10.2 Это мой мир

  Се­год­ня ве­чером на­чалась ме­тель. Пер­вая, как мне пом­нится, за эту зи­му. За ок­ном вов­сю во­ет вь­юга, буд­то кто-то сто­нет там, на ули­це. А где-то в тем­но­те ла­ет со­бака.

Вздер­ги­ваю пле­чами от хо­лода: силь­ный ве­тер уда­ря­ет­ся в ок­но и про­ника­ет внутрь сквозь тон­кие ще­ки, дуя мне в спи­ну. Из-за че­го мо­роз, ка­жет­ся, про­бира­ет до кос­тей, про­бира­ясь под одеж­ду.Я си­жу на ска­мей­ке в ко­ридо­ре боль­ни­цы, вы­тянув но­ги впе­ред. Ти­хо шур­шу ба­хила­ми, ко­торые сей­час на­деты по­верх зим­них бо­тинок. Сжи­маю край си­дения до бо­ли в паль­цах. Мой взгляд ус­трем­лен ку­да-то на пол, за­мерев. Мор­гаю слип­ши­мися рес­ни­цами. Я уже дав­но пе­рес­та­ла пла­кать, но гла­за вре­мя от вре­мени про­дол­жа­ют сле­зить­ся про­тив мо­ей во­ли.От­личное на­чало ка­никул.Мне со­об­щи­ли, что у Тэ­хена ан­ги­на, и ему сле­дова­ло выз­вать вра­ча уже дав­но. Ес­ли бы он за­дер­жался еще нем­но­го, мог­ли бы быть серь­ез­ные ос­ложне­ния. С бо­лез­ня­ми нель­зя шу­тить. Мыс­ленно ру­гаю его и от­чи­тываю за та­кую оп­лошность. Он ведь уже не ма­лень­кий ре­бенок. Дол­жна быть го­лова на пле­чах. О чем он толь­ко ду­мал?Пе­ред гла­зами воз­ни­ка­ет се­год­няшняя сце­на.И я лишь силь­нее сжи­маю де­ревян­ное си­дение, плот­но сжав гу­бы, скрип­нув зу­бами.Ка­кой же он ду­рак! С тем­пе­рату­рой под со­рок за­хотел по­рез­вить­ся с лег­ко­дос­тупной со­сед­кой. Ре­шил уме­реть, ви­димо, удов­летво­рен­ным. Од­на ра­дость в жиз­ни.А она чем ду­мала? То­же мне бес­то­лочь. Ка­жет­ся, Крис­ти­на?.. Да, точ­но так.Раз­ве эта Крис­ти­на не ви­дела, что пар­ню пло­хо и его в пря­мом смыс­ле тря­сет?! Толь­ко и мог­ла га­день­ко хи­хикать и жаж­дать, ког­да же смо­жет уже раз­дви­нуть пе­ред ним свои но­ги. Фу.Я не­доволь­но при­падаю к спин­ке си­дения, сло­жив ру­ки на гру­ди. Тру мес­та вы­ше лок­тей, что­бы хоть как-то сог­реть­ся. В ко­ридо­ре из-за ста­рых окон дос­та­точ­но прох­ладно. Я сда­ла пу­ховик в гар­де­роб, по­это­му си­жу в од­ном вя­зан­ном сви­тере с вы­соким гор­лом.Мой взгляд сколь­зит по нас­тенным ча­сам.Ров­но де­сять ча­сов ве­чера.По идее мне уже нель­зя тут на­ходит­ся. Толь­ко что нас­ту­пил от­бой. Хо­тя мне и по при­ез­де нель­зя бы­ло тут быть, ведь при­были мы поз­дно, ког­да ча­сы по­сеще­ний уже за­кон­чи­лись. Но я упер­тая да­ма, по­это­му ос­та­лась.