Часть 16. Черта

Вот уже шёл четвёртый день и девятый час с момента, как двое парней провели вместе ночь (если Камило всё правильно посчитал). Время пролетало незаметно теперь, когда больше не было драм и ссор, а только счастливая безмятежность... для Камило. Бруно же, пусть не так сильно как раньше, всё ещё переживал о Долорес. А с позапрошлого вечера, у него прибавилось на одну проблему больше... Сейчас, к счастью, всё было спокойно. Мальчик не собирался доводить его в этот раз: он увлечённо болтал с Исабеллой, параллельно запихивая в рот побольше вкусностей. Это выглядело забавно. — Кстати, Бруно, мне нужна будет твоя помощь сегодня, — вдруг сказал Августин, выдергивая того из своих мыслей, — видишь ли... Пока мужчина пытался подобрать слова, Джульетта перехватила нить разговора, с усталым вздохом продолжая за мужем: — Проследи, чтобы он снова ни во что не вляпался, пока колет дрова. В прошлый раз его так искусали пчёлы... Я думала, никакое блюдо не поможет. — Хэй, всё ведь было не так уж плохо, только немного, ну, больно, ха-ха. Джульетта окинула его уставшим взглядом. Иногда она думала, как же умудрилась полюбить такое луковое горе. И, подумав, сразу же тепло улыбалась. — Мне тоже нужна будет твоя помощь, — добавила она, — в прошлый раз всё бельё разлетелось... Девушка непроизвольно кинула взгляд на свою сестру, которая притворялась, будто ничего не слышит. — ... В общем, теперь нам нужна подстраховка. Бруно кивнул. На самом деле он знал, что она им не нужна. И о том, что Августин мог бы справиться сам, мужчина тоже знал. Он давно уже заметил, что с тех пор, как он вернулся, никто так и не заикнулся о его даре, а только старались занять его хоть чем-то, чтобы не дать почувствовать себя лишним. Или, быть может, чтобы он не подумал снова вернуться к предсказаниям. Бруно был приятнее первый вариант. — Ох, а помнишь, как в детстве мы тоже пытались развесить его... — вдруг пролепетала Джульетта, смущённо улыбаясь, и начала историю, которую Бруно не слушал. Его внимание сфокусировалось на той самой новой проблеме. Камило дёрнул уголком губ. Никто не заметил этого, кроме его дяди, испепеляющего парня взглядом. Дяди, знающего о новом развлечении племянника, к которому тот чересчур пристрастился. Чужая нога вдруг погладила его по коленке. Бруно сильнее сжал вилку в руке, стараясь не выдать себя. Он посмотрел на Камило: тот сидел с невозмутимым лицом, уткнувшись в тарелку, и могло показаться, что это вовсе не его нога сейчас трёт чужое бедро, прижимаясь к нему всё сильнее. Бруно покраснел. Он не знал, чего стоит парню сдерживать свой смех, даже лёгкую улыбочку. Когда мужчина попытался продолжить есть, игнорируя шалящую внизу ногу, Камило фыркнул. «Играем по-крупному, да?» — мысленно усмехнулся он, и прислонил ступню к чужой промежности, надавливая посильнее. Бруно поперхнулся, едва сумев откашляться. — Братишка, всё хорошо? — забеспокоилась Джульетта, прислонив ладонь к его лбу. — Ты какой-то слишком красный. Может, температура? — девушка взяла в руки ближайшее блюдо с пирожками и выложила половину брату на тарелку, — Вот, съешь побольше... Бруно хотел было ответить, но... нога под столом настойчиво пыталась оттянуть резинку штанов. Он вскочил из-за стола, привлекая к себе удивлённые взгляды. — Всё х-хорошо! Мне просто н-нужен ввоздух, — попытался объяснить Бруно, как можно быстрее покидая комнату. Сердце бешено стучало, а позади чувствовался довольный взгляд бессовестного племянника. «Камило, поимей совесть, ты меня до гроба доведёшь такими выходками!» — жаловался дядя себе на несносного мальчишку, получая негласное одобрение от Эрнандо и Хорхе.

***

Как раз к тому моменту, когда Бруно отошёл, его позвал Августин. Сейчас они стояли недалеко от дома на границе с полосой лесных деревьев, и занимались рубкой дров. Точнее, ей занимался только Августин: Бруно и топор-то поднять боялся с его удачей. Вместо этого он складывал наколотые дрова в пирамидку.— Не так важно, на самом деле, умеешь ты колоть дрова или нет, — увлечённо рассказывал мужчина, — если правильно ударить под нужным углом то... вот!Он замахнулся так резко, что голова топора слетела, пролетев в опасной близости от лица Бруно. Тот чуть не получил сердечный приступ. Его лицо вдруг побледнело.— Ой. Неудачно вышло, — неловко улыбнулся Августин, и его шурин вдруг подумал, что у него уровень неудач не такой уж и высокий по сравнению с... этим.— Ничего, сейчас всё исправим и продолжим... — уверенно произнёс он Бруно, и отвернулся, чтобы надеть острие обратно. Это оказалось сложнее, чем на первый взгляд.— Подожди-подожди, сейчас...Бруно хотел бы ему помочь, но чья-то рука вдруг вцепилась в его зад. Догадаться, кто же это, труда не составляло. Камило с довольной улыбкой окутал дядю хитрым взглядом. Его рука оглаживала и сминала ягодицу под жёлтым пончо.— Камило, прекрати, — строгим шёпотом попытался приказать Бруно, но вышло так, будто он умолял, — если он нас увидит...— Отлично, починил! — довольно вскрикнул Августин и, не поворачиваясь, вернулся к полену на пне, — Ладно, первый блин комом. Во второй раз точно получится...— Я просто соскучился, — прошептал в ответ любимому дяде Камило и, чмокнув его в щеку, убрал руку. На душе Бруно сразу отлегло...— И... Раз!...пока предельно громкий звук шлепка не заполнил пространство. Щёки вмиг залились краской. Этот мальчишка совсем потерял стыд!— Что это был за звук?.. — повернулся вдруг встревоженный Августин, но от племянника уже и след простыл. Словно его здесь не было, он не доставал бедного Бруно, и не прописал ему смачный шлепок по заднице...Бруно не придумал ничего лучше, как громко захлопать в ладоши, натянув нервную улыбку. Он молился, чтобы это прокатило.— Вау, у тебя п-получилось! — заикаясь проговорил мужчина своему зятю, и тот воодушевленно посмотрел на расколотое полено.— И правда... И ни царапины не заработал, надо же! — его настроение, судя по улыбке, взлетело до небес. Довольный, Августин похлопал своего шурина по плечу.— От тебя отличная поддержка, дружище!Бруно изобразил подобие улыбки. На большее уже не хватало сил. Он не знал, насколько ещё его хватит, чтобы скрывать выходки несносного мальчишки...

