[47] Happily

Найл Хоран

Стоило нам сойти с трапа самолета, как мы встретились с настоящей катастрофой.

Фанаты и СМИ разузнали, когда наш самолет прилетает, и уже ждали нас в аэропорту. Да, сесть на личный самолет и воспользоваться частным выходом было бы разумнее, но на это ушло бы гораздо больше времени, чем если бы мы просто купили билеты на ближайший рейс, что мы, в принципе, и сделали.

- Эйми, иди сюда, - сказал я, беря ее на руки. Олли и еще несколько охранников, которых он нанял для этого, взяли наш багаж, и мы пошли за ними. Я надел на Эйми ее толстовку и приказал не снимать капюшон. Когда она спросила зачем, я ответил, что мы играем в шпионов.

- Все держитесь вместе, - сказал Гарри. Я посмотрел на него и увидел, что он обвил рукой талию Дарси. Она запрокинула голову назад и засмеялась.

- Думаешь, я сама не справлюсь? - Она вопросительно подняла бровь.

- Я тебя защищаю, - сказал Гарри, пытаясь оправдаться. - Я нежный романтик, и именно поэтому ты меня любишь, Монро. - Он поцеловал Дарси в висок, и ее щеки вспыхнули красным. Наблюдая за ними, мне все больше хотелось к Эйвери.

Когда мы зашли в аэропорт, фанаты просто взорвались криками. Я проверил Эйми: ее лица не было видно под капюшоном. Я только недавно купил ей эту толстовку: она была белой и с моим лицом спереди. Парни издевались над этим, искали какой-то скрытый смысл, но мне казалось это милейшей вещью.

- О боже, вы только посмотрите на нее! - закричал кто-то. Я посмотрел на Эйми еще раз и увидел, что она сняла свой капюшон и, улыбаясь, ручкой махала толпе. Усмехнувшись, я натянул на нее капюшон, но через секунду она опять сняла его, громко захихикав.

- Думаешь, это смешно? - обращаясь к Эйми, ухмыльнулся я и защекотал ее. Заметив новую волну вспышек, я как будто снова вернулся на землю и ускорил шаг, последовав за охранниками. Я помахал некоторым фанатам, как остальные парни и Дарси, но Эйми пыталась поздороваться со всеми.

Наконец-то мы прошли к выходу и сели в черный мини-вен. Секьюрити в аэропорту пыталась удержать визжащих девочек, которые прижались к окнам, но у них мало что получалось. Мы все уселись на задние сиденья внедорожника, и Олли, севший за руль, резко нажал на газ, уезжая от девушек, которые побежали к машине.

- Это же мои друзья, - Эйми надула губки.

- Все хорошо, детка, мы еще увидим их, - пообещал ей я. - Однажды ты встретишься со всеми. - Она кивнула и забралась с ногами на сиденье, натянув толстовку на свои колени так, что она превратилась в маленький белый шарик. Признаюсь, это не самый безопасный способ передвигаться в машине для трехлетнего ребенка, но до больницы всё равно не так долго ехать.

- Ты выглядишь таким счастливым. - Луи улыбнулся.

- Я на самом деле счастлив, - ответил я, покраснев. - Прошло уже три недели. Я схожу с ума без нее.

- Мы знаем, - он засмеялся. - Ой, кстати, Олли сказал, что мы можем остановиться в Мотеле 6, там, где вы были вместе с Эйвери и Эйми. - Мое лицо засветилось от счастья при упоминании места, где я встретился с любовью всей своей жизни. Я скучал по Мотелю 6: по старым игровым автоматом, по милой женщине, Ширли, и даже по нашему номеру. Для нас это был как дом.

.

Спустя минут двадцать мы подъехали к большому белому зданию. Парковка была также внушительных размеров и почти полностью заполненная машинами. Я заметил толпу девочек у входа, заглядывающих в окна и пытающихся хоть краем глаза увидеть мою девушку. Конечно же, меня бесило то, что они не могли оставить ее в покое.

Казалось, у нас ушла вечность на то, чтобы пробиться ко входу. Эйми все еще была в своей толстовке с Найлом, и на этот раз я заставил ее застегнуться. Я даже пообещал, что куплю ей конфету в сувенирном магазине, если она не будет снимать свой капюшон. Да, это непедагогично и неправильно, но мне не хотелось, чтобы папарацци сделали больше ее фотографий.

