Глава 4

Прошла неделя, другая. Я выждала ровно столько времени, сколько требовалось. И теперь пора начинать строить план побега.

Как по расписанию, в четыре часа дня я выпиваю положенный стакан какао, это не текила, конечно, но тоже неплохо. После за мной заходит Адамс с накаченным сторожем. Уже другим, того бедолагу уволили за сон на рабочем месте.

Они надевают на меня никелированные наручники. Я покорно стою на месте, и наблюдаю за людьми в соседних камерах, которые либо спят, либо тоже наблюдают за мной.

Отдел заключенных раскидывается в три этажа. На каждом – два ряда с полу-пустующими камерами для преступников. Могу с точностью сказать, что из-за малого числа рецидивистов, все заключённые расположены в шахматном порядке. Страшные, медного цвета решетки выглядят невероятно крепко, словно были из стали. Пол бетонный, при том выглядит отлакированным и гладким, а источником света является лишь солнце, светящее с самой крыши, из больших окон с решетами. Оно освещает абсолютно все помещение с камерами, а ночью нам приходится тонуть во мраке.

— Сегодня тобой займётся мистер Хейз,-Зои вырвала меня из раздумий.

— Что? Он профессию сменил?

— С чего это?-не поняла психиатр.Через мгновение мы втроём зашагали к старому лифту внушительных размеров.

— Ну, по моим наведённым справкам - он детектив.

— И?

«Господи, почему же ты такая тупая, Адамс? Как ты, блять, получила психологическое образование?»

— Понимаешь... Ты-п-с-и-х-о-л-о-г, а он д-е-т-е-к-т-и-в. Разница чувствуется?

— Ах, ты об этом. Просто психологически я из тебя вытянуть ничего не могу, поэтому Дарен будет сам заниматься тобой.

— Оу.

— А что?-Адамс находится в недоумении.

— Я имею право отказаться от его вмешательств?-не люблю людей, мысли которых невозможно предугадать. С ними очень сложно приходится, весь будущий план может повернутся против меня - если Дарен прогадает ход моих мыслей.

— Не имеешь.

— А если хорошо подумать?

— Может, ты лучше помолчишь?

Закатываю глаза.

Лифт спускает нас на самый первый этаж, где расположены все кабинеты и комнаты для опросов. Покорно выхожу вслед за Зои, сзади меня идёт массивный паренёк, который наблюдает за тем, чтобы я никуда внезапно не свернула.Мы доходим до самого конца коридора. Вот она - зловещая комната для опроса заключённых. Зои начала ломаться, словно ей на ногу медведь наступил. Это выглядело максимально глупо с её стороны, мне оставалось только догадываться о причинах её странного поведения.

В полутемной комнатушке я разобрала фигуру Дарена, хитрую пешку в нашей шахматной игре. Он сидит неподвижно, отрывает взгляд от папки с моим делом, и выжидает моих дальнейших действий.

— Рада снова встретиться с вами, достопочтимый мистер Хейз,-делаю книксен, и слышу его ухмылку.

— И я рад, мадмуазель Блейк. Присаживайся.

Охранник просто отпускает меня, не вдупляя, что происходит, и я самовольно, со скованными руками сажусь за стол. У меня дежавю. Уже целый месяц, одно и тоже. По кругу.

Детектив включает настольный светильник, и теперь я могу заметить каждую деталь на его лице.

— Мисс Адамс, мистер Уальд?

Оба, как по сценарию, кивают головой, и покидают комнату опроса.

— Ну что же, теперь мы наедине.

— Вы как маньяк из дешевого триллера. Мне уже стоит начинать кричать?

Он улыбается, и хитрым взглядом продолжает окутывать мой разум.

— Конечно. Моя работа ведь очень плотно связана с маньяками. Грабителями. Убийцами...,-он продолжает смотреть на меня. Ждёт реакции? А какой? Я не поддамся, буду естественно равнодушной ко всему, что сотворила, — Твои результаты обследования показали, что у тебя раздвоение личности.

— И что вы хотите этим сказать? Я знаю об этом, результаты пришли ещё несколько дней назад.

