Люблю или ненавижу

Люблю или ненавижу

https://ficbook.net/readfic/1445600

***********************************************************************************************

Направленность: Слэш

Автор: lena388 (https://ficbook.net/authors/237194)

Беты (редакторы): Дятел_в_очках, Wizardri

Фэндом: Роулинг Джоан «Гарри Поттер»,Гарри Поттер(кроссовер)

Пэйринг и персонажи: Драко/Гарри, Гарри Поттер, Драко Малфой

Рейтинг: NC-17

Размер: Макси, 91 страница

Кол-во частей: 21

Статус: закончен

Метки: ООС, Underage, Романтика, Юмор, Драма, Фэнтези, Hurt/Comfort, AU, Учебные заведения, Любовь/Ненависть, UST

Описание:

Родители решили женить и, более того, уже заключили брачный договор? Ну и ладно. Подумаешь. А может повезёт, и жена красавицей будет? Но что делать, если твой будущий супруг - это твой злейший враг? И что более важно, причиной этой свадьбы стал ты сам, а по желанию твоего "суженного" этот брак стал ещё и магическим, с кучей ограничений и запретов?

========== Часть 1 ==========

Комментарий к Часть 1

Так как работа была удалена и вновь восстановлена, я решила её перезалить с небольшим изминением возраста, так сказать во избежании...

16 лет, ведь является возрастом согласия?

Драко Люциус Малфой, младший Лорд древнего рода Малфой, парень, за которым толпами бегали не только девушки, мечтающие заполучить богатого мужа, но и мужчины, мечтающие получить в свою постель красивого мальчика, или же наоборот, оказаться под ним. В свои двадцать два года, Драко мог похвастаться бесчисленным количеством сердец, которые он покорил и тут же разбил. И вот сейчас, вне себя от злости, молодой Лорд просто мечтал увидеть свою мать и высказать ей в самых что ни на есть неаристократических выражениях, где и когда он видел её слишком важные дела, при которых он, ну прям не хочу, но должен присутствовать. Из-за этого он оставил очередную претендентку на роль своей пассии на следующий месяц, а может, и того меньше.

Буквально вылетев из камина в библиотеке (здесь ему было сказано появиться), Драко так и застыл. У дальней полки с книгами, спиной к нему, стоял его маленький враг, тот самый, которого он терпеть не мог, ненавидел всеми уголочками своей души. Единственный человек, который без страха за свою жизнь мог спорить с ним, грубить, язвить, отвечать на его придирки, и вообще единственный парень, на которого не действовало обаяние Драко.

Наверное, это был так же единственный человек, который обладал не меньшей популярностью, что и Драко, только за ним бегали без исключения все, несмотря на свой возраст, и что было самое удивительное — восемнадцатилетний парень никогда никому не причинял боль, отвергал мягко и со вкусом, а если и соглашался с кем-то встречаться, то эти отношения заканчивались дружбой и невероятными связями.

Гарри Джеймс Поттер, единственный наследник рода Поттер. Ученик Гриффиндора решивший закончить Хогвартс, после победы над великим и ужасным Тёмным лордом, староста школы и своего факультета. Самый молодой мастер боевой магии, знаменитость, Мальчик-Который-Выжил, в годовалом возрасте справившись с опаснейшим заклинанием Авада Кедавра. Даже четыре года назад, когда Тёмный Лорд возродился, храбрый гриффиндорец не растерялся, а наоборот, начал усерднее учиться, буквально грызть книги по боевой и тёмной магии, изучая не только заклинания для себя, но и заклинания, которыми мог бы воспользоваться его враг. Знания, как оказалось, принесли великий успех и ещё больше славы Поттеру. А ещё через два года Гарри Поттер победил Лорда судеб, отделавшись минимальными потерями, всего лишь пара царапин, и ещё один год на шестом курсе, но вот сам Драко лишился памяти. Неудачно использованное заклинание противника стерло все воспоминания двадцати лет жизни от рождения. И последнее, что Драко помнил — это их с Гарри ссора перед тем, как на школу напали. Какие у них были отношения, он не помнил, отпечаток ненависти, появившейся во время ссоры, не смогли убрать даже слова матери, которая рассказывала об их крепкой дружбе. А Гарри... Гарри даже не пытался подтвердить слова Нарциссы Малфой, оставаясь невозмутимым и равнодушным по отношению к Драко, что, впрочем, ещё сильнее злило младшего Лорда Малфоя.

Драко даже не заметил, когда Поттер обернулся и теперь так же пристально глядел на него своими невозможно зелеными глазами. Малфой непроизвольно скользнул взглядом по стройному торсу, обтянутому в изумрудного цвета свитер, длинным ногам, облаченным в джинсы, которые обтягивали словно вторая кожа, и снова вернулся к лицу. И первое, что выделялось на немного бледной коже — это изумрудные глаза, которые, казалось, смотрели прямо в душу. Цвета вороньего крыла волосы, были уложены в стильную причёску, аля «бардак», но как это всё шло юношескому лицу. Прямой нос, упрямый подбородок и немного пухловатые губы, которые сейчас кривились в ухмылке, что, впрочем, было уже привычным, стоило им увидеться.

— Поттер, — протягивая гласные в своей обычной манере, вернул Малфой ухмылку, — какими судьбами? Редкое явление — увидеть тебя здесь, — проходя к креслам в центре библиотеки и плюхнувшись в одно из них, с любопытством спросил он у брюнета.

— И тебе не хворать, Малфой, — в тон ему ответил Гарри, ставя на место книгу, которую держал в руках. Пройдя к креслам и сев напротив Драко, продолжил. — Ты же знаешь, что моя матушка и дня прожить не может, чтобы не навестить леди Малфой, но сегодня она почему-то и меня с собой притащила. Эх, а я собирался заскочить к Рону, — с сожалением закончил Гарри и, заметив, как от его слов скривился Драко, с мечтательной улыбкой продолжил, — ты знаешь, тётушка Молли сегодня должна была напечь печенья и пирогов. Мммм, объедение.

— Мерлин, и как ты можешь общаться с этими рыжими предателями крови? — скривившись, словно только что проглотил целый лимон, вопросил Драко, закатив глаза, и одновременно надеясь найти на потолке ответ, так как понимал, что от Поттера нормального не дождётся.

— Так же, как и ты с Забини, — пожимая плечами, спокойно ответил Гарри. Он действительно не понимал, чем Малфою, да и не только, не нравится семейка Уизли. Ну подумаешь, предатель крови, но ведь не животные и не чудовища, а вполне себе нормальные маги, с которыми весело общаться, чего стоят только Фред и Джордж.

— Кстати, где моя мать? — фыркнув, спросил Драко.

— Наверное, с моей матерью. Откуда мне знать? — равнодушно ответил Поттер.

— А где твоя мать? — левый глаз Драко нервно дернулся. Ему не понравилось, что из Поттера каждое слово буквально клещами вытаскивать нужно.

— В Гринготс пошла, — отмахнулся юноша.

— Куда? — неверяще спросил блондин. В Гринготс? Если его мать пошла с Лили, то какой Морганы она его вызвала, да ещё и сказала, что это срочно? — Какого боггарта они там забыли? — совершенно не по-малфоевски выругался Драко.

— Драко, Драко, где твои манеры, ты же Малфой, — ухмыльнулся брюнет. Гарри никогда не упускал случая подколоть ненавистного ему парня. Впрочем, и Малфой не особо себя сдерживал, если подвергался случай.

— Ты не ответил, — сквозь зубы процедил Малфой.

— Моя мама пошла за брачным договором, — хмыкнув, ответил юноша. — И опережая твой вопрос — у меня с трёх лет есть невеста. Правда, я не знаю, какая, но моя мать заверила, что красавица.

— Хм, значит, в скором времени ты у нас уже будешь окольцован? — ухмыляясь, проговорил Драко.

— Кто знает, может, леди Нарцисса не просто так пошла туда с моей матерью, — в тон ему ответил Гарри, и, словно в подтверждение его слов, камин в библиотеке вспыхнул, и из него шагнули радостно улыбающиеся Лили Поттер и Нарцисса Малфой.

— Драко, милый, я только что забрала твой брачный договор.

========== Часть 2 ==========

Гарри с удовольствием смотрел на «слегка» шокированного Малфоя, который, кстати, вот уже больше двух часов, как мечтал задушить свою сумасшедшую мать. Если Нарцисса Малфой ещё до полной победы над Тёмным Лордом и могла себя с гордостью называть Ледяной леди, равнодушной женщиной, которой на всех и вся полностью плевать, то теперь она словно вернулась в детство, превратившись в мягкую и веселую девочку-блондинку. Постоянно где-то пропадает, что-то делает, легко может в доме сотворить хаос только из-за того, что ваза стоит не на том месте, и, как всегда, верная подруга, в лице леди Поттер, во всём поддерживает и помогает леди Малфой. Сам же лорд Малфой, да и лорд Поттер тоже, даже представить боятся, что же в очередной раз может стукнуть в головы их обожаемых жен.

— Драко, солнышко, что с тобой? — нежно спросила Нарцисса, обеспокоенно глядя на неподвижного Драко.

— Мама, ты точно только что говорила о моём брачном договоре? — отмерев, осторожно спросил блондин. А вдруг его мать ошиблась?

— Да, о твоём, — непонимающе ответила женщина.

— Тогда... Ответь мне, пожалуйста, почему я только сейчас узнаю о каком-то там брачном договоре? — резко вскочив, буквально выкрикнул парень.

— Ну, понимаешь, сынок... Тут такое дело... — Нарцисса незаметно бросила взгляд на Лили, и со вздохом, снова посмотрела на сына.

— Знаешь, Поттер, именно в такие моменты я тебе немного завидую. Твои-то родители тебя не забыли осчастливить новостью о брачном договоре, — усмехнулся Драко, обернувшись к Гарри.

— Вообще-то мои тоже забыли. Я просто случайно услышал их разговоров, вот и всё, — ответил брюнет, насмешливо поглядывая на покрасневших женщин. — Мам, что там с моим? Дай посмотреть! — поднявшись, попросил брюнет.

— Ах, да. Извини, Гарри, — спохватившись, леди Поттер вытащила из сумки идеально сложенный пергамент и протянула его сыну. Ровно три минуты в библиотеке царила абсолютная тишина, пока стены славного и великого дома Малфоя не сотряслись оглушительным негодующим воплем.

— Мама, пожалуйста, скажи, что это шутка, и вот этот человек — не моя будущая судьба! — умоляюще произнес парень, ткнув пальцем в бумагу в руках.

— Неужели там имя Снейпа написано? — насмешливо спросил Малфой. Его позабавила реакция подростка, и теперь ему стало интересно, кто же всё-таки невеста героя, раз он так орать начал, что юный лорд был рад вообще не оглохнуть после этого.

— Хуже, — с невероятной яростью в глазах Гарри уставился на блондина, — там вписано твоё имя.

Драко сначала непонимающе на него посмотрел, после чего вырвал из рук Поттера многострадальный договор. Посмотрел, никакой реакции. Ещё раз посмотрел. Резко подбежал к Нарциссе и вырвал из её рук свой договор. Снова посмотрел, сверил с другим договором, после чего менор оглушил повторный возмущенный возглас.

— Кто, кто заключал эти договоры?! — резко оборачиваясь ко вдруг слишком притихшим матерям, зло спросил Малфой.

— Ваши отцы и... мы, — как-то не по-Малфоевски пискнула леди Малфой. Её немного пугал такой Драко.

