13. Это конец

 Я стою у пли­ты, изящ­но по­сыпая прип­ра­вой я­ич­ни­цу на ско­воро­де слов­но ка­кой-то шеф-по­вар. Яй­ца жа­рят­ся, об­во­лаки­вая по­ловин­ки бе­кона, сло­жен­ных в фор­ме сер­дечка. Гу­бы неп­ро­из­воль­но вздра­гива­ют, и я улы­ба­юсь сам се­бе, как иди­от, вык­лю­чая газ. Слы­шу, как сле­дом от­клю­ча­ет­ся элек­тро­чай­ник, щел­кнув.

Фыр­каю, с улыб­кой на ли­це уби­рая со сто­ла не от­кры­тую пач­ку крах­ма­ла. Ку­да-то по­даль­ше в на­вес­ной шкаф­чик.Быс­тро раз­ли­ваю во­ду по круж­кам, за­вари­вая чай. Я­ич­ни­цу пе­рек­ла­дываю на бе­лос­нежную та­рел­ку, на ко­торой уже ле­жала па­ра сва­рен­ных ба­вар­ских со­сисок. На дру­гую кла­ду два тос­та, раз­ре­зан­ных по-ди­аго­нали. Став­лю на стол бан­ку ара­хисо­вой пас­ты, бе­ру од­ну из по­лови­нок тос­та и зах­ва­тываю ее зу­бами, ре­шив про­верить де­вуш­ку, пе­ред тем как нес­ти зав­трак в пос­тель.Ох­ре­неть.Я по­ражен со­бой.Нет, я прос­то в а­уте!Это ж на­до...Ког­да это я, блядь, ус­пел прев­ра­тить­ся в ро­ман­тично­го при­дур­ка, го­товив­ше­го зав­трак с глу­пень­кой влюб­ленной улы­боч­кой на ли­це?Стоп.Влюб­ленной?Так-так-так.За­мираю с тос­том во рту.Мне точ­но не по­каза­лось? И я дей­стви­тель­но так по­думал?В го­лове один мат, а сер­дце к это­му мо­мен­ту ус­ко­рива­ет темп, что у ме­ня аж пе­рех­ва­тыва­ет ды­хание.Спо­кой­нее. Спо­кой­нее. Ина­че я прос­то за­дох­нусь от ощу­щений, упав за­мер­тво на этот ту­пой пол.На­до по­думать об этом поз­днее. Хо­тя... ког­да поз­днее? За пос­ледние ме­сяцы я уже весь из­ду­мал­ся вдоль и по­перек. Хва­тит. Прав­ду не скро­ешь.По­это­му я не мед­ля ни се­кун­ды вы­хожу из прос­торной бе­лой кух­ни, ко­торая с ут­ра по­рань­ше ус­пе­ла ме­ня раз­бу­дить и за­рядить энер­ги­ей на це­лый день, хо­тя, воз­можно, всё это сде­лала де­вуш­ка, со­пящая до это­го ря­дом со мной, одур­ма­нива­ющая ме­ня всё ут­ро сво­им пот­ря­са­ющим за­пахом. От ко­торо­го прос­то вы­вора­чивал­ся же­лудок и сно­сило кры­шу. Твою ж мать... Ее во­лосы пах­ли цит­ру­сами, за­тума­нивая мне ра­зум, и я не мог ус­нуть, по­это­му прос­то ле­жал нес­коль­ко ча­сов, наб­лю­дая за уми­рот­во­рен­но спя­щей Аней. Де­вуш­кой, ко­торая бы­ла нас­толь­ко прек­расной...Прос­то до дро­жания паль­цев. До бо­ли в кос­тях. До по­мут­не­ния, мать его, рас­судка.Ко­неч­но, я уже дав­но на­под­да­вал се­бе под­за­тыль­ни­ков за свое бляд­ское по­веде­ние. Точ­нее... пло­хое по­веде­ние.Я же дал се­бе сло­во, что не бу­ду ма­терить­ся да­же у се­бя в мыс­лях. Ре­шил из­ба­вить­ся от дур­ных при­вычек, так ска­зать, ха, смеш­но. Но как тут сдер­жать­ся, ког­да у те­бя вот-вот го­това ра­зор­вать­ся груд­ная клет­ка толь­ко от од­ной мыс­ли об этой ох­ре­нитель­ной де­вуш­ке. Са­мой иде­аль­ной из не­иде­аль­ных.Хмы­каю собс­твен­ным мыс­лям и бес­шумно от­кры­ваю дверь, заг­ля­дываю внутрь спаль­ни, до­жевы­вая ку­сок под­жа­рис­то­го хле­ба. К мо­ему удив­ле­нию, што­ры рас­кры­ты и яр­кий сол­нечный свет уже во всю ос­ве­ща­ет ком­на­ту, офор­млен­ную в свет­ло-зе­леные то­на. Слы­шит­ся пе­ние птиц — ок­но при­от­кры­то, про­пус­кая внутрь прох­ладный воз­дух.Не знаю из-за че­го, но по те­лу рез­ко рас­те­ка­ет­ся теп­ло, и я хо­чу петь о том, как я счас­тлив. Од­новре­мен­но мне хо­чет­ся ис­те­рич­но рас­сме­ять­ся от по­доб­ных мыс­лей. Сов­сем с ка­тушек съ­ехал, на хрен.Хэй, Тэ­хен, а раз­ве не по­ра уже ос­те­пенить­ся? Пе­рес­тать быть про­тиво­речи­вым ти­пом и пов­зрос­леть?И по­чему я ни нап­лю­нул на всё и ни при­летел рань­ше? На­до бы­ло пос­лать к чер­ту свою гор­дость и гре­бан­ную ра­боту уже дав­но!Вы­ныри­ваю из мыс­лей и ти­хо наб­лю­даю, как Аня сто­ит, нак­ло­нив­шись на по­докон­ник, упе­рев на не­го лок­ти. Из-за че­го у ме­ня от­кры­ва­ет­ся на­ичу­дес­ней­ший вид. Ведь на де­вуш­ке толь­ко моя по­лоса­тая фут­болка, ко­торая ед­ва прик­ры­ва­ет ее кру­жев­ные тру­сики, де­монс­три­ру­ющие ма­лень­кую и уп­ру­гую поп­ку. Я сра­зу пред­став­ляю как под­хо­жу к ней, об­хва­тываю её за та­лию и вжи­маю в сте­ну, це­луя, а по­том... Так, стоп. Быс­трая вол­на му­рашек про­каты­ва­ет­ся по мо­ему те­лу, от­да­ва­ясь пуль­са­ци­ей в па­ху, но я по­даль­ше за­пихи­ваю пош­лые мыс­ли, пе­рек­ры­вая их на вре­мя. В кон­це кон­цов, на дан­ный мо­мент я при­шел сю­да не для это­го. Хо­тя... Ким, ко­го ты об­ма­ныва­ешь? Од­но дру­гому не ме­ша­ет.Она так силь­но сей­час ув­ле­чена гля­дени­ем в ок­но, что да­же не за­меча­ет ме­ня, кра­дуще­гося за ее спи­ной, как буд­то я пе­ред­ви­га­юсь со­вер­шенно бес­шумно, как при­веде­ние. Де­вуш­ка да­же не ус­пе­ва­ет вскрик­нуть — моя ру­ка мо­мен­таль­но зак­ры­ва­ет ей рот. Дру­гой я при­тяги­ваю ее к се­бе за жи­вот. Уты­ка­юсь но­сом ей в во­лосы и де­лаю глу­бокий вдох, на­пол­няя лег­кие ее за­пахом. Бо­же-е-е...— По­чему ты так ра­но вста­ла, крош­ка? Ис­порти­ла весь сюр­приз, — хрип­ло шеп­чу ку­да-то в за­тылок. А по­том ос­тавляю лег­кий по­целуй на вис­ке. Бо­же мой, ка­кая же она слад­кая...— Тэ­хен! — на­конец оха­ет Аня, дер­нувшись, а я по­вора­чиваю ее за пле­чи и уса­живаю на по­докон­ник, сам встаю меж ее ног. Ух­мы­ля­юсь, дер­жа рас­сто­яние меж­ду на­шими ли­цами не бо­лее пя­ти сан­ти­мет­ров.Она мед­ленно про­жига­ет во мне ды­ру сво­им вни­матель­ным взгля­дом, из-за че­го я не мо­гу сдер­жать улыб­ку, зас­тавляя ее от­ветно нах­му­рить­ся. Рас­смат­ри­ваю ее блед­ные ред­кие вес­нушки на ак­ку­рат­ном но­су, ма­лень­кие пух­лые гу­бы, тём­но-зе­леные гла­за, об­рамлен­ные гус­ты­ми рес­ни­цами. Са­мая не­обыч­ная из обыч­ных.Ви­жу, как Аня бо­рет­ся с со­бой: то ли ки­нуть­ся мне на шею, то ли за­лепить под­за­тыль­ник. Вот не­зада­ча. Воз­можно, и то­го, и то­го я зас­лу­живаю в рав­ной сте­пени. Но мои мыс­ли все-та­ки скло­ня­ют­ся к пер­во­му ва­ри­ан­ту.Нак­ло­ня­юсь бли­же, что­бы де­вуш­ка по­чувс­тво­вала мое го­рячее ды­хание где-то на уров­не клю­чиц. Язык так и хо­чет об­лизнуть эту ям­ку, м-м-м...Ка­жет­ся, я за­мычал вслух, по­тому что Аня вздрог­ну­ла, а по­том на­чала уси­лен­но крас­неть, не зная ку­да се­бя деть. Чер­ные рес­ни­цы вздра­гива­ют, и она нак­ло­ня­ет­ся впе­ред, об­хва­тив мою шею ру­ками. Я бо­юсь ды­шать, мне ста­новит­ся страш­но прер­вать этот мо­мент... Чувс­твую се­бя школь­ни­ком, ко­торый впер­вые по­лучил по­целуй от од­ноклас­сни­цы. И я за­да­юсь воп­ро­сом: вдруг всё это прос­то сон? И я до сих пор на­хожусь в Ко­рее, ус­нув за ра­бочим сто­лом? Ка­кая не­лепая ложь!