4 часть

Дима возвращается в студию. Не обращая внимания на голоса ребят заходит в комнату и закрывается. Ребята недоумённо перешептываются. Дима садится в изголовье кровати и обнимает подушку. Спустя время раздаётся тихий стук и женский голос: — Дим! Дима, что случилось? Открой пожалуйста, а.Дима встаёт, открывает дверь и снова садится в прежнее положение. Полина от изумления аж рот раскрывает. Последний раз таким Диму онавидела… А видела ли вообще? Она закрывает за собой дверь и бросается к нему.— Что… Что случилось?В ответ Дима только утыкается лицом в подушку.— Дима… Ну не молчи, что произошло? Чем тебе помочь? — Полина легонькотрясёт его за плечо.— Ничем мне не поможешь, Полин… — голос Димы звучит тихо и хрипло. — Ясам дурак и всё проебал…— Ну что случилось, расскажи…— Эмиль… Люблю я его короче пиздец. Не знаю как так вышло, честно… Ивозможно взаимно… Но я всё испортил…— Так… — Полина замирает и кажется с минуту пытается осознать услышанное. — Я правильно тебя поняла? То есть ты его как парня… Любишь?— Угу…— Эээ… — следом минута молчания, — ладно, окей. Упустим это… И как ты егопроебал?— Я… Признался ему этой ночью… Когда ещё руку порезал, и он со мной ушёл,помнишь? — Дима дожидается согласного кивка и продолжает, — Ну ибуквально через пару часов с этой… Как её… Кристиной. Ну, переспал, короче…— Бляяяааать… Ты… Блять… Как? В смысле… Зачем?Даже если поместить марсианина или какое-либо фантастическое, незнакомое с цивилизаций существо на планету людей, невозможно будет достичь большей степени удивления, чем у Полины в данный момент.— Так получилось… Ну и после этого меня Эмиль видеть не хочет… Оно ипонятно.— М-да… — Полина садится на кровать и продолжает перевариватьуслышанное.Дима же сползает вниз и уже лежит, зарывшись лицом в подушку.Девушка приходит в себя через несколько минут: — Так, Дим, раз попал в дерьмо, из него надо выбираться, ты в курсе?— Я в курсе… Но как выбираться то? — Дима поднимает лицо с подушки и подетски шмыгает носом.— Думать надо. А я как-то херово думать могу. Не получается осознать, что мойбывший оказался геем. Ещё и в передрягу попал… Вот всё у тебя через жопу.— Ну я может не совсем гей, а как его… Этот… Би… Биба и боба блять, двадолбоёба…Полина не сдерживает смеха над страдальческой интонацией и словами Димы.— Бисексуал может? — наконец, отсмеявшись, серьёзно спрашивает она.— Да, он самый… — Дима наконец откладывает подушку.— Ты плачешь что-ли? — Полина изумлённо смотрит на красное лицо Димы, тот поспешно прячет глаза.— Нет… — и опять шмыгает носом.Полина улыбается. Дима даже не представляет, насколько сейчас похож наребёнка. Стоит ли судить его за это? Кажется у каждого из нас есть моменты, в которые мы ведём себя как дети.— Ладно, Дим. Давай подумаем, что ты можешь сделать и как помириться ствоим возлюбленным. Господи, пиздец. — Полина сокрушённо качает головой.— Согласен.— Так, давай поподробнее. Он тебя тоже любит?— Не знаю, но наверное да… Сказал, что шанс есть, поцеловал ещё… Да и необиделся бы наверное, если бы плевать было.— Подожди-подожди… Поцеловал? Хотя это ваше личное уже, ладно. Но сдругой стороны я в вашем личном и копаюсь. Боже ты мой…Через ещё час долгих размышлений и лекций, в основном Полины, ребятанаконец придумывают план. Артём с Никитой за это время уже успеваютрассказать друг другу всевозможные анекдоты, зашкварные истории ипонастроить кучу версий того, что могло случиться с Димой и Эмилем. Отнастоящей версии все их догадки конечно далеки…План Димы с Полиной (в основном, конечно, Полины, ибо наш горе-романтик-у-которого-всё-через-жопу только пессимистически отвергал все варианты и всё у него сводилось к: «жизнь кончена, я так и умру молодым в полном одиночестве»), состоял в медленном примирении. То есть, сначала восстановить дружеские отношения, а потом дальше попытаться вытянуть. Если Эмиль правда любит, должен пойти на компромисс и в конечном итоге простить. Но для этого надо было выждать какое-то время. Этот план Диме не нравился, потому что «Он меня вообще разлюбит, забудет, и даже работать со мной ему станет противно». Но Дима был не очень культурно послан далеко и надолго, после чего версия Полины стала казаться не такой уж и плохой. Наконец он соглашается не трогать Эмиля пару дней, а потом позвать и попытаться поговорить. В случае неудачи, Полина обнадёживает его тем, что придумает вариант «Б», и горе-парочка всё-таки будет вместе. На этом и сходятся.