— Это и дураку понятно, что не дедушка с бабушкой! Я спрашиваю, кто придумал, что моим мужем должен стать именно этот малолетний придурок, — ярости Драко, казалось, не было предела.

— Эй, кого это ты придурком назвал, моль белобрысая? — возмутился Гарри, вырывая из довольно сильного захвата злосчастные договора, и пока Драко старался выпытать из испуганных матерей подробности, решил дочитать договор до конца. Вдруг удастся обойти? Ан нет, не удастся. Уже дойдя почти до конца, Гарри с отчаянием осознал, что это неизбежно. Выбран был магический брак, причём он строго-настрого должен быть приведён в силу в течении двух недель до восемнадцатилетия младшего супруга. Иначе обоим грозит лишение магии. А это получается? Гарри неверяще уставился на почти последнюю строчку. Нет, это невозможно. Такого просто не может быть.

— Какого боггарта хорёк старший в браке? Я же сильнее магически, — пришла очередь Гарри возмущаться. — И вообще, кто стал инициатором этого треклятого брака? — помахав для убедительности своим договором прямо перед носом Лили, спросил Гарри.

— Ты, — пискнула леди Поттер. Кому, как не ей знать, что в гневе её сын похуже всяких там Волан-де-Мортов.

— Эээ, — непонимающе уставился на неё подросток.

— Что тебе не ясно, Поттер? В этом... — Драко указал на договора в руках брюнета, -...виноват ты. И теперь мне всю жизнь придется тебя терпеть. Кто решил заключить магический брак?! Я ему с радостью голову оторву за такой подарок, — зло усмехаясь, потребовал блондин.

— Ты, — ответ пришёл от леди Малфой.

— Эээ, — теперь пришла очередь Драко удивленно смотреть на женщин.

— Так, всё, спокойно, дайте подумать, — Гарри поднял руку, призывая к тишине, после чего схватился за лоб, усиленно изображая процесс мышления. — Мама, если верить твоим словам, то мой брачный договор был заключён в четыре года, значит, Малфой тоже был помолвлен в то же время, а значит, ему было восемь? — получив кивок, продолжил, — инициатором брака стал я, а магический брак захотел он, — кивок в сторону Драко, — тогда спрашивается: как вы, взрослые люди, могли послушать и повестись на капризы детей, а в том, что это был именно каприз, я не сомневаюсь; и заключить ТАКОЙ договор?!

— Ну, вообще-то, это действительно было спровоцировано капризом, твоим, Гарри. Может ты и не помнишь, но в детстве ты был очень капризным мальчиком. Драко тебя очень любил, да и ты его тоже, вас нельзя было оторвать друг от друга, иначе один всё время плакал, а второй впадал в депрессию, поэтому вы практически не расставались. Примерно в то же время у тебя уже был очень высокий уровень силы, и часто случалось так, что она не поддавалась твоему контролю, что и стало причиной для поспешного заключения брачного договора. Но стоило нам заговорить о ком-то конкретном, как ты сразу же закатывал истерику и убегал (с помощью эльфа, конечно) в Малфой-манор и жаловался Драко. Вот и случилось, что однажды он, держа тебя за руку, забежал в кабинет лорда Малфоя и потребовал заключить брачный договор между вами двумя. Нам не было ясно, было ли это его желанием, хотя, скорее всего, твоё, так как Драко частенько выполнял все твои капризы. Но магический брак стал исключительно его желанием, так как при заключении договора между двумя мужчинами у старшего супруга спрашивают, каким должен быть брак, — любезно рассказала леди Поттер, улыбнувшись каким-то своим мыслям.

— Мы с Люциусом не слишком то и противились такому желанию, так как уже тогда было ясно, что Гарри вырастет сильным магом, а значит, есть шанс зачатия ребёнка без зелья, и более того, у Люциуса и Джеймса какой-то там общий бизнес, вот они и решили, что это так же хороший шанс породниться окончательно, — добавила Нарцисса.

— О, Мерлин. Ладно бы, это был обычный брак, так нет, магический. Это же одни ограничения, — схватившись за голову, обреченно простонал Малфой. — Развестись нельзя, бить нельзя, изменять нельзя, даже ссориться, и то нельзя.

— Тебе, по крайней мере, рожать не придется, а мне ко всему тобой перечисленному ещё и наследников на свет производить. Ну и за что мне всё это? Да я лучше соглашусь ещё раз Волди оживить, чем лягу под тебя, — Гарри был зол... Нет, не так, он был ЗОЛ. И на мать свою, и на Драко, и на себя, в частности за то, что сам же и стал причиной этого наказания. Да, именно наказания, потому как по-другому супружескую жизнь с хорьком не назовешь.

— Вообще-то, Гарри, одно правило ты не обязан соблюдать, в отличии от Драко, — видя боль и отчаяние на лице сына, неуверенно проговорила Лили. Гарри сразу же заинтересованно на неё посмотрел. — Так как уровень твоей силы в разы больше силы Драко, то ты можешь позволить себе ещё один раз жениться, — проговорила женщина. На лице Гарри сразу же расцвела улыбка. Это что же получается, он может ещё раз жениться, и даже не придется спать с Малфоем? Гарри уже хотел было бросить на Драко торжествующий взгляд, как Лили продолжила, — но это не меняет того, что Драко старший супруг в вашем браке, и перед тем, как женится снова, ты должен родить ему наследника, а потом, если захочешь, можешь жениться снова, — Гарри поник. Всё-таки ему придется спать с хорьком, но это ведь только один раз, правильно? Это ещё можно пережить, а потом...

— Гарри, я думаю, что тебе так же нужно знать, что магический брак называется таковым неспроста. В твоём случае магия позволяет тебе жениться снова, однако тебе придется учесть, что второй брак может причинить сильную боль Драко, ведь, хочет он того или нет, но ты станешь его половиной. А что обычно случается, когда тебе приходится делиться частичкой своей души? — Нарцисса решила внести свои объяснения в сказанное подругой, и видя неуверенный взгляд брюнета, продолжила, — правильно, Гарри. Ты чувствуешь огромную боль, боль потери, возможно, и огромную ревность, а еще будет боль от разбитого сердца, — на последних словах Нарциссы взгляд Гарри из понимающего и обреченного вдруг превратился в равнодушный и холодный. — Ты ведь не собираешься разбивать сердце моему сыну? — в надежде спросила женщина.

— А почему бы и нет? — равнодушно спросил Гарри. — Он ведь без зазрения совести может разбить сердце, и более того, посмеяться над чужими чувствами. Так почему я не могу причинить боль ему?

— Что-то я не припоминаю, чтобы смеялся над чьими бы то ни было чувствами, — насмешливо произнес Малфой. Ему не понравилось, что в отличии от него, для Гарри слово «измена» может стать простым звуком, к которому он не обязан прислушиваться.

— Ой, извини, Драко, я забыл, что ты потерял память. Может, ты и не помнишь, но ещё до потери памяти ты входил в тот десяток парней, для которых словосочетание «однополые отношения» вызывало отвращение и тошноту, — язвительности в голосе Гарри мог позавидовать и Снейп.

— Не вижу ничего общего... — начал было Драко, но был нагло прерван.

— А ты подумай хорошенько, может, чего и вспомнишь, — хмыкнул Гарри, после чего трансгрессировал.

— А на защитные чары ему плевать, — вздохнула Нарцисса, — Драко, ты как? — осторожно спросила женщина.

========== Часть 3 ==========

— Драко, ты как? — осторожно спросила леди Малфой, коснувшись плеча сына.

— Спрашиваешь, как я? А как я по-твоему должен быть, а, мама?! Я только что узнал, что помолвлен. Более того, на этом ни на что не годном гриффиндорце. Дальше, свадьба состоится через три недели, следовательно, меньше чем через месяц я лишусь свободы, будучи навсегда связанным магическим браком. Плюс к этому, мой так называемый супруг сможет бегать направо и налево, и ничего ему за это не будет, а я должен мучиться от ненужной мне боли и ревности, — резко оттолкнув руку матери, начал перечислять Драко, угрожающе наступая, — тебе продолжить список или и этого достаточно, чтобы понять, в каком я состоянии?

— Но я думала... — начала было Нарцисса.

— Что думала? Что я люблю этого очкарика? Да черта с два! Может, в прошлом и было что-то такое, но теперь кроме ненависти и презрения ничего нет, — буквально выплюнул Малфой-младший.

— Тогда тебе не о чем волноваться, — испуганно пискнула леди Поттер. Её сын и сын её подруги в ярости всё-таки страшные люди, вон, даже она, не самая слабая волшебница, их боится.

— Лили права. Чувство ревности тебя коснётся, когда любовь в тебе проснётся, — улыбнулась Нарси.

— Надеюсь, вы сказали правду... — Драко впервые смотрел таким взглядом на мать. В серебристых глазах ясно читалась угроза.

***

Поттер-манор. Гостиная.

Огромная комната, главная гостиная известного на весь мир Поттер-манора, всегда идеально убранная и готовая принять в свои просторы гостей, гордость хозяйки, сейчас напоминала помещение, по которому прошлось цунами. Мебель из мягкой кожи выглядела как старый и порванный, а местами и подпаленный хлам. Стол из твёрдого дубового дерева был бессовестно перевернут, около него валялись осколки вазочек, а в луже несколько красных роз. Статуи, которые леди Поттер делала специально по заказу для убранства камина, сейчас разбитыми валялись на полу, а в этом самом камине дымились остатки шелковистых штор, поверх которых догорали последние кусочки колдографий, на которых делали свои последние движения два маленьких мальчика. В центре всего этого на единственном уцелевшем стуле сидел подросток с бутылкой огневиски в руках. Гарри Поттер, а это был он, невидящим взглядом изумрудных глаз смотрел на покачивающуюся люстру, прикидывая, что в неё запустить, чтобы уж наверняка от неё ничего не осталось, а равномерное постукивание не действовало на нервы.

— Гарри, ты здесь? — в камине появилась голова подруги героя, Гермионы Грейнджер.

— А где же мне ещё быть? — слегка заплетающимся языком ответил брюнет.

— Можно войти? — попросила шатенка. Гарри, хмыкнув, движением руки открыл камин, пропуская гостью. — Спа... Ого, — похоже, гриффиндорка по достоинству оценила увиденную картину.

— Нравится? — хмыкнул Гарри.

— И по какому поводу праздник? — сложив руки на груди, спросила Гермиона.

— Я женюсь, кхм, точнее, замуж выхожу. Правда, классно? — весело ответил парень, но Гермиона так же заметила и грустные нотки в его голосе.

— И кто же этот счастливчик? — кто бы это ни был, но, похоже, её другу не слишком он нравится, потому что довести Гарри до такого состояния может не каждый, и если память Гермионе не изменяет, то она знает только одного человека, которого Поттер искренне ненавидел.

— Мне повезло, моим женихом стал самый доступный и одновременно недоступный парень. Драко Люциус Малфой, — словно прочитав мысли подруги, ответил Поттер, делая глоток из бутылки. — Будешь? Выпьем за моё счастье, — усмешки на лице брюнета было достаточно, чтобы понять, что он уже изрядно пьян, и пить ему больше нельзя, иначе кто знает, чем это закончится. Гермиона решительно подошла к сидящему парню и вырвала из пьяных рук бутылку, тут же бросив её в камин.

— Эй, там ещё было полбутылки! — возмутился парень.

— Хватит с тебя, — голосом, не терпящим возражений, припечатала Гермиона, после чего достала палочку, накладывая на друга отрезвляющие заклятие.