Щи­паю се­бя за но­гу (все-та­ки чувс­тва де­ла­ют из ме­ня ка­кого-то иди­ота). И я уже го­тов мор­щить­ся от бо­ли, как слы­шу вскрик. Ус­ме­ха­ясь про се­бя, я об­легчен­но взды­хаю. Ущип­нул, да не се­бя. Со­вер­шенно слу­чай­но. Без сар­казма (на­вер­ное).— Что ты де­ла­ешь? — Аня бь­ет ме­ня в пле­чо, пос­ле че­го ее ру­ка тя­нет­ся к мес­ту чуть ни­же ко­лена. Она не­году­ет. В прин­ци­пе, как и я.При­тяги­ваю ее к се­бе и смот­рю пря­мо в гла­за. Ее вы­дох на мо­ей ко­же, и я бла­жен­но прик­ры­ваю ве­ки.— Прос­то ре­шил про­верить...— Вдруг это сон? — за­кан­чи­ва­ет де­вуш­ка мою мысль, по­лучая мой бе­зобид­ный ки­вок. Мы смот­рим друг на дру­га. Гла­за в гла­за. Так глу­боко, что зах­ва­тыва­ет ды­хание. Но по­том про­ис­хо­дит неч­то стран­ное.Вне­зап­ная боль в жи­воте, и я сги­ба­юсь, пос­та­нывая и по­тирая мес­то, ко­торое в от­вет мне ущип­ну­ла Аня.— Ви­ног­ра­дова, — шип­лю я без зло­бы в го­лосе. Ну, мо­жет, я и сер­жусь, но сов­сем чуть-чуть.— Я то­же ре­шила про­верить, — шеп­чет она та­ким го­лосом, что я ед­ва сдер­жи­ваю же­лание наб­ро­сит­ся на нее с не­насыт­ным по­целу­ем, что­бы ста­щить фут­болку и по­валить на кро­вать, це­луя гу­бы до кро­ви.— Я уже ус­пе­ла сос­ку­чить­ся, — па­ру се­кунд спус­тя сму­щен­но го­ворит она, не от­ры­вая свой взгляд от ме­ня, и дот­ра­гива­ет­ся кон­чи­ком но­са мо­его.Я пог­ла­живаю ее бо­ка, во­дя ру­ками ту­да-сю­да.Аня.Она та­кая кра­сивая и та­кая моя.И ка­жет­ся, что это так пра­виль­но и так нуж­но. И сов­сем не­понят­но, как еще из мо­их глаз не сы­пят­ся ебан... сер­дечки, раз­бра­сыва­ясь вок­руг, за­топ­ляя при этом всё на бе­лом све­те.— Дав­но вста­ла?— Нет, толь­ко что, — она по­вора­чива­ет го­лову на­зад, смот­ря на ули­цу. — Прос­то ре­шила уз­нать, ка­кой вид от­кры­ва­ет­ся из тво­его ок­на. Ви­жу, ты ме­ня ви­дел так же хо­рошо, как и...Аня за­пина­ет­ся, и ее ще­ки на­чина­ют пок­ры­вать­ся ру­мян­цем. Она ста­ра­ет­ся унять дрожь в ко­ленях, по­ложив на них ру­ки. А я го­тов виз­жать как дев­чонка, лю­бу­ясь ее сму­щени­ем. Ви­димо, вспом­ни­ла все на­ши про­казы.— Как и? — це­лую ее уш­ко, трусь об не­го но­сом.Де­вуш­ка вы­вора­чива­ет­ся, хи­хикая:— Ще­кот­но.— Да?Зах­ва­тываю ее уш­ко гу­бами, в то вре­мя как де­вуш­ка из­ви­ва­ет­ся в мо­их ру­ках, сла­бо пы­та­ясь про­тес­то­вать.— Зна­ешь, я тут по­думал, — де­лаю па­узу, что­бы при­тянуть Аню поб­ли­же и чмок­нуть в ще­ку, — что зав­трак мо­жет по­дож­дать.— Что? — на­иг­ранно удив­ля­ет­ся она, под­няв бро­ви. — Ты ре­шил пре­неб­речь едой ра­ди ме­ня? Еда — это са­мая бо­жес­твен­ная вещь, ко­торая су­щес­тву­ет на све­те!— А тут я го­тов пос­по­рить. Секс — это са­мая бо­жес­твен­ная вещь, ко­торая су­щес­тву­ет на све­те, — ще­ки Ани тут же за­лились ру­мян­цем, ко­торый она пос­та­ралась скрыть, поп­равляя во­лосы. — И ни­куда зав­трак не де­нет­ся, раз­ве что ос­ты­нет.Опус­каю ру­ки на яго­дицы, го­товый в лю­бой мо­мент под­хва­тить де­вуш­ку.— Я еще да­же не умы­валась!— Бо­юсь, что ты да­же не ус­пе­ешь дой­ти до ра­кови­ны, — хрип­лю. Мои гу­бы ос­тавля­ют до­рож­ку по­целу­ев на шее, и я чувс­твую ее ус­ко­ря­юще­еся ды­хание.Вне­зап­но Аня от­талки­ва­ет ме­ня, и я ус­пе­ваю за­метить ис­крин­ки па­ники в ее гла­зах. Нап­ря­га­юсь, мои ру­ки креп­че сжи­ма­ют­ся вок­руг ее та­лии. Она обо­рачи­ва­ет­ся, а по­том быс­тро шеп­чет:— А вдруг ма­ма вер­ну­лась? Она мне дав­но уже не зво­нила. Это стран­но. А вдруг с ней что-то слу­чилось? Где мой те­лефон?Об­легчен­но взды­хаю. Ка­кая че­пуха... Слу­чилось, ко­неч­но...Од­ной ру­кой пог­ла­живаю ее спи­ну, ус­по­ка­ивая, а вто­рой дер­жу за под­бо­родок, по­тянув­шись за по­целу­ем.— Не пе­режи­вай, она не ско­ро вер­нется, — пря­мо в гу­бы.— Что? — вскри­кива­ет она гром­че, чем пла­ниро­вала, и са­ма ежит­ся от собс­твен­но­го го­лоса, но по­том бо­лее спо­кой­но до­бав­ля­ет: — Ты что-то сде­лал с мо­ей ма­мой?!Ее взгляд бе­га­ет по мне, а скла­доч­ка меж­ду бро­вей ука­зыва­ет на то, что она уси­лен­но пы­та­ет­ся по­нять при­чину всех бед на све­те.Я прыс­каю, ос­тавляя лег­кий по­целуй на гу­бах с улыб­кой на ли­це. Вспо­минаю ее мать и улы­ба­юсь еще ши­ре. Ко­неч­но, я ни­чего с ней не сде­лал, раз­ве что по­содей­ство­вал... В лю­бом слу­чае она бы­ла толь­ко ра­да и, воз­можно, за­нима­ет­ся сей­час не ме­нее ин­те­рес­ны­ми ве­щами.— Ни­чего я не де­лал, — не­вин­но от­ме­чаю я, все-та­ки под­хва­тывая соп­ро­тив­ля­ющу­юся де­вуш­ку на ру­ки. Но это дей­стви­тель­но бы­ла прав­да. Я к ней не при­касал­ся. Да и за­чем мне это? Прос­то я пот­ру­дил­ся нем­но­го и ре­шил од­ну проб­лемку. Мои ру­ки чис­ты, так же как на­мере­ния, в этом не сто­ит сом­не­вать­ся.— От­пусти ме­ня! — про­тес­ту­ет Аня, пы­та­ясь выр­вать­ся. Толь­ко де­ла­ет она это ско­рее из-за вред­ности, не­жели са­ма это­го хо­чет. — Что ты сде­лал?— Ни­чего я не де­лал.— Тэ­хен!Де­вуш­ка па­да­ет на кро­вать, а я тут же на­висаю свер­ху, как хищ­ник, пой­мав­ший свою жер­тву. Ух­мылка рас­тя­гива­ет­ся на мо­ем ли­це, а гла­за блес­тят от же­лания.— Что...За­тыкаю ее по­целу­ем, и мне да­же ка­жет­ся, что этот по­целуй бу­дет длить­ся веч­но. Нем­ножко гру­бый, но нам оп­ре­делен­но обо­им он нра­вит­ся. Гу­бы Ани рас­кры­ва­ют­ся под на­тис­ком мо­их, и я чувс­твую воз­раста­ющее воз­бужде­ние. Ту­ман об­во­лаки­ва­ет мою го­лову, и в ней пос­те­пен­но ис­че­за­ют все чувс­тва и эмо­ции, кро­ме страс­ти, же­лания и эй­фо­рии.На­ше ды­хание сме­шалось. Ста­ло труд­но ды­шать: мы за­дыха­лись, но не прек­ра­щали це­ловать­ся. Моя ру­ка сколь­зит вдоль ее те­ла, на­щупав край фут­болки, тя­нет ее вверх. На­ши гу­бы рас­ста­ют­ся, толь­ко что­бы из­ба­вить­ся от одеж­ды, и я де­лаю глу­бокий вдох.— Но... Тэ­хен...А она не сда­ет­ся...Я ус­ме­ха­юсь и при­кусы­ваю ее ниж­нюю гу­бу. Слы­шу, как про­тяж­ный стон вы­рыва­ет­ся из ее рта. Ру­ка Ани за­рыва­ет­ся в мои во­лосы, пе­реп­ле­та­ясь с ни­ми, и она при­жима­ет ме­ня бли­же. Хо­тя ка­залось: бли­же уже не­воз­можно. Но­ги об­ви­ва­ют­ся вок­руг тор­са. А я сно­ва и сно­ва с жад­ностью це­лую свою де­воч­ку, кра­соту ко­торой за­метил уже дав­но.-----Всё пом­ню.Буд­то это бы­ло вче­ра.В тот мо­мент я вер­нулся в Ко­рею на нес­коль­ко не­дель. Преж­де чем от­крыть фи­ли­ал на­шей стро­итель­ной ком­па­нии в Рос­сии, мне не­об­хо­димо бы­ло раз­грес­ти кое-ка­кие де­ла в са­мом Се­уле.В тот мо­мент я ус­тал пос­ле уто­митель­но­го пе­реле­та, во вре­мя ко­торо­го я не прек­ра­щал ра­ботать, изу­чая от­че­ты за пос­ледние ме­сяцы, по­это­му был нем­но­го не в ду­хе.Я был в глав­ном офи­се ком­па­нии «TH Group», в ко­торой с не­дав­не­го вре­мени стал ра­ботать.