- Как я выгляжу? - спросил я Лиама. Он усмехнулся и поправил мою прическу, из-за чего я залился краской. Со стопроцентной уверенностью можно было сказать, что девочки успели запечатлеть этот момент на камеры, но спустя несколько лет я уже не так переживал насчет этого. Лиам поднял два больших пальца вверх, прежде чем мы снова пошли. Эйми все еще сидела у меня на руках.

- Ты отлично выглядишь, - сказал Лиам. - Хоть я и не думаю, что ей это принципиально.

- Ты прав. Просто... Я не знаю, - я вздохнул. - Мне нужно хорошо выглядишь, когда я рядом с ней.

Мы поздоровались с фанатами и зашли в больницу. Олли с другими охранниками подошли к стойке регистрации, чтобы узнать номер палаты и получить разрешение на посещение, а Дарси повела меня в сувенирный магазин, чтобы я выбрал что-нибудь для Эйвери.

- Ничего съедобного. Ты не знаешь, появится ли у нее аппетит, - напомнила она. - И никаких открыток. Это банальщина века. Она любит цветы? - Я почесал затылок.

- Э, конечно? Я не знаю, - признался я. Дарси закатила глаза, схватила меня за запястье и потащила к цветочному отделу.

- Возьми свои любимые. Нет, стой. Возьми ее любимые, - сказала Дарси, вставая рядом со мной и упирая руки в бока. Одна вещь, которую я отметил сразу, как только Дарси и Гарри начали встречаться, - она была независимой и любила командовать.

- Как я узнаю, какие ее любимые? - спросил я, осматривая ассортимент.

- Ты и не узнаешь, - сказала Дарси. - Просто выбери. Представь, что ты Эйвери. Какие бы тебе понравились?

Проспорив с Дарси несколько минут, я взял розы ярко-малинового цвета. Они мне приглянулись с самого начала, и я знал, что Эйвери они тоже понравятся. Я быстро заплатил за них и пошел за всеми в лифт. Нужно был подняться на восьмой этаж.

- Мы останемся в комнате ожидания. Вам нужно поговорить наедине, - сказал Гарри. - Я прослежу за Эйми. Но на твоем месте я бы предупредил ее о сломанной руке раньше, чем она ее увидит. А то она психанет. - До этого я даже не задумывался о том, как отреагирует Эйвери. Оставалось надеяться, что она не возненавидит меня.

Я кивнул и прерывисто вздохнул. Олли назвал мне номер палаты, все пожелали мне удачи, и я, развернувшись, пошел по бесконечно длинному больничному коридору в конец, где лежала Эйвери.

Мое сердце билось чаще с каждым моим шагом. Я переволновался, и внезапно к горлу подступил воздух, но я удержал все в себе. Наверняка, на моем лбу проступил и капли пота: в здании резко стало жарко, а потом снова холодно. Я не мог поверить, что спустя такое количество времени наконец-то встречусь с ней. С человеком, находясь рядом с которым, я чувствовал, что мне больше ничего не нужно. С моей Эйвери.

Когда я зашел в комнату, я сразу нашел ее взглядом. Она задумчиво смотрела куда-то вдаль из окна. Ее руки были перевязаны бинтами, а на коже, которая не была прикрыта, виднелись синяки. Даже на ее прекрасном лице были сине-фиолетовые следы насилия. Наверное, ей очень больно.

Мои плечи поникли, когда я услышал, как она зашипела от боли. Ее голова была повернута в другую сторону от двери, так что она не видела, как я зашел в комнату. Вдруг цветы выпали из рук, и по моей щеке потекла слеза. Мой внезапный всхлип заставил ее подпрыгнуть от неожиданности, но когда она увидела, что это был я, ее лицо словно озарилось.

- Ни...

- Тш-ш, - сказал я, качая головой и подбегая к ней. Мне хотелось прижать ее к себе и обещать, что я никогда больше не позволю ничему плохому случиться с ней, но она казалась слишком хрупкой, чтобы к ней прикасаться. Я осознал, что наступил на цветы, которые превратились непонятно во что, когда побежал к кровати, но они больше не значили ровным счётом ничего.

Я присел рядом с ней на кровать и постарался как можно осторожнее обернуть вокруг нее руки. Она не застонала от боли и даже не поморщилась, так что я не спешил отпускать ее. Я не был уверен, смогу ли.