— Ну и зачем ты это сделала? Я ведь только-только начал чувствовать себя более или менее нормально, — недовольно пробурчал брюнет уже твердым голосом.

— Рассказывай, — вернув одному из стульев нормальный вид и усевшись на него напротив Гарри, потребовала Гермиона.

— А что тут рассказывать?! Я через три недели женюсь, тьфу ты, замуж выхожу. И супруг мой — многоуважаемый и всеми страстно любимый Драко Малфой, что тут не понятного? — откидываясь на спинку стула, поведал Гарри. — И знаешь, что самое интересное? Причиной всего этого стал я сам, — прикрыв глаза усмехнулся Гарри. — Весело, не правда ли? Теперь мне всю жизнь придётся терпеть хорька, и ничего с этим нельзя поделать. Магический брак даже после смерти не прекращает своего действия, — Гарри, чувствуя начинающуюся истерику, постарался успокоиться, мысленно посчитав до десяти.

— Магический? Да, Гарри, ты попал. Я много раз читала об этом ритуале. Из-за того, что там слишком много запретов, он встречается очень редко, так как только одна пара из миллиона добровольно заключает этот брак. Но я не верю, что в твоём случае нет никаких исключений.

— Ты как всегда права, Герми. Одно единственное исключение. Мне позволена измена, и я могу ещё раз жениться, — как-то не по-доброму ухмыльнулся Гарри.

— Ну так в чем проблема? — всплеснув руками, вскочила гриффиндорка.

— Да в том и дело, что почти никакой, но... Всегда и во всём есть это «но». Сначала я должен родить ему наследника.

— Гарри, но ведь это только один раз.

— Один раз, — повторил Гарри. — Я боюсь, Герми. Боюсь, что потом уже не смогу снова жениться.

========== Часть 4 ==========

Три недели, по мнению Драко, пролетели как ничто, словно прошли не один и двадцать дней, а только три минуты. И теперь юный Лорд в последний раз перед выходом рассматривал себя в зеркало, в котором отражался высокий молодой мужчина. Светлые волосы связаны в замысловатый узел на затылке, в правом ухе поблескивала маленькая сережка-крапинка с прозрачным диамантом в середине, который выгодно подчеркивал холодный блеск в серых глазах. На блондине был надет, как и требовали традиции, чёрный костюм. Свободные брюки идеально сидели на стройных ногах, белая рубашка, заправленная в штаны, хорошо подчеркивала тренированную фигуру, расстегнутый пиджак и кожаный ремень с серебряной пряжкой в виде дракона придавали блондину слегка хулиганский вид. Оставшись довольным увиденным, Драко прихватил с кресла свою мантию и, на ходу ее надевая, вышел из комнаты навстречу своей не совсем радужной судьбе. После сегодняшнего дня его жизнь изменится раз и навсегда, и, к сожалению, не в самую лучшую сторону. Усмехнувшись своим собственным мыслям, Драко направился в ритуальный зал, где и должна была проходить церемония бракосочетания.

Гарри нервничал. Нет, не так. Он НЕРВНИЧАЛ. Наверное, впервые со дня последней битвы его сердце так бешено колотилось, в любой момент готовясь выпрыгнуть из груди. Парень несмело улыбнулся, он даже сам от себя такого не ожидал. Вот уже больше двух недель Гарри готовился к этому дню, был уверенным в себе, думал, что им не овладеют никакие эмоции, и он с равнодушием и холодным сердцем выдержит этот день, а потом... А потом начнётся его новая жизнь. Но нет, с утра, как только он открыл глаза, им овладело волнение, да такое, что появившаяся дрожь во всем теле до сих пор не прекратилась. Гарри на ватных ногах подошёл к зеркалу, дрожащими руками попытался застегнуть белоснежную рубашку. И теперь, спустя десять минут нелёгкой борьбы с пуговицами, брюнет критически оглядывал себя всё в том же зеркале. По традиции он, как младший супруг, а, соответственно, и невеста, должен быть одет во все белое. И его сегодняшним нарядом стало... нет, не белое пышное платье, а полностью белый, без единого черного пятнышка, костюм. Свободные белые брюки из мягкого шелка, пряжка из белого золота, изображающая скалящуюся змею, поддерживала и не давала штанам свалиться с тонкой талии подростка, белоснежная рубашка слегка просвечивала, подчеркивая гибкую фигуру брюнета. Поверх всего этого был длинный пиджак, который заменял и мантию, которую парень отказался надевать. Попытавшись причесать свои вечно растрепанные волосы, Гарри оставил затею придать им приличный вид и уселся на кровать в ожидании свидетеля со своей стороны, которым была Гермиона Грейнджер. Та не заставила себя долго ждать, и уже через десять минут друзья стояли в холле Поттер-манора, дожидаясь последнего гостя, а точнее, Рона Уизли. После его прихода друзья переглянулись и, взявшись за цепочку порт-ключа в Малфой-манор, исчезли, оставив после себя единственную слезинку на ковре, которая скатилась из изумрудных глаз в последнее мгновение. Впрочем, уже в гостиной родового дома жениха от секундной слабости не осталось и следа.

— Ну что, готов? — ободряюще обняв грустного друга, спросила Гермиона.

— А если я скажу, что нет, можно мне уйти? — с надеждой заглядывая в карие глаза, вопросом ответил брюнет.

— Гарри... — осуждающе начала девушка, но была прервана. В гостиную вошли родители «невесты». Лили немного виновато улыбнулась сыну, а Джеймс — крепко обнял, с видом довольного кота.

— Сын, я так рад. Я уверен, Драко станет достойным зятем нашей семьи и верным мужем, — немного отстранившись, улыбнулся мужчина.

— У него просто не будет выбора, — пробурчал парень.

— Идём? — проигнорировав недовольный голос сына, спросил Поттер-старший.

— А разве у меня есть выбор?! — то ли спрашивая, то ли утверждая, удрученно вопросил брюнет. Джеймс же в свою очередь слегка удивился поведению сына, ведь до этого Гарри не выказывал никакого недовольства, а вполне себе ходил радостный, если не считать разгромленной гостиной. Но ведь это могло быть и из-за того, что они его не предупредили, и мальчик был просто слишком шокирован и обижен на родителей!

***

Ритуальный зал был самым лучшим местом для проведения магического бракосочетания, ведь, по сути, такой брак и сам является своеобразным ритуалом, в котором пара обменивается не только согласием на совместную жизнь, но и добровольно соглашается принять частичку души друг друга, становясь одним целым с одной жизнью на двоих. Гарри удивленно взирал на убранства ритуального зала. Нет, он был украшен не так, как вы подумали, не было ни шариков, ни каких-то разноцветных украшений. Только алтарь, на котором стояли два камня, каждый из которых принадлежал семье одного из будущих супругов, и ритуальная книга. Не было красной дорожки, пол, начиная от дверей и заканчивая алтарем, был разрисован разными рунами, среди которых Гарри распознал руны вечного счастья, только одну руну вечной жизни, потом были руны плодородия, руны любви и различные другие. За алтарём стоял священник, ожидая начала церемонии, по обе стороны от всё того же алтаря стояли свидетели, Гермиона Грейнджер и Блейз Забини. А впереди, с правой стороны, стоял и сам жених, Драко Малфой. Гарри не мог не признать, что выглядел тот идеально. Тёмные цвета выгодно подчеркивали его слегка бледноватую кожу, а светлые волосы, казалось сверкали.

Драко не сильно отставал от своего будущего мужа и так же с интересом разглядывал брюнета, отмечая каждый изгиб стройной фигуры и слегка нахмуренное выражение лица. Однако глаза каждого из них оставались холодными и равнодушными. Уверенной походкой отец повёл своего сына к алтарю, навстречу новой жизни.

— Сегодня мы собрались здесь, дабы стать свидетелями продолжения пути двух любящих сердец и начала нового этапа в их жизни, — Гарри, стоящий напротив Драко, незаметно скривился на словах священника, глядя на нахмурившего брови блондина. — А теперь, Драко Люциус Малфой и Гарри Джеймс Поттер, ответьте, готовы ли вы дать друг другу клятву Любви и Верности? Ваш ответ, жених?

— Согласен, — нехотя ответил жених.

— Ваш ответ, «невеста»? — взгляд в сторону Гарри.

— Согласен, — тихо ответил «невеста».

— Прошу произнести слова Любви перед лицом Великого и Великой*.

— Я беру тебя, Гарри, в мужья... — начал Драко, заглядывая в изумрудные глаза.

— Я беру тебя, Драко, в мужья... — не отводя взгляда, вторил голос Гарри.

— Обещаю любить и оберегать тебя...

— Понимать и уважать тебя...

— Помогать и верить тебе... — с каждым словом блондина на фамильном камне Малфоев сгущались потоки магии, образуя маленький купол.

— Всегда, что бы ни готовило нам будущее... — на фамильном камне Поттеров, словно в зеркале, повторялось то же самое. Сгусток магии, сосредоточенный в одной точке, образует маленький купол.

— Я брошу вызов любым препятствиям, с которыми нам суждено будет столкнуться. Именем всего, что мы создали вместе...

— И всего того, что будет создано...

— Я предлагаю тебе свою любовь и верность, — всё так же всматриваясь в глубину изумрудов, закончил Драко свою часть клятвы.

— Я люблю тебя, — с запинкой, но всё же закончил Гарри в ответ. С его последним словом купола рассыпались мелкими осколками, оставляя после себя два колечка. Обручальные кольца, созданные самой Магией.

— Клятва принята, — кивнул священник и продолжил. — Да закреплятся и соединятся ваши души воедино, и пусть кольца, рождённые Магией, станут подтверждением.

Драко первым протянул руку, осторожно взяв тоненькое золотое кольцо со своего фамильного камня, Гарри повторил его движения, а в следующее мгновение, повинуясь законам Магии и обычаям Магического брака, они заговорили в один голос:

— Перед всевидящими глазами Великого и Великой и матери их Магии и свидетелями, стоящими здесь, мы обязуемся любить и беречь друг друга. Наше прошлое и будущее соединились сегодня в бесконечный и неразрывный союз, — Драко осторожно надел кольцо на безымянный палец Гарри, брюнет не заставил себя ждать и сделал тоже самое. — Да будут наши обручальные кольца вечным символом истинной и непреложной Любви! — закончили они, с удивлением наблюдая, как кольца вспыхнули белым светом, а в следующее мгновение на их местах остались лишь маленькие татуировки, означающие, что брак был принят и подтвержден.

— Ну что же, жених, можете поцеловать своего мужа, — с этим словами Драко, подтолкнутый лёгким потоком магии, неохотно потянулся, склоняясь к лицу Гарри.

— Обойдёшься, — холодно бросил Гарри, отворачиваясь. — Я свою часть договора выполнил, — и в следующее мгновение на том месте, где только что стоял новоявленный супруг Драко, закружил ветерок, оповещающий о телепортации.

*Великий и Великая в этом фанфике обозначаются как Свет и Тьма.

========== Часть 5 ==========

Драко поражённо смотрел на то место, где только что стоял его новоявленный супруг. У него в голове не укладывалось, что этот паршивец просто взял и сбежал, да ещё и защитные заклинания манора сломал, судя по неприятным ощущениям.

— Я его придушу, — прошипел блондин, мысленно представляя, как будет в первую брачную ночь предаваться не любовным утехам, а убийству одного чрезмерно наглого и самоуверенного мальчишки.

— Он просто сильно обижен, — подала голос Гермиона, осторожно коснувшись плеча Малфоя.