Уже успокоившийся Дима говорит: — Блин, я серьёзно не думал, что жизнь за пару дней вот так изменитьсяможет… Как будто «бах», — имитирует руками взрыв, — и всё.— И всё идёт через жопу? — улыбается Полина.— Да-да… Именно.Дима действительно вытягивает паузу в два дня. В голову как назло лезеттолько Эмиль и их разрыв. Поэтому наверное Дима и грузит, если неперегружает, себя работой. Он всегда был трудоголиком, поэтому и с головойуйти в этот омут ему не сложно. Дима постоянно что-то снимает, работает надлокациями, до ночи монтирует ролики и даже вспоминает про недоделанныйтрек. Доводит это до того, что ночью он приходит домой и, даже не включая свет,разувается и как есть, в одежде, заваливается спать на диван. Утром сновавстаёт и тащится в студию. Несколько чашек крепкого кофе и опять монтаж.Дима наверное надолго бы погрузился в этот бесконечный круговорот, однакогде-то в районе пяти вечера, когда он устраивает перерыв на «всё-таки надопожрать, это недолго», звонит телефон. Дима вытирает руки и поднимаеттрубку.— Алло, привет.— Дим, ну ты как там? Как с Эмилем дела обстоят? — Дима готов поспорить, чтодевушка по ту сторону провода заговорчески улыбается.— Поль, никак пока. Я занят, у меня работы выше крыши навалилось. Эмиль на студии не появляется.— Погоди… Ты сейчас хочешь сказать, что как всегда забьёшь на свои проблемыи будешь искать утешение в бесконечной работе? Не пойдёт так. Давай-ка всёбросай и разбирайся сначала с Эмилем. — а вот сейчас она сто процентовсерьёзно морщит лобик.Дима тяжело вздыхает.— Я не знаю пока как с ним заговорить.— Я тебе когда-нибудь говорила, что ты придурок?— Говори-ила… И не раз говорила. — Дима как-то настольгически улыбается.— Тогда скажу ещё раз. Слушай, Дим, ну соберись ты, ради Бога. Вот ну ничего увас ещё не потеряно.— Ладно-ладно, я тебя понял. Я постараюсь всё решить.— Ну вот и молодчина. Давай, вперёд. А я побежала. Завтра позвоню, и не дайбог узнаю, что ты ещё ничего не сделал.Дима смеётся: — Ладно, ладно…— Всё, до скорого, целую.Дима откладывает телефон. Полина права, кажется работа и правда можетподождать. Дима не помнит, когда в последний раз так волновался, перед тем как нажать зелёную кнопку в книге вызовов. Устраивается поудобнее на диване.Вдох, выдох. Собрался.Гудок… Ещё гудок.— Алло?— Эмиль? Привет. — руки дрожат от просыпающегося волнения.— Ты по работе, или мне сразу отключаться?— Я не по работе, но послушай пожалуйста, не сбрасывай…По ту сторону тяжёлый вздох. — Валяй…— Слушай, мы ж не можем вот так просто перестать общаться и нам вообщеработать вместе надо…— Работать с тобой я вроде и не отказывался.— Нет, ну… А дружеские отношения сохранить мы можем?— Можем наверное… Я не могу знать. — звучит чересчур легко и уверенно, но насамом деле Эмиль ни в чём не уверен.— Во всяком случае, тебе не противно со мной общаться или что-то такое?..— Дим, вот скажи честно, ты совсем дурак, да? — Эмиль спрашивает с такимудивлением, кажется даже не успев обдумать, что у Димы не остаётсясомнений: всё не настолько плохо.— Я даже отрицать не буду.— Зачем звонил-то? — голос Эмиля кажется становится немного мягче.— Ну… — Дима сам не до конца придумал, что говорить. — Может сходим куда, поговорим?— Можно. Только, ради бога, пусть это будет в компании кондиционера, ладно?— Окей, — Дима улыбается, Эмиль точь-в-точь представляет лицо по ту сторону экрана и эту буквально излучающую свет улыбку.— До завтра тогда?— До завтра, Эмиль.Дима кладёт трубку и тяжело вздыхает. Достаточно было услышать голосЭмиля. Достаточно для того, что бы снова вернуть осознание: «Я не хочу еготерять.» Дима чувствует, как желание работать, работать, и доработаться нахуйдо того, чтобы все силы и жизненная энергия его покинули к черту и навсегда,его покидает. Он выключает ноутбук, на котором планировал доделыватьпроект, и покидает студию. Дома Дима сразу ложится спать, потому чтовнезапно закончившийся приступ работоспособности сменился дикойусталостью. Завтра встреча с Эмилем… Надо бы выспаться… Хотя точно, Димауже спит. Не будем ему мешать.

