Часть 26. Прощай, Энканто!

Прошло всего полчаса после конца собрания, но всё уже было готово. По прежнему нигде не было видно Долорес с Исабеллой, зато Мирабель осталась рядом и помогла собраться в путь. Камило сел спереди: Бруно отказался вести коня после прошлого раза, когда случайно зарулил в реку.

— Вы уверены, что хотите этого? — спросила Мирабель с наигранной надеждой.

— Конечно! — улыбнулся ей Камило, — Всё будет хорошо. Антонио, спасибо за коня.

— Пожалуйста! — мальчик улыбнулся своей солнечной улыбкой, и дал животному наставление, — Ветерок, будь послушным!

— Берегите себя, — добавил Камило кузине с братишкой, и незаметно им подмигнул. Мирабель улыбнулась, подмигивая в ответ.

— Меня всё ещё удивляет, что ты так легко согласилась нам помочь, — вдруг вбросил Бруно, вводя девушку в ступор.

— А, ну... я... Желаю вам счастья! — протараторила она, — Конечно, я помогу вам!

— Ладно, нельзя больше ждать, — Камило покрепче схватился за поводья, — Поехали!

Бруно вцепился в его талию мёртвой хваткой, не желая слететь вниз. Под стук копыт они постепенно пропали из поля зрения Мирабель. Только тогда она, вдохнув поглубже, решилась войти в дом. Она пришла как раз вовремя: взволнованный Феликс вылетел из башни Бруно, а Пепа — из комнаты сына.

— Их нет? — спросила она мужа, и тот помотал головой.

— И след простыл.

— Куда они подевались?! — закричала она, не в силах сдерживать эмоции, — В комнате нет ни одного, ни другого!

— Ну, я видела их только что, — протянула Мирабель, стараясь сделать печальный вид. Все тут же подлетели к ней, внимательно слушая.

— Они сказали, что, раз вы не сможете принять их, то они не смеют более вас тревожить, и будет лучше, если они навсегда покинут Энканто...

— Они... Сбежали?.. — дрожащим голосом переспросила Абуэла, не веря ушам. В голове промелькнула ею же брошенная фраза.

«Уж лучше я никогда их не увижу снова...»

Над Пепой разрослась туча. Однако, далеко не от печали. Гнев вновь вернулся в её разум. Зазвенела над головой гроза, поглощающая постепенно и ясное небо.

— Эти двое... — прошипела она, вдруг переходя на яростный крик, — Я даже согласилась принять их, кое-как себя пересилила, а им и этого мало?! Они продолжают трепать мои нервы!

И, договорив, выбежала во двор, хватая первого попавшегося коня, в момент его седлая.

— Феликс, мы едем за ними! Живо!

— Иду, иду, — мужчина кое-как забрался сзади. Вообще-то он привык быть спереди и управлять поездкой, но сейчас его жена казалась такой свирепой, что отнимать у неё вожжи было смертельно опасно.

Абуэла тоже не могла оставаться в стороне. Она заметила прячущегося за углом мальчика, и резво подошла к нему.

— Антонио, можешь позвать ещё лошадей?

Мальчик кивнул. Он попросил об этом своего тукана, который тотчас улетел на поиски.

— Вы уверены, матушка? — всполошился Августин, но получил только довольный фырк.

— Я, может, и выгляжу старой, но сил у меня достаточно, в этом не сомневайся. А вы с Джульеттой лучше присмотрите за домом.

И, дождавшись пришедшего коня, поскакала вслед за сыном. В голове продолжал крутиться вопрос, кто же в этой ситуации прав, а кто виноват.

***

Когда Пепа показалась вдалеке, двое мужчин уже почти проехали весь город. Тучи на небе уже давно оповестили о приближающейся женщине. Первой её заметил Бруно, и по спине пробежался холодок. Аура бушующей ярости охватывала сестру.

— За нами хвост! — закричал мужчина. Камило обернулся, и двинул вожжами, заставив Ветерка ускориться. Это, однако, не шибко помогло: Пепа всё больше их нагоняла.

— Камило, быстрее!

Бруно чувствовал нарастающую панику. Чем ближе становилась женщина, тем сложнее было верить, будто их план не пойдёт прахом. Люди, ходящие по улицам, затаив дыхание наблюдали за проезжающей мимо семьёй Мадригаль.

Когда улицы города остались позади, перед глазами сразу же возник знакомый раскол. Картина из видения постепенно начинала повторяться в реальности.