***

Когда они с Августином закончили, вернувшись домой с полной охапкой дров, Бруно почувствовал упокоение. Теперь-то, когда он работает со своими сёстрами, Камило и близко не сунется. Однако, теперь проблема была в другом. Две любопытные девицы, притворяясь занятыми делом, устроили ему допрос:— Так что, та девица больше не возвращалась? — спросила Джульетта. Обе навострили уши.— Нет, больше я её не видел, — соврал Бруно, уже жалея, что согласился им помогать. Пепа недовольно фыркнула.— Ну и хорошо, — заявила она, вешая простынь на верёвку, — я бы всё равно не приняла её в нашу семью после того, что она сделала с тобой!

— И то верно, — согласилась Джульетта, — Не пойми неправильно, братишка, мы знаем, что ты влюблён, но такое отношение...— Отвратительное! — закончила за сестру Пепа, — Ужасно грубое! В конце концов, жестокое!Бруно слушал их без особого энтузиазма. Даже пытаясь поддержать, они незаметно продолжали давить на затянутые раны. Он не винил их, конечно, но и слушать не очень-то хотел.— Забавно, правда? — вдруг послышался шёпот у уха. По Бруно пробежали мурашки. Юношеская рука вдруг приобняла его за талию.— Если бы они знали, о ком говорят... — усмехнулся Камило, уткнувшись дяде в шею. К счастью, плотная простыня на верёвке скрывала их за собой.— Снова? — возмущённо прошептал дядя, — Камило, это уже перебор...— Тс-с-с, — парень прислонил палец к чужим губам, — последний разок, хорошо?Бруно вздохнул. Он прикрыл глаза, подставляя племяннику губы, и получил тёплый поцелуй. Лёгкий ветерок колыхал бельё на верёвке, тёмные кудри и трепещущее сердце мужчины.— Заканчивай поскорее, мне ужасно скучно, — пробурчал мальчик, и снова скрылся, не успел Бруно и рта открыть. В тот же момент простыня была отдернута Пепой. Она кинула на брата удивлённый взгляд.— Ты один?— Д-да... Кому ещё тут быть?Девушка похлопала глазами, а после начала массировать виски.— Кажется, нужно отдохнуть. Мне померещилось, будто ты с Камило... Ладно, неважно.Бруно вздохнул. Облегчение наполнило его от осознания, что их не раскрыли. И, в то же время, страх, что это почти случилось.

***

— Камило! — крикнула Долорес своему брату, лежащему на крыше. Тот нехотя спустился к ней. Он точно знал, чего она хочет. Это было видно по смущённому злому лицу. К тому же, девушка не любила кричать без причины, если только её не захлёстывают чувства.— Хватит! — шикнула она, — Я всё знаю.— Правда? — он усмехнулся, — Высота самой большой горы в Энканто?— Не дурачься! — взбушевалась девушка, пока её лицо становилось краснее и краснее, — Ты понимаешь, о чём я. Я всё слышу! Тебя это совсем не смущает? Знаешь, каково против воли чётко слышать, как ты липнешь к дяде Бруно при каждом удобном случае? Я места себе за столом не находила этим утром...Выговорившись, девушка вздохнула. Злость немного спала, и она подошла ближе, положив ладони на плечи братца и поменяв тон на более ласковый:— Я знаю, что вам нелегко это скрывать. И ты даже не представляешь, каких трудов мне стоит это делать. Поэтому будь благоразумнее, перестань хотя бы вытворять такие вещи на людях. Иначе кто-нибудь совсем скоро заметит. Я для вашего же блага стараюсь... Знаю, ты влюблён, но соблюдай черту.Парень кивнул. Он обнял девушку, благодаря за все старания. Однако, она была слишком увлечена диалогом, чтобы услышать шорохи ветки за углом.Мирабель стояла в ступоре, стараясь переварить случайно услышанную информацию. Пусть она слышала лишь конец чужой беседы, мысли уже смешались в комок.«Камило... влюблён? И Долорес это скрывает?! — даже повторив это несколько раз в голове, Мирабель до сих пор не могла поверить. Её вдруг окутало волной пугающего любопытства.«Кто же эта девушка, которую даже Долорес должна скрывать?!»— Хорошо-хорошо, — улыбнулся Камило, — На людях больше такого не будет.И, отойдя на несколько шагов, с хитрой улыбкой подумал:«Но не на людях ведь можно, так?»