Си­жу и прос­то не мо­гу сдви­нуть­ся с мес­та, буд­то мои но­ги при­рос­ли к этой бе­лой плит­ке.Ну да­вай же! Отор­ви­тесь от по­ла но­ги, под­ни­мись зад­ни­ца. И на­чинай­те все вмес­те ше­велить­ся в сто­рону до­ма!Но по­чему мое те­ло прос­то не слу­ша­ет­ся ме­ня?Я дол­жна хо­теть до­мой, ведь я зла на мис­те­ра Ки­ма (?). Он дол­жен ме­ня бе­сить.Хо­тя он ме­ня итак бе­сит из-за се­год­няшней ту­пой вы­ход­ки. Его бо­лезнь я еще мо­гу прос­тить, но не эту де­вицу. Взгляд сно­ва про­вали­ва­ет­ся в пус­то­ту, и в па­мяти по­яв­ля­ют­ся ее об­ра­зы, вновь и вновь, да­же охе­рев­шие гоп­ни­ки всплы­ва­ют ре­же. Что со мной не так?У ме­ня вски­пела кровь из-за ад­ре­нали­на, из-за этих бе­шеных чувств, ко­торые я смог­ла ощу­тить се­год­ня.Его ру­ка на ее та­лии.И внут­ри ме­ня что-то об­ры­ва­ет­ся.Сно­ва эти вос­по­мина­ния. Со­вер­шенно не­нуж­ные.Они ме­чут­ся в го­лове, буд­то сме­ясь на­до мной. По­чему они ме­ня бес­по­ко­ят?И я ры­чу сквозь зу­бы, за­рыва­ясь паль­ца­ми в рас­пу­шен­ные во­лосы, те­ребя их. Кла­ду лок­ти на ко­лени, сог­нувшись.На­чинаю мас­си­ровать вис­ки, зак­рыв гла­за. На­до прос­то пе­рес­тать об этом ду­мать. На­до во­об­ще пе­рес­тать ду­мать! Мо­жет, поп­ро­сить ка­кую-ни­будь таб­ле­точ­ку у док­то­ра?Ско­рее все­го он ме­ня выш­вырнет, ког­да уз­на­ет, что я до сих пор тут.Слы­шу чьи-то то­роп­ли­вые ша­ги и нас­то­ражи­ва­юсь, вып­ря­мив­шись. Тут же вы­дыхаю, ког­да ви­жу мед­сес­тру.Она под­ни­ма­ет бро­ви, ког­да за­меча­ет ме­ня.— Вы все еще здесь? — ин­те­ресу­ет­ся ма­лень­кая жен­щи­на со свет­лы­ми во­лоса­ми, ед­ва дос­та­ющи­ми до плеч, дер­жа в ру­ках стоп­ку ка­ких-то бе­лых тря­пок.Я ко­рот­ко ки­ваю.— Иди­те до­мой, пос­пи­те. Он, — мед­сес­тра нак­ло­ня­ет го­лову в сто­рону па­латы, где ле­жит Ким, — бу­дет спать до ут­ра, не вол­нуй­тесь. Ско­ро у не­го сни­зит­ся тем­пе­рату­ра, и он пой­дет на поп­равку. Ему не­об­хо­димо прос­то от­дохнуть, как и Вам.Ис­подлобья взи­раю на нее и го­ворю:— Мо­гу я по­сидеть с ним в па­лате? Я ти­хонь­ко, как мыш­ка.— Де­вуш­ка...— По­жалуй­ста.Жен­щи­на стро­го смот­рит на ме­ня: ее ма­лень­кие бров­ки хму­рят­ся.А я пред­став­ляю, как сей­час, в это са­мое вре­мя, ка­ким-то ма­гичес­ким об­ра­зом в па­лату к мис­те­ру Ки­му проб­ра­лась та са­мая Крис­ти­на. И те­перь си­дит ря­дом с ним (ес­ли не нам нем) и наг­ла­жива­ет Тэ­хена, что-то при­гова­ривая и хи­хикая свои пис­кля­вым го­лос­ком. Смот­рит иг­ри­во на дверь, зло­радс­твуя, что я не мо­гу зай­ти.