Глава 21. Надежда, спасение и милость

Или страх, тревога и безвыходность?

Сегодня он его похоронил. Без эмоций и без слез. Сам один среди всех остальных могил; среди каменных спинок кровати с надписями о спасении; среди тех, где мог бы быть он, но не судилось — судилось ему забрать их подушку и положить на твёрдую простынь.

Он не подавлен, он не грустные, не печальный, он не чувствует сожаления, что не смог в своей жизни завести друга-брата с такими же мыслишками в пустой голове и такими же ценностями в пустой жизни.

Сегодня у него ещё одно дело. Такое подлое и злое, что галочка превратиться в крестик. И нисколечко не жалко вытворять ему такое перечудо, что покажется, будто это был не он.

Вам может показаться, что все далеко не так, но вдруг судьба поменяет ход в шахматной игре, уговорив противника, и сможет испоганить жизнь другого недочуда.

Мэтт вышел из ворот местного кладбища недалеко от Грейз-Хиллс и сел в свою машину, закрывая водительское окно. Он любит курит в машине, что дай Бог задохнутся в дыме.

Харрис уже несколько тысяч раз представлял свою смерть: висельница, французский способ*, выстрел в висок или с перерезанным горлом он все равно будет валятся где-то на дне озера, как неизвестный труп Джека Потрошителя.

— Чёрт, наконец-то этот Барнс свалил! — хлопнула по дверям родного участка Карен, пока все сотрудники с опаской смотрели то на неё, то в глубину её кабинета.

— Эм, Карен, у тебя тут что-то на столе, — заметил Райан, который неловко гладит руку Линды.

— Что там? — брюнетка отодвинула одну из патрульных и заглянула внутри, все также оставаясь на пороге.

Коробка. Картонная. Самого огромного размера. Записка.

Знаете как в одном из произведений Франка*: ты боишься открыть коробку, потому что думаешь, что так то самое, чего ты так не желаешь увидеть. Как письмо, которое не хочешь открывать, ибо увидишь так «крыло сойки»*. Просто хочется его кинут в камин или ещё проще взять зажигалку и поджечь.

— Вы не видели кто это принес?

— Коробка стоит ещё с вчерашнего вечера, — пожал плечами один из блондинов в помещении.

— Ладно, хорошо, — девушка приблизилась к ней и взяла записку.

Такую опасную.

»Здравствуй, Карен.

Брайан Барнс.

Тебе подарочек на день моей смерти. Будь счастлива. И Мэтт козел... Он тогда убил Люка из-за тебя — суки.

Б.Д.Б»

Такую глупую.

Такую непонятную, ведь кто такой Люк?

Такую всеобъясняющая, но одновременно в ней нет смысла.

— Карен? — разбила пустоту на мелкие кусочки Янг, стоя возле Райана.

Уилсон быстро принялась открывать коробку и замерла на месте. Черная тьма покрывала её словно пенопласт. Десятки пистолетов покоились, мирно лежали друг на друге. Темноволосая закрыла рот урок и, глядя на подругу, отрицательно помахала головой.

Она знала — знала, что ей светит, если не найдет спасение. Белую записку с подписью.

Брюнетка начала выкладывать пистолет один за другим, оставляя огромное количество своих отпечатков. Все вокруг открыли рты и молча наблюдали за нарастающей тревогой девушки. Её наполнял страх, ведь она знала — знала, что ей светит, если не найдет надежду.

«Господи, зачем?» — кричала её душа, пока снаружи Карен ещё держалась.

— Нет, её нет, — спокойно, крича внутри, она зарылась в волосы и, оттягивая их, делала себе больно, чтобы приглушить страх, тревогу и безвыходность.

Она знала — знала, кто это сделал.

Забрав телефон со стола, темноволосая побежала на выход, пока все находились в шоке от увиденного.

Почему он это сделал?

— Помнится, ты никогда ничего не продавал, кроме порошка несколько лет назад и деньги у тебя есть. Зачем они тебе сейчас? — мужчина показался Карен славным, хоть и сам является частью криминального мира.

— Здесь есть шериф, которая мешает мне и путается постоянно под ногами. Сует нос не в своё дело. Хочу её как-то подставить.*

Какой он жалкий!

— Лиам, — позвал его Мэтт. — Хватит клоунады, уходи.*

— Конечно, все сходится! — сконфуженно садилась девушка в машину. — Пазлы, пазлы. Его жизнь это пазлы.

Но все одновременно словно паутина, а Карен в ней мушка. Даже магом не нужно быть, чтобы угадать кто Мэтт.

— Нашла, прочитала, поняла? — проговорил ровный голос у неё над ухом. — Теперь отдавай, сладкая.

— Мэтт, — Уилсон всматривалась в темноту, видя только очертания высокой фигуры перед собой. — Ты пьяный?

— С чего ты решила? — кинул мужчина и включил свет в коридоре.*

Он ходячая подстава.

— И реально я этого не замечала? Притворства? Жалкое обаяние? — ударила девушка руль, пока выезжала из парковки. — Я повелась... Повелась на улыбку — улыбку черта.

— А я хотел тебя уже отпускать...

— Карен...*

Помнится, он сказал это томно, тихо и сладко.

— Она не шавка!

— Какая же ты холодная...

— Пожалуйста открой глаза, Карен...

— Помогите! Она не дышит!

— Я муж Карен и я могу подписать разрешение на операцию.*

Пьяная забота.

— Почему я об этом не догадалась раньше!

— Мэтт Аларик Харрис! — Карен прорычала его имя и вот-вот она сорвётся на крик. — Я проиграла эту жизнь.

