Глава 13.

"Ты ничего не значишь для меня."

Я стояла около окна, когда Гарри вошел в комнату. 

— Тебе понравилось?

— Да. 

— Очень рад, больше ты его не увидишь, — он пожал плечами. 

— Что? Почему?

— Не хочу наблюдать драм, ну знаешь: «Я люблю тебя!» «Я тебя тоже!» «Мы не можем быть вместе, потому что тебя трахает Гарри». «Я не хочу, чтобы он меня трахал!». Ну и так далее, — он открыл балконную дверь. 

— Ты невыносим! — я вышла вслед за ним. 

— Что насчет секса на балконе? — он притянул меня к себе. 

— Не трогай меня, я не хочу! 

— Как будто меня это интересует, — он притянул меня ближе к себе и впился в мои губы. 

Он был другим.Он не был тем Гарри, который пытался быть со мной нежным и сдержанным, он был тем, кем являлся на самом деле. Резкие грубые движения и безразличие — вот настоящий Гарри. Я была для него вещью, новой игрушкой, которую он выкинет, когда она сломается, и я не хочу быть этой игрушкой. 

— Не трогай меня, — сквозь зубы сказала я. 

— Я и не собирался, я приду к тебе вечером, не люблю трахаться днем, тем более, знаешь, на балконе неудобно, — Он отошел от меня. — Встретимся вечером. 

* * *

Луи предложил мне убежать, убежать от Гарри. 

От Гарри, который заставляет мои колени трястись, а руки потеть. 

Я хочу убежать с Луи, прежде чем мне будет больно, прежде чем Гарри станет для меня вселенной. 

Это так страшно – делать выбор. Ты должен выбрать между двумя вещами, которые нужны тебе. Ты должен все просчитать, все обдумать и взвесить. 

В одной руке синица, в другой руке журавль. В одной руке нож, в другой руке палка. В одной руке жизнь, а в другой руке смерть. 

Я постараюсь выбрать жизнь, прежде чем то, что в другой руке, убьет меня. Я не хочу ползать по полу от боли, не хочу кричать его имя, будто это единственное, что может спасти меня. 

Я собираюсь сделать единственный правильный выбор. 

* * *

Гарри пришел, когда на часах было 00:14. Я, наверное, должна запомнить это время. Луи обещал приехать в 1:20, и я обещала выйти к нему именно в это время. 

— Ты нарядилась, — заметил Гарри. — Мне нравится.

— Я старалась. 

— Тебе идет это платье, но мне больше нравится, когда ты без платья. Твое тело слишком идеально, чтобы ты его скрывала под одеждой. 

— Не значит ли это, что я должна ходить голой?

— Было бы идеально. 

Я усмехнулась. 

В Гарри было что-то, что заставляло меня глупо улыбаться, что-то, что заставляло меня таять, а мои колени трястись. 

Он подошел ко мне, когда я встала с кровати. Он прижал меня к себе, переплетая наши пальцы, и он был слишком нежным, совсем не таким, как утром. Он провел носом по моей шее, когда я попросила его:

— Поцелуй меня. 

И Гарри поцеловал, нежно и так сладко. Его губы будто молочный шоколад, а я так люблю молочный шоколад. 

Он расстегнул мое платье, и оно упало к моим ногам. Гарри оторвался от меня, в то время как я совсем не хотела расставаться с его губами. Он внимательно смотрел на каждую частичку моего тела, крепко сжимая мою талию в своих сильных руках. Я опустила взгляд, рассматривая их, такое ощущение, что он мог держать весь мир в этих руках. 

Гарри вновь притянул меня к себе, немного приподнимая, заставляя переступить через платье. 

— Твои красные каблуки и черное белье выглядят чертовски сексуально, — он прикусил кожу на моей шее и затем поставил на том месте свою "метку" в виде засоса. 

— Гарри, — вздох сорвался с моих губ, и я почувствовала, как падаю в его руках, но он вовремя опомнился. 

— Ты теряешь себя, девочка, мне нравится, — он поцеловал мои губы, и сжал меня сильнее. Мне показалось, что он хотел сломать мои ребра, потому что, почему я перестала дышать?

— Мне кажется, — я прерывисто задышала, так как его рука проникла в мои трусики. — Гарри, дай договорить, прошу. 

— Малышка хочет что-то сказать?

Гарри сказал это так сладко, что мое сердце затрепетало. 

— Мне кажется, я влюблена, Гарри. Влюблена в тебя, люблю тебя. 

Гарри оторвался от меня и засмеялся. 

— Почему ты смеешься?

— Ты любишь меня? 

— Мне так кажется, — я потупила взгляд. 

— Ты глупая, глупая маленькая малышка. 

— Что?

— Любви нет, забудь об этом. 

— Это все правда ничего не значит для тебя? Все поцелуи, объятия? 

— Селена...

— Просто скажи мне, что я ничего, действительно ничего не значу для тебя.

— Ты ничего не значишь для меня, Селена. 

Мои глаза наполнились слезами, а сердце, кажется, раскололось на несколько частей.Он разбил меня.

— Я могу побыть одна? Несколько минут, — собравшись, произнесла я. 

— Я не буду тревожить тебя, тебе нужно подумать над своими словами, — Гарри кивнул и вышел из комнаты. 

Я посмотрела на часы, у меня есть 15 минут, чтобы принять решение. 

Я вытерла слезы, подняла платье и прошла в гардеробную. Сняв с себя туфли, я прошлась взглядом по полкам и, вздохнув, вытащила сумку. 

Скинув в сумку несколько маек, спортивных штанов, джинсы, теплую кофту, носки и нижнее белье, я надела голубые джинсы и толстовку нежно-розового цвета.

Я осмотрела комнату, посмотрела на часы и, вздохнув, вышла из нее.

В доме было тихо и темно, я аккуратно спустилась по лестнице и увидела, как дверь в дом открывается. 

Мое сердце забилось сильнее, я думала что это конец, пока не увидела знакомые очертания фигуры. 

— Луи, ты напугал меня, — прошептала я. 

— Я подумал, что ты передумала, — он взял мою сумку. 

Я посмотрела на часы. 

— Я задержалась на минуту. 

— Я просто очень нервничаю, пошли. 

Мы вышли из дома, и я посмотрела на него с другой стороны двери. 

Я взглянула на окно, в котором еще горел свет. 

Гарри вышел на балкон. 

Я точно встретилась с ним взглядом, когда подошла к машине Луи. Я точно видела, как он улыбается, точно видела, как смотрит именно на нас. 

* * *

Мы вошли в квартиру Луи, и он сразу обнял меня, закрывая дверь. — Я так счастлив, что ты сейчас здесь. 

Он действительно выглядит счастливым, его глаза правда блестят, он искренне обнимает меня, без всякой похоти. 

Луи обнимает меня не так, как он.

— Я тоже, — я искренне улыбнулась. 

— Смотри, — он отпустил меня на несколько мгновений, ища что-то на полке, — это наши билеты, завтра утром мы улетаем в Париж. 

— Боже, это так удивительно, — я притянула его к себе за шею, нежно целуя его за ухом. — Спасибо тебе. 

— Я люблю тебя, — Луи прошептал мне на ухо. — Ты не обязана отвечать мне, просто знай, что ты та, кто избавил меня от одиночества, ты рядом, и я счастлив с тобой. Благодаря тебе мое сердце продолжает биться. Ты нужна мне. 

— Ты нужен мне, — я обнимаю его, и, кажется, мой мир собирается по кусочкам. Луи починил его, и я благодарна ему за это.