Мои гу­бы кри­вят­ся от от­вра­щения, и я хва­таю ртом воз­дух, что­бы из­ба­вить­ся от это­го чувс­тва.Не знаю, ка­кие эмо­ции на мо­ем ли­це раз­гля­дела сей­час мед­сес­тра, но взгляд ее смяг­ча­ет­ся. Я уже бы­ло ду­маю, что она раз­ре­шит мне вой­ти, но про­из­не­сен­ная фра­за, зас­тавля­ет ме­ня до­сад­но вздох­нуть.— Выс­пи­тесь хо­рошень­ко и при­ходи­те с ут­ра, — она еще дол­го смот­рит на ме­ня, преж­де чем пок­репче сжать ткань в ру­ках и от­пра­вить­ся даль­ше по ко­ридо­ру.Но я, не дви­га­ясь, про­дол­жаю гип­но­тизи­ровать пол.И дей­стви­тель­но, что я пе­режи­ваю? Вот сей­час вста­ну и пой­ду до­мой, воз­можно, че­рез по­лицию. Не­об­хо­димо на­писать за­яв­ле­ние на на­пав­ших на ме­ня ди­карей. Ес­ли бы не Ким Тэ­хен, кто зна­ет, где бы я в это вре­мя бы­ла и что де­лала. Он спас ме­ня, по­это­му я дол­жна ему то­же как-то по­мочь. Я хо­чу ох­ра­нять его сон? Да, имен­но так. Вот по­чему я здесь. Дру­гих при­чин нет.Я не мо­гу толь­ко по­нять: как Тэ­хен на­шел ме­ня? Не­уже­ли он шел за мной с са­мого на­чала? Но дру­гого объ­яс­не­ния я прос­то не мо­гу при­думать. За­чем ему это? Все нас­толь­ко за­путан­но, что я го­това рвать на се­бе во­лосы из-за всей этой не­оп­ре­делен­ности. Мис­тер Ким хо­рошо прис­тро­ил­ся у ме­ня в го­лове, при­нуж­дая ме­ня пос­то­ян­но ду­мать о нем. Я ско­ро по­седею от это­го.Не знаю, сколь­ко я си­жу. На ча­сы из прин­ци­па уже не смот­рю.Но в ко­ридо­ре вновь на­чина­ют раз­но­сит­ся ти­хие ша­ги. По­том все гром­че и гром­че. Что го­ворит о том, что че­ловек идет в мою сто­рону и сов­сем ско­ро он бу­дет око­ло ме­ня. Вздра­гиваю, по­вер­нув го­лову в сто­рону зву­ка.Я да­же нем­но­го удив­ля­юсь, ког­да сно­ва ви­жу мед­сес­тру. На этот раз ее ру­ки пус­ты.Она ос­та­нав­ли­ва­ет­ся, изу­чая ме­ня, и за­совы­ва­ет ла­дони в кар­ма­ны бе­лос­нежно­го ха­лата.— Все еще си­дите, — то ли спра­шива­ет, то ли ут­вер­жда­ет жен­щи­на.— Си­жу, — ти­хо от­зы­ва­юсь. Мой го­лос зву­чит хрип­ло, по­это­му я про­чищаю гор­ло, по­каш­ляв.— А он го­ворит по-рус­ски?Воп­рос зву­чит так стран­но, что мне тре­бу­ет­ся нес­коль­ко се­кунд, что­бы пой­мать и по­нять его.— Нет, — за­чем-то вру я, при­кусы­вая гу­бу. Под­ни­маю на нее взгляд, что­бы прос­ле­дить за ре­ак­ци­ей.