***

Утро. Мерзкий звон будильника. Дима лежит, с головой укрытый одеялом.Кажется кондиционер постарался на ура. За окном убивающая Московская жара,а в квартире на седьмом этаже холодно. От этого хочется спрятать головуобратно под одеяло и не отпускать нагретое местечко. Но Дима уже давнопокинул родительский дом и успел привыкнуть, что мама не побежит, второпях собираясь на работу, будить его к школе. И противный звон будильника — неотъемлемая часть его жизни. Он нежится конечно ещё с пару минуточек, но нарастающий и раздражающий звук уснуть уже не даёт. Дима скидывает одеяло и встаёт. Сегодня нужно встретиться с Эмилем. Первый звоночек в голове именно об этом.Он наливает кофе и садится на диван. В руках конечно оказывается телефон. Ондолго копается по локациям, и наконец, в заметки телеграмма улетает однапонравившаяся. Экран не очень вовремя перекрывает входящий звонок.— Дим? Привет! Не разбудил, не? — возбуждённо-нервный голос немногосмешит Диму.— И вам не хворать. Какого хуя должно было случится, чтобы ты позвонил мне ввосемь, мать его, утра?— Да тут… Мы короче на студии начудили… Не ругайся только, ладно?— Блять! Я еду. Тём, начинай молиться. — Дима вскакивает с дивана, на ходуотключает звонок и прокручивает в голове самые страшные сценариипроизошедшего на его любимой студии.Быстрый и крайне нервный поиск ключей от машины заставляет Димупроснуться окончательно. Он всеми силами старается выжать из временимаксимально короткий и удобный ему промежуток. Кажется обстоятельствадругого мнения насчёт этого. Пробка в час-пик и водители, которые… Ну эти,которые: «ты-уебан-ты-куда-блять-прёшь-права-покупал-что-ли-мудила-хуев».Пока Дима добирается до студии, немного немало проходит два часа.Через ещё примерно столько же скандал на студии затухает. Ребята, славанебесам, просто сломали стол. Шутки, и не только про то, как они умудрилисьего сломать, остаются позади. Стол выбрасывают, Дима успокаивается. И пока остальные болтают о том, о сём и о работе, он снова утыкается в телефон. Вчате телеграмм высвечивается непросмотренное от Эмиля. Дима открывает и невольно улыбается.«День добрый. Всё ещё идём куда, или испугался? :)»«Не испугался) Нашёл одно место, сейчас кину.»Дима скидывает локацию и ждёт несколько минут. Ждёт и улыбается, залипая в одну точку на экране. Наконец появляется надпись «typing». Не вовремя рядом появляется Сударь, горе-романтик блокирует экран.— А что это мы прячем? — ухмыляется Никита, и Дима, кажется, готовпровалится сквозь землю.— Да ничего, ты просто резко подошёл…— Чувак, ты как ребёнок. Светишься же весь… В личной жизни просвет наконец-то?— На то она и личная. — огрызается Дима.— Ой, ладно, не кипятись. Всё, убежал, занимайся своими делами. — Сударьхитро улыбается и исчезает в монтажёрке.Экран снова включается, Дима возвращается в игривый настрой.«АХАХАХА»«Дим, серьёзно?»«Котокафе?»«Не ну пиздец»«Ну и что тебе не нравится?»«Классное местечко»«И кондей там есть, я проверил :)»«Ладно, встретимся там тогда, поговорим»«Давай к 19:00?»«Хорошо»Дима убирает телефон. Он не замечает, что действительно сияет от проделанной шалости. Стас, которому Сударь уже начирикал о загадочном поведении Димы, выходит из спальни и ехидно улыбается. Дима его простоигнорирует. Ну а после, перекусив, собирается на встречу с Эмилем.