Вы­шел из ка­бине­та пред­ста­теля, по сов­мести­тель­ству сво­его от­ца, и слу­шал его при­чита­ния, так как уни­мать­ся он ни­как не хо­тел, выс­ка­зывая мне не­доволь­ства. Но мне бы­ло со­вер­шенно нас­рать на это.Меч­тал я толь­ко об од­ном: при­лечь на гре­бан­ную кро­вать хо­тя бы на па­ру ча­сов и ни о чем не ду­мать, так как двух­не­дель­ный не­досып и пос­то­ян­ные но­чев­ки на ра­боте вы­соса­ли из ме­ня все со­ки. Я еле дер­жался на но­гах, хо­тя ни­чего в мо­ем внеш­нем ви­де не го­вори­ло об этом: на­тяну­тая как стру­на спи­на, рас­прав­ленные пле­чи и вздер­ну­тый под­бо­родок. Хо­тя и при­сутс­тво­вала не­кая ско­ван­ность в дви­жени­ях, но не всем под си­лу бы­ло ее раз­гля­деть.— Я не стал учи­телем и ни­как не свя­зал свою жизнь с ис­то­ри­ей или язы­ками. Ты же это­го хо­тел? — мой го­лос был спо­ко­ен, но в ду­ше был ура­ган эмо­ций, ору­щий бла­гим ма­том.— Ни­как не свя­зал жизнь с язы­ками, ха! А ни­чего что ты жи­вешь уже нес­коль­ко лет в Рос­сии? Те­бе там что, ме­дом на­маза­но? — уси­лен­но жес­ти­кули­ровал ру­ками стар­ший Ким. Он аж за­пых­тел от не­годо­вания, а по­том при­нял­ся раз­гла­живать не­види­мые склад­ки на сво­ем до­рогом кос­тю­ме.У ме­ня выр­вался об­ре­чен­ный вздох.Блядь, как же я ус­тал от этих раз­го­воров. По­чему прос­то нель­зя от­стать от ме­ня?Что­бы зло не смот­реть на от­ца и как-то унять свой пыл, я при­нял­ся раз­гля­дывать вы­чищен­ные бо­тин­ки.Нас­ту­пила гне­тущая ти­шина. Бы­ло нас­толь­ко смер­тель­но ти­хо, что му­раш­ки за­шеве­лились под ру­баш­кой, пе­реби­рая сво­ими ма­лень­ки­ми не­види­мыми но­гами. Они бе­гали по спи­не, раз­дра­жая.Руг­нулся, при­кусив гу­бу.— Пе­ред то­бой от­кры­ва­ет­ся та­кая воз­можность! Как ты не ви­дишь это­го? Те­бе нуж­но по­рабо­тать все­го па­ру лет у ме­ня под ру­ководс­твом, пос­ле че­го ты ста­нешь пол­но­цен­ным ди­рек­то­ром ком­па­нии. У те­бя та­кой боль­шой по­тен­ци­ал, сын! А ты за­нима­ешь­ся ка­ким-то дерь­мом!Ко­зел.Как он сме­ет на­зывать то, че­му я пос­вя­тил жизнь, дерь­мом?Сжал ку­лаки, впи­ва­ясь паль­ца­ми в ла­дони. Отец всег­да вы­зывал у ме­ня при­лив от­ри­цатель­ных эмо­ций, хо­тя все вок­руг его счи­тали доб­рым и ве­лико­душ­ным че­лове­ком. Пол­за­ли как во­нючие та­рака­ны, го­товые в лю­бой мо­мент це­ловать его шер­ша­вые пят­ки. Мер­зость.— Ко­неч­но, — мед­ленно про­тянул я, рас­тя­гивая каж­дую бук­ву. — Я по­лучаю вто­рое выс­шее об­ра­зова­ние по тво­ему ука­занию, по­тому что дол­жен пре­неб­речь пер­вым. Я прос­то не по­нимаю, не­уже­ли ты так низ­ко це­нишь ра­боту пре­пода­вате­ля?— В ней нет бу­дуще­го.— Это не так, — ус­та­ло про­тянул я, так как от­ста­ивать свою точ­ку зре­ния бы­ло прос­то бес­по­лез­но. Мож­но вы­яс­нять от­но­шения хоть до рас­све­та, но не прий­ти к сог­ла­шению. — Я сог­ла­сен с тем, что ра­боту учи­теля в Рос­сии не так вы­соко це­нят, как в Ко­рее. И раз­ни­ца до­воль­но су­щес­твен­ная. Но да­же ес­ли я вер­нусь в Се­ул...— Ты не бу­дешь ра­ботать в шко­ле, — пе­ребил отец, зас­та­вив ме­ня хмык­нуть. Ну, ко­неч­но.Как же хо­телось ему вре­зать! А ведь рань­ше он не был та­ким упер­тым ба­раном: я ува­жал его ре­шения, хо­тя бы иног­да.Отец с детс­тва да­вал мне всё са­мое луч­шее в ма­тери­аль­ном пла­не, но ду­шев­но я все рав­но ос­та­вал­ся не­доволь­ным, по­тому что жаж­дал сов­сем не это­го.Он ду­мал, что это прос­то под­рос­тко­вые при­чуды, ког­да я за­писал­ся впер­вые на кур­сы рус­ско­го язы­ка, и да­же поз­во­лил мне от­пра­вит­ся в Мос­кву как уче­нику по об­ме­ну. Но кто знал, что всё так за­вер­тится, и мы сей­час бу­дет сто­ять в ко­ридо­ре зда­ния, при­над­ле­жаще­го се­мей­но­го биз­не­су, вы­яс­няя от­но­шения.— Ты ста­вишь мне пал­ки в ко­леса, не да­вая на­чать с ну­ля и наб­рать­ся опы­та. Я уже при­вык к это­му, отец, по­это­му сей­час я прос­то хо­чу про­дол­жить наш биз­нес в Рос­сии. В уго­ду те­бе. Та­кой ва­ри­ант те­бя ус­тра­ива­ет? Ка­жет­ся, мы всё ре­шили в прош­лый раз, — с нот­ка­ми през­ре­ния про­гово­рил я.Я знал, что он так прос­то от ме­ня не от­ста­нет. Ме­ня уже два ра­за пог­на­ли с ра­боты, ар­гу­мен­ти­руя сок­ра­щени­ем шта­та сот­рудни­ков, но я-то знал, что де­ло не в этом, пос­ле то­го как уви­дел объ­яв­ле­ние о по­ис­ке сот­рудни­ка в уч­режде­ние, в ко­тором я ра­ботал. К сло­ву, на ту дол­жность, с ко­торой ме­ня уво­лили.Ви­деть са­модо­воль­ное ли­цо от­ца как мож­но мень­ше — вот мое же­лание. А рас­сто­яние до Рос­сии не та­кое уж близ­кое, что­бы встре­чать­ся каж­дый день.— А ес­ли ты про­валишь­ся?— Та­кого не бу­дет, — не­замед­ли­тель­но от­ве­тил я.— Я даю те­бе два го­да, — мо­нотон­но проз­ву­чал го­лос от­ца в пус­том ко­ридо­ре. Как гром сре­ди яс­но­го не­ба.— Что?Я зна­читель­но нап­рягся, пы­та­ясь уло­вить в по­веде­нии от­ца ис­тинные мо­тивы.Ти­шина. Я те­ат­раль­но каш­ля­нул, прив­ле­кая вни­мание от­ца, ко­торый, ка­жет­ся, за­думал­ся, рас­смат­ри­вая пол, ведь он та­кой ин­те­рес­ный.— Пос­ле то­го, как ты про­валишь­ся (а у те­бя на это два го­да), бро­са­ешь все де­ла в Рос­сии, за­нима­ешь пред­ло­жен­ное мной мес­то, и Ко­рея ста­новит­ся тво­им пос­то­ян­ным мес­том жи­тель­ства. Это мои ус­ло­вия.— А ес­ли я добь­юсь ус­пе­ха? — хо­лод­но от­зы­ва­юсь я.— Смо­жешь за­нимать­ся тем, чем за­хочешь, и я не ста­ну пре­пятс­тво­вать это­му, хоть лис­товки стой-раз­да­вай, мне не бу­дет до это­го ни ка­кого де­ла.Я за­мер на се­кун­ду, за­думав­шись. Отец то­же ос­та­новил­ся, вы­жида­юще гля­дя на ме­ня. Он при­под­нял од­ну бровь с та­ким ви­дом, буд­то по­беда уже бы­ла у не­го в кар­ма­не, но я не на­мерен был так прос­то сда­вать­ся. По­это­му лишь по­выше под­нял под­бо­родок и фыр­кнул, за­сунув ру­ки к кар­ма­ны брюк, и де­монс­тра­тив­но под­нял бро­ви.Ме­ня ждет ох­ре­нитель­ный ус­пех, че­го бы мне это ни сто­ило.— До­гово­рились, — мы по­жали друг дру­гу ру­ки, и я нап­ра­вил­ся даль­ше по ко­ридо­ру, на хо­ду ло­вя фра­зу от­ца, про­из­не­сен­ную вор­чли­вым го­лосом.— Те­бе на­до по­быс­трее же­нить­ся на ко­ре­ян­ке, вот она бы те­бя точ­но ни­куда не от­пусти­ла, и имел бы ты боль­шой ус­пех в карь­ере, глу­пец.— Да­же не на­чинай, — на­рас­пев про­тянул я и свер­нул в бли­жай­ший ко­ридор, ус­ко­ряя шаг в на­деж­де, что отец не ре­шить пог­нать­ся за мной.Как уже по­нят­но из вы­ше­из­ло­жен­но­го... мое нас­тро­ение бы­ло оху­итель­но-дерь­мо­вым.Мои ру­ки про­дол­жа­ли на­ходить­ся в кар­ма­нах брюк. Спи­на ров­ная. Под­бо­родок при­под­нят. Еще по­выше. Вот так. Иде­аль­но.