Глава 59

Раздевалка казалась давящей ловушкой, пропитанной потом, злостью и напряжением, которое сгущалось с каждым словом.Рома молча стянул с себя футболку, сосредоточенно глядя на свою спортивную сумку. Казалось бы, обычная рутина — просто переодеться и уйти. Но нет. Давид, как всегда, решил, что тишина — это не для него.— Она, наверное, с ума сводит тебя, да? — лениво протянул Давид, опираясь спиной о шкафчик. В его голосе звучала мерзкая самодовольная насмешка. — Такая фигурка... Не удивлюсь, если каждый второй мечтает затащить ее в постель.Рома сделал вид, что не слышит. Он просто вытащил чистую футболку и начал натягивать ее через голову. Молчание — его единственное оружие в таких моментах.— Хотя, знаешь что? — Давид не унимался, его голос стал тягучим, как густой яд. — Может, тебе заплатить? Давай по-честному, сколько? Ты же понимаешь, что она заслуживает лучшего, чем ты.Тонкий, противный смешок. И снова тишина в ответ.— Тебе реально похер о том, что я говорю? — Давид резко оттолкнулся от стены и подошел ближе, загораживая выход.Рома закончил натягивать футболку, выпрямился, медленно повернувшись к нему лицом. Его глаза были спокойны, даже слишком, что только сильнее напрягало обстановку.— Нет, не похер, — произнес он тихо, но с такой уверенностью, что Давид непроизвольно сделал шаг назад. — Мне даже приятно. Это значит, что моя девушка настолько чудесная, что даже такие, как ты, не могут выбросить ее из головы.Он подошел ближе, не отводя взгляда.— Но запомни одно, — его голос стал холодным. — Мечтать ты можешь сколько угодно. Но кроме меня, никто не вправе подойти к ней ближе, чем на расстояние своей фантазии.Резко схватив сумку, Рома развернулся и уверенным шагом пошел к двери.— Урод, а, — выдохнул Давид ему вслед, но голос прозвучал уже не так дерзко, как минуту назад.Рома даже не обернулся. Дверь за ним закрылась с глухим хлопком, оставив в раздевалке только тишину и уязвленную гордость Давида. Он свернул за угол, когда вдруг кто-то столкнулся с ним так резко, что из рук этого «кого-то» посыпались книги, словно листы осенних деревьев.— Черт, прости, я не... — Рома быстро опустился на корточки, чтобы помочь собрать разбросанные книги.— Все нормально, я сама... — начала девушка, но замолчала, когда их взгляды встретились.Перед ним оказалась девушка с огненно-рыжими волосами, которые сияли под светом ламп, и яркими зелеными глазами, в которых было что-то живое и дерзкое. Она неожиданно улыбнулась и протянула руку:— Рита.Рома задержался на секунду. В ее взгляде было что-то вызывающее, как будто она уже знала, что может выбить его из равновесия. Он, не теряя самообладания, медленно выпрямился и ответил коротко и резко:— Я не знакомлюсь. Еще раз, извини. Он развернулся и продолжил свой путь, оставив Риту стоять посреди коридора с удивленным и, возможно, слегка задетым выражением лица.За углом его ждала совсем другая встреча.— Рома! — раздался радостный голос, и в следующую секунду Таня уже обвила его руками, прижимаясь к нему с такой нежностью, что весь его мир снова уменьшился только до нее. Рома обнял ее в ответ, чувствуя, как с каждой секундой рядом с ней становилось легче дышать.— Рад тебя видеть, — сказал он, чуть улыбаясь.Таня посмотрела на него с искренним теплом, но ее лицо быстро сменило выражение на взволнованное, когда рядом появился Бяша, который брел по коридору, активно клацая, что-то в телефоне. — Эй, Бяша! — обратилась к нему Таня. — Ты Катю не видел? Я с утра пытаюсь к ней дозвониться — ни ответа, ни сообщений...Бяша почесал затылок, вид у него был слегка смущенный.— А, так это... — протянул он. — После вчерашних... ну, этих наших водных приключений на озере... она приболела. Простыла, похоже. Так что сегодня ее точно не будет.— Блин... — Таня опустила взгляд, — Ты ей уже лечение оплатил? — Целую аптеку скупил. Теперь даже боюсь ей на глаза попасться, а то поклялась, что если увидит – яйца отрежет.— Молодец, Екатерина, прям в точку попала. — послышался смешок от Ромы. — Ладно, мальчики. Я пойду, мне еще к отцу зайти нужно. Пока. — Таня быстро чмокнула Рому в щеку с улыбкой на лице и помахав Бяше, ушла от них. — Я все еще удивлен, братан, — улыбка Игоря моментально исчезла с лица. — После всего, что она заставила тебя пережить, ты опять хочешь с ней мутить? — Да, хочу. — твердо ответил Рома. — У вас что-то было? — вдруг резко спросил Бяша, выстреливая этот вопрос в упор. Рома замер на секунду, переваривая услышанное. Вопрос прозвучал не просто глупо — он показался ему откровенно лишним. Его брови нахмурились, челюсть сжалась.— Что? Прости? А тебе вообще какое дело? — холодно выдал он, чувствуя, как внутри начинает закипать раздражение.Бяша не отступил, продолжая сверлить Рому взглядом.— Просто спросил. Не начинай.Рома вздохнул, пытаясь сдержать гнев, который медленно поднимался изнутри.— Не все такие, как ты, — произнес он резко, голос стал жестче. — Не всем нужно в первый же день бежать и спать с кем попало. Некоторым вообще важны другие вещи. Например, уважение.Секунда тишины. Но вместо того чтобы отступить, Бяша только фыркнул с недовольной ухмылкой.— Серьезно? Ты, Ромыч, мне про уважение втираешь? — он склонил голову в сторону, язвительная улыбка появилась на лице. — Это же не я, а ты, местный Ромео, который от горя из-за Князевой в туалете с первой попавшейся девкой перепихнулся, да она и еще отсосала тебе. И это ты мне про "важные вещи" говоришь? Эти слова задели. Жестко, будто нож в ребро. Рома на секунду потерял самообладание — в голове сразу вспыхнули воспоминания, которые он бы с радостью стер навсегда.Он сделал шаг вперед, сократив расстояние между ними до минимума.— Ты вообще не знаешь, что тогда было, — голос звучал глухо и угрожающе, в глазах читалось сдерживаемое бешенство. — Так что не вздумай судить меня за то, о чем у тебя нет ни малейшего представления.Рома пройдя мимо него, задел его плечом и ушел своей дорогой.