— Всё сбывается! — пролепетал Бруно то ли радостно, то ли волнительно. Он и сам не понимал, рад он происходящему, или нет. Бешено стучащее сердце подсказывало, что всё же не рад. Скачущая сзади сестра, окутываемая грозой, только подтверждала догадку.

— Всё в порядке! Держись крепче, — скомандовал Камило, ускоряя коня ещё сильнее. Бруно вцепился в племянника словно тот был испачкан смолой. До конца разлома оставалось всего ничего.

— Стойте, придурки! — заорала Пепа, когда почти что сравнялась с мужчинами. Бруно вблизи увидел её горящие алым пламенем глаза. Он невольно вскрикнул.

— Быстрее, быстрее, быстрее! — затароторил он. Камило окинул маму секундным взглядом и сильнее дёрнул поводья. Разлом наконец кончился. Оставалось лишь набрать скорость.

Словно читая мысли парня, Ветерок начал бежать быстрее. Оправдывая своё имя, он разогнался до скорости бушующего ветра. Вперёди виднелся обрыв.

— Скоро будем прыгать! — крикнул Камило дяде, и тот вдруг понял, что не очень-то он и хочет сбегать. Его сердце едва не остановилось. Чем сильнее они приближались, тем больше Бруно хотел остановиться.

— Готов?! — крикнул Камило, сильнее вцепившись в седло. Бруно вмиг побледнел.

Женщина сзади и подумать не могла, что они решатся на подобное, и сбавила обороты, собираясь поймать их возле края.

— Нет, стой, я передумал, стой! — закричал Бруно, словно читая её мысли, но было поздно.

— Прыгаем!

Ветерок собрал все свои оставшиеся силы, чтобы переправить двух мужчин на ту сторону. Прыжок выдался долгим, мучительно долгим для трясущегося сзади Бруно. На секунду ему показалось, что они падают вниз, но, к счастью, они смогли допрыгнуть, приземлившись у самого края.

Часть земли обвалилась вниз, едва не утащив их за собой. Обессиленные, они свалились вниз, приводя свои нервы в порядок. Ветерок последовал их примеру, и прилёг рядом.

На другой стороне ошарашенные Пепа и Феликс едва успели затормозить. Они слезли с лошади, глядя на другую сторону. Гнев девушки прошел в ту же секунду, как она осознала, что не сможет вернуть домой ни сына, ни брата. На глазах снова навернулись слёзы.

Камило поднялся и помог дяде встать. Они смотрели на печальную Пепу. Уходить не хотелось от слова совсем, но свой выбор они уже потеряли.

— Хочешь сказать ей что-нибудь на прощание? — спросил Бруно, читая мысли парня. Тот подошёл ближе и, приставив ко рту ладони, что есть мочи закричал:

— Мама, папа, я очень люблю вас! Позаботьтесь о семье вместо меня! И не тоскуйте по мне! Всегда оставайтесь счастливыми! Всё будет хорошо!

Пепа слушала его слова, словно читала их на надгробии. Она не хотела терять своего мальчика, нет, не хотела...

«Вернись! Не нужно уходить! Я не стану мешать вам, только останьтесь! Без вас же... Без вас здесь будет так плохо!» — все эти слова она кричала у себя в голове, но никак не могла выдавить изо рта: огромный острый ком поднялся в горле от слёз.

Женщина могла лишь беспомощно смотреть на ту сторону, надеясь, что они передумают. Феликс чувствовал, как раскалывается его сердце от происходящего. Подобно жене, он смотрел на сына, и впервые за долгое время его вечно весёлое лицо было печально.

— Сестрёнка! — подключился Бруно, проливая слёзы, — Передай каждому, что я люблю всех вас! Прости, что всё обернулось так! Пожалуйста, не плачь больше! Я позабочусь о Камило, мы будем в порядке! А ты позаботься о маме и сестре! Я буду очень-очень скучать! Adiós!

И, договорив, вытер глаза. Камило взял его за руку, согревая мягкой улыбкой. Впервые за долгое время, пусть и со слезами на глазах, Бруно почувствовал себя свободным от сожалений.

— Идём? — спросил парень, получив лёгкий кивок. Бруно развернулся, собираясь, наконец, покинуть родной дом навсегда... но не мог сдвинуться. Он посмотрел себе под ноги.

Пока они с Камило тратили время на чувственные речи, их ноги оплели толстые дикие стебли.

— Далеко собрались? — послышался голос позади. Камило, только этого и ждавший, усмехнулся.