Я шел, абс­тра­гиру­ясь от это­го ми­ра, мне жут­ко не хва­тало воз­ду­ха, по­это­му я ре­шил ос­ве­жить­ся на бал­ко­не, на­ходя­щем­ся на вто­ром эта­же. До­воль­но быс­трым ша­гом я до­шел до ту­да и уже сто­ял у пе­рил, об­ло­котив­шись на них.Наб­лю­дал за людь­ми, что сну­ют око­ло вхо­да, на ко­торый мне от­кры­вал­ся хо­роший вид.И вот тут мое не­боль­шое вступ­ле­ние в ис­то­рии за­кан­чи­ва­ет­ся, по­тому что в тот мо­мент я уви­дел ее.Она шла вдоль зда­ния, с крас­ным ста­кан­чи­ком ко­фе в ру­ке. На ней был бе­лос­нежный са­рафан со спу­щен­ны­ми пле­чами, бла­года­ря че­му де­лал­ся ак­цент на вы­пира­ющих клю­чицах и длин­ной шее. Длин­ные вол­нистые во­лосы нис­па­дали до са­мой та­лии, и де­вуш­ка пос­то­ян­но поп­равля­ла их, а так же ве­нок из крас­ных цве­тов на ма­куш­ке.Я еще раз про­шел­ся по ее об­ра­зу, от­ме­чая, что ей бы луч­ше по­дош­ли бо­сонож­ки или от­кры­тые туф­ли на каб­лу­ке, де­лая фи­гуру бо­лее вы­рази­тель­ной, а не бе­лые ба­лет­ки, в ко­торые бы­ли обу­ты ее но­ги.Ско­рее все­го я об­ра­тил вни­мание на эту де­вуш­ку, по­тому что она не бы­ла ази­ат­кой, из-за че­го вы­деля­лась сре­ди ос­таль­ных про­ходя­щих ба­рышень. Я за­метил нес­коль­ко мо­лодых лю­дей, оце­нива­ющих ее сза­ди. Ви­димо, мы раз­де­ляли с ни­ми мне­ние об этой осо­бе. Их го­рящие гла­за и хит­рые улы­боч­ки зас­та­вили ме­ня хмык­нуть.Что уж го­ворить...Я бы из­рядно по­весе­лил­ся с ней ночью, имея во всех по­зах на кух­не, спаль­не, ко­ридо­ре...Эти мыс­ли бы­ли нас­толь­ко при­выч­ны­ми, но сей­час, в этот са­мый мо­мент они по­каза­лись мне ка­кими-то неп­ра­виль­ны­ми. Внут­ри ме­ня всё сжа­лось и нап­ряглось, что из­рядно уди­вило ме­ня.Не ска­зать, что де­вуш­ка яв­ля­лась ко­роле­вой кра­соты, но она бы­ла до­воль­на сим­па­тич­на, и что-то в ее внеш­ности при­тяги­вало глаз. Но что, я так оп­ре­делить тог­да и не смог, ведь нез­на­ком­ка не име­ла мо­дель­ной внеш­ности: длин­ных ног, оси­ной та­лии и пыш­ной гру­ди. Дли­на платья бы­ла дос­та­точ­но при­ем­ле­ма, воз­вы­ша­ясь над ко­леном на доб­рые де­сять, а то и пят­надцать сан­ти­мет­ров. А глу­бокий вы­рез на гру­ди нап­рочь от­сутс­тво­вал, что в це­лом зап­ре­щало наз­вать об­раз шлю­хова­тым. Но и ска­зать, что она бы­ла ан­гель­ско-не­вин­ной то­же слож­но­вато, хо­тя мож­но. Мо­жет, этим де­вуш­ка и за­мани­ва­ет? Но ведь каж­дая вто­рая де­вуш­ка ста­ра­ет­ся стро­ит из се­бя ан­ге­ла, но не каж­дая из них зас­тавля­ет за­дер­жать на се­бе взгляд.Еще раз ос­мотрел ее с ног до го­ловы, за­мед­ля­ясь на выс­ту­па­ющей гру­ди, и ос­та­новил­ся на ли­це, ко­торое яв­но ста­ло бли­же ко мне, по­тому что де­вуш­ка под­хо­дила к бал­ко­ну.Ее ще­ки оза­рял ру­мянец, и она не­понят­но кри­вила гу­бы, пос­то­ян­но ки­вая го­ловой, не­лов­ко пе­реби­рая од­ной ру­кой во­лосы, в то вре­мя как вто­рая на­мер­тво сжи­мала ко­фей­ный ста­кан­чик.И воз­ни­кал воп­рос, по­чему дан­ная осо­ба ве­ла се­бя так стран­но. Бла­го от­вет на­шел­ся быс­тро. Сто­ило лишь мо­ему взгля­ду мет­нуть­ся чуть пра­вее и нат­кнуть­ся на ни­зень­кую по­жилую ко­ре­ян­ку, что-то без умол­ку бол­та­ющую.За все вре­мя мо­лодая де­вуш­ка не от­кры­ла рта ни ра­зу, что го­вори­ло о том, что она прос­то не зна­ла ко­рей­ско­го и ста­ралась «под­держать» бе­седу из веж­ли­вос­ти. Вот же ду­роч­ка.Де­вуш­ка всё шла и шла, а го­лова её всё ки­вала и ки­вала, как у ки­тай­ско­го бол­ванчи­ка. Ба­буль­ка всё бол­та­ла и бол­та­ла, кое-как пе­ред­ви­гая сво­ими но­гами.И я хо­тел уже бы­ло от­вернуть­ся: они мне как-то нас­ку­чили.Но вне­зап­но де­вуш­ка бо­ком вре­залась в офис­но­го сот­рудни­ка (я сде­лал та­кой вы­вод из-за де­лово­го кос­тю­ма), ко­фе раз­ли­лось, пач­кая пид­жак и ру­баш­ку, пос­ле че­го упа­ло на ас­фальт, заб­рызгав но­ги нез­на­ком­ки. Я прыс­нул, по­давив сме­шок в ку­лаке, и те­перь ве­село наб­лю­дал за про­ис­хо­дящим.Ее платье ос­та­лось нет­ро­нутым, но она, ка­жет­ся, на это да­же не об­ра­тила вни­мания, вы­пучив гла­за, рас­смат­ри­вая ис­порчен­ным кос­тюм.Они сто­яли поч­ти у са­мого вхо­да, по­это­му я да­же мог ус­лы­шать об­рывки их фраз, на­вос­трив слух.— Бо­же... — ой, да она рус­ская. — I'm sorry...Даль­ше мне рас­слы­шать не уда­лось, по­тому что она на­чала что-то мо­нотон­но буб­нить, как про­фес­сор на лек­ции — я не мог ра­зоб­рать ни сло­ва. Пе­чаль­но.Муж­чи­на стал что-то от­ве­чать, и я, уз­нав его го­лос, на­конец удо­сужил­ся взгля­нуть на его ли­цо и за­лил­ся хо­хотом. Я смот­рел на ре­ак­цию дру­га, от­крыв­ше­го рот от удив­ле­ния. До это­го его по­белев­шее ли­цо вдруг пок­ры­лось крас­ны­ми пят­на­ми.Пак Чи­мин, сот­рудник от­де­ла пла­ниро­вания «TH Group», мой хо­роший друг со вре­мен сред­ней шко­лы. Да­же рас­сто­яние не смог­ло под­портить на­шу друж­бу: мы пе­репи­сыва­лись и встре­чались при каж­дом удоб­ном слу­чае.Чи­мин за­метил ме­ня, мет­нув в мою фи­гуру па­ру мол­ний. Мой рот ни­как не хо­тел прек­ра­щать сме­ять­ся, по­это­му па­рень за­катил гла­за, про­бур­чав что-то, по­ка де­вуш­ка рас­пи­налась пе­ред ним, сгор­бившись, ста­ра­ясь вы­вес­ти пят­но сал­феткой, ко­торую черт зна­ет от­ку­да она раз­до­была.По­жилая ко­ре­ян­ка в это вре­мя кри­чала на всю ули­цу о том, как пра­виль­но вы­водить пят­на с бе­лых ру­башек, и тре­бова­ла с Чи­мина не­замед­ли­тель­но на­чать за­писы­вать ее сло­ва.Кое-как ус­по­ко­ив­шись, я мах­нул дру­гу и по­казал знак те­лефо­на ру­кой, пос­ле че­го скрыл­ся, по­кинув бал­кон.Чи­мин за­шел ко мне в ка­бинет при­мер­но че­рез час в но­вой ру­баш­ке и без пид­жа­ка, в то вре­мя как я си­дел за сто­лом и раз­дра­жен­но пос­ту­кивал по не­му, прос­матри­вая кое-ка­кие до­кумен­ты. Быс­тро взгля­нул на не­го ис­подлобья и ска­зал:— Ви­жу, ты по­терял кое-ка­кую часть одеж­ды. В сле­ду­ющий раз при­дешь без шта­нов?— Ой, зат­кнись, — про­тянул друг и плюх­нулся в крес­ло у ок­на. — Дочь ди­рек­то­ра рос­сий­ской выс­та­воч­ной ком­па­нии ре­шила угос­тить ме­ня ко­фей­ком, но не очень удач­но.Я отор­вался от бу­маг.— Дочь ди­рек­то­ра? А, нас­лы­шан-нас­лы­шан. Они хо­тят по­лучить арен­ду ни­же ры­ноч­ной сто­имос­ти за зда­ние, пос­тро­ен­ное по са­мым пос­ледним мод­ным тен­денци­ям, — про­гово­рил я, на что Чи­мин сог­ласно за­кивал.— Не ду­маю, что у них это по­лучит­ся, хо­тя та да­моч­ка до­воль­но упер­тая. Она об­ра­ща­ет­ся со сво­ей до­черью как с пя­тилет­ней, хо­тя де­вуш­ке не мень­ше пят­надца­ти. И она очень да­же сим­па­тич­ная.— Ви­дел.Чи­мин смот­рел на ме­ня, ув­ле­чен­но чи­та­юще­го до­кумен­ты. Мои гла­за бе­гали по строч­кам, иног­да ос­та­нав­ли­ва­ясь.