— Да ты что? И какую роль я играю в этой обиде? — левый глаз нервно дернулся. Это вышло помимо его воли. Как бы ему не хотелось успокоить расшатанные нервы, получалось у блондина это не очень.

— Главную, — улыбнулась девушка.

— Что?! — негодовал парень. Нет, ну вы посмотрите! Его уже во второй раз обвиняют в мучениях этого... этого... гриффиндорца! Хоть кто-нибудь бы постарался объяснить, в чем же заключается его вина.

— Гарри запретил говорить, — пожимая плечами, ответила девушка.

— Я что, вслух думал? — выгнув бровь а-ля Снейп, вопросил Драко и, получив утвердительный кивок, вздохнул и растрепал волосы на затылке. — И что мне теперь делать? Где искать этого избалованного супруга?

— Не бойся, женишок, никуда твой муженёк не денется, — насмешливо бросил Рон Уизли, обнимая девушку за талию, — мы обещаем найти его и доставить в целости и сохранности, — хлопнув себя по груди, пообещал рыжий и, не отпуская девушку, телепортировался прямо с ней в обнимку.

— И когда только успели научиться? Трансгрессию ведь преподают во второй четверти седьмого курса!

— Драко, не забывай, что Гарри Избранный, и он победил Тёмного лорда. Парню пришлось слишком быстро повзрослеть, чтобы одержать победу и не сломаться после, — нежно улыбнулась своему зятю Лили, — ему только восемнадцать, а мы его уже женили. Я думаю, что причина его побега кроется и в этом, он ведь ещё не успел толком пожить собственной жизнью, — уже грустно добавила женщина, не отводя взгляда от удивлённых серых глаз. — Наберись немного терпения, и я уверена, он откроется тебе.

Уже в который раз за сегодняшний сумасшедший день взгляд Малфоя-младшего был поражённо-удивлённым. Он почему-то никогда не задумывался о том, что брюнету может быть тяжело. Ненависть, появившаяся после пробуждения, не позволяла здраво мыслить в присутствии лохматого паренька, а постоянно улыбчивое лицо только сильнее выводило из себя. Драко как-то забыл, что этот парень в свои шестнадцать лет сразился с сильнейшим магом последнего тысячелетия, и даже больше — смог одержать победу. Что же ему пришлось сделать, чтобы получить нужные знания? Через что пришлось пройти, чтобы храбро встретить опасность и не сбежать от змеемордого монстра в решающий момент?

— Хорошо, я постараюсь понять его, но Вы же понимаете, что у меня для этого не так уж и много времени?

— Три месяца... Думаю, за это время он успокоится, — улыбнулась женщина.

***

— Так и знала, что ты будешь здесь, — опускаясь рядом с Гарри на холодный пол, проговорила Гермиона. Брюнет же, положив подбородок на руки, лежащие на перилах, невидящим взглядом смотрел вдаль, туда, где заканчивался Запретный лес.

— Здесь я хотел признаться ему... По-настоящему. И впервые возненавидел, — прошептал юноша, и девушка с удивлением заметила одинокую слезинку, скатившуюся по бледной щеке, и сорвавшуюся куда-то вниз. В последний раз она видела слёзы в этих глазах, когда погиб Сириус. Больше брюнет не позволял себе плакать, даже в присутствии своих друзей.

— Гарри, — тихо и одновременно сочувствуще прошептала девушка, осторожно опустив руку на плечо парня.

— Герми, я люблю его, до сих пор продолжаю любить, и... Это больно, слишком больно... Знать, что теперь он твой, но не иметь возможности почувствовать ответной любви. Только ненависть... — тихо закончил он.

— Гарри, всё изменится, Драко изменится. Вот увидишь, он полюбит тебя, просто... Он тебя ещё не знает, не успел узнать...

— И не узнает, — зло смахнув слезинку с уголка глаз, уверенно проговорил брюнет, — я не позволю ему узнать себя. Я заставлю его почувствовать, как это, когда над твоими чувствами грубо посмеялись, — он резко поднялся с пола, магией очищая пыль с белого пиджака.

— Ты уверен, Гарри? Я не хочу тебя переубеждать. Ты мой друг, и я всегда буду на твоей стороне. Но ты уверен, что это будет правильно? Он ведь действительно может полюбить тебя. А если твои чувства к тому времени остынут? Что ты тогда будешь делать? Что Драко тогда делать?

— Не знаю, Гермиона, не знаю. Сейчас я испытываю двоякое чувство. Моя любовь к нему ничем не уступает ненависти. И знаешь, что? Мне кажется, что чем больше я люблю, тем сильнее ненавижу, — губ гриффиндорца коснулась грустная улыбка.

— Не надо... Не говори таких жестоких слов, Гарри, — шатенка даже не заметила, как из её глаз покатились слёзы, громко ударяясь о каменный пол. Ей было невыносимо смотреть на мучения друга. Она знала, как сильно любит Гарри, так же ясно, как и то, насколько велика боль и обида, поселившаяся в сердце брюнета, но ничего не могла с этим поделать. Она не могла заставить Драко отвечать взаимностью, не могла заставить боль исчезнуть из раненого сердца, так же, как и не могла сложить осколки разбитого в одно целое. Героиня Второй Магической войны была бессильна в этой битве.

— Герми, сестрёнка, ты не должна лить слёзы из-за таких пустяков, — брюнет вмиг преодолел разделяющее их расстояние и осторожно стёр пальцем хрустальные слезинки с лица девушки.

— Тогда, Гарри, вернись в Малфой-манор. Твои родители наверняка места себе не находят от волнения, — гриффиндорка с надеждой посмотрела в изумрудные глаза.

— Нет, Герми, нет, — рука юноши остановилась в миллиметре от лица подруги, после чего он отступил от неё на шаг и, развернувшись, снова оглядел Запретный лес. — Я не вернусь туда, и в Поттер-манор тоже, до первого сентября.

— Что? Но почему? — непонимающе спросила шатенка.

— Всё просто, Герми. Мне нужно успокоиться, а в присутствии Драко это будет сложно сделать.

— Но как же твои родители? Да и мы с Роном обещали тебя вернуть.

— Я напишу родителям, чтобы не волновались, а Малфой... Волнение пойдёт ему на пользу, может, чего и вспомнит, пока я не буду маячить перед глазами, — последние слова вызвали у девушки улыбку, и она тихо, чтобы не рассмеяться в голос, прикрыла ладонью рот.

— А может, наоборот? Может, вспомнит что-то, если ты будешь постоянно перед глазами?

— Ну я же целых два года ему жить не давал, но ничего, никаких изменений, — Гарри, опираясь на перила, с улыбкой посмотрел на подругу.

— И куда ты поедешь?

— Не знаю, — запрокинув голову и посмотрев на небо, ответил парень, — Наверное, туда, где никого не будет, где я смогу побыть наедине с собой и всё обдумать.

========== Часть 6 ==========

Длако? «А? Что? Где я?»

Блондин удивленно оглянулся, не понимая, где оказался. Ещё мгновение назад он развлекался с симпатичным мальчишкой, и вдруг находится в неизвестном... Причем в прямом смысле этого слова. Это место иначе как «неизвестным» и не назовёшь. Вокруг... пустота. Не тьма, хотя ничего кругом и не видно, но и светом это назвать нельзя.

Длако... «Снова этот голос. Откуда он?».

Он обернулся, так как на этот раз голос доносился из-за его спины, но там никого. Бесконечная, никуда не ведущая пустота.

Длако... «Кто ты? Покажись.»

Парень беспомощно крутил головой из стороны в сторону в попытках найти источник голоса, поймать взглядом того, кто зовёт его.

Поиглай со мной, Длако... «Ребёнок?»

Ты обесцал, Длако... «Да что я обещал, мать вашу? Покажись!» — мысленно взмолился парень, схватившись за голову. Неизвестность сводила с ума. И он был уверен, что если ничего не сделать, то так и случится.

Мы ведь всегда будем вместе? «Какого черта? Почему я чувствую чужую улыбку? Где ты?!»

Уже ни на что не надеясь, юноша резко оглянулся, стараясь найти источник зовущего его голоса. И наконец-то увидел... Неясный силуэт, стоящий в нескольких десятках метров от него. Но ведь это расстояние не такое уж и огромное.

Длако, я жду тебя...

Маленький мальчик, лицо которого невозможно было разглядеть, протянул к нему руку, и... Драко готов был поклясться, что ребенок улыбается. И он пошёл. С каждым шагом за спиной мальчика появлялся неясный свет, в котором он с каждым мигом растворялся, словно нарочно старался уйти...

«Подожди. Не уходи. Скажи, кто ты?» — но его вопрос нагнал лишь пустоту. Силуэт, и так нечеткий ранее, полностью растворился, а Драко непонимающим взглядом уставился в потолок своей комнаты.

— Сон, — не веря, прошептал блондин, вытирая со лба капельку пота, — снова этот сон, — отчаянно воскликнул парень, откинувшись на подушку. Уже больше недели ему снится одно и то же, и всегда он задаёт одни и те же вопросы. Словно по чьему-то сценарию в его голове идёт одна и та же игра, а он не может от неё освободиться. Словно актёр, у которого не получилось сыграть нужное с первого дубля, и он как проклятый обречён повторять сцену, пока режиссёр не будет удовлетворён игрой. Драко не понимал значения этого сна, но одновременно с этим был уверен, что это что-то важное. Тот мальчик, зовущий его, как-то с ним связан. Но к сожалению, у него не было возможности узнать, ребенок постоянно ускользал от него, стоило Драко спросить, и силуэт, на мгновение казавшийся ясным, начинает растворяться. Но и остановить рвущиеся наружу вопросы он не мог. А стоит ему открыть глаза, как сразу же возникает липкое чувство, будто он ещё не готов. Вот только к чему не готов? Вот и сейчас, смотря в потолок, Драко задавался вопросом, к чему его готовят, к чему он ещё не готов, и главное, почему? Чего ему не достаёт, чтобы посмотреть дальше, услышать чуть больше? Освободиться от этого мучения неизвестным?

— Драко, ты уже проснулся? — в спальню, приготовленную лично Нарциссой для сына и его мужа, вошла сама леди Малфой, обеспокоенно глядя на блондина. Тот, начиная с несостоявшейся брачной ночи, просыпался бледнее обычного, что не могло не беспокоить мать. — Как ты, сынок?

— Всё нормально, мама. Я сейчас спущусь к завтраку, — понимая беспокойство матери, попытался он её успокоить, но, видя недоверие на лице женщины, так же понимал, что простых слов для неё уже мало. Давно стало мало. — Я правда в порядке.

— Но ты...

— ...в порядке. И собираюсь пойти в душ, — указывая на нужную дверь, перебил он, твёрдо посмотрев на мать.

— Хорошо. Сегодня мы завтракаем в Поттер-маноре...

— Что? Почему? — удивленно замерев возле шкафа, обернулся он к блондинке.

— Ты забыл? Сегодня тридцать первое, — воскликнула леди Малфой, глядя на сына, который, к слову, услышав слова матери, потерял к ней всякий интерес и сейчас рылся среди бесчисленных костюмов, выбирая подходящий. Конечно, он помнил, что сегодня за день, магия просто не позволит забыть, но не признаваться же в этом?

— И?

— Сегодня твоему супругу исполняется восемнадцать лет, — возмутилась женщина подобному поведению любимого сына. — Как ты мог забыть?