Жен­щи­на то­же смот­рит на ме­ня. Ее го­лова по­нима­юще ки­ва­ет, ви­димо, она ве­рит мне.— Вы же его де­вуш­ка? — оче­ред­ной воп­рос.— Да, — мой го­лос поч­ти не дрог­нул. А ведь врать не так уж и слож­но. Ведь все де­ла­ет­ся во бла­го... на­вер­ное.Сно­ва ко­рот­кий ки­вок.— Вы го­вори­те по-ки­тай­ски?— Что?Об­ли­зываю пе­ресох­шие гу­бы, и мое ли­цо ис­крив­ля­ет­ся: бро­ви не­до­умен­но взле­та­ют, а гу­бы при­от­кры­ва­ют­ся. Я ста­ра­юсь ус­по­ко­ить­ся, хо­тя мыс­ленно мед­сес­тру уже в ле­пеш­ку раз­да­вил упав­ший с не­ба ме­те­орит.— Ну, я ду­мала, что...Ин­дюк то­же ду­мал, да не ту­да по­пал, ми­лоч­ка!— Тэ­хен не ки­та­ец, — по­лив спо­кой­стви­ем на раз­жи­га­юще­еся раз­дра­жение, го­ворю я. А по­том до­бав­ляю: — Он ко­ре­ец.— Ах, вот оно как! — вос­кли­ца­ет она, прид­ви­нув­шись ко мне. — Они прос­то все на од­но ли­цо.Ма­шиналь­но за­каты­ваю гла­за. На­де­юсь, в тус­клом ос­ве­щение мое раз­дра­жение не так уж и за­мет­но.— Вов­се нет, — вы­дав­ли­ваю из се­бя улыб­ку, скло­нив го­лову.Мы мол­чим не­кото­рое вре­мя. Мед­сес­тра мнет­ся, на­мере­ва­ясь что-то ска­зать.В ито­ге она раз­ре­ша­ет по­сидеть мне ночью ря­дом с Тэ­хеном. Го­ворит не вы­совы­вать­ся из па­латы до са­мого ут­ра, что­бы не нат­кнуть­ся на ру­ководс­тво, ина­че и мне, и ей по­падет. А по­том (до подъ­ема) по­кинуть боль­ни­цу и по­сетить ее уже по пра­вилам в ча­сы, раз­ре­шен­ные для по­сеще­ний.Всё вре­мя я ей ут­верди­тель­но ки­ваю, бук­валь­но све­тясь от счастья. На все трид­цать два.Жен­щи­на так же при­носит чис­тое пос­тель­ное белье, нас­та­ивая, что­бы я пе­редох­ну­ла на пус­той кро­вати нап­ро­тив. Се­год­ня как раз вы­писал­ся па­ци­ент, а но­вень­кий не по­явил­ся, по­это­му Ким в па­лате один.— Ан­ги­на за­раз­на, по­это­му...— Я не со­бира­юсь с ним це­ловать­ся, не пе­режи­вай­те, — го­ворю преж­де, чем ус­пе­ваю по­думать. Как всег­да.— Мож­но за­разить­ся не толь­ко так, — го­ворит жен­щи­на, за­гадоч­но улы­ба­ясь, из-за че­го я сму­ща­юсь, пок­ры­ва­ясь крас­ны­ми пят­на­ми. — Дос­та­точ­но по­бывать в од­ной ком­на­те. По­это­му дер­жи­те мас­ку, а зав­тра неп­ре­мен­но ку­пите что-ни­будь для по­выше­ния им­му­ните­та. На вся­кий слу­чай.Она еще да­ет це­лый спи­сок мер ос­то­рож­ности, что­бы и мне не за­болеть. Вни­матель­но слу­шаю, но мыс­ли пос­то­ян­но убе­га­ют в дру­гое рус­ло, но я вов­ре­мя от­дерги­ваю их.