— И это всё? — уди­вил­ся ко­ре­ец.— Ты хо­чешь от ме­ня еще что-то ус­лы­шать?— А как же: «О, да, она нас­толь­ко оху­ен­на, что бы вы вса­дил ей по...»Пак не до­гово­рил, по­тому что пой­мал мой ярос­тный взгляд. Я сглот­нул.— Да что с то­бой та­кое?Да, что со мной та­кое?— Не в ду­хе? — не­годо­вал друг. Он поп­ра­вил чер­ную чел­ку и по­ложил но­гу на но­гу. — Или та рус­ская кра­сави­ца прос­то не в тво­ем вку­се? Но что-то в ней есть, она до­воль­но ми­лая.Ко­неч­но, ми­лая. Имен­но по­это­му не зас­лу­жива­ла по­доб­ных слов, хо­тя из­на­чаль­но я толь­ко и ду­мал о то, как хо­рошо бы­ло бы с ней пе­репих­нуть­ся. Да что уж там, я и сей­час об этом ду­маю. Чер­то­ва оза­бочен­ность.И во­об­ще ка­кого хре­на я об этом ду­маю? Всё. Прек­ра­щай.— Она школь­ни­ца? — как бы нев­зна­чай спро­сил я, но Чи­мин не­до­уме­ва­юще вы­тара­щил на ме­ня гла­за и по­жал пле­чами.Нас­ту­пила не­лов­кая па­уза, ко­торую я прер­вал нер­вным смеш­ком. От­ло­жил бу­маги в сто­рону и от­ки­нул­ся на спин­ку сту­ла, прик­ры­вая гла­за.— Ус­тал как со­бака, — про­мычал я, про­водя ла­донью по ли­цу.И это дей­стви­тель­но бы­ло прав­дой.— И бу­ду па­хать еще два го­да.— По­чему имен­но два? — Чи­мин встал у ши­роко­го ок­на, вгля­дыва­ясь вдаль.— Ка­жет­ся, нам по­ра вы­пить, а пе­ред этим, — я под­нял ру­кав пид­жа­ка, смот­ря на на­руч­ные ча­сы, — нуж­но кое-что под­пи­сать.Не из­да­вая ни зву­ка, Чи­мин воп­ро­ситель­но пос­мотрел на ме­ня, жаж­дая про­дол­же­ния.— Сде­ла­ем-ка той рус­ской выс­та­воч­ной ком­па­нии скид­ку, рав­ную воз­расту до­чери ди­рек­то­ра. Кста­ти, твоя за­дача уз­нать: сколь­ко ей лет.— Тэ­хен, толь­ко не го­вори, что ты вт...— И от­цу об этом знать не обя­затель­но, по­ка что.— Ты не шу­тишь? Не­уже­ли ты, Ким Тэ­хен, и...— И кон­тракт при­несешь ко мне в ка­бинет сам, лич­но. Я под­пи­шу. Знать сво­их ге­ро­ев в ли­цо им не обя­затель­но. Ах, я ж та­кой стес­ни­тель­ный, — та­рато­рил я без умол­ку.— Бля, ты дашь мне до­гово­рить или нет? — прик­рикнул Чи­мин, сло­жив ру­ки на гру­ди. Я бо­ял­ся ус­лы­шать его воп­рос, и он по­нимал это.— Нет, — про­пел я и ут­кнул­ся в бу­маги, чуть ли не за­рыв­шись в них с го­ловой.Пос­ле это­го я ви­дел рус­скую нез­на­ком­ку один раз. Она си­дела в хол­ле на пер­вом эта­же, ут­кнув­шись в те­лефон. Ви­димо, до­жида­лась свою мать, ко­торая бы­ла на встре­че по по­воду кон­трак­та с мис­те­ром Ли, мо­им по­мощ­ни­ком, ведь имен­но ему я по­ручил это де­ло. И не про­гадал.Ли Дон­хен был раз­ве­ден­ным муж­чи­ной сред­них лет, спо­кой­ным и рас­су­дитель­ным. И хо­тя в ра­боте он от­ли­чал­ся за­вид­ным усер­ди­ем и по­нима­ни­ем все­го про­ис­хо­дяще­го, в жиз­ни с жен­щи­нами был чрез­мерно роб­ким и зас­тенчи­вым. Я час­то да­вал ему со­веты, как под­ка­тить к той или иной сот­рудни­це, но он ни­ког­да не вы­пол­нял их, спо­тыка­ясь на пер­вом же ша­ге, по­это­му жен­щи­на ему тре­бова­лась со стер­жнем. Че­му я очень ра­довал­ся. Уже в бу­дущем прав­да.Два го­да спус­тя судь­ба вновь свя­зала ме­ня с выс­та­воч­ной ком­па­ни­ей, ди­рек­то­ром ко­торой бы­ла Ви­ног­ра­дова-стар­шая. Они сно­ва на­пом­ни­ли о се­бе.Их ком­па­ния за­хоте­ла за­полу­чить на­ше луч­шее зда­ние, но уже в Рос­сии, на ро­дине. Так как мой биз­нес шел пол­ным хо­дом и на­ше ко­рей­ское ка­чес­тво бы­ло до­воль­но вос­тре­бова­но на рын­ке, те­перь уже мои зда­ния пред­став­ля­ли ин­те­рес для выс­та­вок.— Ме­нед­жер Ли, пе­рего­вори с Ви­ног­ра­довой сам, по­том мне всё рас­ска­жешь. Я се­год­ня за­нят, — в тот мо­мент я по­тяги­вал­ся на офис­ном сту­ле, крях­тя и раз­ми­ная кос­точки, всем ви­дом по­казы­вая, что у ме­ня очень мно­го ра­боты.Мис­тер Ли кив­нул, го­товый в лю­бой мо­мент прис­ту­пить.— И еще, — мой го­лос пой­мал его у две­ри, — уз­най ее до­маш­ний ад­рес.— За­чем? — уди­вил­ся тот. — И как?— Ой, при­думай что-ни­будь, ты же ум­ный, — бро­сил я, вклю­чая но­ут­бук, за­вер­шая тем са­мым раз­го­вор.В тот же ве­чер я пе­ре­ехал в квар­ти­ру нап­ро­тив. Нап­ро­тив их окон.За­чем?Я до сих пор не знаю.Что мной тог­да ру­ково­дило?Ка­кое-то внут­реннее чувс­тво?На­вер­ное.Не смот­ря на то, что я ра­ботал не пок­ла­дая рук, у ме­ня не бы­ло боль­шо­го ко­личес­тва дру­зей в Рос­сии, и мне бы­ло прос­то скуч­но­вато по­рой по ве­черам. А ве­селить­ся хо­чет­ся всег­да. И тут я ре­шил по­иг­рать.На сле­ду­ющий день по при­ез­де на ра­боту я об­на­ружил, что за­был но­ут­бук до­ма. Ма­терясь, я вер­нулся за ним, а по­том из ок­на гос­ти­ной уви­дел ее в боль­шом пу­хови­ке и му­сор­ным па­кетом в ру­ке. Ее во­лосы бы­ли не очень длин­ны­ми и слег­ка выг­ля­дыва­ли из шап­ки, что нес­коль­ко рас­тро­ило ме­ня, ведь де­вушек с длин­ны­ми во­лоса­ми я счи­таю бо­лее прив­ле­катель­ны­ми и ма­нящи­ми. Ли­цо Ани (на тот мо­мент я уже знал ее имя, по­тому что мис­тер Ли смог дос­тать пол­ное досье на мать Ви­ног­ра­довой; о том, как он это сде­лал, я ста­рал­ся не ду­мать) бы­ло слиш­ком уми­рот­во­рен­ным, хо­тя ря­дом с ней шла прис­та­вучая ста­руш­ка, ко­торая ус­пе­ла при­копать­ся ко мне вче­ра же ве­чером, по­это­му ве­ро­ят­ность то­го, что де­вуш­ка слу­шала со­сед­ку рав­ня­лась ну­лю. Я знал, что ве­чером Аня бу­дет си­деть до­ма, как и то, что она бу­дет смот­реть в ок­но из сво­ей ком­на­ты, все-та­ки бол­тли­вая по­жилая да­моч­ка по­мог­ла мне с мо­им пла­ном под наз­ва­ни­ем: «По­весе­лить­ся с Ан­ной Ви­ног­ра­довой».К ве­черу я приг­ла­сил до­мой на­шу но­вую сек­ре­тар­шу, ко­торая всю не­делю пус­ка­ла в мою сто­рону ахи и охи, яв­но не со­бира­ясь ра­ботать, по­это­му уво­лить я её ре­шил нем­но­го не­обыч­ным спо­собом, пос­ле тра­ха на ди­ване, ес­ли быть точ­нее.Аню, смот­ря­щую в ок­но, я за­метил сра­зу, как толь­ко мы по­дош­ли к подъ­ез­ду, по­это­му раз­вле­кал­ся я как мог, а не под­мигнуть ей пе­ред тем, как зак­рыть што­ры в тот мо­мент, бы­ло бы прос­то гре­хом. Хоть ка­кое-то чувс­тво сты­да у ме­ня бы­ло, ко­неч­но, по­это­му всё на­ше со­вокуп­ле­ние с уже уво­лен­ной сек­ре­тар­шей ви­деть Ане бы­ло не к че­му.Моя но­вая со­сед­ка под­гля­дыва­ла за мной, и мне это, что уж скры­вать, бе­зум­но пон­ра­вилось. Я хо­тел, что­бы она смот­ре­ла на ме­ня и пря­тала взгляд, ког­да я за­мечал ее. Сму­щалась, крас­не­ла и хо­тела.Я дей­стви­тель­но (поч­ти) за­был о ней за то вре­мя, что не ви­дел ее, но сей­час буд­то ка­кая-то одер­жи­мость зах­ва­тила ме­ня. Мне хо­телось по­иг­рать с ней, что­бы по­том зав­ла­деть. В тот мо­мент я ду­мал толь­ко о фи­зичес­ком пла­не вла­дения, но сей­час по­нял, что не толь­ко он был ва­жен. Да­же не так. Сов­сем не он.