2 глава

2 глава

Тэхён чувствует покой и умиротворение. А ещё какое-то тепло внутри, от которого хочется широко улыбаться всем и вся. На дворе каникулы и он теперь может валяться на диване до вечера и деградировать в свои онлайн-игры. Однако ему этого делать не хочется.

      Вместо просиживания попы на диване, он каждый день помогает своей любимой бабушке по дому, после чего сразу же идёт в гости к Хосоку. У Чона родители уехали в командировку, и теперь парни могут допоздна пялиться в какие-нибудь фильмы, жрать всякую вредную, но такую вкусную гадость и громко ржать на весь дом, обсуждая что-нибудь.

      Но главная причина, по которой Тэ так рвётся домой к этому придурошному, это Чонгук. Его личный маленький комочек счастья, который сейчас сидит у него на коленях и играет в Тэхёнов телефон, пока старшие снова залипают в какую-то киноновинку.Ким скрепляет руки в замок на животе младшего и крепче притягивает его к себе, целуя в макушку. От младшего исходит слабый аромат молочного шоколада, из-за чего омега не может сдержаться и утыкается носом в висок Гука и вдыхает этот почти незаметный аромат. Чонгук хоть и альфа, всё же ещё ребёнок, поэтому его запах почти не чувствуется, но как только начнётся период созревания, тот по-любому своим запахом заворожит многих омежек. Ким в этом уверен. И от этих мыслей ему становится даже грустно как-то.

      Тэхён чудовищно привязался к этому ребёнку. Просто чудовищно. Иногда ему кажется, что Чонгук его брат, а не Хосока. Ким даже иногда ревнует по этому поводу. Чонгук стал неотъемлемой частью жизни Тэхёна со своей кроличьей улыбкой, любовью покушать и звонким «хён!». Тэхёну нравится кормить Чонгука, играть с ним, забирать из бассейна, помогать делать уроки, спать в обнимку и целовать в пухлые щёчки, слыша в ответ заливистый смех и получая ответный чмок. Нравится прижимать к себе и вдыхать слабенький шоколадный аромат, смешанный с запахом молока и печенья. Запахом детства. Чёрт возьми, Тэхёну нравится всё, что связано с малышом Гуком.

      И Тэхён этого очень пугается. У него слишком большая одержимость этим ребёнком. Это очень странно. И почему-то сердечко Тэхёна всегда готово выпрыгнуть из груди, когда он видит маленького альфочку, радостно бегущему ему навстречу. А в теле становится так легко, что, кажется Тэ вот-вот и улетит. Тэхён не понимает что с ним. Почему он так привязался. Причём с первого взгляда. Тогда, на кухне, Ким даже подумать не успел, как уже оказался рядом с шокированным ребёнком и сжимал его маленькие ручки в своих. Здесь явно что-то не так, понимает омега, но не может понять что.

-Хён,- Ким слышит тихий голос, который заставляет вырваться из своих раздумий и опустить взгляд на мальчика.

- Что, Гукки?- мягко спрашивает он, зарываясь пальцами в отросшую чёрную чёлку младшего и поднимая её вверх.

- Я наигрался и хочу спать,- Чон отдаёт омеге его телефон и выжидающе смотрит своими чёрными глазками.

- Пойдём, я тебя уложу?- предлагает Ким и уже собирается подняться с места, но ребёнок отрицательно мотает головой.

-Хочу с хёном,- Гук надувает губы и скрещивает руки на груди. Тэхёну хочется немножко повизжать. Какой же этот дьяволёнок милый.

- Хорошо,- Тэхён ложится на диван, устраивая голову на подлокотнике, а ноги закидывая на Хосока, который полностью увлечён фильмом и поеданием чипсов. Омега укладывает мальчика на себя, укрывая лёгким одеяльцем и снова целуя в тёмную макушку.

- Доволен?

- Ага,- довольно тянет Чонгук и обвивает талию хёна руками. Спустя пару минут Чонгук засыпает.

-Он очень полюбил тебя. Это необычно,- подаёт голос Хосок, который молчал всё это время. Он переводит серьёзный взгляд на омегу, отодвигая стакан с колой в сторону.

- Что?- Тэхён не понимает, что тот имеет в виду.

- Тэ,- Чон глубоко вздыхает и спустя пару секунд продолжает,- Чонгук очень сложный ребёнок. Он почти никого к себе не подпускает и к новым людям относится скептически. Насколько я знаю, у него всего один лучший друг, и то, если б не тот упёртый паренёк, у Гука вообще бы друзей не было. Чонгук не любит прикосновения, а тем более сюсюканья.

- Но, я же...

- Тэхён, он не даёт себя целовать не то, что мне, даже собственной матери,- припечатывает Хосок и Ким в шоке округляет глаза, смотря то на друга, то на мирно спящего ребёнка.

