Правда или действие.

  Если вчера я струсил, то сегодня уж точно вправлю мозги. Кому? Уизли? Или Грейнджер? Нет, меня не тянуло на подвиги, просто это уже слишком. Каким бы я не был подонком, но бить женщину до такого состояния, пусть и грязнокровку, это слишком. Я приехал раньше, зная наверняка, что она уже на работе. Чёрт, да пусть поубивают друг друга, но меня не трогают. Я ворвался в кабинет, но на месте начальницы сидел золотой мальчик, разбирая документы как ни в чём не бывало.— Где Грейнджер? — череcчур взволнованно спросил я.— Миссис Грейнджер сегодня не будет, она неважно себя чувствует, все интересующие вопросы, которые касаются работы, можете задать мне, — не отрываясь от дел, начал Поттер. Я хотел уйти, но не смог.— А не приходило ли тебе в голову поинтересоваться, какая причина её недуга, всё ли в порядке, так ведь поступают друзья, — еле сдерживался я.— Легкое недомогание, — монотонно ответил шрамоголовый.— Малокровье небось, вот и слабость мучает, — возьмём сарказмом, — а синяки оттого, что об уголки кровати ударяется, да? Поттер поднял удивлённо глаза, помолчал с минуту и сказал:— Слушай, это не моё дело, а уж тем более не твоё. Семья... Тебе не понять. — Он снова опустил глаза. Да он же знает. Чёрт побери, голову даю на отсечение. Вот теперь в этом мире не осталось ничего святого. Ты столько раз пытался защитить её от меня ещё в школьные годы и не смог спасти от волка в овечьей шкуре, своего, Орденца. Как ты с этим спишь-то?— Знаешь, может, я ничего и не знаю о том, какая должна быть семья, но я уверен, что не такая. Я уверен, что баба не должна харкать кровью только из-за того, что положила не две, а три ложки сахара в чай. Я развернулся и пошёл, не в кабинет, а домой, уволят — срать. Тошнит уже от этого «правильного» мира и всех его обитателей. Сидел бы дома, спокойнее было бы. Но нет же. Все поменялись ролями, мне жалко грязнокровную Грейнджер. Мир сошёл с ума.