Не­уже­ли вот она ка­кая... влюб­ленность с пер­во­го взгля­да?Это бы­ла не лю­бовь, ко­неч­но, но и не сим­па­тия. Что-то... неч­то боль­шее. Влюб­ленность.При этих мыс­лях му­раш­ки пок­ры­ли все те­ло, и воз­ду­ха ста­ло ка­тас­тро­фичес­ки не хва­тать. Ким Тэ­хен, что с то­бой?И как бы стыд­но мне ни бы­ло, мне сто­ит приз­нать­ся, что с гру­дас­той брю­нет­кой у нас так и не по­лучи­лось за­нять­ся сек­сом, по­тому что фра­зу «прос­ти, ми­лая, ты уво­лена», сто­ило про­из­но­сить уже пос­ле то­го, как вой­ду в нее. По­это­му я рас­крыл што­ры и сто­ял пос­ме­ива­ясь над сло­жив­шей­ся си­ту­аци­ей с пок­раснев­шей от по­щечи­ны ще­кой, а тут рас­те­рян­ная Аня ре­шила выг­ля­нуть в ок­но, чем нас­ме­шила ме­ня еще боль­ше.Сле­ду­ющая на­ша встре­ча про­изош­ла ут­ром на дру­гой день. Бы­ло вос­кре­сенье, по­это­му на ра­боте мне бы­ло по­яв­лять­ся не обя­затель­но, тем бо­лее день был уко­рочен до ми­ниму­ма, а про­верить ис­прав­ленные ко­сяки ра­бот­ни­ков я мог и в по­недель­ник. Но я был бы не со­бой, ес­ли бы не ре­шил ид­ти за жвач­кой с ут­ра по­рань­ше, а тут Аня с ма­мой как раз кста­ти. Иг­ра в гля­дел­ки, из-за ко­торой Ан­на го­това бы­ла упасть в об­мо­рок, уж нас­толь­ко блед­на она бы­ла. Соб­лазни­тель­ный взгляд, лег­кое ка­сание — я всё сде­лал мас­тер­ски, че­му был без­мерно рад. Ну, уж боль­но сто­рони­лась она ме­ня, а это нуж­но бы­ло ис­прав­лять.Што­ры Аня не от­кры­вала, а из до­ма буд­то и не вы­ходи­ла, по край­ней ме­ре во дво­ре мы ни ра­зу не встре­чались в пос­ле­ду­ющие дни. Я да­же приг­ла­шал до­мой но­вую сек­ре­тар­шу, ра­бота­ла она прав­да пло­хо (во всех смыс­лах), по­это­му за­дер­жа­лась сов­сем не­надол­го. Вско­ре мне на­до­ело бе­сить­ся до­ма по ве­черам, по­это­му ре­шил дей­ство­вать нап­ро­лом.— Кто? — про­буб­ни­ла она тог­да, что-то, ка­жет­ся, жуя, из-за че­го я не мог не ус­мехнуть­ся, кач­нув го­ловой.Пятью ми­нута­ми ра­нее я еще си­дел на ди­ване в гос­ти­ной, со злостью сжи­мая под­ло­кот­ник. Я не знал как ути­хоми­рить свою одер­жи­мость, по­это­му прос­то вы­летел из до­ма в од­ной фут­болке и джин­сах, а во дво­ре, на ми­нуточ­ку, бы­ла зи­ма.Прос­то поз­во­нил в дверь, ста­ра­ясь от­ды­шать­ся от слиш­ком быс­тро­го ша­га. На­жал на зво­нок, не имея ни­како­го по­нятия, что го­ворить и де­лать даль­ше.Ког­да Аня по­няла, что за дверью стою я, она так за­каш­ля­лась, что я ре­аль­но ис­пу­гал­ся, как бы де­вуш­ка ни от­бро­сила конь­ки пря­мо у се­бя в ко­ридо­ре.А по­том еще и этот крах­мал, не знаю, от­ку­да он во­об­ще взял­ся.— Мне ну­жен крах­мал. Я го­товил, но в пос­лед­ний мо­мент за­ме­тил, что нет са­мого важ­но­го ин­гре­ди­ен­та, — буб­нил я тог­да, как буд­то в бре­ду, не по­нимая, что не­су. Я ста­рал­ся ос­та­вать­ся не­воз­му­тимым (не­воз­му­тимым соб­лазни­телем, да­вай­те бу­дем чес­тны друг с дру­гом), хо­тя мне хо­телось хо­хотать, что­бы грудь сот­ря­салась от сме­ха, но де­вуш­ка бы прос­то не по­няла при­чину мо­его не­кон­тро­лиру­емо­го сме­ха, зам­кнув­шись еще боль­ше, а это­го до­пус­тить бы­ло нель­зя.Я из­де­вал­ся над ней, а тут как раз по­дош­ла лю­бящая по­бол­тать ста­руш­ка, Ва­сили­са Ива­нов­на, так что мне не сос­та­вило тру­да пос­тро­ить ей глаз­ки и по­жало­вать­ся на со­седуш­ку, ко­торая за­жала для бед­но­го ко­рей­ца крах­мал.Ког­да я сто­ял ря­дом с ней в ее квар­ти­ре, мне ка­залось, буд­то у ме­ня под­ка­шива­ют­ся но­ги, но я на­де­ял­ся, что Аня чувс­тво­вала неч­то по­доб­ное.Так до офи­гения стран­но.Я не был с ней лич­но зна­ком, но вдруг по­нял, что бе­зум­но ску­чал. По во­лосам (по­чему же ты их отс­триг­ла, ду­реха?), ру­мяным ще­кам и лег­кой, ед­ва за­мет­ной улыб­ке.Гос­по­ди, раз­ве та­кое воз­можно?В тот мо­мент я не сдер­жался и нак­ло­нил­ся к ней, стоя за ее спи­ной. Аня пах­ла как-то по осо­бен­но­му. Об­лизнул­ся. Кос­нулся но­сом ее уш­ка. Я мыс­ленно кри­чал о по­мощи, по­тому что сто­ило этой дев­чонки еще хоть раз так тя­жело вздох­нуть, я бы точ­но кон­чил пря­мо там.По­это­му я соб­рал всю си­лу в ку­лак и про­шеп­тал:— Пе­рей­дем на кух­ню?И мы прош­ли ту­да. А я все вре­мя ду­мал о ее гу­бах: ка­кого это ка­сать­ся их? про­бовать их на вкус? м?Я пы­тал­ся най­ти се­бе оп­равда­ние за по­доб­ное не­дер­жа­ние, но прос­то не мог. Мне бы­ло не­дос­та­точ­но ее бли­зос­ти, хо­тел еще.Ух­ва­тил­ся за со­ломин­ку, вспом­нив про чай, но Ане бы­ло слиш­ком не­лов­ко, что­бы пред­ло­жить его мне, по­это­му она хо­тела пос­ко­рее из­ба­вит­ся от мо­ей ком­па­нии. Я ви­дел это по ее нер­вным жес­там, бе­га­ющим гла­зам и ти­хому го­лосу.Тог­да я впер­вые рас­смот­рел ее ли­цо: гла­за, нос, гу­бы. Гу­бы... Ах, эти гу­бы прос­то све­ли ме­ня с ума. И я го­тов был вспо­минать но­мер пси­хи­ат­ри­чес­кой боль­ни­цы, мо­лясь са­тане, лишь бы сер­дце пе­рес­та­ло так бе­шено ко­лотить­ся.Я по­кинул ее дом ль­ви­ной по­ход­кой, не за­быв оце­нить ее зад, все-та­ки взяв се­бя в ру­ки.То, что про­ис­хо­дило даль­ше, да­же вспо­минать стыд­но... Пф, на са­мом де­ле нет.Я да­же гор­дился сво­ими пос­тупка­ми. Не­кото­рыми.Я час­тень­ко хо­дил до­ма го­лышом, и не толь­ко тог­да, ког­да в мо­ей пос­те­ли бы­ла ка­кая-ни­будь де­вица. А тут с от­кры­тыми што­рами, да еще и с ми­ловид­ной де­вуш­кой, жи­вущей в подъ­ез­де нап­ро­тив, све­тить го­лым за­дом бы­ло очень уж за­нима­тель­но. Осо­бен­но ког­да со­сед­ка от сму­щения и удив­ле­ния (все мы по­нима­ем, что там у ме­ня ого-го ка­кое удив­ле­ние) па­да­ет с по­докон­ни­ка. В об­щем, я ве­селил­ся как мог.Не пом­ню ког­да точ­но она по­цело­вала ме­ня в ка­фе, но это был са­мый луч­ший ужин в мо­ей жиз­ни. Хо­тя наз­вать это ужи­ном стран­но, и как-то язык не по­вора­чива­ет­ся, ведь я ни­чего тол­ком не ел, раз­ве что пил ко­фе и ко­вырял пи­рож­ное. Но это всё ерун­да, ведь важ­ность то, мать его, в дру­гом.Ког­да ме­ня рез­ко раз­верну­ли, и чу­жие гу­бы нак­ры­ли мои, мне пот­ре­бова­лась се­кун­да, что­бы сфо­куси­ровать взгляд и по­нять, что пе­редо мной Аня. Ко­неч­но, я стал от­ве­чать, со­вер­шенно не за­думы­ва­ясь, по­чему она ре­шила это сде­лать, но ког­да де­вуш­ка от­кры­ла гла­за, ее слов­но то­ком уда­рило. От­ско­чила от ме­ня как не­нор­маль­ная и сбе­жала, я да­же по­рывал­ся ее ос­та­новить, но пе­реду­мал.По­чему Аня так сде­лала, я ло­гичес­ки се­бе так и не смог объ­яс­нить, но па­ру дней хо­дил с ту­пой улы­боч­кой на ли­це. Так. На вся­кий слу­чай. Кол­ле­ги по ра­боте да­же ин­те­ресо­вались, всё ли у ме­ня хо­рошо, что нес­коль­ко ве­сели­ло ме­ня.