Бла­года­рю мед­сес­тру за по­нима­ние и ед­ва сдер­жи­ваю по­рыв, что­бы зак­лю­чить ее в объ­ятия.Ког­да она окон­ча­тель­но ухо­дит, я бес­шумно тан­цую «та­нец ма­лень­ких утят». Так и хо­чет­ся пры­гать и ве­селить­ся, а по­том под­бе­жать к Тэ­хену и за­цело... и прос­то пос­мотреть на не­го, ко­неч­но. Про­верить са­мочувс­твие и всё та­кое.Ста­ра­ясь не шу­меть, бе­ру в ру­ки стул, сто­ящий в уг­лу, и, идя на цы­поч­ках, пе­ретас­ки­ваю его к кро­вати Тэ­хена, ста­вя его с пра­вой сто­роны. Ос­то­рож­но са­жусь, что­бы не из­дать звук и слу­чай­но не раз­бу­дить боль­но­го.Ос­матри­ваю ле­жаще­го. В све­те фо­наря он, ка­жет­ся, выг­ля­дит еще блед­нее, чем преж­де. Нес­коль­ко свет­лых во­лос, на ощупь ко­торые точ­но очень мяг­кие, спа­ли на ли­цо, ос­таль­ные рас­плас­та­лись по по­душ­ке. Те­ни за­лег­ли под гла­зами. На ле­вой ску­ле вид­не­ет­ся ед­ва за­мет­ный си­няк (мне хо­чет­ся про­вес­ти по не­му ру­кой, что­бы он ис­чез). Гу­бы, на кра­еш­ке ко­торых за­сох­шая кровь, пос­ветле­ли.Нес­мотря на всю эту из­му­чен­ность, Тэ­хен выг­ля­дит прек­расно. Его ли­цо нас­толь­ко иде­аль­но, что сра­зу по­нят­но, по­чему он так по­пуля­рен сре­ди де­вочек. И ведь не толь­ко ази­ат­ских.Этот чер­тов ко­ре­ец нас­толь­ко оба­яте­лен, что уби­ва­ет од­ним толь­ко взгля­дом. На­повал.Фи­гура. Ли­цо. Го­лос.Бу­дет сов­сем не­уди­витель­но, ес­ли Ким еще и прек­расно по­ет. Сто из ста за то, что он бы стал очень по­пуляр­ным ай­до­лом. У не­го все для это­го есть.Прик­ры­ваю его ла­донь, ле­жащую вдоль те­ла, сво­ей ру­кой и слу­шаю его ти­хое раз­ме­рен­ное ды­хание.Мне спо­кой­но. Мне хо­рошо.Чуть при­под­ни­ма­юсь, от­ры­ва­ясь по­пой от сту­ла. Од­ной ру­кой про­дол­жаю дер­жать Ки­ма, а вто­рой поп­равляю во­лосы у не­го на лбу. Они дей­стви­тель­но мяг­кие. Не­весо­мо, слов­но ба­боч­ка, про­хожу ру­кой вниз, до са­мого под­бо­род­ка. За­дер­жи­ва­юсь. Смот­рю на гу­бы. Я до сих пор пом­ню вкус ко­рицы с то­го ра­за, в ка­фе. О Бо­же... А по­том рез­ко уби­раю ру­ку, буд­то об­жёгшись.При­зем­ля­юсь на стул и ус­трем­ляю взгляд к ок­ну, за ко­торым про­дол­жа­ет бу­шевать ме­тель. Она ти­хонь­ко сви­щет, уба­юки­вая, и я чувс­твую, как мои гла­за на­чина­ют­ся сли­пать­ся.Про­сыпа­юсь. Чувс­твую, как чья-то ру­ка ти­хонь­ко пог­ла­жива­ет ме­ня по го­лове, про­пус­кая мои во­лосы сквозь паль­цы.