/20/

— Я же ещё не дала ответ, а ты уже решил, что я твоя, — промолвила Роза, глядя на Филиппа.

— Я чувствую, что мне не нужно слышать слова, — прошептал Филипп, проводя рукой по тыльной стороне ладони подруги. — Импульсы сами говорят за себя.

— Может быть, ты и прав, — загадочно прошептала Роза в ответ и отстранилась от Филиппа, чтобы профессор Буф не заметила.

— Ну что ж, на следующем уроке продолжим, — спустя некоторое время проговорила профессор. — Можете идти.

Студенты попрощались с учителем и разошлись в разные стороны. Не говоря ни слова и не обращая внимания на изумлённые взгляды волшебников, Нотт подхватил Розу под руку и повёл её во двор Часовой башни.

— Филл, ты что? — спросила Роза, запыхавшись от быстрой ходьбы.

— Ничего, — ответил парень, мило улыбнувшись и присаживаясь возле фонтана.

— Как это «ничего»? Ты тащил меня сюда, чтобы сказать «ничего»?

— Уизли, успокойся и присядь, — устало протянул Нотт.

Роза демонстративно отвернулась и направилась к выходу, но парень остановил её, прижав к себе.

— Пусти! — возмутилась Роза.

— Нет, — ответил Нотт. — Я люблю тебя.

Роза попыталась сохранить хладнокровие, чтобы не сделать больно им обоим. Но она поняла, что Филипп — это тот, кто ей нужен, и кого она любит.

— Я тоже люблю тебя, — прошептала Роза и поцеловала Нотта.

Юноша с силой прижал к себе девушку, словно опасаясь, что она в любой момент может исчезнуть. Уизли почувствовала его губы и ощутила себя в надёжном коконе. Ей было так уютно и тепло. Безмятежность и лёгкость подхватили гриффиндорку и закружили в танце вальса.

Внезапно откуда-то послышалось: «Агуаменти!» — и на них обрушился поток воды. Отпрянув друг от друга и вытирая лица, они обернулись, чтобы найти обидчика. Но тот уже скрылся, оставив на земле золотую запонку от пиджака с красным рубином.

Нотт рассмеялся и снова поцеловал Розу. «Пусть завидует молча», — подумал он.

Уизли, запечатлев на носу юноши поцелуй, применила заклинание «Горячие потоки воздуха», чтобы высушить их одежду. Филипп с восхищением посмотрел на них и поднял вверх большой палец.

— Рози! Вот ты где! — воскликнула Лили. — Тебя ищет директор. Дело срочное.

Уизли, кивнув на прощание и запечатлев ещё один поцелуй на щеке Нотта, поспешила к матери. Не постучав, она вошла в комнату. Гермиона сидела на подоконнике и курила сигарету. Её лицо было опухшим от слёз.

— Мама? — спросила Уизли.

Женщина вздрогнула от неожиданности и едва не выронила сигарету.

— Доченька, — прошептала Грейнджер.

Уизли подошла к матери и обняла её.

— Роза, Хьюго мёртв, — прошептала Гермиона.

Роза замерла на месте, ошеломлённо глядя на мать.

— Нет... не может быть... — прошептала она и медленно начала оседать на пол.

Рози села рядом с мамой и разрыдалась. Грейнджер же молча смотрела в одну точку.

«Почему? За что?» — спрашивала себя девушка, стирая слёзы со щёк.

Не сказав ни слова, Рози стиснула зубы, чтобы сдержать крик боли и отчаяния, и крепко сжала руку матери.

— Я отомщу ему, — процедила она сквозь зубы. — Я вырву его чёрное сердце и заставлю смотреть, как оно плавится в моих руках. Он умоется собственной кровью.

Гермиона Грейнджер с тревогой посмотрела на свою дочь. Никогда прежде она не видела её такой. В этот миг её дочь была подобна каменной статуе, взгляд которой выражал презрение и решимость.

— Я хочу вступить в Орден Феникса, — твёрдо произнесла гриффиндорка, повернувшись к матери.