— Ви­жу, у те­бя хо­рошее нас­тро­ение, Тэ­хен, — мед­ленно про­из­нес тог­да Фе­дотов. Он за­нимал­ся фи­нан­са­ми, по­это­му пос­та­вил на мой стол боль­шую стоп­ку бу­маг, из-за ко­торой я мог ви­деть толь­ко по­толок ка­бине­та и до­воль­ное ли­цо Иго­ря. Выг­ля­дело это так, буд­то его го­лова, отор­вавше­еся от те­ла, по­ко­илась на са­мой вер­хушке до­кумен­тов. Ме­ня да­же пе­редер­ну­ло.— Как ви­дишь, — теп­ло отоз­вался я.— И это хо­рошо, — он сде­лал не­боль­шую па­узу. — У ме­ня к те­бе од­но дель­це.Я вы­жида­юще при­под­нял бро­ви.— Мы зна­комы мно­го лет, по­это­му я знаю твою тя­гу к зна­ни­ям...Мы дей­стви­тель­но зна­ли друг дру­га дос­та­точ­но дол­го. Де­сять лет — это не­малень­кий срок. Игорь был тем са­мым школь­ни­ком, в семью ко­торо­го я ког­да-то при­летел как уче­ник по об­ме­ну.— Бли­же к де­лу, Игорь.— Моя же­на ухо­дит в дек­рет, нуж­на вре­мен­ная за­мена на ее пред­мет, по­ка ни най­дут но­вого пре­пода­вате­ля.— Что за пред­мет?— Ко­рей­ский язык, — до­воль­но зак­лю­чил Фе­дотов, по­тыкав паль­цем в стоп­ку бу­маг, я по­наб­лю­дал за его жес­том.— О, нет, спа­сибо.Муж­чи­на про­вел взгля­дом по сто­лу, по­том упер­ся ру­ками в де­рево и наг­нулся, став бли­же ко мне, чем не­мало за­ин­три­говал ме­ня сво­ей за­гадоч­ностью.— Ин­на час­то мне рас­ска­зыва­ет о сво­ей ра­боте и сту­ден­тах, — ти­хо про­из­нес друг. — И од­но имя сту­ден­тки по­каза­лось мне боль­но зна­комым.— Я жду, — мой го­лос проз­ву­чал ров­но, но я со всем усер­ди­ем, на ка­кое спо­собен, де­лал вид, что при­сутс­твие Иго­ря ме­ня из­рядно уто­мило. Но я уже каж­дой кле­точ­кой те­ла ощу­щал его от­вет.— Ан­на. У те­бя есть од­на по­пыт­ка, что­бы от­га­дать ее фа­милию.Кровь при­лила к го­лове, и я тя­жело сглот­нул, пос­ле че­го до­воль­ная ух­мылка ук­ра­сила мое ли­цо. Как же быс­тро мо­жет по­менять­ся мне­ние от об­сто­ятель­ств. Ка­кая пре­лесть.И да. Ко­неч­но, я сог­ла­сил­ся.Факт то­го, что Аня хо­рошо зна­ла ко­рей­ский ра­зоз­лил и об­ра­довал ме­ня од­новре­мен­но. Сна­чала вол­на гне­ва ока­тила ме­ня с го­ловой из-за то­го, что я не уз­нал об этом рань­ше, но по­том ме­ня от­пусти­ло, и я да­же по­думал, что зна­ние мо­его род­но­го язы­ка де­вуш­кой да­же к луч­ше­му. Я был за­ин­те­ресо­ван. В кон­це кон­цов, я мо­гу ска­зать ей все, что за­хочу, не опа­са­ясь то­го, что мо­гут по­думать при­сутс­тву­ющие. В Рос­сии бы­ли еди­ницы тех, кто го­ворил так же, как она.В тот же ве­чер, ког­да Ви­ног­ра­дова уз­на­ла, что я ее но­вый пре­пода­ватель ко­рей­ско­го, она из­рядно на­пилась, пой­мав ме­ня у подъ­ез­да. Уже поз­дним ве­чером, поч­ти ночью я воз­вра­щал­ся до­мой пос­ле уто­митель­но­го дня на ра­боте: чуть не сор­вался кон­тракт, над ко­торым мы ра­бота­ли це­лый год. Приш­лось из ко­жи вон вы­лезть, что­бы уре­гули­ровать кон­фликт, ко­торый мог на­нес­ти зна­читель­ный ущерб ком­па­нии, но все прош­ло спо­кой­но и да­же в ка­кой-то сте­пени хо­рошо, по­это­му я был слиш­ком ус­тавшим и из­мо­тан­ным, что­бы кон­такти­ровать с людь­ми, а тем бо­лее ве­селить­ся. А вот Аня бы­ла нас­тро­ена на сов­сем дру­гой лад, я ее кое-как ус­ми­рил и уго­ворил лечь спать; хло­пот той ночью она мне ус­тро­ила не­мало, че­го толь­ко стир­ка сто­ит.За­то ут­ро вы­далось от­личным, я хо­рошень­ко по­из­де­вал­ся над де­вуш­кой и да­же поз­на­комил­ся с ее ма­терью, ко­торая так и не уз­на­ла в ли­цо ди­рек­то­ра фир­мы, с ко­торой она уже дваж­ды под­пи­сала до­воль­но вы­год­ные кон­трак­ты, взяв нес­коль­ко зда­ний в арен­ду. Ин­те­рес­но, ког­да до нее дой­дет эта ин­форма­ция? Я да­же хо­тел бы­ло офи­ци­аль­но пред­ста­вить­ся, ведь жен­щи­на бы сра­зу ста­ла сва­тать свою дочь за ме­ня... Что за хер­ня опять у ме­ня в го­лове?Вско­ре Аня уг­лу­билась в уче­бу, иг­но­рируя ме­ня, да и двой­ная ра­бота спо­кой­но ды­шать не да­вала, вы­сасы­вая энер­гию че­рез тру­боч­ку так, что иног­да не бы­ло сил да­же под­нять­ся с пос­те­ли. И в ито­ге я за­болел. Ид­ти, а тем бо­лее ле­жать в боль­ни­це не бы­ло ни­како­го же­лания, по­это­му я прос­то поз­во­нил зна­комо­му вра­чу, про­кон­суль­ти­ровав­шись с ним. Пос­ле ос­мотра он вы­писал це­лый спи­сок не­понят­ных ле­карств и нас­то­ятель­но про­сил об­ра­тить­ся в боль­ни­цу, ес­ли ста­нет ху­же. Я лишь ут­верди­тель­но ки­вал, об­ли­зывая пе­ресох­шие гу­бы.По пу­ти из ап­те­ки я встре­тил по­жилую со­сед­ку, ко­торая вся за­оха­ла, лишь раз взгля­нув на ме­ня.— Как-то ты пло­хо выг­ля­дишь, мой ми­лый, — при­чита­ла та. — А схо­ди-ка к Крис­тинке, она у нас мед­сес­тра, пусть гля­нет те­бя.— Все в по­ряд­ке, не пе­режи­вай­те, — буб­нил я, ста­ра­ясь быть веж­ли­вым, а сам меч­тал как мож­но быс­трее сва­лить от нее.— Она жи­вет в подъ­ез­де нап­ро­тив, схо­ди. Ху­же не бу­дет, а так по­может, гля­дишь, — скри­пел ее го­лос так, что хо­телось зас­то­нать. — Ты ее, на­вер­ное, ви­дел, та­кая ми­лая мо­лодая де­вуш­ка, чем-то по­хожа на Анют­ку Ви­ног­ра­дову.— Уко­лы она ста­вить уме­ет?— Крис­ти­на-то? Ко­неч­но-ко­неч­но!Я стол­кнул­ся с ней в подъ­ез­де, ког­да под­ни­мал­ся на чет­вертый этаж. За­дум­чи­во ос­мотрел де­вуш­ку и сра­зу по­нял, что она та са­мая мед­сес­тра. Бы­ва­ет так, что лю­ди по­хожи на свою про­фес­сию. Вра­чей, учи­телей, про­дав­цов, ху­дож­ни­ков и му­зыкан­тов мож­но уз­нать по гла­зам, жес­там и раз­го­вору.— При­вет. Ты Крис­ти­на? — об­ло­котил­ся на сте­ну, чувс­твуя как пе­лена на­чина­ет зас­ти­лать гла­за. И мне со­вер­шенно бы­ло нас­рать на то, что я сра­зу на­чинал го­ворить с нез­на­ком­кой не­фор­маль­но. Бы­ло прос­то по хер, так дерь­мо­во я се­бя чувс­тво­вал.— Да, — мед­ленно от­ве­тила та, по­доз­ри­тель­но вгля­дыва­ясь в ме­ня.Я по­манил ее паль­цем, ду­мая, что она прос­то не ус­лы­шит мо­их слов, ес­ли бу­дет сто­ят так да­леко. Мо­лодая жен­щи­на ко­леба­лась, но все-та­ки по­дош­ла, встав нап­ро­тив. Наг­нулся, что­бы не нап­ря­гать го­лос из-за боль­но­го гор­ла, ко­торое с ут­ра по­рань­ше то­же ре­шило за­болеть, ско­вывая все внут­ри.— Мне нуж­на по­мощь, — про­шеп­тал, сле­дом про­тяги­вая па­кетик со шпри­цами и ам­пу­лами. — Смо­жешь пос­та­вить? Я на­де­юсь, что это по­может и я не от­бро­шу конь­ки.Крис­ти­на вы­муче­но улыб­ну­лась на не смеш­ную шут­ку. На­ши ли­ца очень близ­ко на­ходи­лись друг к дру­гу, и го­вори­ли мы поч­ти ше­потом. По­это­му сце­на выг­ля­дела до­воль­но ин­тимно, че­му я не при­давал ни­како­го зна­чения.— Не нуж­но так го­ворить, — зап­ра­вила прядь за ухо. — Ко­неч­но, я всё сде­лаю. И боль­но пло­хо ты выг­ля­дишь, как бы ре­аль­но конь­ки не от­бро­сил.