︵‿︵‿୨♡୧‿︵‿︵

На экране разворачивалась очередная драма, но всю идиллию в очередную прервал голос за дверью и она со скрипом открылась. — Танюш, чем занимаешься? — в комнату зашел отец, Виктор.— Фильм смотрю, — лениво ответила девушка, не отрывая взгляда от экрана.Отец подошел ближе, осмотрел комнату, словно искал повод для замечания, но нашел другой способ вывести дочь.— Слушай, скоро придет мой друг. С сыном. Ты бы приоделась получше... вдруг ты, или он тебе понравится. Таня резко повернулась к нему, вскинула бровь и недовольно фыркнула:— Серьезно? Пап, ты же знаешь, мне это не интересно.Виктор только махнул рукой и вышел из комнаты, даже не удостоив ее ответом. Таня раздраженно захлопнула ноутбук и отложила его на тумбочку. Она схватила телефон, пролистала список контактов и, не задумываясь, позвонила Роме. — Алло? — протянул знакомый, чуть хрипловатый голос.На лице Тани тут же появилась улыбка.— Привет, скучал по мне? — она легла на спину, чувствуя, как напряжение медленно уходит.— Я всегда скучаю по тебе, — ответил он с легкой ухмылкой, которую, казалось, можно было почувствовать даже через телефон.— Ну да, расскажи это кому-нибудь другому, — игриво сказала Таня, поправляя прядь темных волос.— Ты ревнуешь? — голос Ромы стал чуть тише, но девушка чувствовала как на его лице расплывалась дурацкая ухмылка.  — А если да? — в голосе Тани появилась нотка флирта.Разговор понемногу увлек их обоих в привычную игру намеков и шуток. Рома всегда умел заставить ее почувствовать себя особенной. Каждый его ответ был словно тщательно выверенная мелодия, играющая на струнах ее души.Время тянулось незаметно, пока за дверью не раздался голос отца:— Таня, спускайся, гости приехали!Она сжала телефон сильнее.— Кто это? — спросил Рома, заметив, как в голосе девушки прозвучала тень раздражения.— Папа привел какого-то сына своего друга. Видимо, хочет выдать меня замуж прямо сегодня, — ответила она с сарказмом.— Если что, сбегай ко мне, — мягко предложил он.Таня усмехнулась, но напряжение вернулось. Она положила телефон на тумбочку и глубоко вздохнула.Нехотя выйдя из комнаты, она убрала пряди волос назад и глубоко вдохнув, спустилась по лестнице. За столом сидел незнакомый мужчина — вероятно, тот самый друг отца. Рядом с ним сидел парень... и это был не просто кто-то. Это был Давид.Таня застыла, не в силах поверить в происходящее.— Давид? — едва слышно сорвалось с ее губ.