- Как хорошо, что ты сейчас здесь. - Я услышал ее слабый и такой приятный голос. Пока я не услышал его, я и не знал, как сильно соскучился по нему. Я засмеялся сквозь слезы и, кивнув, вытер ее щеки. Она улыбалась самой широкой улыбкой на свете, которая уступала по величине только моей.

- Меня распирает ненависть, когда я вижу тебя в таком состоянии, - с грустью сказал я. Она нахмурилась и опустила голову, стараясь не встречаться со мной взглядом. Я аккуратно приподнял ее подбородок так, чтобы она смотрела на меня, и улыбнулся. - Но ты всё так же прекрасна.

Я наклонился и мягко поцеловал ее, убедившись, что не делаю ей больно. Откровенно говоря, она могла просто-напросто скрывать то, что ей больно, так что я старался не перебарщивать и сдерживать себя. Не хотелось бы, чтобы она страдала еще больше из-за моих действий.

- Эйми здесь? - осипшим голосом спросила Эйвери. Ее глаза блестели от слез.

- Все здесь. - Я улыбнулся. - Теперь мне нужно предупредить тебя... Эйми упала с двухэтажной кровати, - вырвалось у меня. - Она сломала руку, и ей наложили гипс. Послушай, Эйв, я пойму, если я больше не нравлюсь тебе из-за этого, но я предупредил ее и не успел подбежать вовремя... - Вместо того, чтобы выйти из себя, Эйвери улыбнулась.

- Я не в восторге от того, что она сломала руку. Вообще-то я очень разочарована этим, - призналась она. - Но ты пытался ее защитить и сделал все, что в твоих силах. Я не злюсь, Найл. - На моих губах образовалась улыбка, и я поцеловал ее еще раз. - Могу я... Могу я увидеть ее?

- Конечно. Она же и твоя дочь тоже, - сказал я. Я выглянул в коридор и встретился со взглядом Лиама, который стоял в другом конце холла и пытался удержать Эйми, рвущуюся на свободу и пинавшую его. Я кивнул ему и засмеялся, когда Лиам отпустил Эйми и та побежала ко мне на максимальной скорости.

- Мамочка! - радостно закричала Эйми, когда вбежала в палату. Как только она увидела Эйвери, ее выражение на лице стало серьезнее, чем у кота, который никогда не улыбается. Ей никогда не говорили, насколько серьезной была ситуация. Как я мог сказать о таком ребенку? Но, думаю, в тот момент она все осознала и даже проанализировала. - Ты сломалась?

Эйвери подавила смех и протянула руки к Эйми со слезами на глазах.

- Нет, малышка, я не сломалась, - убеждающие сказала она. - Просто немного ударилась. - Я кинул взгляд на Эйвери, но она кивнула, так что я усадил Эйми на ее кровать и отошел, наблюдая за тем, как две мои любимые девочки обнимали друг друга. Я не сразу увидел, но Эйми тоже плакала.

- Я так скучала по тебе, милая, - сказала Эйвери, садясь на кровати. - Можно посмотреть на твой гипс?

Эйми широко улыбнулась и закатала рукав толстовки, показывая свой гипс и ярко-розовые бинты. Эйвери засмеялась.

- И почему я знала, что ты выберешь розовый? - спросила она. Эйми пожала плечами, пальчиком показывая на все подписи. Наверное, в тот момент она чувствовала себя жутко знаменитой. Я сел на стул рядом с кроватью и просто наблюдал за их маленьким воссоединением, все еще пытаясь привыкнуть к синякам на теле Эйвери.

- Папочка, мамочка хочет расписаться! - Эйми повернулась ко мне, и я протянул Эйвери ручку из своего кармана. Я смотрел, как она слегка дрожащими пальцами поставила свою подпись на особом месте, которое выбрала Эйми. Девочка выразила свое восхищение и подула на надпись, чтобы та не смазалась.

- Хей, Эйми, почему бы тебе не дать маме с папой немного побыть наедине? - спросила Эйвери. - Ты можешь съесть конфетку из автомата со сладостями. - Лицо Эйми озарилось, и она тут же рванула к выходу, что заставило меня усмехнуться. Я опять подошел к кровати Эйвери и сел рядом.

