Глава 11.

"Я хотела быть ему нужной."

Я проснулась от пристального взгляда. 

— Доброе утро, — Гарри убрал волосы с моего лица. — Доброе. — Я был вчера слишком груб с тобой, извини. Я бы хотел сегодня погулять с тобой, но не смогу. Это сделает Луи, ты не против? — Я? Нет-нет, я не против. 

Гарри попросил прощения? Боже, да, он попросил это долбанное прощение, и как я могу отказать ему? Он улыбался, и мне вновь хотелось думать, что именно я причина его улыбки. 

— Собирайся, Луи ждет тебя внизу. 

Он вышел из комнаты, а я пошла в ванную. 

Я не понимаю того, почему меня тянет к нему, почему я готова отдать ему все? Неужели у меня действительно сносит голову? Да, от его глаз. Его изумрудные глаза возвращают меня к жизни, в то время как их обладатель тянет меня на дно. Ужасное чувство. 

Я вышла из комнаты после того как одела шорты, толстовку и вэнсы, которые я нашла в большой гардеробной. Я заметила несколько синяков на бедрах, но не стала придавать этому значение. 

— Рад тебя видеть, — Луи подошел ко мне, как только я спустилась с лестницы. — Доброе утро. 

Гарри вышел из кухни и, подойдя ко мне, обвил своими руками мою талию, прижимая меня к себе. 

— Вы должны будете заехать позавтракать, — сообщил он Луи. — Как скажешь, — улыбнулся Луи. — Ты должна вести себя хорошо, чтобы мне не пришлось наказывать тебя, — Гарри прошептал мне это на ухо, прежде чем по-хозяйски уткнулся в мою шею, оставляя на ней легкие поцелуи. — Пообещай мне, что будешь хорошей девочкой.— Я обещаю, я буду хорошей девочкой. 

* * *

— Селена, ты должна понимать, что, когда мы придем обратно, там может не быть того, от чего мы уходили. — Что ты имеешь в виду? 

Мы шли по парку, непринужденно разговаривая и поедая сладкую вату, когда Луи завел этот разговор. И я понятия не имела, к чему он клонил. 

— У Гарри проблемы, и сейчас, когда мы гуляем тут, он решает их. Я не знаю, к чему мы придем, но ты должна будешь слушаться каждого его слова. Ты понимаешь меня?— Я и так слушаюсь каждого его слова, — в растерянности сказала я.— Селена, ты должна понимать: то, во что ты впутана, очень серьезно. — Что ты имеешь в виду? Во что я впутана? — В то же, во что и Гарри. Ты стала частью всего этого дерьма, когда переступила порог этого дома. — Я не хотела этого делать, — возмутилась я. 

Ведь это правда.Я не хотела переступать порог этого дома. Я не сама пришла в него. 

— Но ведь дай я тебе уйти, ты бы все равно пришла туда вновь, да? 

Пришла ли я обратно к Гарри, если бы Луи отпустил меня сейчас? Да. Определенно точно да. 

Я лишь кивнула. 

— Это странная особенность Гарри: притягивать к себе людей. 

Мне показалось, или Луи "плюнул" этими словами? 

— Тебя это раздражает?— Нет, я понимаю их, отчасти... — Луи достал из кармана сигареты, — Ты куришь? — спросил он, протягивая открытую пачку. — Да, — уверенно сказала я и вытащила сигарету. 

Луи подставил мне зажигалку и я, затянувшись, выпустила сигарету из губ вместе с дымом. 

— Это выглядит довольно горячо, — Луи улыбнулся. — Гарри сказал тоже самое, — с улыбкой сказала я. — Гарри видел, как ты куришь? — Да, — я вновь сделала затяжку. — Вчера. — Это безумие. 

Я даже не хотела спрашивать его, почему это безумие. Мне было все равно, все мои мысли были заполнены едким дымом иГарри. Я хотела бы гулять с ним, а не с Луи. Я хотела бы помогать ему с его проблемами, с которыми, как сказал Луи, сейчас разбирается Гарри. 

Я хотела бы быть ему нужной. 

* * *

— Ты довольна сегодняшним днем?— Да, спасибо тебе, Луи — я обняла его. — Будь осторожна, пошли, — Луи аккуратно открыл дверь. 

По дому не носились девушки, было ощущение, что все исчезли.

— Где все? — я от чего-то заговорила шепотом и пошла за Луи по лестнице. — Вы уже вернулись? 

Я подняла голову и увидела Гарри во всей его красе. На нем был черный костюм. Брюки были полной противоположностью широких классических. Рубашка белого цвета была заправлена в брюки, а волосы были уложены. 

— Все хорошо? — Все отлично, — он улыбнулся, смотря на меня. 

Он улыбается, и мой мир рушится. Рушится на миллионы осколков, не давая надежды на то, что когда-нибудь его склеят по кусочкам, что когда-нибудь его соберут как пазл. Сердце отбивает только ему понятный ритм, а колени предательски трясутся. 

Я в плену его глаз. Я тону в них. Я тону в нем.

— Селена, тебе понравилась прогулка? 

Я судорожно кивнула. 

— А как ты вела себя? — он был уже слишком близко. — Хорошо, я вела себя хорошо, да, Луи? — я взглянула на парня, который с усмешкой смотрел то на меня, то на Гарри. — Да, она была хорошей девочкой, — Луи задумался а затем снова заговорил. — Но я бы все равно наказал ее. — Согласен, она будто рождена, чтобы делать неправильные вещи, за которые ее нужно наказывать, но, если девочка не делала глупостей, зачем ее наказывать, если можно вознаградить? — Гарри, — от неожиданности выдохнула я. 

Он снова был близко ко мне, слишком близко, запредельно близко. Воздуха не хватало, внутри все тряслось, а я хотела еще ближе.

— Зачем звезды зажигают, Селена?— Это кому-то нужно. — Мы повторяемся, но согласна ли ты, что это кому-то нужно? Тебе нужны эти звезды, м, Гомез? Что же ты молчишь? — А тебе? — вдруг спросила я. — А мне не нужны звезды, Селена, и мне не нужна вселенная, пока ты смотришь на меня так, как ты смотришь на меня сейчас. Мне не нужно ничего в этом мире, пока ты дышишь мною. Мне нужна только ты, в этом мире одна вселенная, восемь планет и семь миллиардов человек, но я нуждаюсь именно в тебе каждую чертову секунду, Гомез. 

Мои колени тряслись, сердце билось о грудную клетку, точно оставляя синяки, а я смотрела в его глаза, не в силах отвести взгляда. Я нуждаюсь в нем больше, чем звезды нуждаются в Луне. А он сказал мне, что я нужна ему, и миллиарды фейерверков взорвались в моей голове, и миллионы озер разлились в океаны в моих артериях, и тысячи гусениц превратились в бабочек в моем животе.