— То, что тебя будет проще освободить. По крайней мере, если ты будешь под моей опекой и поможешь с делом, то я вложу все свои силы для оказания помощи,-награждает меня томным взглядом. С каких пор я замечаю нежность в глазах человека? И с чего бы ему вообще на меня так смотреть?

— Вы уже поймали убийцу, какое дело? Не пора бы вам его закрыть?-вот кретин, я и без твоей помощи прекрасно справлюсь и окажусь на свободе. И даже не вздумай задобрять меня своими щенячьими глазками.

— В том-то и дело. Я детально разобрал каждую бумажку,-он, очень неожиданно для меня, открыл одну из страниц в папке, –и нашёл вещь, которая заинтересовала меня. Итак: да, ты присутствовала абсолютно на каждом терроре из этого дела, но,–он ткнул указательным пальцем на фотографии трупов, –как я понял, ты находилась совершенно в другом месте. Вот здесь, ты убила Дженнифер Ковальски, латино-американку. Твое последнее преступление. Прямо тут можно разглядеть твой силуэт. И в эту же минуту, буквально через несколько секунд были убиты близнецы на крыше здания. Чисто физически ты бы не могла попасть туда на столько быстро. Даже если бы бежала как олимпиец на спортивных играх. К тому же, там совершенно нет никаких фигур, теней. Вообще ничего. Загадка для нас всех.

— А камеры видеонаблюдения?

— Директор торгового центра говорит, что она стерлась. Ошибка в базе. Остались лишь моменты, запечатлённые с трупами. И, кстати, такие ошибки очень часто повторялись на ваших террорах, и именно на определенных камерах.

— К чему вы клоните, мистер Хейз?

— Я сделаю так, чтобы твой срок стал значительно меньше. У тебя есть психологическая болезнь. Я могу написать, что все твои убийства были неосознанными.

— Неужели?

— Безусловно, это не простительно, что ты убила людей, и наказание должна понести в обязательном порядке. Работы, пара лет заключения и ежедневные пятичасовые сеансы у местного психотерапевта. Но согласись, это лучше пожизненного срока в твои двадцать лет?

Мой взор падает на стол. В голове словно заработал механизм, перечёркивающий все напрочь. Возможно, это единственное верное решение из моей ситуации. Возможно, мой побег ничего не решит, меня вновь могут поймать.

— Что я должна буду делать?

— Ты знаешь, что за человек убивал остальных людей?

— Нет, конечно нет.

— Но я уверен, что ты умная девочка и поможешь нам. Кратко говоря,-он устало склонил голову,— Я и мой сослуживец подписались на раскрытие этого дела. А ты... просто будешь ездить с нами, говорить то, что знаешь. Направлять на путь истинный, как говорится. Если же заведёшь в ловушку —  обязательно за это поплатишься.

— А у меня есть время на раздумье?

— Конечно, до завтрашнего дня. С понедельника мы начинаем расследование, устраивает, малышка Молли?-его голос казался мне уставшим.

— Устраивает,-улыбаюсь, но из головы по-прежнему не выходят мысли о возможной подставе.

Я ведь и сама не знаю, кто настоящий убийца. Об этом может догадываться моё второе обличие, которое убивало людей. Заставляло страдать и умирать их в муках.

Но кто знает, смогу ли я управлять своим разумом, когда буду вне себя? Вне обычной, привычной с детства всем Молли Блейк. Девочке, которая казалось и мухи не обидит, ставшей самым настоящим воплощением зла.Я избивала кулаки в кровь, когда приходила с комнаты для опроса психолога. Об бетонные стены, слезы просто лились из моих глаз, мне даже не хотелось кричать. Казалось, что я разрушаю себя. Всегда разная, пустая, бесчувственная эгоистка. Превратилась в ничтожество. Превратилась в того, кого всегда презирала. Сэм, ты ли виноват в этом? В моей потери осознанности? Я не могу никого винить. Конечно, не могу. Но отныне я всегда буду разным человеком, на утро просыпаясь, вспоминать о своих идиотских поступках.Сегодня я простая Молли, девочка из Сакраменто с друзьями-подростками, а уже завтра - серийная убийца Блейк, для которой нет и никогда не будет преград.

Я подхожу к железной двери, слышу, как она открывается. Сюда заходит охранник, и я, неожиданно произношу во весь голос, поворачиваясь к Дарену:

— Я согласна.