Время в ожидании тянется нестерпимо долго. Дима тупо топчется на порогемаленького антикафе и, листая ленту инстаграм, подумывает все возможныесценарии их разговора. Наконец видит Эмиля. Сердце бьётся чуть быстрее.Дима переступает с ноги на ногу и ждёт, пока фигура приблизится ближе.— Привет, — Эмиль улыбается.Кажется спокойным, однако в его голове и сердце тоже происходит что-то, чтоон сам не может до конца объяснить.— Привет.Дима протягивает руку, Эмиль пожимает.— Ну? Так и будем на пороге стоять? — добродушно смеётся Эмиль и кивает всторону двери.— А…Дима тоже смеётся и открывает дверь. В лицо обоих сразу ударяет прохлада,парни поспешно проходят внутрь.— Бля, ну и жара там всё-таки. — в пол голоса Дима озвучивает мысль обоих.Эмиль согласно кивает.Дима оплачивает время. Когда же, перестав улыбаться ассистентке,оборачивается, Эмиля рядом уже нет. Тот, буквально превратившись в комокнежностей, гладит и тискает кошку, сидящую в углу на столе. Дима улыбается едва не до ушей и подходит к нему.— Вижу не очень-то и плохое место для тебя, да?— Место-то неплохое… — Эмиль убирает руку от кошки и садится за стол. —Просто странно звать меня сюда, чтобы выяснить отношения.Дима согласно кивает и садится напротив.— Но тут классно, ты не это… — Эмиль, кажется, начинает оправдываться, ноДима жестом руки успокаивает его.— Всё нормально. Кофе хоть будешь? Или чай?— Дим, я не ради чая твоего приехал.Дима усмехается. Съехать с темы не получилось. А все заготовленные словакуда-то подевались.— Ладно-ладно, понял. Не знаю даже с чего начать… Злишься на меня, да? —Дима встречается взглядом с Эмилем, но тот прячет глаза.Над столиком почти осязаемо нависает тишина. Дима, не отрываясь, смотрит наЭмиля, словно в ожидании приговора. После минутной паузы тот наконецспрашивает: — Ну а ты бы не злился?Эмиль начинает выводить пальцем какие-то узоры на столешнице, Дима давит рвущийся наружу тяжёлый вздох.— Не знаю, ни доводилось в такой ситуации быть… Но наверное злился бы.— Мне вот, представь себе, тоже раньше не доводилось в такой ситуациибывать. И раз уж мы пришли сюда поговорить по душам… Блять, Дим, ты мудак, ты в курсе?— В курсе… — теперь уже очередь Димы опускать глаза в пол.Эмиль смотрит на него. Эмилю кажется, что он слишком жесток. Дима жесогласен принять и выслушать про себя всё, лишь бы сгладить свою вину.— Ладно, моя очередь вопросы задавать. — Эмиль прочищает горло, стараетсянацепить на себя безразличие. — Ты правда хочешь вернуть дружескиеотношения?Дима осматривает помещение. Рядом с собой видит пушистого чёрного котёнка.Наклоняется, ловит его и аккуратно поднимает на руки. Эмиль удивлённо, сдолей умилённости, наблюдает за этой картиной. Дима ласково гладит иуспокаивает котёнка, и потом сдержанно смеётся: — Эмиль, он на тебя похож чем-то, не замечаешь?Эмиль улыбается.— Да ну?— Да-да, похож.Котёнок громко мурлыкает и укладывается на коленях Димы, а тот уже более серьёзно говорит: — Нет, Эмиль. Если честно, то нет. Я хочу как-то загладить свою вину, нодружба… Это не про нас по-моему. Во всяком случае не про меня.— И что, добиться меня попытаешься? — Эмиль снова грустно улыбается.— Не знаю, наверное…Взгляды парней снова пересекаются. На этот раз они долго не отводят глаз.Каждый пытается найти что-то в глазах напротив. Дима ищет прощение. Эмильищет любовь, способную перекрыть всё. И кажется, они видят это. И видят другдруга насквозь.