глава 27

— Вить, я дома. Сходим завтра куда-нибудь? — предложил Плисецкий. — Обязательно, Юрочка. После того, как ты объяснишь мне вот это! — — Чё? — — МЧС прислали, что будет холодно! — Никифоров был возмущён. — Да перестань, Вить. — голубоглазый не стал слушать юношу и налил ему горячий чай. — Спасибо. — Плисецкий принялся пить чай и размышлять над всем, что его так тревожило. «Могу ли я считать себя убийцей?» — думал блондин, смотря в окно. Никто даже не пытался понять то, что он чувствует. Нет, не потому, что они эгоисты, а потому, что не могли поставить себя на его место. Они через это не проходили… — Как думаешь, Вить, ему там хорошо? Он обрёл свободу? — спросил блондин, размешивая сахар. — У него была свобода. Ну… Наверно обрёл. Откуда нам это знать? — Никифоров напрягся. Ему никогда не нравились диалоги, в которых упоминался день самоубийства Жан-Жака. — Может и обрёл. А что, если нет? Ведь в этом полностью моя вина, да? В его смерти… — — Это был его осознанный выбор. Его никто не тянул за уши и не приказывал делать это. — — У Отабека были схожие слова… Но вы не понимаете. — Плисецкий сделал глоток. — Не понимаем. Если ты не можешь думать ни о чём, кроме него, то чего ради связал свою жизнь со мной? — Никифоров разозлился. — Да я могу. Я люблю тебя, Витя. Клянусь. — Плисецкий поцеловал Виктора в губы, чтобы умерить его пыл. — Тогда почему? Почему ты оплакиваешь потерю другого мужчины, будто ты его вдова? — — Ты не знаешь всех событий… Меня гложет чувство вины. — — ты ни в чём не виноват — Никифоров вновь нахмурил брови. — Наоборот, я виноват во всём — вскоре эти споры прекратились и Виктор, взяв на руки своего котика, отнёс его в кровать. — Сладких снов, — Никифоров поцеловал того в лобик и, укрыв Юру одеялом, сам забрался спать. время 2 часа ночи наступило утро — Витя, ты спишь? — прошептал Юрий, но не услышав ответа отправился на кухню готовить завтрак. ничего, кроме доширака. неудивительно, что он не спалил кухню — Витя! — закричал Плисецкий на весь дом. — Да встаю я. — поборов свою лень, Никифоров поднялся и пришёл на кухню. К своему безотказному будильнику… — Вить, нам нужно в магаз. Тошнит уже от дошика… — — Эй, это же как рамен, только лучше! Не может от него тошнить. — возмутился Никифоров, но блондин всё же заставил его идти и собираться в магазин. И время проведут вместе, и пожрать купят.Совместил Юрио приятное с полезным.

— Я готов! — парни вышли в магазин со своим пакетом, как настоящие русские ребята, чтобы сэкономить 2 рубля. — Всю квартиру перерыли… — возмущался Юрий, но что он знал о экономии в свои девятнадцать? По-крайней мере так отвечал ему Виктор. — Почаще бы так вместе куда-то выбираться. — сказал Плисецкий, а Виктор даже удивился и спросил: — С каких пор ты у меня такой… не вредный? — — Ты хотел сказать романтик? — — Хех, может быть, может быть. — Никифоров улыбнулся и потрепал Юрия по его волосам. — Ну эй, мы же договаривались, что ты так больше не делаешь! Особенно в людных местах.- — Прости, бука, не сдержался. — и снова та прекрасная улыбка Виктора и его влюблённый взгляд. -и всё же я благодарен встрече с тобой…-