— А «спасибо»? — ехидно спросил мужчина.

— Сразу видно — братья. Один один в пользу Карен Уилсон.

— Не слышу, — брюнет облокотился правым плечом об косяк и направил пристальный взгляд на девушку.*

Милые беседы, будто и вправду он её муж.

Смешно, правда?

— Полежи пару дней сладкая, а потом уже поговорим, — подмигнул ей Харрис и развернулся, чтобы уйти, но он всегда будет останавливаться, когда услышит этого голос:

— Что ты сделал с Ридом?

— Не важно, — мрачно усмехнулся он.*

Как говориться: брат брата не убивай. Вот теперь понятно почему Лиам тогда остался живым.

— И сиди тут, — кинул темноглазый и зашёл в кабинет Уилсон, где сидел Барнс и его сестра. Карен фыркнула, закатив глаза. — И на фыркай, малышка Уилсон, — ухмыльнулся он и закрыл да собой двери.*

Противные прозвища. Воротит, а в то время было неприятно от того, насколько все наоборот.

Тогда он убил Мэри и остальных, чтобы показать — показать, что готов на все, чего будет стоит смерть и уничтожение Карен.

Карен въехала в окружность фермы, ведь точно знала, что Харрис тут. И Барнс и труп неизвестно Люка. Здесь находились несколько машин, но скорее всего все их водители и пассажиры мертвы. В поле из зверобоя стояли три фигуры, одна уже упала в твёрдую кровать.

— Чёрт, что ты делаешь? — прошептала девушка, останавливая Шевроле в начале въезда на ферму.

Выходя из машины, она совершенно забыла о пистолете и телефона. Присев почти что на корточки, брюнетка медленно подбиралась к первому джипу. Там лежали тела двух мужчин, а на окне красовались две дырки от пуль. Форд, что ближе к Мэтту, находился на пятиметровом расстоянии и прямо там, где Харрис сможет увидеть.

— Ладно, бывать не бывать, — выдохнула темноволосая и перебежала к ней сильно наклонившись.

— Кто там? — крикнул Мэтт. — Иди проверь, но пушка все равно будет находится возле твоей головы.

Барнс медленно шёл к своей машине, зная, что там сидит шериф. Он заглянул и увидел её испуганное, постепенно расслабляющееся лицо.

— Уходи! — шыкнул он на неё. — Ибо умрёшь сейчас.

— Я не могу.

— Ровно после выстрела получишь сообщение, — он ей улыбнулся и отрицательно крикнул Мэтту.

«Он мог бы быть моей таблеткой от головной боли и вообще боли в жизнь, но принес её намного больше; мог бы быть наркотиком, которого я убью, потому что стану зависимой; мог бы быть настоящим; мог бы гнить в могиле вместо стольких жертв; мог бы быть на месте Лиама или лежать возле него; мог бы не говорить ничего; мог бы не целовать меня; мог бы не спасать меня — я и так умру от тебя; мог бы исчезнуть в моем сердце спокойно, без ран на нём, — мысль неслись в её голове быстрее курка, на который нажал Харрис. — Мог бы просто не появляться в моей жизни».

Свет.

«С ней явно что-то не стал. Она плохо выглядит»

Больно.

— Мне так приятно слышать своё имя от такой шлюхи.

Тьма.

Мэтт сорвался как с цепи, впиваясь в губы Карен.

Свет.

Толкает её на стол, разрывая поцелуй, Мэтт снимает из себя кофту.

Больно.

Вряд-ли шериф влюбится в преступника.

Тьма.

«Опять фамилия, сладкая»

Свет.

...хоть и не разделяли вино и виски между собой, слушая приятную и тихую мелодию в баре, он наблюдал за ней, пропуская через уши грязные слова брата, которые резали сердце

Больно.

— Влюбился я, как только увидел её.

Тьма.

А ещё он её целовал. Темноволосая запомнила каждый поцелуй в щёку, висок, лоб и губы. В губы самые нежные и грубые.

Конец станций, выходите!

— Последние слова?! — крикнул Харрис.

«Бог, — Карен вспоминала слова Мэри в ту ночь».

— Не удалось, она знает, — Брайан пером рухнул на холодную землю возле ног брюнет.

Девушка обратила внимание на звук сообщения.

«Твоя милость там... Просто подними коробку

Б.Д.Б.»

Она встала и сразу же столкнулась к холодным взглядом только что убившего человека. Удивление не сходило с его лица, но он понял слова Барнса.

— Я не знаю, что руководило мною, но я кивнула ему и побежала к своей машине, — пожала плечами темноволосая, рассказывая все Райану  и Линде. — Думаю он понял.

— Что понял? — никак не понимала Линда, а вот Райану все сразу было понятно.

— Мир в моём сердце.

— Что? — тупит Янг и Блейк заткнул ей рот рукой.

Вот она искра.

— И мне кажется, что вы тоже это поняли, — подмигнула брюнетка мужичне.

— Что поняли? — мычала русоволосая из-под руки брюнета.

— Оно занято совсем другим, — улыбнулась Уилсон, умиляясь картине. — А половина души будто отошла к нему. Теперь тебе ничего не хочется: лишь часть его души взамен. Он заставляет тебя любить, ненавидит, рыдать и забирать каждую часть его; он заставляет тебя кричать, гореть, дотрагиваться, изучать каждую часть его.*

— Ты наконец-то влюбилась в Сэма? — недоумение просто наполняло Линду.

— Я просто нашла разрешение на хранение всего того оружия.

«Какого чёрта ты говоришь, Янг?»