— Я всё-таки кофе сделаю. — наконец отрывается Эмиль.Дима только молча кивает и, когда Эмиль встаёт из-за стола, возвращается ккотёнку. Гладит блестящую шерсть и копается в своей голове. Всё сильнеетеплеет надежда, что Эмиль простит. И что у них ещё есть шанс. Эмиль, возвращаясь, застывает на месте. Если бы только человеческое тело могло растаять и раствориться от переизбытка эмоций… Он бы во мгновение окарастёкся по полу маленькой лужицей. Дима отстранённо улыбается, о чем-тодумает… И, боги, как же невероятно он выглядит. Эмиль ставит стаканы настол, Дима поднимает на него голову.— Ладно, Дим… Я вот что предлагаю. Давай просто постараемся представить,что ты… Бля, ну короче, просто не было этой ситуации, ты ни с кем не спал.Больше тебя ничего не останавливает? Ну. Мы оба парни. — Эмиль договаривает и садится на своё место.— Да, это тоже… Сложно, но… Если мы любим друг друга?Дима спускает котёнка на пол и бросает на Эмиля быстрый взгляд. Чуть тишедобавляет: — Ну или я люблю…— Блять, да ты придурок! — голос Эмиля звучит так громко и резко, что Димарастерянно поднимает голову, а семейная пара за соседним столикомнедовольно оборачивается. На этом Эмиль не останавливается. Он перегибается через стол, хватает Диму за затылок и чуть ли не вплотную притягивает его к себе.— Слушай, сука. — Дима открывает рот что-то сказать. — Молчи, блять. Молчи.Из нас двоих не я на бесчувственную тварь больше похож, не я. Хорош блятьсебя жалеть. — Эмиль почти шипит от нахлынувшей злобы.Дима больше не предпринимает попыток вырваться, Эмиля это немногоприсмиряет. Он склоняется ближе и прямо в его ухо шепчет: — Ублюдок… Да, чёрт возьми, я люблю тебя. Не смей, слышишь, не смей, сука,так говорить… — Эмиль порывисто зарывается пальцами в волосы Димы,прижимается к нему. Зажмуривает глаза, хватает ртом воздух. Тяжеловыдыхает и отталкивает Диму от себя.Дима молча опускает голову. Эмиль бросает «извините» оторопевшим, во всеглаза пялившимся на них людям. Дима теряется от услышанного. Эмиль уже безбылой резкости кладёт руку на его плечо. — Эй… Пошли на улицу выйдем?Дима поднимает голову и кивает. Эмиль встаёт из-за стола, следом поднимаетсяДима. Они выходят на улицу, Эмиль часто и глубоко дышит. Дима берёт его подлокоть и заводит за магазинчик.— Эмиль, прости. Чёрт, за всё прости…— Дим, заткнись. — Эмиль приподнимается на цыпочки. Смотрит в глаза Димы. Затем закрывает глаза и накрывает его губы поцелуем. Дима слышит удары собственного сердца. Он медленно обнимает Эмиля за талию и отвечает на поцелуй. С каждой секундой рвение парней нарастает, они целуются жарче. Руки Димы гуляют по спине Эмиля, он же сжимает волосы на затылке Димы, немного оттягивая их. Дима тихо вздыхает от удовольствия. Эмиль усмехается, ему нравится чувство доминирования целуются долго, страстно. Дима наконец останавливается и открывает глаза. Эмиль следом. Парни смотрят друг на друга, потом прикрывают глаза и стоят, прижавшись лбами и носами. Дима кратко, смазано целует ещё раз и отступает на шаг назад.— Боже, какой же ты… — выдыхает Эмиль.— Мудак? — улыбается Дима.— Нет, блять… Какой ты ахуенный… Но и мудак тоже— Так что? — Дима берёт руку Эмиля в свою и смотрит ему в глаза. — Дашь мнешанс?— Уже, Дим… — Эмиль сжимает его руки. — Уже.--------------------Боже, автор растёкся лужицей от такого поворота событий.....