Мне тре­бу­ет­ся нес­коль­ко дол­гих се­кунд, что­бы по­нять и вспом­нить, где я на­хожусь. Прич­мо­киваю гу­бами еще в по­луд­рё­ме, а по­том рез­ко под­ни­маю го­лову, ко­торая преж­де по­ко­илась на сог­ну­тых ру­ках.За ок­ном вов­сю све­тит сол­нце, про­никая в бе­лую па­лату сквозь тон­кую што­ру. Те­перь ком­на­та мне ка­жет­ся мень­ше, чем бы­ла ночью. Од­но боль­шое ок­но, по обе сто­роны от ко­торо­го сто­ят две кро­вати. Две тум­бочки. В уг­лу у две­ри хо­лодиль­ник, на ко­тором сто­ит ста­рень­кий те­леви­зор, а ря­дом ви­сит ра­кови­на.Бо­юсь по­вер­нуть го­лову на­лево и встре­тить­ся со взгля­дом Ки­ма. Нас­мешли­вым и мно­гоз­на­читель­ным од­новре­мен­но.И я за­мираю.Пер­вая мысль, ко­торая при­ходит в го­лову, это встать и бе­жать, не ог­ля­дыва­ясь.Но все внут­реннос­ти сжи­ма­ют­ся до раз­ме­ра спи­чеч­но­го ко­роб­ка, ког­да я ощу­щаю лег­ко при­кос­но­вение. С об­ратной сто­роны ла­дони. Вверх. Вниз.Вот черт!Мы дер­жимся за ру­ки, и Тэ­хен пог­ла­жива­ет ме­ня паль­цем. Ви­димо, я так и ус­ну­ла, вце­пив­шись в не­го.Ка­кой по­зор! Я боль­ше ни­ког­да не смо­гу смот­реть ему в гла­за. Ес­ли Тэ­хен спро­сит ме­ня о чем-то, я не смо­гу нор­маль­но от­ве­тить и бу­ду мям­лить что-то нес­вязное. Или, что ве­ро­ят­нее все­го, бу­ду прос­то мол­чать, слов­но язык прог­ло­тила. Луч­ше б так и бы­ло!Нуж­но выр­вать ру­ку из его ох­ва­та и прос­то бе­жать. При­ехать до­мой и зак­рыть­ся в ком­на­те до кон­ца ка­никул. И не за­быть вы­чер­кнуть свое имя из фа­куль­та­тива по ко­рей­ско­му язы­ку. Хва­тит — на­ходи­лась. А еще луч­ше по­менять уни­вер­си­тет. И во­об­ще пе­ре­ехать...Чувс­твую, что мои ла­дош­ки вспо­тели, по­это­му я ос­то­рож­но ос­во­бож­даю свою ру­ку, Ким от­пуска­ет, не соп­ро­тив­ля­ясь. Гля­жу ку­да-то в ок­но.— Аня, — ти­хо зо­вет он. И я вздра­гиваю: он впер­вые зо­вет ме­ня прос­то «Аней». Вот так, на­еди­не.По­вора­чиваю го­лову. Тэ­хен вни­матель­но ос­матри­ва­ет ме­ня, как и я его.Он выг­ля­дит уже луч­ше. Ли­цо по­розо­вело. Гу­ба нем­но­го при­пух­шая, но это не смер­тель­но. Си­няк поч­ти не ви­ден. Все в по­ряд­ке. Тэ­хен лег­ко от­де­лал­ся.Наб­лю­даю, как под­ни­ма­ет­ся его ру­ка и нап­равля­ет­ся ко мне. Сер­дце про­пус­ка­ет удар, и я за­дер­жи­ваю ды­хание.Он дот­ра­гива­ет­ся до мо­ей ще­ки, а я ма­шиналь­но прик­ры­ваю гла­за, чувс­твуя лег­кую боль.— Бо­лит? — спра­шива­ет.От­ри­цатель­но ма­шу го­ловой. Я не смот­ре­ла в зер­ка­ло, но, ви­димо, на мо­ем ли­це ос­тался след от вче­раш­ней по­щечи­ны сра­ного гоп­ни­ка.