— Спа­сибо, сес­трич­ка, под­держа­ла, — мо­лодень­кая мед­сес­тра улыб­ну­лась на мои сло­ва, во­лосы спа­ли ей на ли­цо, и я по­тянул­ся ру­кой, что­бы пох­ло­пать ей по бо­ку, как доб­ряк дру­га. При­кос­нулся, но вне­зап­но что-то упа­ло, прив­ле­кая на­ше вни­мание.По­вер­нул го­лову, за­метил Аню. Она бы­ла прос­то в ужа­се: гла­за бе­гали, те­ло тряс­ло буд­то в ли­хорад­ке. Она то­же за­боле­ла?Я ис­пу­гал­ся за нее очень силь­но, бо­же, и вы­бежал сле­дом, за­быв о том, что кое-как сто­ял на но­гах ми­нуту ра­нее. Ле­дяная во­да буд­то ока­тила ме­ня с го­ловы до ног, ос­ве­жая. Сил при­бави­лось, и я да­же по­чувс­тво­вал се­бя луч­ше. Мыс­ли нес­лись в не­из­вес­тность, и я прос­то не мог их ос­та­новить, раз­дра­жа­ясь из-за это­го. Го­лова сно­ва за­гуде­ла, зас­тавляя те­ло ос­та­новит­ся, а ру­ки при­жать к вис­кам. А даль­ше бы­ло как в ту­мане.Крик. Бег. Дра­ка. Аня. Боль­ни­ца.Вре­мя в боль­ни­це, как бы это стран­но ни зву­чало, бы­ло луч­шим за пос­леднее вре­мя.Аня при­ходи­ла ко мне каж­дый день, и я не мог на­любо­вать­ся ей. Сбил­ся со сче­та, сколь­ко раз я хо­тел приз­нать­ся ей в сво­их чувс­твах.Я хо­тел приз­нать­ся?Да. Да! Черт возь­ми, ДА!Но у ме­ня бы­ло ужас­ное ощу­щение то­го, что она вос­при­нима­ет ме­ня прос­то как ка­кого-то оза­бочен­но­го иди­ота, ко­торо­му нуж­но бы­ло толь­ко од­но. И я го­тов был с этим сог­ла­сить­ся, по­тому что вел я се­бя ре­аль­но как му­дак, при­чиняя боль не толь­ко де­вуш­ке, но и се­бе. Но до ме­ня слиш­ком мед­ленно дош­ла ис­ти­на, и я стал вдруг не­реши­тель­ным и гор­дым од­новре­мен­но. Что, ко­неч­но, был очень про­тиво­речи­вым.— Мис­тер Ким, поз­драв­ляю, се­год­ня Вы на­конец по­кине­те на­ши сте­ны, — ска­зал мне врач в день вы­пис­ки, что об­ра­дова­ло и огор­чи­ло ме­ня. С од­ной сто­роны я выз­до­ровел, что точ­но бы­ло хо­рошей но­востью, а с дру­гой я боль­ше не мог ви­деть Аню каж­дый день, си­дящую ря­дом.Как наз­ло отец поз­во­нил, тре­буя не­мед­ля при­лететь в Ко­рею, ведь при­быть я обе­щал еще па­ру ме­сяцев на­зад.Я ку­пил би­лет на бли­жай­ший рейс, по­это­му пла­ниро­вал по­гулять ут­ром пе­ред вы­летом с Аней, но ее от­вет слег­ка по­коро­бил ме­ня, и зас­та­вил вы­лез­ти за­бытую гор­дость.— Мо­жет, пос­ле дож­дич­ка в чет­верг? — спро­сила она ме­ня.— Ты сей­час сме­ешь­ся на­до мной? Или ты серь­ез­но?Мы оба бы­ли ви­нова­ты в слу­чив­шемся, в на­шем хо­лод­ном про­щании пос­ле теп­ло­го об­ще­ния. Я по­том ты­сячу раз ви­нил се­бя за это, си­дя в ка­бине­те, пе­чатая не­навис­тные тек­сты и под­пи­сывая гре­бан­ные бу­маги, ко­торые прос­то за­дол­ба­ли ме­ня сво­им оби­ли­ем.Я мог вер­нуть­ся в Рос­сию рань­ше, но обе­щание, дан­ное от­цу, я не мог не сдер­жать. Как бы мы ни об­ща­лись, я знал, что на мо­ем мес­те он пос­ту­пил точ­но так же. Ста­рая бо­лезнь ко­лен­ных сус­та­вов вновь на­пом­ни­ла ему о се­бе, тре­буя не­мед­ленно­го ме­дицин­ско­го вме­шатель­ства. Опе­рация. Ре­аби­лита­ция. Все это за­нима­ло нес­коль­ко ме­сяцев, по­это­му он не мог ос­та­вить свой пост ко­му по­пало. Ес­ли бы он толь­ко ска­зал прав­ду рань­ше, я бы при­летел не за­думы­ва­ясь. И как бы он ни бе­сил ме­ня по­рой, яв­лялся мо­им от­цом. Гор­дым. Та­кого гор­до­го на всем све­те не сы­щешь.Со вре­менем я сно­ва при­вык к то­му, ког­да вок­руг те­бя сну­ют од­ни ко­рей­цы, и го­ворят они по-ко­рей­ски, и всё вок­руг та­кое ко­рей­ское-ко­рей­ское, что в гла­зах ря­бит.Щел­кнув мыш­кой на знач­ке об­новле­ния стра­ницы, я ждал, ког­да по­меня­ют­ся дан­ные, но ни­чего не про­ис­хо­дило.— Чтоб ты сдох, иди­от­ский сайт, — про­шипел я, от­кры­вая но­вую вклад­ку.— Мо­жет, хва­тит? — прос­то­нал Чи­мин, ле­жав­ший на чер­ном ко­жаном ди­ване.— Зат­кнись, по­ка по-хо­роше­му про­шу.— Эй, это уже не по-хо­роше­му, — в его го­лосе чувс­тво­валась оби­да. — Да не бу­дет дож­дя в этот чет­верг, ус­по­кой­ся. Дос­тал щел­кать мышью.Я спе­ци­аль­но на­жал на кноп­ку еще раз де­сять, по­лучив по­душ­кой пря­мо в лоб.— Я сей­час уй­ду, ес­ли ты не прек­ра­тишь.— Иди, — прох­ри­пел я, прок­ру­чивая ста­ницу.«Чет­верг. Об­лачно»Где, мать его, дождь?За­рычал, от­во­рачи­вая от се­бя мо­нитор. Вот чем я обыч­но за­нимал­ся в пе­реры­вах меж­ду ра­ботой, а Пак в это вре­мя хо­зяй­ни­чал в ка­бине­те мо­его от­ца, ко­торый на про­тяже­нии пос­ледних трех ме­сяцев при­над­ле­жал мне. Смот­рел кни­ги в шка­фу, ле­жал на ди­ване, опус­то­шал ми­ни-бар, скры­тый за без­вкус­ной кар­ти­ной.— Влюб­ленный иди­от, — Чим не спе­ша про­хажи­вал­ся по ка­бине­ту, ис­ко­са наб­лю­дая за мной.— Сам иди­от, — прик­рикнул.— Эх, зна­чит, не от­ри­ца­ешь.— Че­го?Шик­нул. Вни­матель­но наб­лю­дал, как друг са­дит­ся на пол ря­дом с ди­ваном и дос­та­ет из кар­ма­на ма­лень­кую, раз­ме­ром с па­лец бу­тылоч­ку, пос­та­вив ту на ко­фей­ным сто­лик.— Вис­ки? — по­ин­те­ресо­вал­ся он.— Ко­нец ра­боче­го дня че­рез два ча­са, — под­ме­тил я, по­вер­нув мо­нитор компь­юте­ра об­ратно к се­бе.— Ты ме­ня уто­мил, бал­бес.— Чи­мин!— Тэ­хен! — под­ра­жал мне друг, но яв­но пе­ре­иг­ры­вал.От­ку­порил бу­тыл­ку, от­пил, чуть по­мор­щившись.— И во­об­ще, я тут на­вел мос­ты друж­бы, — ра­дос­тно отоз­вался он, буд­то ска­зал мне прог­ноз по­годы.— И?— Те­перь у ме­ня есть хо­роший зна­комый из од­но­го уни­вер­си­тета, к сло­ву, в ко­тором учит­ся твоя Ан­на.Я да­же про­пус­тил ми­мо ушей "твоя", ни­как не сре­аги­ровав.— Бли­же к де­лу, Чи­мин, — мое тер­пе­ние уже бы­ло на пре­деле.— Она бу­дет сда­вать ка­кие-то эк­за­мены, что­бы стать сту­ден­ткой по об­ме­ну, или пос­ту­пить как пол­но­цен­ная сту­ден­тка в Се­уль­ский уни­вер­си­тет, тут я что-то не по­нял. Или прос­то за­был, — хмык­нул он. — Как ду­ма­ешь, из-за те­бя?— Зво­ни ме­нед­же­ру Ли, я вы­летаю.— Что? Дож­дик? — Пак да­же не смот­рел на ме­ня, те­ребя в ру­ках бу­тыл­ку, он вгля­дывал­ся в ее тем­ную жид­кость.— Да, — стро­гим го­лосом про­гово­рил я, сни­мая пид­жак со сту­ла, об­ду­мывая в го­лове план даль­ней­ших дей­ствий. Я быс­тро на­кинул его и пос­пе­шил на вы­ход.Но Чи­мин знал.Что я сов­рал.Я уже ус­пел по­кинуть ка­бинет, но вновь от­крыл дверь, про­совы­вая го­лову внутрь. Взгля­дом на­шел ма­куш­ку Чи­мина, за­сом­не­вал­ся, но, уняв дрожь в го­лосе, спро­сил:— Зна­ешь, иног­да во вре­мя праз­дни­ков влас­ти ста­ра­ют­ся ра­зог­нать ту­чи, а, как ты ду­ма­ешь, сколь­ко бу­дет сто­ить сог­нать их?Пак рас­крыл рот так ши­роко, что я аж пе­репу­гал­ся, как бы он не вы­вер­нул че­люсть; а бро­ви по­лез­ли на лоб.— Ну, Тэ­хен! — прос­то­нал он, зак­ры­вая ла­донью ли­цо.