Часть 2

Стоит ли говорить, что друзей в школе у меня не было?

Виной тому был мой острый язык или внешний вид, или в целом бойкий характер. Но с лет так 11 друзей у меня не водилось.

Были приятели, с которыми я могла перекинуться парой слов, были те, кто игнорировал мое присутствие и были те, кто постоянно хотел задеть и уколоть меня.

Особенно выделялась Меделин и ее подпевалы, и Адам - старшекурсник и звезда школьного футбола, а также ужасный тупица, который и двух слов связать нормально не мог. Но все девочки в школе почему-то от него приходили в безумный восторг. Может это голубые глаза на них так влияли?

Особенно эта Меделин, которая была его девушкой и при каждом нашем столкновении пыталась унизить меня и облить грязью.

И если самое ужасное, что могла сделать Меделин было оскорбить или облить чем-нибудь, то Адам вечно норовил зажать между кабинетов и полапать.

Я поторопилась в класс со звонком, чтобы никто не успел меня перехватить и испортить и так поганое настроение.

Проскользнув в класс, я заняла свою любимую последнюю парту.

-Псс, - послышалось с соседнего ряда. Я лениво перевела голову.

-Джин, ты в порядке? - шёпотом спросил меня Лиам. Он как раз и был из тех, с кем я могла перекинуться парой слов, - выглядишь уставшей.

Я скривилась.

-Спасибо, Лиам, ещё парочка таких комплиментов и все девушки школы будут твоими. Смотри не обгони Адама по популярности. Или ты к этому и стремишься?

Он нахмурившись отвернулся.

-Ладно, прости, - попыталась извиниться я. Лиам был неплохой, просто до жути правильным занудой. Меня ужасно бесили его приглаженные в идеальное состояние волосы и идеальные рубашки с галстуками. А может, это была зависть. Я так никогда не умела, да и возможности не было. - Просто не выспалась.

Лиам повернулся в мою сторону и, внимательно осмотрев меня, кивнул.

Уроки прошли как обычно: я вполуха слушала учителей, периодически отвечая на вопросы. Как правило, меня никто не трогал: мои отметки всегда были идеальными. Особым рвением к учебе я не отличалась, просто было много свободного времени и в библиотеке города хорошо отапливалось.

Учителя знали о том, что я знаю и лишний раз не трогали. Лишь жалостливо провожали взглядом. На что я всегда закатывала глаза. Что-что, а жалость я терпеть не могла.

Звонок с последнего урока застал меня неожиданно. Я поспешила собрать вещи и выйти из здания максимально быстро и не привлекая лишнего внимания.

И уже почти поверив, что у меня это получилось и день пройдёт благосклонно, я услышала, как со стороны парковки меня окликает грубый голос и свист:

-Эй, кто это у нас! Да это-же злючка Джинни Джонс! Ты сегодня опять не в настроении, крошка? - кричал мне в спину Адам.

-Да она такая по жизни, - пропищал ещё один голос. Это был Трис, вечный друг Адама, который заглядывал ему в рот, но сам сделать ничего не мог.

Я никак не отреагировала на их восклицания, лишь усилила шаг, чтобы быстрее покинуть территорию школы и скрыться в проулке между домами.

Но день сегодня явно не задался.

За спиной раздался топот погони и мне пришлось ускориться. Корка январского льда, покрывавшая все тротуары, явно не способствовала моему бегу.

Я неслась по улицам Нью-Джерси, огибая бачки с мусором, людей, неспешно идущих по своим делам, и возмущённо прикрикивающими мне в след.

- Извините, - на ходу бросила я, после того, как чуть не сбила молодую девушку со стаканчиком кофе.

Я уже надеялась, что оторвалась, как за моей спиной послышался окрик:

-А ты быстрая, крошка Джинни, - пробасил Адам, заставляя меня ускориться.

Не разбирая дороги, я забежала за угол здания и оказалась в тупике, сама себя загнала в ловушку! Я в панике начала вертеть головой в поисках укрытия.

-Попалась, крошка Джинни, - я повернулась и увидела оскал улыбки Адама, он, тяжело дыша, надвигался.

Хорошая новость: его дружки отстали от нас.

Плохая новость: бежать мне больше некуда.

Туша Адама надвигалась на меня.

-Долго же ты бегала, Джинни, - он в притворной задумчивости вскинул голову, - почти год, если подумать. Ты сразу мне приглянулась, когда я перешёл в вашу школу. Такая нелюдимая, дерзкая и красивая. Поменять бы тебе одежку на что-то более новое, - он загоготал.

-А как же Меделин? Ты же с ней? Не боишься ее гнева? - едко спросила я.

-Ммм, крошка Медди, думаю она не обидится.

Он ещё на пару шагов приблизился ко мне.

В моей груди начали подниматься гнев и ненависть, я словно наяву ощущала этот огонь. Казалось, дотронься я до груди и ощутила бы его жар.

Тем временем Адам приблизился ко мне и потянул руки, пытаясь схватить.

-Сейчас мы повеселимся с тобой наконец, Джинни, думаю, тебе понравится. Школьные шлюхи в восторге от меня. И ты будешь. Потом ещё будешь бегать за мной и молить о повторе.