— Как Вы?Ви­жу, как на ли­це Тэ­хена по­яв­ля­ет­ся улыб­ка, и он уби­ра­ет ру­ку, по­ложив ее на жи­вот. Под­ни­ма­ет од­ну бровь.— Опять на «Вы»? — сме­ет­ся.И я улы­ба­юсь в от­вет, опус­кая взгляд. Дей­стви­тель­но, по­чему опять?— Я... слу­чай­но, — оп­равды­ва­юсь. — Как ты?— Все хо­рошо.— От­лично.— От­лично, — в тон мне пов­то­ря­ет он.Тэ­хен смот­рит на ме­ня, но я не мо­гу смот­реть в от­вет. Слиш­ком не­лов­ко.— Нуж­но бу­дет на­писать за­яв­ле­ние, — го­ворит он, сту­ча паль­ца­ми, от­вернув­шись.— Да.— Ты за­пом­ни­ла их?Быс­тро пе­рево­жу на не­го взгляд, за­думав­шись. Пе­ред гла­зами вновь сплы­ва­ет вче­раш­ний ве­чер. Об­ли­зываю кра­ешек губ.— Бы­ло тем­но, но де­тали, ду­маю, я смог­ла за­пом­нить.— Хо­рошо, — ки­ва­ет.Дверь в па­лату от­кры­ва­ет­ся, и в нее за­ходит мед­сес­тра, ко­торую я ви­дела вче­ра. Я улы­ба­юсь ей, как и она мне. В ру­ках она не­сет ка­пель­ни­цу.— Бу­дем ле­чить­ся, — го­ворит она на хо­ду, го­товя обо­рудо­вание. — Ох, все-та­ки вы так хо­рошо вмес­те смот­ри­тесь, — на се­кун­ду жен­щи­на от­ры­ва­ет­ся от за­нятия и ос­матри­ва­ет нас. — Как ва­шему ко­рей­цу по­вез­ло с де­вуш­кой. Вы это ему пе­редай­те от ме­ня. Жаль, что он рус­ский не по­нима­ет, так бы я ему са­ма ска­зала.Гром­ко гло­таю, ко­сясь на Ки­ма. Он по­вора­чива­ет го­лову в мою сто­рону, и его бро­ви пол­зут вверх. В ка­рих гла­зах тан­цу­ют сме­шин­ки. И он от­кры­ва­ет рот, без­звуч­но го­воря:— Что?— Прос­ти, — от­ве­чаю на ко­рей­ском. Пре­датель­ски крас­нею и поп­равляю во­лосы, что­бы прик­рыть ру­мяные ще­ки. — Ме­ня не хо­тели пус­кать в па­лату, по­это­му это был единс­твен­ный вы­ход.— Ни­чего страш­но­го, — Тэ­хен под­ми­гива­ет мне, а по­том улы­ба­ет­ся сво­ей пот­ря­са­ющей улыб­кой, ко­торая зас­тавля­ет ме­ня нас­то­рожить­ся. — Я док­то­ру то­же ска­зал, что ты моя де­вуш­ка.— Что?! — вскри­киваю на рус­ском, но по­том вновь пе­рехо­жу на ко­рей­ский язык, убав­ляя звук, го­воря ти­ше. — Ког­да? За­чем?— Он за­ходил в семь ут­ра, ког­да ты еще спа­ла. Я поп­ро­сил раз­ре­шения те­бя не бу­дить, ар­гу­мен­ти­руя это тем, что моя де­вуш­ка про­сыпа­ет­ся в пло­хом нас­тро­ении по ут­рам. И всё та­кое.— Ах, вот так, — ог­ры­за­юсь. — Зна­чит, ты ме­ня выс­та­вил ис­те­рич­кой пе­ред ним? Мед­сес­тра за­мира­ет, по­няв, что меж­ду на­ми на­чина­ет­ся что-то не­доб­рое. И по­няв, что ей тут не мес­то, по­кида­ет па­лату, ос­та­вив нас од­них.