— Ну его же не мучает совесть, что такой ЗНАМЕНАТЕЛЬНЫЙ день он отмечает вдали от своего «любимого» супруга, так почему меня должно волновать, что я забыл о нём? — не остался в долгу Драко, быстро скрываясь за дверью ванной, тем самым показывая, что разговор окончен.

— Гарри прислал письмо. Думаю, тебе будет интересно послушать, что он пишет, — улыбнулась женщина, в ответ получая только глухое рычание.

***

Интересно — не интересно, но Драко быстро пожалел о своём появлении в доме родителей супруга. Что Лили, что Джеймс, оба за обязательные полчаса пребывания блондина там успели его изрядно достать. Оказывается, даже они не знали, где шляется их блудный сын, но как уже потерявшие права на опеку, они и не могли без разрешения официального опекуна начать поиски, коим и был сейчас Драко, как законный супруг. Поэтому ему целых полчаса приходилось убеждать расстроенную тёщу, что он делает всё, что в его силах, чтобы узнать местонахождение Гарри. Такому поведению женщины было виной и то самое письмо, ради которого он сюда и явился, но, как оказалось, в последствии «мелкий засранец», как ласково называл гриффиндорца Драко, не удосужился даже банального имени адресата упомянуть, так что узнать, кому же было адресовано послание, не было никакой возможности, что стало причиной заминки, ведь сова не хотела никому отдавать письмо. Только когда в комнате появился Драко, она отпустила конверт, который тут же упал на пол, и без ответа улетела. В самом же письме мелкий Поттер лишь упомянул, чтобы его не искали, и что с ним всё в порядке. Ну и то, что вернётся он первого сентября, ни днём раньше или позже. Последние слова особенно вывели Малфоя из себя.

Со дня свадьбы прошло уже десять дней. Для того, чтобы закрепить магическую связь, старшему супругу даётся не больше трёх месяцев. Теперь оказывается, что МЛАДШЕГО супруга не будет ещё как минимум месяц, и это получается, что у блондина останется не больше месяца для завершения ритуала. О последствиях невыполнения этого он даже думать не хотел. И что делать? Связь окажется недействительной, если взять силой, а добровольно мальчишка никогда не ляжет с ним в одну постель... Хотя, если подумать, Драко тоже не горел особым желанием этого делать, но магия, к сожалению, женщина строгая, выбора не оставляет. Так что и у молодого лорда вариантов было немного. Ему придётся до закрепления связи затолкать свою ненависть куда подальше и завоевать сердце упрямого гриффиндорца, а потом может идти куда захочет, хоть на край света.

***

1 сентября

Платформа 9 и ¾ встретила преподавателей, студентов и их провожатых громким звуком выпускающего пар поезда, который оповещал, что Хогвартс-Экспресс готов принять в свои вагоны не только новеньких первогодок, но и выпускников, и продолжающих учёбу студентов.

Большинство детей уже успели попрощаться с родителями и разместиться по свободным купе. Профессора уже и подавно заняли свои места и теперь только ожидали, когда же последний обитатель Хогвартса займёт своё место и поезд тронется. И только один человек не спешил с поисками свободного купе.

Драко Люциус Малфой был в бешенстве. Обычно самым первым находившийся на своём месте, сегодня он был вынужден воздержаться от желания занять себе купе и убедиться, что к нему никто не подсядет... Он должен ждать. Ждать его. По собственному опыту зная, что этот человек обычно не появляется раньше, чем в последнюю минуту, буквально запрыгивая в поезд на ходу, Драко бесило то, что он до сих пор не появился. И почему он должен ехать с ним в одном купе? «Потому что он твой муж, Драко», — возникшие в сознании слова матери чуть ли не заставили блондина зарычать от безысходности.

— Лорд Малфой? — продолжая ругать своего непутёвого супруга на чем свет стоит, Малфой не сразу услышал, как его кто-то окликнул.

— Лорд Малфой? — более настойчивый голос наконец-то заставил блондина обратить внимание на проводника, который, к слову, сразу побледнел, стоило парню посмотреть на него, настолько были холодны глаза цвета серебра.

— П-поезд о-отправляется. В-вам с-следует з-занять с-своё м-место, — заикаясь, пролепетал довольно молодой паренёк.

«Наверное, новенький» — мелькнула мысль, прежде чем до сознания, ещё не освободившегося от предыдущих мыслей, дошёл смысл сказанного.

— Я жду появления супруга, — равнодушно отмахнулся Малфой. Ему было абсолютно наплевать, уедет поезд сейчас, или подождёт его, он хотел, нет, не так, ему было необходимо высказаться этому выскочке, где и когда он видел его похождения и недовольства, поэтому и уйти не мог.

— Вы говорите о юном Лорде Поттере? — осторожно спросил проводник.

— Он что, уже появлялся? — удивленно уставившись на трясущегося от страха паренька (Драко невольно сравнил его с домовым эльфом и задался вопросом, что такое ничтожество делает на Хогвартс-Экспресс), вопросом ответил блондин.

— Д-да... Он ещё утром прибыл и занял купе в начале поезда. Сказал, если Вы будете искать его, отправить туда...

— И почему мне говорят об этом только сейчас? — еле сдерживая рвущуюся наружу ярость, сквозь зубы прошипел Малфой. Не дожидаясь следующих объяснений от совсем уже зелёного проводника, Драко сорвался с места в направлении указанного купе. И что вы думаете, он обнаружил там, как только резко отворил дверь, запечатанную слабым заклинанием?

========== Часть 7 ==========

— ГАРРИ, — с огромной скоростью к застывшему брюнету прилетел каштановый вихрь, который тут же повис у того на шее. — Мерлин, я так соскучилась! Тебя так долго не было. Как ты себя чувствуешь? Небось, полностью забыл о правильном питании! — отступив на шаг и тут же начав судорожно ощупывать юношу, рассматривая того со всех сторон, девушка обеспокоенным голосом забрасывала брюнета вопросами. — Ты так исхудал! Случайно, не болел чем-нибудь? Говорила я тебе, что это плохая идея? Леди Поттер инфаркт хватит, когда она тебя увидит, — прищурив глаза и ухмыляясь, продолжала вещать шатенка, — а о реакции твоего отца я вообще... — дальнейшие причитания гриффиндорки оборвали сомкнувшиеся на её талии сильные руки, которые тут же осторожно притянули сопротивляющуюся девушку, прижимая к тёплой груди.

— Герми, ты до безумия напоминаешь мою маму. Заткнись, а? Гарри твоё беспокойство и даром не нужно, — как можно более мягко проговорил подошедший Рон, нежно улыбаясь на возмущённый взгляд подруги. — С возвращением, Гарри, — посмотрел он на подозрительно хрюкающего друга.

— И тебе не хворать, дружище, — улыбнулся брюнет, честно стараясь не рассмеяться, иначе Гермиона окончательно обидится — и пиши пропало, придётся домашнюю работу делать самостоятельно.

— Вот увидите у меня... — прицыкнув языком, покачала она головой и улыбнулась.

— Ты ведь не обижаешься, правда? — состроив большие глазки, спросил Поттер.

— Да ну вас, — отмахнулась она от друга. — Пошли лучше купе свободное найдём.

— А что искать-то? Всё равно ведь ещё никого нет. Займём первое понравившееся — и все дела, — пожал плечами Рон.

— Если вы не забыли, я женат, — как бы между прочим напомнил Гарри.

— Ну тогда нам в сторону первых вагонов. Если не ошибаюсь, Драко обычно там сидит, — указывая в начало поезда, проговорила девушка, при этом таким голосом, что у парней и мысли не возникло возразить. Сидеть они будут в первом купе. В крайнем случае, сядут во второе, если, конечно, ещё найдутся пташки более ранние, чем они. Как ни странно, такие нашлись. Первое купе целиком и полностью заняла, вальяжно раскинувшись на одном из сидений, сестра Рона Уизли, Джинни.

— Джинни? — сказать, что рыжий был удивлён — это ничего не сказать. Он-то думал, что как раз его младшая сестрёнка без матери на платформу и носа не сунет, да и кто бы её отпустил одну? Точно не Молли Уизли.

— Привет, ребятки. Гарри, с возвращением, — радостно улыбнувшись, рыжеволосая, резко подпрыгнув, повисла на шее брюнета. Гарри ничего не оставалось, кроме как обнять девушку за талию в ответ. Что-то на нём в последнее время все начали виснуть, и парень был уверен, что его подруги — отнюдь не последние, кого ему ещё придётся сегодня поймать в свои объятия.

— Гарри, Драко точно сюда придёт? — спросила Гермиона, пытаясь обойти обнявшуюся в проёме дверей парочку.

— Не уверен. Он наверняка будет ждать меня. Думаю, Леди Малфой постарается, чтобы подождал, — немного отстранив клещом прилипшую к нему девушку, отозвался брюнет.

— Гарри? — спокойно-спокойно позвала шатенка, однако скрещенные на груди руки показывали высшую степень негодования.

— Не потеряется. Я предупредил проводника, чтобы направил сюда, если вдруг спросят. А не спросят... — начал объяснять юноша, попутно стараясь отцепить от себя Джинни, но та вдруг нехорошо так ухмыльнулась. Резко подавшись вперёд, девушка впилась поцелуем в губы Гарри, руками ухватившись за уши (а вдруг отстранится) и тем самым прижавшись сильнее. Не ожидавший подобного, Гарри даже замер на мгновение, послушно позволяя себя целовать, и уже собирался отстраниться, ухватившись за плечи девушки, как дверь купе резко распахнулась.

— Драко? — сдавленный писк, сорвавшийся с губ Гермионы, заставил Поттера окончательно очнуться и резко развернуться. От холода, исходящего от стоявшего в дверном проёме Малфоя, хотелось немедленно съежиться и завернуться в тёплый плед.

— Давно не виделись, супруг, — сквозь зубы сдержанно улыбнулся блондин, презрительным взглядом окинув младшую Уизли. — Я считал, что у представителей Поттеров вкус получше. Я так понимаю, сегодня нам компанию составлять будете вы? — последний вопрос был непосредственно обращён к Грейнджер и младшим Уизли, самая младшая из которых, хлопая глазами, возмущенно открывала и закрывала рот.

— Ты имеешь что-то против? — с вызовом спросил Гарри, осторожно усаживая Джинни на сидение и плюхнувшись рядышком.

— Мне всё равно, как-то даже, хотя я сомневаюсь, что тебе интересно моё мнение, не так ли, Гарри? — произнеся имя с лёгкой натяжкой, холодно посмотрел блондин в сторону супруга.

— Умный мальчик, — закивал Гарри.

— Гарри, — влезла Гермиона, недовольная таким поведением друга.

— Герми, ты ведь не ожидала, что я брошусь ему... — Поттер совершенно некультурно ткнул пальцем в сторону хмыкнувшего блондина, -...на шею сразу же, как увижу?

— Он твой муж, — попыталась вразумить парня гриффиндорка.

— Да хоть трижды. Мне-то какая разница? Я, в отличиe от некоторых, могу жениться ещё раз, — разведя руками в стороны, безразлично проговорил парень, отмечая дернувшийся левый глаз у блондина, — Драко, может, присядешь? Невежливо с нашей стороны заставлять профессора в дверях стоять, — указывая на свободное место возле окна как раз напротив себя, предложил Гарри, стараясь выдавить вежливую улыбку, что, судя по повторному хмыку со стороны Малфоя, получилось плохо.