- Да ладно, я..в шоке,- выдавливает из себя блондин, и сам не понимает почему, но на душе становится так радостно. Да что ж такое-то!?

- Я сам не понимаю, что происходит, но тебе он открылся сразу. И привязался очень. Я уже даже устал от этих его «Тэхён-хён». И ты не поверишь, но я даже завидую,- как-то грустно тянет Хо и видя виноватое лицо друга, спешит исправиться,- Нет-нет, я знаю, что он любит меня, и я его очень люблю, но с тобой он как-то...особенно близок что ли?- альфа снова переводит взгляд на экран и продолжает уже тише,- Он позволяет тебе всё, и сам делает всё. Он очень тебя полюбил, Тэ. Ты для него стал семьёй. Береги его.- Голос Чона звучит немного надломлено и Тэхён не понимает почему. Он вообще немного в шоке. И пытается собрать все мысли в кучу, пялясь на тихонько сопящее на нём тельце.

- Я могу тебе доверять?

      Тэхёну требуется всего пара секунд. Всего один взгляд на Чонгука, чтобы поднять голову, и смотря прямо в серьёзные глаза Хосока, ответить:

- Я люблю этого ребёнка. И он мне стал семьёй. Верь мне.

Прошёл год

      Тэхёну семнадцать, Тэхён сдал все контрольные и зачёты, у Тэхёна каникулы и он счастлив. Наконец-то законный отдых от этих формул и дат. И Ким собирается оторваться по полной. Накупить вкусняшек и завалиться к братьям Чон, родители которого уже относятся к нему как к родному сыну. А ещё хочется затискать его милого Чонгук-и и втроём улечься смотреть мультики. И мнение Хо никто спрашивать не будет, да.

      Но этому не суждено сбыться.

      Тэхён не приходит на первый день.

      И на второй.

      И через неделю тоже.

      На звонки и сообщения он не отвечает и Хосок начинает волноваться. А ещё Чонгук, который постоянно нервничает и чувствует, что что-то не так. Почему-то маленькое сердечко постоянно покалывает, вызывая у младшего лёгкую апатию.

      Спустя ещё день, Хосок берёт младшего за шкирку, хотя тот уже давно стоял у дверей обутый, и идёт домой к Тэхёну. Дверь им открывают не сразу. Наверное, минут десять они точно простояли, но Гук без остановки твердил, что Тэ дома.

      И встретивший их на пороге Тэхён никаких положительных эмоций не внушал. Весь бледный, исхудавший, с опухшим лицом и помятой одеждой. Омега молчал и просто смотрел. И взгляд у него был направлен в пустоту.

- Тэ?- осторожно прошептал старший и легонько тронул омегу за плечо. Тот будто бы очнувшись, помотал головой и устало посмотрел на Хо.

- Бабушка умерла,- прохрипел он на вопросительный взгляд друга и прикрыл глаза, опираясь на дверной косяк. Чон громко охнул. Бабушка была самым близким Тэхёну человеком. Родители были не особо заинтересованы в воспитании сына, и он всё детство провёл с бабулей, которая очень сильно любила его. Он и по сей день жил с ней, и только время от времени родители приезжали навестить сына.

- Я...сочувствую...,-снова прошептал альфа, не зная, что ещё сказать. Как поддержать.Тэхён глубоко вздохнул и всхлипнул. По опухшей щеке потекла слеза. И вторая, и третья.

-Хён,- тихо позвал, молчавший до этого Чонгук, дёрнув Кима за край безразмерной кофты. Тот резко распахнул глаза и уставился огромными и полными слёз глазами на мальчишку,- Я...

      Гук не успел ничего договорить, так как его резко подняли в воздух, крепко прижимая к себе и утыкаясь мокрым носом в хрупкую шею. Сначала он немного опешил, но потом крепко-крепко обнял омегу за шею и начал гладить по голове.

- Поплачь, хён, поплачь, легче станет,- тихонько шепнул младший, легонько поцеловав старшего в висок. И Ким не сдержался. Он громко зарыдал, садясь на пол в коридоре и ещё крепче прижимая к себе Гукки. Ему казалось, что если он сейчас отпустит его, то просто умрёт. Сердце будто требовало крепко держать Чона в своих руках.

      А Чонгук мягко гладил омегу по голове и чувствовал, как на собственные глаза наворачиваются слёзы. Он впервые видел своего жизнерадостного хёна плачущим. И ему было больно его таким видеть. Убитым, потерянным и грустным. Чонгуку хотелось спрятать и защитить хёна от всех болей и опасностей, чтобы тот продолжал всегда улыбаться и больше никогда не плакал. Но он всего лишь восьмилетний мальчик, и единственное что он может сделать сейчас, это не отпускать.

      Хосок тихонько закрыл дверь, и так же сев на пол, крепко обнял своих плачущих младших.