- Хей, - Эйвери улыбнулась, смотря на меня. Я улыбнулся ей в ответ и начал водить пальцем по синякам и царапинам на ее лице. Постепенно моя улыбка сползла. Если бы это было возможно, я был бы готов пройти через все это вместо нее. Я должен был быть на месте Эйвери. Это я должен был сейчас лежать на больничной койке.

- Я люблю тебя, - прошептал я, убрав прядь волос ей за ухо.

- Я тоже люблю тебя, - также шепотом ответила она. - Прости меня, если ты злишься на то, что я сделала. - Я посмотрел на нее, как на сумасшедшую.

- Эйвери, - серьезным тоном обратился к ней я, - это был один из самых смелых поступков, которые ты могла совершить. Ты рисковала своей жизнью ради меня и Эйми, и я никогда не смогу отблагодарить тебя. Я просто счастлив, что ты осталась цела.

- Я здесь просто прохлаждаюсь, - сказала она, пожав плечами. - Врачи сказали, что внутренних повреждений нет, только синяки. Но они хотят оставить меня на несколько ночей здесь, чтобы понаблюдать за мной и проследить за регулярностью дыхания и психической стабильностью.

- А ты стабильна? - пошутил я. Она посмотрела на меня своим испепеляющим взглядом, и именно тогда я осознал, как же сильно скучал по ней и ее маленьким глупым привычкам. - Я бы тебя сейчас так расцеловал, если бы не эти синяки. Я боюсь причинить тебе боль.

- Ты хуже не сделаешь, - пообещала Эйвери. - Тем более, они начали заживать. - Я хотел было возразить, но не стал. - Он только бил меня. А ведь могло быть и хуже... Мне повезло. - Я знал, что она чего-то не договаривает, но выпытывать не стал.

- Не могу поверить, что Маркус... - я замолчал, покачав головой и проведя большим пальцем по губам Эйвери. - Он труп. Они все трупы. - Эйвери нахмурилась и помотала головой.

- Это недоразумение, - сказала она. - Маркус освободил меня. Он неплохой парень. Он все мне объяснил, а потом отпустил на волю. Его уже может и не быть в живых из-за того, что он спас меня. Я сказала об этом полиции, и они отправили туда своих людей, но я не знаю, успели ли они вовремя. - Я вылупил на нее глаза, услышав новую информацию.

- Я предложила ему пойти со мной, - с сожалением сказала она, - но он отказался.

Комната погрузилась в молчание. Если честно, я не знал, как относиться к Маркусу. Он приставал к моей девушке, а теперь вернул мне ее. Я решил, что обдумаю это позже, потому что сейчас мне нужно было сосредоточиться на Эйвери и на том, как ей можно помочь.

- Ты понятия не имеешь, как я скучал по тебе. - Я вздохнул, опустив взгляд и заметив цветы на полу. - Ах да, они вообще-то для тебя. Прости, они немного помялись. - Она хихикнула и улыбнулась.

- Они очень красивые, - сказала она.

- В этом они напоминают мне тебя, - искренне сказал я. Эйвери покраснела, и я усмехнулся, поцеловав ее в нос. Она уткнулась в мою грудь и привстала в кровати. Для меня было удивительно, что за все время в палату не зашла медсестра, но я не жаловался. Я мог бы просидеть таким образом, рядом с ней, весь день.

- Ты нашел туалетную бумагу? - спросила Эйв.

- Да. - Я кивнул. - Но несколькими днями позже. Я ходил для таких дел в ванную Гарри, чтобы в моей хорошо пахло, - признался я, немного смутившись. Эйвери начала смеяться так, что на глазах у нее выступили слезы. - Но в один день я оторвал кусок туалетной бумаги для Эйми и увидел записку.

- Я считала себя достаточно умной, - она усмехнулась.

Над нами вновь нависла тишина. Но она не была неловкой. Это была такая тишина, когда ты просто сидишь и наслаждаешься ею, вбирая в себя все прелести момента. Мы через столько прошли, что просто сидеть молча рядом казалось чем-то на грани фантастики.

- Должно быть, мы созданы друг для друга, - наконец, сказал я. Эйвери посмотрела на меня с приподнятой бровью. - Несмотря ни на что мы все еще вместе. - Она кивнула и заглянула в мои глаза. Как только мы встретились взглядами, я воспользовался возможностью и коротко ее поцеловал.

- Должно быть, мы делаем что-то правильно, Хоран.