— Как мило с твоей стороны, — равнодушно бросил Драко, усаживаясь на предложенное место и тут же доставая книгу. Судя по нарисованному котелку, зельеварение (название благополучно было спрятано под рукой блондина). Гарри недовольно поджал губы. Его начинало порядком злить подобное равнодушие. Хоть он и не планировал этого, но ведь увиденное должно было вызвать ревность со стороны Малфоя. Но нет, ноль эмоций. Или же он просто настолько хорошо скрывает свои чувства? Или может слова про ревность были пустым звуком, предназначенным для пробуждения совести в нём, Гарри? Брюнет все больше склонялся ко второму варианту, видя равнодушие и уже давно ставший привычным холод в серых глазах.

— А вы слышали, что шоколадные лягушки усовершенствовали? — неожиданно подал голос рыжий, которого, к слову, напрягала атмосфера, царившая в купе. Все удивленно на него уставились, за исключением, конечно же, Драко, которого даже такой отвлекающий фактор, как начавшие откровенно ржать гриффиндорцы, не мог оторвать от изучения очередного сложного зелья.

— Кто о чём, а Рон о еде, — вытирая выступившие слёзы, пропыхтела Джинни.

— Ха-ха, смешно им, а я между прочим на полном серьёзе, — деланно обиделся Рон, но всё же не смог удержаться и довольно улыбнулся уголками губ. У него получилось разрядить обстановку, почему бы не порадоваться?

— И в чём же разница? — Гарри с энтузиазмом был готов поддержать беседу даже на такую глупую тему. По крайней мере, это поможет забыть о присутствии одного небезызвестного блондина.

— Как какая? В неё теперь добавляется начинка, которую лягушка способна выплёвывать...

— Фу, какая гадость, — скривилась Джинни, не желая слушать дальнейшие объяснения. Она-то, в отличии от брата, эти двигающиеся шоколадки терпеть не могла, а теперь, когда они ещё и плеваться способны... Беее.

— Ничего ты не понимаешь, Джинни. Они теперь стократно вкуснее, — мечтательно улыбнулся рыжий и потом, словно что-то вспомнив, с головой зарылся в маленькую дорожную сумку, которую приобрел с помощью Гермионы в магазине, специализирующемся на бездонных вещах и постоянно таскал с собой. Носил он там отнюдь не только учебники. — Нашёл! — возвестил он радостно, после пятиминутных поисков вытаскивая на свет белый всем знакомую пятиугольную коробочку с надписью «Шоколадная лягушка». Гарри чуть не подавился воздухом, стараясь сдержать рвущийся наружу смех, прекрасно понимая, что сейчас что-то будет. Всегда что-то случается, когда за дело берётся Рон. И правда, стоило юноше открыть коробочку, как находящаяся там сладость с готовностью зашевелилась и выпрыгнула, приземлившись на столик. Покрутила шоколадной головой, поглазела на осторожно приближающегося Рона и плюнула. Не в Рона, конечно. Повернувшись к нему почти что не задом, она плюнула в сторону застывшей Джинни, и как удачно. Точно в правый глаз. Визгу было... Но больше всё же было смеха, под который лягушка благополучно выпрыгнула в чуть приоткрытое окно. Даже Драко, оторвавшись от книги, посмотрел на источник такого шума, да так и застыл, во все глаза смотря на то, как весело смеющийся Гарри старается успокоить девушку.

— Оно, жжётся... жжётся, — размахивая руками и чуть ли не плача, прохныкала младшая Уизли.

— Успокойся, дай мне посмотреть, — уже более спокойно, наконец-то совладав с голосом, попросил брюнет. Та послушно застыла, позволяя Гарри взглянуть на пострадавший глаз, а потом и почувствовала, как тот осторожно подул, тем самым стараясь унять неприятно жжение. — Ещё больно? — тихо спросил он, немного отстранившись, но всё же находясь в непозволительной близости от лица девушки.

— Нет, — совсем ничего не соображая, замотала она головой.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Гарри, пальцем проведя под правым глазом, а потом быстро что-то с него слизав, — ммм, апельсиновый, — ещё немного, и цвет лица Джинни мог легко слиться с цветом волос.

— Кхм-кхм, — тихое покашливание со стороны заставило парочку резко отпрянуть друг от друга. Гарри посмотрел в сторону друзей, но те сидели, не двигаясь, шокированные произошедшим; повернулся в сторону блондина и чуть сам не впал в шоковое состояние. Стараясь не утонуть в серебряных омутах, юноша пытался уловить хоть одну из плескавшихся там эмоций, и как всегда по закону подлости, потерявшись в собственных ощущениях, не сразу заметил, как блондин резко поднялся и, как ни в чём не бывало, вышел из купе, напоследок бросив:

— Приехали. Быстро переодевайтесь в форму и выходите.

— Мне показалось, или он действительно был зол? — тихо прошептал рыжий, посмотрев на закрывающуюся дверь.

========== Часть 8 ==========

Раздраженно переступая ногами, Драко Малфой впервые в жизни мечтал поскорее оказаться в своих покоях в Хогвартсе. И не для того, чтобы спокойно сесть возле камина и попить чайку. Нет, совсем нет. Ему хотелось выпустить пар, избавиться от раздражения, бушующего внутри. И пусть потом в гостиной, а возможно, и в кабинете, и в спальне будет царить хаос и разгром, но ему это было необходимо. И кто, вы спросите, был виноват в подобном состоянии всегда сдержанного и холодного аристократа? Правильно, никто иной, как национальный герой Великобритании, Мальчик-Когда-то-Победивший-Сильнейшего-Мага, Гарри-мантикора-его-дери-Поттер. Кхм, поправочка: Поттер-Малфой. И не подумайте, Драко не ревновал. Никак нет. Для того, чтобы кого-то ревновать, нужны чувства. А их в равнодушном ко всему сердце не было. И просто не могло быть. Это истина, в которой юный лорд древнего и благородного дома Малфой был уверен, и этой истины не изменить. Никогда.

Он был раздражен, возмущён и зол одновременно. Раздражал его тот факт, что какие-то студенты, более того, маглокровка и, что ещё хуже, предатели крови посмели ехать в одном купе с ним, чистокровным магом в энном поколении. Возмущало, что всё те же студенты стали причиной нарушения тишины. Блондин-то не зря старался с момента поступления на должность профессора в школе магии приходить на платформу одним из первых, чтобы СПЕЦИАЛЬНО занять свободное купе, и только после того, как убеждался, что ему никто не помешает наслаждаться последними часами спокойствия, расслаблялся. И наконец, причина злости. Ему помешали читать. С таким трудом получив титул Мастера зелий, он был на седьмом небе от счастья, когда вместе со свитком, свидетельствующим об этом, он получил доступ к закрытым архивам сообщества зальеваров и пропуск в библиотеку Тайного отдела. Сейчас у него были возможности, о которых парень и мечтать не смел во времена своей школьной жизни. Он мог изучать то, что не позволено знать ни одному человеку, за исключением избранных. И, как всегда, по всем законам подлости ему не дали насладиться изучением особенно понравившегося зелья, которое он, конечно же, в ближайшее время собирался попробовать приготовить.

Радуясь, что по дороге ему никто не повстречался (а если учитывать, что сегодня первое сентября, то это вообще чудо), парень с облегчённым вздохом закрыл за собой дверь.

Час спустя.

— Малфой, почему тебя не было на распределе... Ого, — вбежавший в гостиную и прямо с порога начавший возмущённо говорить главный предмет раздражения блондина застыл в дверях, всё ещё держась за ручку. Удивлённым взглядом уставившись на царивший в комнате беспорядок, Гарри усмехнулся, почувствовав острое ощущение дежавю, только в этот раз среди перевернутого шкафа с книгами, разломанного стола и разбитых вдребезги хрустальных стаканов и люстры на единственном уцелевшем диване восседал сам Драко Малфой, безразличным взглядом уставившись в потолок и поминутно отпивая огневиски прямо из горлышка бутылки. — Живописно, ничего не скажешь. Хоть бери и картины рисуй, — прокомментировал увиденное брюнет, проходя в центр комнаты и нависая над супругом. — Неужели действительно приревновал? — не удержался юноша от колкости. Да и действительно было интересно.

— Не дождёшься, — равнодушно бросил блондин, заглядывая в изумрудные глаза. — Говори, чего хотел, и проваливай.

— Фу, как грубо, — деланно возмутился гриффиндорец. — Разве так встречают любимого супруга?

— Ключевое слово «любимого», — усмехнулся блондин. — У меня же такового в арсенале не наблюдается.

— С тобой не интересно, — Гарри понимал, что сейчас поступает по-детски, но не смог удержаться и показал блондину язык, на что тот скривился, откровенно не понимая причины хорошего настроения брюнета. А Поттер тем временем, не обращая внимания на устремлённый в его спину взгляд серых глаз, начал обход личный покоев профессора зельеварения, заходя в каждую дверь.

— Поттер, — с нехорошим прищуром позвал Драко. Ему не понравилось то, как эта заноза гриффиндорская расхаживала в его собственных владений.

— Что? — мило улыбнулся подросток, закрывая дверь, за которой, как бы удивительно это не было, находилась лабораторная.

— Ты зачем пришёл? — повторил Малфой свой недавний вопрос, чувствуя неладное. С какого перепугу этот парень заявился в его «дом», да ещё и улыбается? Что-то тут не так.

— Свою комнату ищу, — тем временем заглядывая за следующую дверь, как само собой разумеющееся, ответил Гарри. Драко неверяще уставился на его спину. Какая к черту комната?

— Ты случайно адресом не ошибся? — попытался взять себя в руки блондин, до последнего надеясь, что его сейчас пытаются самым некультурным образом надуть.

— Не-а, — прозвучал ответ довольным голосом. — О, нашёл, — заглянув, судя по шокированному выражению лица блондина, в спальню последнего, радостно возвестил Поттер, с готовностью шагнув внутрь.

— Стоять! — совершенно на автомате крикнул Драко, шагнув следом. Ему не хотелось верить. Почему? Почему его спальня? Это единственное место, как в маноре, так и здесь, куда он никого не впускал, так как желал оставить хоть маленький кусочек личного пространства. И теперь... Неужели ему придётся разделить его с самым ненавистным человеком в мире?

В комнате, к удивлению молодого профессора, никого не оказалось, словно всё сейчас произошедшее ему только приснилось. Помотав головой (алкоголь немного зашумел в висках), парень ещё раз оглянул комнату и, убедившись, что в ней действительно никого нет, и она такая же, какой он ее помнил перед отъездом на заслуженные каникулы, облегченно вздохнул.

— Приснилось, — тихо прошептал он, сам не веря в то, что минутой ранее произошло, да и собственным словам тоже не очень верилось. «Рано радоваться, Драко. Тебе с этим мальчишкой ещё целую жизнь сосуществовать!» — с сожалением подумал он, собираясь выйти. И словно в подтверждение его слов, стена справа от его кровати отъехала, а в проёме образовавшихся дверей появилась лохматая макушка (Драко даже удивился, заходил-то идеально причесанным. И теперь возникает вопрос: что же он там делал?)

— Эта комната даже больше той, что была у меня в башне. Мне нравится, — радостно сообщил появившийся целиком гриффиндорец.

— Не привиделось, — как-то отстранённо проговорил Малфой, взирая на Гарри так, словно у того выросла вторая голова.

— Но вот ванная у нас, похоже, будет одна на двоих, — заглядывая в единственную дверь (до сегодняшнего дня была единственной!), удовлетворенно продолжил тем временем юноша, сверкающим взглядом оглядывая небольшое помещение и огромную ванную. С этой могла посоревноваться разве что ванная старост, которая была размером с небольшой бассейн.