— Нет. Ты как всег­да все неп­ра­виль­но по­няла, — сто­нет Ким, по­тирая ли­цо ла­донью.Фыр­каю, с хлоп­ком опус­тившись на спин­ку сту­ла. Скре­щиваю ру­ки на гру­ди и от­во­рачи­ва­юсь. Мое ли­цо нап­ря­жен­но.— Как всег­да, зна­чит? От­лично, — уве­рен­но го­ворю зло­веще спо­кой­ным го­лосом, буд­то не сво­им. — Прос­ти за бес­по­кой­ство и выз­до­рав­ли­вай. А я пош­ла.Я уже под­ры­ва­юсь с мес­та, схва­тив­шись за руч­ку сту­ла, что­бы встать. Но ру­ка Тэ­хена ос­та­нав­ли­ва­ет ме­ня, ух­ва­тив за ло­коть. Он при­под­ни­ма­ет­ся и са­дит­ся, све­сив но­ги, не от­пуская ме­ня.Смот­рю ему в гла­за, и в гру­ди что-то ло­ма­ет­ся, кро­шит­ся на мел­кие час­тички. Внут­ренним чуть­ем я по­нимаю, что Ким ни­ког­да не смот­рел на ме­ня так рань­ше. Это что-то но­вое и не­из­ве­дан­ное, из-за че­го по мо­ей спи­не про­ходят хо­лод­ные му­раш­ки, уда­ряя в за­тылок, зас­тавляя во­лосы встать ды­бом.Стою. Наб­лю­даю.Па­рень про­ходит­ся язы­ком по вер­хней гу­бе, сма­чивая ее, а я не мо­гу отор­вать­ся от это­го зре­лища.И он то­же смот­рит. Смот­рит на мои гу­бы. Его взгляд вне­зап­но сколь­зит по ним в это же вре­мя. И ос­та­нав­ли­ва­ет­ся. За­мира­ет.Тэ­хен ус­та­ло прик­ры­ва­ет гла­за и ка­ча­ет го­ловой. Сво­бод­ной ру­кой трет пе­рено­сицу, ведь вто­рая про­дол­жа­ет дер­жать ме­ня, силь­но сжи­мая, поч­ти до бо­ли, как буд­то я ку­да-то убе­гу. Глу­пос­ти. Я не бу­ду за­нимать­ся по­доб­ной че­пухой. Это точ­но. Я ре­шила.Он от­кры­ва­ет рот, и про­из­не­сен­ные сло­ва слов­но в за­мед­ленном дей­ствии до­носят­ся до мо­их ушей, про­никая внутрь, по­падая в кровь, раз­но­сясь по все­му те­лу.— Ка­кой же я иди­от, Аня. Ты не пред­став­ля­ешь.Сер­дце ко­лотит­ся о груд­ную клет­ку. Под ног­тя­ми на­чина­ет че­сать­ся от стра­ха и пе­режи­ваний так, что хо­чет­ся те­реть их и те­реть до мя­са, до кос­тей, что­бы не чувс­тво­вать это стран­ное вол­не­ние. Ка­кое-то по­мут­не­ние. Прос­то чер­тов ту­ман в го­лове. Буд­то сей­час дол­жно про­изой­ти что-то та­кое, что мо­жет нав­сегда пе­ревер­нуть мою жизнь.То­роп­ли­во пе­рево­жу взгляд, лишь бы не смот­реть на не­го. Зас­тавляю се­бя выг­ля­нуть в ок­но. На ули­це как раз по­шел не­боль­шой снег.Те­перь я точ­но по­нимаю, что мой мир рез­ко су­зил­ся до двух че­ловек.Ме­ня.И его.