за Тэхена, да? - Что-то в этом духе, - уклончиво ответила я. Она вздохнула. А потом поднялась с кровати и протянула мне свою ладонь:-Лиса, теперь я сделаю для тебя все, что ты попросишь. Я соберу свои вещи прямо сейчас. И не буду говорить о вещах, которые тебе неприятны. Только... - она поежилась, будто от порывов холодного ветра. - Только будь осторожна с ним... Ну, ты знаешь.

Я кивнула.

В этом месте все вокруг безостановочно предупреждают меня о кознях Чонгука. Но никто не предупредил меня о том, что удара стоило ждать с другой стороны. По крайней мере, Чон даже не пытался выдавать себя за человека, которым он не являлся. отличие от Чеён, он не притворялся и не лгал мне.

Пока я просила Джису упаковать и принести мои вещи сюда, откуда-то сбоку внезапно раздался радостный вопль. Проснувшаяся Мина со взлохмаченными волосами уже сидела на своей кровати в полупрозрачной розовой рубашке, свесив босые ноги. -Лиса! - Доброе утро,Мина, - я махнула ей рукой, и она тут же расплылась в широкой улыбке. - У нас тут небольшая перестановка. Джису переедет в комнату напротив, а я поживу с тобой. Ты ведь не против?- Не против? - взвизгнула Мина, вскакивая на ноги и бросаясь ко мне. - Да я в восторге! Она с силой сжала меня в своих руках, а затем шепнула на ухо так, чтобы ее слов не могла услышать Джису: «Наконец-то!» - Как здорово, Лиса! Нужно поскорее рассказать Чану. Теперь мы сможем собираться в моей комнате. У нас будет свой тайный клуб!Она громко засмеялась, а затем принялась кружить по комнате, хлопая в ладоши, словно маленькая девочка, получившая в подарок пони. Наблюдать за ней было забавно, но мне еще нужно было успеть принять душ и переодеться. Поэтому я попрощалась с ней, пообещав, что мы увидимся на занятиях. Джису выскользнула в коридор вместе со мной, чтобы перетащить вещи в комнату напротив. На этаже девочек еще было почти пустынно. Многие до сих пор спали, дожидаясь пронзительного звонка будильника. Я оказалась в душевой одна. Стоя под горячими струями воды, я старалась собрать свои разбегающиеся мысли и решить, что мне делать дальше. Сейчас мне больше всего на свете хотелось простить Билла и снова оказаться в его руках. Но я понимала, что не смогу этого сделать. Хитроумный план Чонгука сработал отлично. Он знал, что я не смогу выбросить из памяти это проклятое фото. Он все просчитал заранее. Теперь, когда волна боли начала стихать, забираясь глубже в мое искореженное сердце, я начинала испытывать всепоглощающую ненависть. Я должна отомстить ему. Стереть с лица земли этого больного ублюдка, чтобы он больше никому не мог причинить вреда. Уничтожить весь его архив, а затем запереть его в лечебницу для душевнобольных. Я хотела, чтобы он страдал так же сильно, как сейчас мучилась я. Чтобы он собирал голыми руками обломки своего раздавленного сердца. Я мечтала причинить ему боль. Но я не имела ни малейшего понятия о том, как это возможно было осуществить. У Чон Чонгука не было слабых мест. Он казался неуязвимым, как гранитная стена. И мне не за что было зацепиться, чтобы перелезть через нее, заглянув внутрь. Я не могла добраться до чувств Чонгука. Ухватить его за живое. Он был слишком умело защищен.

И тогда я придумала. В моей голове созрел план мести. Такой же изощренной и отвратительной, как нутро самого Чона. Я не могла не заметить, что он относится ко мне иначе. Не так, как ко всем остальным девушкам в Нортбертоне. Он не мог пройти мимо, чтобы не заявить о своем присутствии. Если он был где-то рядом, то все его внимание было сосредоточено на мне. Он изучал меня, как экспонат на выставке. Рассматривал мое лицо, ловил каждое мое слово. Чон Чонгук был увлечен мной. И если бы я сумела... если бы смогла влюбить его в себя, то обрела бы власть над ним.

Я бы уничтожила его жизнь так же, как он уничтожил мою. Унизила бы его так, как он унизил Джису. Отомстила не только за свое разбитое сердце, но и за боль всех тех людей, которых он втянул в свои больные игры. Я заставлю Чон Чонгука полюбить себя. Он будет сходить по мне с ума. А затем я просто щелкну пальцами... Всего одно движение - и он больше никогда не сможет жить так, как раньше. Я сделаю все возможное, чтобы воплотить этот жестокий план в реальность. И пойду на все, что угодно...

В моей душе тлели угли, а сердце наполнялось черной пустотой и холодом. Этот холод не мог развеять даже горячий душ, от которого раскраснелась моя кожа. Я подняла голову вверх и заметила, как тускло блестит черная камера над чередой кабинок. Я знала, что он увидит меня. Он не сможет устоять, чтобы не посмотреть запись. Наверное, он делал это уже очень много раз. Я сняла шланг со стены и сделала напор сильнее. От горячего пара ледяная стена душевой покрылась прозрачной дымкой. Я скользнула по плитам пальцами, и несколько мутных капель сорвались вниз.

Облизнув кончиком языка средний палец, я вынула его изо рта и снова поднесла к вспотевшей стене. Всего несколько движений, всего пять взмахов рукой, и передо мной просвечивало его имя. Имя человека, который придумал эту кошмарную игру. - Давай поиграем,Чон, - беззвучно шепнула я, снова вскидывая голову вверх. Когда моя раскрасневшаяся спина коснулась пола душевой, я подтянула к себе шланг и раздвинула ноги. Мои глаза не отрываясь смотрели в черную пустоту камеры, зависшей под потолком.