— Подожди. Ты не шутил? — казалось, до заторможенного алкоголем мозга только сейчас дошло, что у него, Драко Малфоя, появился сосед. И, если честно, Драко больше хотелось верить в то, что это всё же сон, и он сейчас проснётся, сидя на диване в центре того хаоса, что царил в гостиной, с бутылкой огневиски у ног.

— Драко, проснись, мы женаты. Ты должен был догадаться, что или я перееду к тебе сюда, или ты ко мне в комнаты старост, — удивленно проговорил брюнет, забегая в свою комнату. Драко только подивился, насколько спокойным был голос новоявленного супруга. Таким он его ещё не слышал. — Я в душ, — буквально спустя пару секунд, держа в руках некоторые вещи, в том числе и свои мыльные принадлежности, Поттер пробежал через комнату, почему-то стараясь не смотреть в сторону до сих пор стоявшего в дверях Драко, и скрылся за дверями ванной.

— Это сон. Просто сон, — повторял он как молитву, плюхнувшись на кровать и тут же упав на спину.

К удивлению почти уснувшего Малфоя, староста Гриффиндора в ванной задержался не надолго, и уже спустя пятнадцать минут вышел, по пути вытирая волосы. Одетый в обычные свободные спортивные штаны и белую футболку юноша казался каким-то другим. Совершенно незнакомым и... привлекательным.

— Ванная свободна, — немного дрожа от ощущения холодного пола под босыми ногами, сообщил Гарри, скрываясь за дверями своей комнаты. Провожающий его взглядом Драко удивленно замер, не веря в собственные мысли. Помотав головой, он поднялся с постели и поплёлся в гостиную. Туда он приказал доставить свои вещи. Найдя нужный сундук и порывшись в нём, он достал на свет белый пару обычных брюк и серый свитер и направился в ванную. Скептическим взглядом оглянув принадлежащие не ему принадлежности, блондин с сожалением подумал, что с появлением соседа даже ванная в один миг начала казаться другой. Лишние вещи... другой запах. Довольно знакомый запах, надо заметить. Словно он его уже где-то встречал. В более тесной близости...

***

— Малфой, прекрати! — взвизгнул паренек лет двенадцати, пытаясь убежать от шаловливых ручек гнавшегося за ним с мочалкой наготове блондина.

— Стоять, кому сказано. Твоя мама просила тщательно тебя отмыть, — всё же схватив мальчика за руку, парень лет шестнадцати предвкушающие ухмыльнулся. — Попался.

— И за что мне это? — надув щёчки аки хомячок, мальчик всё же перестал сопротивляться и, ведомый за руку юношей, зашёл следом за ним в небольшой бассейн, послушно усаживаясь меж ног блондина и позволяя себя вымыть.

— Тебя никто не заставлял заходить в конюшню. Теперь терпи, пока я смою с тебя этот запах.

— Я хотел полетать, — снова надулся мальчик.

— Нужно было попросить меня или своего отца, — отчитал юноша, взял в руки шампунь и, зачерпнув немного на руку, с удивлением втянул воздух. — У тебя новый шампунь?

— Эм, да, — немного покраснев, ответил мальчик. — Мама сказала, что я уже большой, и мне нужно сменить детский шампунь на более взрослый. Мне понравился этот.

— Хороший выбор. Запах яблок тебе очень пойдёт, — весело засмеялся юноша, запуская пальцы в густые иссиня-черные волосы.

***

Глаза Драко удивленно расширились, и он уставился на своё отражение в зеркале. Что это было? Какое-то странное видение? Но запах однозначно тот же, и... Он был там. Он присутствовал там. Неужели воспоминание? Тогда тот мальчик?.. Он не видел его лица. Точнее, не мог различить его очертаний, потому как пар был слишком густым, а потом он сидел к Драко спиной, и взглянуть на лицо не было никакой возможности. Но этот запах. Запах зелёных яблок.

Блондин посмотрел на баночку, принадлежащую Поттеру. «Точно такой же», — неожиданное осознание заставило блондина рассмеяться. Неужели это был Поттер? Хотя, если вспомнить, у мальчика ведь были черные волосы. Точно он. Почему? Почему настолько яркое воспоминание связано именно с этим парнем? Почему на месте брюнета не оказался кто-то другой? Он ведь знал, что после такого часть его ненависти к нелюбимому супругу исчезнет. По крайней мере, сейчас он не сможет поиздеваться над ним за использование детского шампуня.

Что же делать? Мальчишка ни в коем случаe не должен знать, что он начал вспоминать. Очередной повод для шуток с его стороны? Да никогда.

========== Часть 9 ==========

Несколько лет назад, когда весь мир узнал о войне в Магической Британии, когда весь человеческий и нечеловеческий народ содрогался только от одного имени темнейшего волшебника из всех когда-либо существовавших на Земле, старая предсказательница произнесла своё пророчество: «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца... и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой...». Говорят, волшебница была родственницей знаменитой предсказательницы, жившей ещё во времена самого Мерлина, а потому ни у кого не возникло сомнений в подлинности пророчества.

Два мальчика, два маленьких волшебника, родившихся в наиболее близкие к исходу седьмого месяца даты. Избранные. Все знали, все догадывались, что оба ребёнка пророчества в то же мгновение, как появятся на свет, окажутся в опасности сродни смерти. Друзья, известные маги, другие семьи, все, кто хоть как-то готов был помочь в сохранении надежды для спасения Великобритании, сделали свой вклад в защиту домов маленьких волшебников. Но, как говорится, ничто не вечно. Вот и счастье от неожиданного спокойствия не длилось долго. Трусость и зависть, желание выделиться сгубили всё, и даже многолетняя дружба не стала препятствием для предателя. В ночь Хэллоуина, спустя почти год после рождения избранных, Тёмный Лорд явился в один из двух домов. Неизвестно, было ли то случайностью или предрешенностью, но именно в том доме Тёмный волшебник нашёл свой конец. Безграничная чистая любовь матери смогла сохранить жизнь мальчику, а окутывающая тело ребёнка магия смогла спасти висевшую на волоске жизнь родителей, — тихо рассказывала беловолосая женщина, нежно поглаживая белокурые локоны лежащего у неё на коленях мальчика. Не желая засыпать, он внимательно вслушивался в слова матери и старался как можно точнее запомнить увлекательную сказку. — Вот так, малыш, в мире появился герой, который освободил нас от тирана и убийцы, — тем временем продолжила женщина.

— А он действительно существовал? — немного неверяще и одновременно с предвкушением спросил мальчик, поднимая с колен матери голову.

— Конечно, существовал, и даже больше, существует, иначе и твой папа, и мама, и даже ты до сих пор страдали бы от жестокости Тёмного лорда, — чуть строго возразила женщина, с укором глядя на сына.

— Тогда он уже взрослый? — в серых глазах плескалось неподдельное любопытство. Женщина мягко рассмеялась.

— Нет, он очень маленький, даже меньше, чем ты.

— А как его зовут? — тут же задал следующий вопрос мальчик.

— Ты скоро с ним познакомишься, — осторожно щелкнув сына по маленькому, тут же сморщившемуся носику, улыбнулась блондинка.

— Правда?

— Правда-правда, — заверила она, — а теперь спать! — тут же строго добавила, пресекая следующие вопросы от ставшего чрезмерно любопытным сына.

— Но мамочка... — надулся малыш. Ему хотелось задать еще несколько вопросов, узнать чуть больше и совершенно не хотелось спать.

— Чем быстрее уснёшь, тем скорее встретишься с Гарри...

— Значит, Гарри? — перебил он, поудобнее устроившись на мягкой подушке и посильнее закутавшись в тёплое одеяло.

— Да, Гарри...

***

Последние слова Нарциссы потонули в темноте, а в ушах настойчиво зазвенело. Протянув руку и с тяжёлым стуком опустив её на обычный магловский будильник, Драко с сожалением уставился на светящиеся красные цифры. Через полчаса начнутся уроки, а он ещё даже не позавтракал. Придя к совсем не утешительному выводу, что сегодня, безнадёжно проспав, на нормальное «поесть» рассчитывать не стоит, блондин отправился в ванную. Под прохладными струями воды юный профессор с облегчением отогнал остатки сна и с некой тоской вспомнил о приснившемся. Если вчера он ещё сомневался, то последние слова, произнесённые матерью во сне, не оставили более причин для сомнений. Мальчиком из сновидений являлся никто иной, как его новоявленный муж, Гарри Поттер. Да и к тому же, кто не знал сказку о Мальчике-Который-Выжил? Несмотря на то, что её немного приукрасили, в некоторых местах добавили излишней драматичности, суть легенды от этого не поменялась, а даже больше, она стала ещё более популярной у малышей. Конечно же, сам блондин не мог стать исключением, и не удивительно, если после такого знакомства семилетний Драко подружился с маленьким героем.

— А я ещё не хотел верить! — хмыкнул парень, смывая с себя остатки геля. Вылезая из ванной, блондин бросил мимолётный взгляд на тумбочку, где стояли мыльные принадлежности брюнета, и невольно вспомнил о вчерашнем видении. Было бы всё иначе, если бы тогда, два года назад, он поверил? Возможно, подтверди Гарри слова Нарциссы и Лили... Однако тот молчал... Впрочем, если задуматься, он и не опровергал рассказов предков. Жаль, Драко не может вспомнить причину ненависти брюнета и собственной неприязни к нему. На сколько же вопросов разом нашлись бы ответы, и... Возможно, многое могло бы измениться. Но это только возможно.

Накинув на себя махровый халат, Малфой покинул пределы ванной, намереваясь поскорее одеться, и тогда, возможно, ему даже удастся позавтракать перед началом занятий. Уже будучи полностью готовым, Драко бросил быстрый взгляд на зеркало и, удовлетворенно улыбнувшись своему отражению, схватил свою мантию и направился вон из спальни. Однако стоило ему открыть дверь, как тут же в нос ударил запах свежесваренного кофе и однозначно недавно испечённых булочек. Удивленно округлив глаза, он только сейчас вспомнил о новом соседе.

— Доброе утро, милый, — как говорится, вспомнил волка... Брюнет, вальяжно устроившись на диване возле чайного столика, медленно потягивал из кружки кофе, периодически откусывая небольшие кусочки от недавно упомянутой булочки.

— Доброе, — машинально ответил Драко, всё так же удивленно оглядывая полный порядок в гостиной (хотя он точно помнил, что никаких приказов эльфам на уборку устроенного им вчера хаоса не отдавал) и отмечая наличие некоторых изменений, в особенности тех, что касаются его небольшой кухни, ещё вчера состоявшей из обычной настенной тумбочки с парой чашек, кофе и сахаром и подставки для кофеварки. А сейчас там находился целый комплект, включающий в себя магловский холодильник, плиту и посудомоечную машинку. — Откуда это всё? — указывая на новые приобретения в комнате, спросил блондин.

— Из моей прошлой комнаты, — ухмыльнулся юноша, даже не думая отвлекаться от однозначно приготовленного собственными руками завтрака. — Присоединишься? — спросил он, ставя на стол пустую чашку и наливая во вторую, стоящую на столе, кофе. Драко сначала с сомнением посмотрел на юношу, мысленно прикидывая, шутит он так или всерьёз спрашивает? — Еда не отравлена, не беспокойся, — хмыкнул брюнет.

— С тебя станется и такое сотворить, — не остался в долгу профессор, всё же присаживаясь напротив супруга и беря в руки предложенный кофе. — С чего вдруг такая забота? — спросил он, смакуя на удивление вкусные булочки с шоколадной начинкой. Его любимой.