Гермиона с грустью провела рукой по щеке дочери и кивнула. Поцеловав Рози в лоб, она положила голову на плечо дочери. Так мать и дочь сидели долгое время, каждая думая о своём.

Рози винила себя в том, что не смогла защитить брата. Это была её вина. Нужно было что-то придумать. Она ведь считалась умной, но ничего не сделала.

В кабинет директора постучали. Гермиона и Рози вскочили с пола и быстро привели себя в более или менее приличный вид.

— Входите, — хрипло произнесла Гермиона и опустилась за стол. Рози, склонив голову, расположилась на диване. Дверь открылась, и вошёл Сириус Блэк. Он молча кивнул в знак приветствия.

— Только что на Филла Нотта было совершено нападение, — произнёс мужчина.

Уизли вскочила и, подскочив к нему, схватила его за рукав и принялась трясти его руку.

— Что с ним? Где он? — воскликнула она.

Сириус погладил девушку по голове и, взяв её за плечи, произнёс: — Он в больничном крыле. Он не сильно пострадал.

Рози, не говоря ни слова, бросилась к Нотту, оставив Сириуса и Гермиону одних.

По пути девушка несколько раз едва не сбила с ног школьников, не обращая внимания на их ворчание и возгласы вслед. Гриффиндорка мчалась изо всех сил, стремясь как можно скорее добраться до нужного места.

Ворвавшись в крыло, она огляделась в поисках парня. На кровати лежал Филипп, весь в бинтах, сквозь которые проступала кровь.

«Сектумсемпра — проклятие, которое рассекает объект, на который направлено. Для устранения последствий существует контрзаклятие Вулнера санентур, но для полного излечения необходимо немедленно воспользоваться бадьяном», — пронеслось в голове Рози.

Возле кровати гриффиндорца, Филиппа Нотта, сидела Нела Хиггинс, студентка Когтеврана. С первого курса она неотступно следовала за юношей, стремясь завоевать его расположение.

Год назад она раздобыла приворотное зелье и намеревалась использовать его на Нотте. Однако её болтливые подруги разболтали об этом всему Хогвартсу.

Когда Уизли узнала об этом, она пришла к Неле, угрозами и почти силой отобрала зелье и предупредила, чтобы Хиггинс держалась подальше от её друга.

Теперь когтевранка сидела рядом с Филиппом и нежно гладила его руку. Нотт был без сознания. Его брови были нахмурены, а между ними пролегла небольшая складка.

Рози подошла к Неле сзади и с силой опустила руку на её плечо. Хиггинс вскочила, словно ошпаренная, и повернулась к гриффиндорке. Увидев Уизли, она сглотнула и начала теребить мантию.

Роза Уизли, нахмурившись, обратила свой взор на когтевранку, и её слова, произнесённые сквозь зубы, прозвучали резко и решительно: - Уходи.

Нела, казалось, намеревалась возразить, но убийственный взгляд гриффиндорки не оставил ей шанса. Девушка поспешно ретировалась.

Уизли опустилась рядом с кроватью и робко коснулась повязок, покрывавших грудь молодого человека.

К ней подошла мадам Шотет и произнесла тихо и обеспокоенно: - Роза, здравствуй.

- Здравствуйте, — прошептала гриффиндорка, и слёзы навернулись на её глаза.

- Ну-ну, девочка моя, не надо, — сказала мадам Шотет, — он у тебя крепкий, сейчас мы смажем его раны, и он будет как огурчик.

Роза Уизли кивнула, глотая слёзы, и принялась помогать лекарю.

Тело Нотта было испещрено ранами. Самые глубокие из них были залечены благодаря заклинанию Вулнера санентур, и теперь оставались лишь небольшие порезы. Однако девушка не могла смотреть на израненное тело своего возлюбленного.

Наложив новые повязки с целебной мазью, лекарь нерешительно посмотрела на девушку и произнесла: — Теперь ступай. Дальше я сама.

