Спасибо.

Иван стоял, прислонившись спиной к стене, и дышал медленно, почти ровно — но по тому, как он держал Тилла за плечи, было понятно: внутри его всё всё ещё трясёт.Тилл не отходил. Не спрашивал. Просто стоял рядом, давая ему опору — без слов, как они умели.

Через пару минут Тилл тихо сказал:

Надо сядь, ты сейчас снова начнёшь 'задыхаться'.

Иван хмыкнул, но послушно опустился на диван. Тилл сел рядом — не вплотную, но достаточно близко, чтобы не нужно было снова тянуться за поддержкой.

Ты ведь понимаешь, что это не случайно, - сказал Иван, глядя прямо перед собой. - Если начальник рвёт отпуск — значит, там не просто “материалы”. Там либо новое звено, либо… кто-то начал копать нас.

Тилл смотрел спокойно, глаза чуть сощурены.Он думал. И всегда думал глубже, чем говорил.

Если копают нас — это значит, что те, - он произнёс это слово тихо, будто не хотел будить прошлое, - живы.

Иван задержал дыхание.

Минуту.

Две.

Будто мозг отказывался принять то, что он и так знал.

Мы ведь закрыли это дело, - наконец произнёс он. - Нашли архив. Сожгли. Контакты стёрли. Все ветки.

Мы закрыли то, что видели, - поправил Тилл. - А то, что было под ним… нам просто не дали докопать.

Иван сжал кулак так резко, что костяшки побелели.

Чёрт. Я думал… что мы наконец вылезли.

Тилл повернул голову к нему.

Мы и вылезли. Вдвоём.А теперь надо просто… вернуться. И снова пройти это — вдвоём.

Иван закрыл глаза.

Да.Только вдвоём это не так страшно.

Он выдохнул — длинно, как будто отпуская напряжение через лёгкие.И повернулся лицом к Тиллу.

Ты даже не спросил, что я чувствую.

Знаю и так.

Что?

Тилл смотрел прямо, не отводя взгляда.

Ты устал. Но в тебе уже пошёл тот же процесс, что всегда: ты готовишься. Ты всё равно пойдёшь. Ты не умеешь бросать дело, даже если тебя ломает.И я не дам тебе идти одному. Точка.

Иван молча смотрел ему в глаза.И там было ровно то, что держало его живым все последние годы.

Никаких клятв.Никакого “я обещаю”.Только факт.

Он медленно протянул руку и взял Тилла за запястье — не крепко, просто чтобы чувствовать.

Спасибо, - сказал он тихо. - Просто... будь завтра рядом, ладно?

Тилл коротко кивнул.

Всегда.

А в комнате снова стало тихо — но теперь это была не пустая тишина, а та, в которой можно дышать.

---

Ночь легла на комнату ровно и мягко.Тилл лежал на боку, лицом к Ивану. Дыхание у него было ровное — тот тихий ритм, который появляется, когда человек наконец позволил себе расслабиться. Он ещё не спал глубоко, но уже отпустил тело.

Иван лежал рядом, на спине, смотрел в полутемноту потолка. Мысли всё ещё двигались, хоть и медленнее, чем днём.

Он тихо сказал, не громче шёпота:

—Спасибо, что ты был тогда. Когда у тебя голоса почти не было.

Тилл не ответил.И Иван понял — он уже спит.

Не провалился совсем, но ушёл туда, где нет тревог.И от этого у Ивана внутри стало немного теплее.Потому что в этом доме хотя бы кто-то смог отдохнуть.

Иван медленно повернулся на бок.

Он сделал это осторожно, чтобы не спугнуть этот хрупкий покой рядом.Сначала плечом, потом локтем, потом всем телом.

И когда расстояние между ними исчезло, Иван протянул руку и обнял его — так, как обнимают не для того, чтобы получить что-то, а просто чтобы держать.

Тилл, даже во сне, ответил.

Не просыпаясь.Не думая.

Он просто подался ближе.Прижался лбом к Ивана шее.Пальцы чуть сжали ткань его футболки.

Словно это было естественно.Словно тело само знало, где ему место.

Иван замер на секунду — потому что это всегда попадало прямо в сердце.

Тихо, осторожно, почти неслышно он склонился чуть ниже и поцеловал Тилла в лоб.

Не как жест.Не как шаг.Просто — чтобы сказать “я здесь”, без слов.

Тилл, всё ещё спя, выдохнул мягко — и угол его губ дрогнул едва заметной, сонной, самой настоящей улыбкой.

Иван закрыл глаза.

И впервые за всё время — уснул сразу, в тот же момент.

Потому что рядом было тепло.