Пик моего гнева достиг предела, жар из груди переместился по рукам на кончики пальцев, заставляя их искриться огнём. Настоящим огнём.

И я бросилась на Адама с криками.

-Да пошёл ты!

Как только мои руки соприкоснулись с лицом и телом Адама, послышался запах паленой кожи и раздался душераздирающий крик Адама.

-Аааа, что ты делаешь? - верещал он, пытаясь отцепить мои руки от своего тела.

Но я наслаждалась процессом, чувствуя глубокое удовлетворение, давая выход накопившемуся гневу.

Внезапно пелена наслаждения спала с моего сознания. Что я творю? Он же живой человек и ему больно. Я отдернула руки и Адам безвольной куклой сполз на холодную землю.

Хотя, неизвестно, что ещё этот мудак мог вытворять с беззащитными девушками, которые не могли дать ему отпор.

Я брезгливо передернула плечами и вытерла руки о куртку.

-Если об это кто-то узнаёт, - прошипела ему на ухо я, - то мы повторим. Ты понял меня? - и не дожидаясь ответа, я пошагала из тупика.

Только через тридцать минут я смогла успокоиться и потушить внутренний огонь.

Я пробралась на своё тайное место среди заброшенных построек. Старый матрас, детские книги и выжженная бетонная стена и пол.

То, что случилось с Адамом было не впервые, но это первый раз, когда кто-то реально пострадал. Жалела ли я? Немного.

Но я была в точности уверена - он заслужил. Полез - получил по заслугам. Следующий раз подумает, прежде, чем соваться к девушке без разрешения. Не думаю, что я была первой его жертвой. В школе полно девчонок, которые не могут за себя постоять.

Я легла на матрас прислушиваясь к внутренним ощущениям: где-то внутри ещё бурлил огонь, но он постепенно рассеивался. Я знала, что он не уйдёт до конца, это часть меня. Часть, которая защитит, но которой нужен огромный контроль. К сожалению, огонь появлялся только тогда, когда я испытывала сильные эмоции. Преимущественно негативные.

Прикрыв глаза, я вспомнила, как это случилось в первый раз.

Пережитые мной ощущения не сравнимы ни с чем. Мне было лет 11, мамы не было уже как шесть лет. Отец все больше сходил с ума. В школе меня ненавидели и издевались. Нередко доходило до драк и следы от них ещё долго заживали на моем теле.

Это был сентябрьский вечер, я возвращалась домой, уже который день я чувствовала перепады настроения и температуры тела: мне было то весело, то грустно, то жарко, то холодно.

Помню, как внезапно все сменилось невыносимым холодом, мне казалось, что я сейчас заживо замёрзну. Перед глазами все плыло, я еле забралась в переулок, в котором не было людей и доползла до заброшенных зданий, цепляясь за стены.

К тому времени холод сменился на невыносимый жар.

Горело все тело, мне казалось, что теперь уже я сгораю.

Я лежала обездвиженная несколько часов, и молилась, чтобы на склады никто не забрёл. Каждый вздох давался с трудом, казалось, что легкие плавились, а я была окунута в горящую лаву. Вместе с воздухом, из моей груди вырывались хрипы, руки мелко подрагивали, а перед глазами все плыло. В голове стоял туман, а мысли путались.

Постепенно, жар начал спадать, стекаясь со всего тела, выходя из кончиков пальцев рук и ног и поднимаясь все выше, сосредотачиваясь лишь в груди.

Когда я пришла в себя, была уже поздняя ночь. Пошевелив пальцами, и осознав, что это не доставляет мне никакой боли, я неспешно поднялась и огляделась вокруг.

Бетонный пол, на котором я лежала, был полностью выгоревшим по силуэту моего тела. Особенно обуглились те части, которые соприкасались с открытыми участками кожи. Вся одежда сгорела. Мелко подрагивая, я закуталась в какую-то оборванную простынь, чтобы скрыть нагое тело.

На руках, ногах и других частях тела не было ни одного ожога. Более того, старые шрамы и синяки тоже исчезли. Я спешно подбежала к луже, что образовалась из-за за дырки в потолке склада, что бы увидеть все лицо: но никаких изменений там не было. Бледное усталое лицо и яркие огненные глаза испуганной одиннадцатилетней девочки все также смотрели на меня.

Ещё раз переступив с ноги на ногу, чтобы проверить целостность организма, оглядевшись вокруг и достав из бачка с мусором какую-то одежду, я неспешно поплелась в сторону дома.

Долго потом я вспоминала ту ночь, но ни к каким выводам не пришла и решила, что это была обычная простуда на фоне усталости и недоедания. Обратиться-то мне не к кому было.

Только через время я заметила, что слишком горячая. В прямом смысле слова.

Температура моего тела была намного выше температуры обычного человека. Я все также чувствовала холод и тепло, но вот моя кожа была горячей. Это послужило поводом ещё большего отдаления от людей. Прикоснувшись ко мне, они чувствовали жар и всегда обращали внимание на это.