Рози вздрогнула и решительно ответила: — Нет. Я останусь.

Мадам Шотет поджала губы и отвела взгляд.

Уизли встревоженно спросила: — Что такое? Что-то не так?

Женщина сделала глубокий вдох и выдох, затем открыла простынь. Роза медленно опустила взгляд на руку Филла и беззвучно закричала. У парня не было кисти левой руки. Сквозь повязку проступало большое пятно крови. Уизли казалось, что она вот-вот потеряет сознание.

Опустившись на стул, Роза Уизли ощутила прикосновение руки лекаря к своему плечу. Мадам Шотет безмолвно поглаживала гриффиндорку по плечу, слегка вздрагивая.

— Продолжим, — произнесла Роза.

— Ты уверена? — спросила мадам Шотет.

Уизли кивнула, не произнеся ни слова. Мадам Шотет размотала повязку, и Розу едва не стошнило. Между кусками кожи и плоти виднелась кость, грубо распиленная, словно пилой. Сдержав себя и не отворачиваясь от этого ужаса, Уизли аккуратно продолжила наносить мазь на раны. Закончив с лечением, она укрыла Нотта одеялом и села рядом, взяв его за здоровую руку.

— Мадам Шотет, — обратилась она, — как это произошло?

— Это случилось возле домика Хагрида, — ответила лекарь. — Филиппа принесли без сознания. Джеймс и Альбус рассказали, что услышали крики и, прибежав, увидели Скорпиуса. Он применял Вулнера Санентур и изо всех сил пытался помочь Нотту. Ребята принесли его в больничное крыло. Как только Филла уложили, Малфой ушёл. Это всё, что я знаю.

Роза погрузилась в размышления. «Мог ли Малфой сначала причинить вред Филиппу, а затем исцелить его, чтобы продемонстрировать свою благосклонность? — спрашивала она себя. — Не стоит делать поспешных выводов, нужно дождаться пробуждения Филиппа».

— Я останусь здесь с Филиппом, — прошептала Уизли.

— Конечно, — ответил её собеседник. — Если хочешь, можешь переночевать здесь. Можно подвинуть соседнюю кровать.

— Благодарю вас.

— Не стоит благодарности. Я переживаю за каждого из вас и люблю вас, — добродушно сказала женщина и ушла в свой кабинет.

Роза сидела неподвижно рядом с гриффиндорцем до самого вечера. Спина и руки затекли, но она старалась не обращать на это внимания. За это время многие приходили к Нотту. Джеймс, Альбус, Лили, Лори и даже слизеринцы. Аврора, Люк и Марко интересовались состоянием гриффиндорца и искренне волновались за него.

Даже более того, Розе это показалось необычным, и она уже было хотела задать вопрос, но в больничное крыло вошли Гермиона Грейнджер в сопровождении Сириуса Блэка, Драко Малфоя и Невилла Долгопупса. Преподаватели долго расспрашивали о состоянии ученика мадам Шотет.

Заметив, что у гриффиндорца отсутствует рука, преподаватели начали о чём-то перешёптываться, но Уизли не удалось расслышать их разговор. Оставив Розу наедине с юношей, учителя удалились. Время было уже глубоко за полночь. Уизли страдала от голода и решила отправиться на поиски еды.

Она могла бы позвать эльфа и попросить принести пищу, но она хотела размяться и, оставив Нотта под присмотром лекаря, отправилась на поиски. Добраться до кухни можно было, спустившись в подземелье замка. По коридору нужно было пройти до натюрморта с весёлыми фруктами и пощекотать грушу на этой картине.

Груша тут же начнёт хохотать и превратится в зелёную ручку, с помощью которой можно будет открыть проход. Мало кто из студентов знал о существовании кухни, но вход туда не был запрещён, к тому же, студента, заглянувшего к ним в гости, эльфы накормят и напоят, а также дадут с собой различные угощения.

Спустившись в подземелье, Рози споткнулась и упала на пол, но кто-то почти у самого пола подхватил её, не дав упасть.