Он будет следить за каждым моим движением. Он не сможет заставить себя выключить запись. Это выше его сил. Он слишком любит наблюдать. В этом главная слабость Чонгука. Струя воды направилась прямиком на бугорок, стыдливо спрятавшийся между розовеющих внизу губ. По телу прокатилась горячая волна, заставляя забыть о боли, которая грызла меня изнутри. Сейчас не существовало ничего, кроме горячей плотной струи, бьющей в меня снизу, моего инстинктивно выгнувшегося тела и чёрных глаз Чонгука. Я быстро двигалась, сжав шланг со всей силы, вцепившись в него побледневшими пальцами. Перед моими полуопущенными веками проносилась комната Чона. Его блестящие, сумасшедшие зрачки. Его покрасневшие, израненные губы. Его светлые волосы, растрепавшиеся по подушке. Через мгновение мой живот наполнил сладкий взрыв, а затем он прокатился вниз, к пульсирующей плоти между ног и рассыпался где-то между дрожащих колен. Я облизнула пересохшие губы и, распрямив ногу, выключила напор воды большим пальцем стопы. Мне было все равно, если он решит шантажировать меня этим видео. Мне наплевать, даже если он распечатает фотографии и увесит ими все коридоры Нортбертона. Если он жаждет выполнять тайные желания, то теперь у него появится новая работа. Я знаю, что иначе я не смогу подобраться к нему ближе. Он просто не подпустит меня к себе. Когда я поднялась с остывающего пола душевой, из коридора уже доносились громкие голоса студентов. Я не стала вытирать стекающие отовсюду теплые капли, а просто обернулась полотенцем. Когда я вышла из ванной, то едва не столкнулась с Тэхеном. Он терпеливо топтался у двери, ведущей в женские душевые, дожидаясь моего появления.

Когда же он прекратит преследовать меня? Стоит мне загнать свою боль поглубже, как он тут же оказывается рядом, и я снова начинаю тонуть в этой невыносимой агонии. -Лиса... - он рванулся ко мне, стараясь схватить меня за ладонь. Под его глазами залегли темные синие круги. Наверное, он не спал всю ночь, разыскивая меня. Эта мысль заставила меня кровожадно улыбнуться. Сейчас мне хотелось лишь одного - чтобы им всем было так же больно, как мне. Я вырвала свою ладонь из его руки, а затем изо всех сил толкнула его в грудь. - Отвали.-Лиса! – взмолился Тэхен, едва не плача. Я спешила к своей новой комнате, а он тащился следом, продолжая умолять меня дать ему еще один шанс. Все это начинало меня сводить с ума. Он никогда не оставит меня в покое. Он будет вечно преследовать меня и караулить повсюду, и я никогда не почувствую себя лучше. Едва я ощущаю облегчение от мысли, что когда-нибудь отомщу Чонгуку, как Тэхен тут же восстает из пепла, заставляя меня вновь и вновь переживать вещи, которых я больше не могу выносить. Если я сейчас не оттолкну его, это не закончится. Он не бросит попыток, пока я не покину колледж. Вся моя жизнь превратится в сплошной аттракцион мучений. Я остановилась, не дойдя до комнаты Мины всего каких-то пару шагов. Тэхен тут же замер позади, не решаясь подойти ближе. Я медленно обернулась и заставила себя посмотреть в его уставшие глаза. Как бы я хотела простить его сейчас. Просто махнуть на все рукой. Забыть об этом и сбежать с ним подальше из этого сумасшедшего места. Но это невозможно. - Ты спрашивал меня о том, что делала сегодня ночью в спальне Чона, - холодно проговорила я, силой воли приказывая себе не отводить взгляд в сторону. - Так вот, мы трахались. - Нет, это же бред... – Чонгук не упустил шанса засунуть в меня свой член. Ты же знаешь его. - Это не правда...Лиса, зачем ты лжешь? - прошептал Тэхен. - Между нами все кончено. Пожалуйста, перестань бегать за мной, меня уже начинает от тебя тошнить. Я ворвалась в комнату и захлопнула дверь за собой прежде, чем смогла разобрать его безжизненный шепот. В спальне Мины не было. Наверное, она уже ушла на занятия.

Мое тело само собой сползло на пол. А затем я обхватила руками сумку со своими вещами, заботливо оставленными Джису, и вцепилась в нее зубами, чтобы не заорать изо всех сил. Слезы катились градом, орошая пыльный пол возле моей новой кровати, меня трясло от истерики, полностью охватившей мое сознание. Я почти ничего не видела и не слышала, продолжая впиваться зубами в плотную ткань сумки и приглушенно кричать в пустой комнате. Мне еще никогда в жизни не было так плохо. Казалось, что мое сердце не выдержит этой боли, и я умру прямо здесь, утонув в собственных слезах, как Алиса в Стране Чудес, Только моя страна была пропитана не чудесами, а черным отчаянием. - Вставай, крошка, - внезапно раздался знакомый голос. А затем руки Чонгука попытались оторвать меня от пола, но у него ничего не вышло. У меня не оставалось сил, чтобы просто подняться на ноги. Поэтому я безвольно валялась в одном полотенце, продолжая дрожать всем телом. Чон обхватил меня за плечи, а затем сел рядом и перетащил к себе на колени. В нос ударил знакомый запах его одеколона и едва уловимый аромат белой лилии. Даже чертово мыло Чонгук предпочитал выбирать не такое,как у всех остальных.⭐️-пж