— Просто приготовил по привычке на троих человек. Не пропадать же добру? — равнодушно ответил юноша. Малфой с сожалением подумал, что вчера брюнет выглядел куда милее, и тут же отогнал навязчивую мысль куда подальше. «Этого ещё не хватало» — мысленно отругал он себя.

— И убирался ты тоже по привычке? — ухмыльнулся Малфой, стараясь не обращать внимания на слова Поттера.

— Нет, скорее, по необходимости, — задумчиво ответил он, не отводя взгляда от Драко. А в следующее мгновение в его взгляде промелькнуло что-то такое, что заставило блондина вздрогнуть. — Я знаю тебя как облупленного, Малфой. Поэтому не удивился бы, если вечером, вернувшись, обнаружил всё тот же беспорядок, — Драко чуть не покраснел. Поттер был прав, не будь его сейчас здесь, он бы просто вылетел из комнаты, не позаботившись о том, чтобы вызвать эльфов.

— Очень мило с твоей стороны — убираться вместо эльфов, — выдавил он из себя, следя за выражением лица сидящего напротив парня. Но тот был совершенно спокоен.

— Я всегда готовлю и убираюсь сам.

— Заранее готовился стать младшим в браке? — язвительно спросил Драко, на что получил первую искреннюю эмоцию со стороны брюнета с начала их разговора. Удивление.

— Ты разве не знаешь? — спросил он.

— Что не знаю?

— Конечно, не знаешь. Ты же в нашем доме был от силы раза два с тех пор, ты мог не заметить... — нервно улыбнулся юноша. «С тех пор» Драко понял, как «с окончания войны». — В моём доме нет эльфов, — тем временем продолжил всенародный герой.

— И почему же? — не смотря на внешнее спокойствие, внутри Драко бушевало непонимание наравне с удивлением. Для него, выросшего в чистокровной семье, где каждое твое желание исполнялось в мгновение ока, а стоило сказать всего лишь слово, и можно было оказаться в любой части замка или же спокойно разбрасывать игрушки, не волнуясь о том, что тебя заставят их убирать, было как минимум странно, а как максимум — казалось просто невозможным, что в доме одного из древнейших родов нет домовых эльфов, даже больше, не рассматривалась возможность их приобретения. Как вообще можно жить без домовых?

— Моя мать маглорождённая. Конечно же, то, что её работу будут выполнять какие-то существа, было для нее же неприемлемым, — Гарри говорил настолько спокойно, что казалось, словно вовсе не Драко является его собеседником. Или же причина была в чем-то другом? Драко понять не мог, просто в кои-то веки они говорили почти нормально, и... Это было приятно. Намного приятнее, чем постоянно ожидать от брюнета очередную подколку и готовиться ответить, чтобы не упасть лицом в грязь в присутствии этого гриффиндорца. — В какой-то момент я просто захотел ей помогать, так как и слепому было видно, что, как бы она ни любила самостоятельно заботиться о доме и о нас с отцом, для одной женщины это тяжело. Готовка, уборка, постоянная работа в саду вне зависимости от времени года — все это мы стали делать вместе. Иногда к нам присоединялся отец, но, как ни странно, уже спустя полчаса такой помощи мама с пинками выгоняла его и настоятельно просила не мешаться под ногами, — юноша, поглощённый рассказом, тихо хихикнул в кулак. И Драко подобный жест показался невероятно трогательным, а ещё одновременно с этим он вспомнил, что перед ним сидит подросток, а не просто студент, профессором которого он является. Время неумолимо поджимало, и если они сейчас не покинут апартаменты, то обязательно опоздают, но... Малфой не хотел прерывать юношу, тихо наслаждаясь воцарившимся между ними перемирием. В конце концов, у него было так мало времени, а это хороший шанс наладить отношения. — А потом и сам не заметил, как пристрастился к готовке. Можно сказать, это стало моим хобби, ну, а со временем привык и убираться самостоятельно. Наверное, таким способом я пытался облегчить жизнь маме... — гриффиндорец запнулся, похлопал ресницами, видимо, приходя в себя, и резко поднялся. — Что-то я разболтался, — в такой обычной для него манере почесал он затылок и, не говоря больше ни слова, направился к двери, лишь на мгновение остановившись. — Как доешь, оставь всё как есть, я потом уберу, — и резко закрыл за собой двери.

Драко оставалось только удивленно смотреть на закрытую дверь. «Показалось?» — мысленно вопросил он, пытаясь в памяти воспроизвести последнее мгновение перед тем, как закрылась дверь. Он не был уверен, но, кажется, Поттер покраснел. Решив, что ему всё же показалось, зельевар запихнул в рот последний кусок выпечки, слизывая с пальцев шоколад. «Интересно» — подумал он, задумчиво разглядывая пустые тарелки.

========== Часть 10 ==========

Драко двигался медленно, неспешно шагая по длинным коридорам. После сытного завтрака в собственных покоях необходимость спешить отпала, и теперь он мог вдоволь насладиться последними минутами тишины перед началом первого в этом году урока... Который, как нельзя кстати, ему предстоит провести с Гриффиндором и Пуффендуем. Замечательное начало, ничего не скажешь.

Молодой зельевар почувствовал, как добродушное расположение настроения неумолимо опускается к отметке «раздражён». И совсем было неудивительно, что когда он наконец-то вышел в более или менее людную часть коридора, студенты удостоились хмурого взгляда, в котором ясно читалось «не трогать — покусаю». Впрочем, это вовсе не мешало ученицам шестого и седьмого курсов, встречающихся на пути Малфоя, строить глазки симпатичному профессору, что никак не способствовало улучшению настроения. Не будь он в настоящее время связан узами брака, с превеликой радостью бы подмигнул, даже больше — ответил на флирт юных представительниц прекрасного пола, а так — приходилось сдерживаться. И это касается не только желаний, но и просто мыслей о подобном. Любой намёк, любое лишнее движение, способное вызвать подозрение на измену, и неделя с истощением ему обеспечена. Что уже говорить, о чём-то более откровенном? Чертов магический брак, и чертовы его законы, по которым Драко, ну прям не хочу (при чём в прямом смысле этого слова), а должен соблюдать верность супругу. Почти что принудительный обет на целибат!

— Хоть в монахи иди, — пробурчал он под нос, в который раз одарив совсем обнаглевшую студентку, так мило к нему подошедшую, презрительным взглядом. Бедная девочка даже рта открыть не успела. С какими намерениями она к нему подходила, остаётся только гадать, но уходила, понурив голову, и чуть ли не со слезами на глазах. Хотя... Брюнетка. Пышногрудая. Не сложно догадаться. Жаль только, Драко к подобному всегда оставался равнодушным. И дело вовсе не в неспособности круглых форм вызвать в нём нужную реакцию... Играл он за обе команды, так что против женских ласк не имел ничего против, просто... Просто блондин такой человек. В нужное время он мог держать свои желания в узде. Однако это только сейчас... Кто знает что будет, когда какая (или какой)-нибудь милашка начнёт его откровенно соблазнять?

Но в любом случае в школе ему переживать не придётся. Ученики это ученики, а не развлечение на одну ночь. И об этой истине Драко старался не забывать. Сказывается не совсем лестный опыт с прошлого, когда он совсем ещё новичок зелёный поступил на должность профессора-зельевара. Впрочем, девица (он даже имени-то её не помнит) была на седьмом курсе, к тому же на носу были ЖАБА, и таким способом она наверняка пыталась расположить Малфоя в свою сторону. А он что? Он ничего. Драко молод и, как у каждого второго, его организм требовал разрядки. Но больше подобного парень старался не допускать, и юных дам обходил стороной, тем более после того, как по школе поползли весьма заманчивые для подростков и весьма проблематичные для самого Драко слухи.

Отогнав непрошеные мысли куда подальше и в конец злой и раздражённый, профессор Малфой молнией влетел в свой кабинет, одним взглядом заткнув галдящих студентов.

— И что мы такие недовольные? — Ну конечно, как он мог забыть! Выпускной курс. И естественно присутствует тот единственный, на которого его плохое настроение не действует.

— Действительно, почему? — Блондин мило улыбнулся, бросив совершенно спокойный, можно сказать, почти ласковый взгляд на супруга, после чего улыбнувшись одними уголками губ, взмахом палочки отправил до этого мирно лежащую на столе стопку пергаментов под нос каждого из студентов. — Небольшая проверочная. Посмотрим, что сохранилось в ваших головах с прошлого года. Записывайте вопросы... — настроение, хоть и не улучшилось, но сдвинулось с мёртвой точки, и теперь хоть и с большой натяжкой было спокойным.

Странная штука жизнь. Стоило его ненавистному супругу с ним заговорить, и всё недавнее поведение глупых девчонок вылетело из головы, оставив после себя только лёгкое недовольство. А не доволен профессор был именно показным спокойствием Поттера, который в отличие от своих однокурсников даже не думал покорно опускать взгляд в пергамент и полностью превращаться в «слух» и «печатную машинку». И сейчас, наблюдая за троицей друзей склонившихся над котлом и одновременно вспоминая утреннее происшествие, Драко никак не мог понять, как эта бестолочь очкастая, неспособная даже элементарное наводящее сон зелье сварить, умудрился приготовить настолько вкусный завтрак? Даже кофе и тот был сварен, так сказать, «своими двумя», а не растворимый, какой обычно пил сам блондин. И ведь, по сути, зелье это всё та же готовка, разве что вместо «съедобных» продуктов используются «несъедобные» ингредиенты. Может это он такой плохой учитель?

Да нет, вроде. Вон даже Уизли мог с горем пополам и с непосредственным активным участием в процессе своей маггловской подружки сварить более или менее нормальное зелье, а этот... Такое ощущение, что брюнет специально старается испортить своё варево, только бы лишний раз не слушать его, Драко, лекции. Сколько раз уже бывало, что буквально в первые десять минут совершенно «случайно» бросив что-нибудь лишнее и тем самым отправляя содержимое котла за его пределы, Гарри с превеликой радостью шел выслушивать лекции от своего декана, правда уже на тему — приличного поведения и «ЖАБА на носу, а ты дурью маешься».

Немного помассировав разболевшуюся голову, Драко перевёл взгляд на других студентов. Одно только присутствие нежеланного супруга способно было вывести его из себя. Стоило только взглянуть на его довольную рожу, как из глубин сердца вырывалась непонятная даже для самого блондина злость. И в такие моменты он просто не мог сдержаться и не попытаться стереть эту фальшивую улыбку с его лица.

Почему фальшивую, спросите вы? Да потому, что искренне он мог улыбаться только в присутствии своих верных дружков: заучки-магглокровки и рыжего предателя крови. С другим же старался держаться спокойно и в рамках предельной вежливости. Даже редкие пассии и те кроме милой улыбочки не смогли добиться ничего большего.

Вот и сейчас, наставления от Грейнджер он принимает со счастливо-любящей улыбкой, адресат которой наверняка чуть больше, нежели просто подруга, а как только отвечать на вопрос стоящего рядом Долгопупса, так уголки губ упускаются в более сдержанную улыбку.

Как раздражает.

Ему он никогда так не улыбался. Или улыбался, просто он не помнит? Если верить словам матери, то ещё года эдак три назад, этот мальчишка ни на шаг от него не отходил и при любой возможности лип, как банный лист, лишь бы Драко не оставлял его одного надолго. А судя по редким, всплывающим в его сознании, или, правильней сказать, снам-воспоминаниям, Нарцисса говорила правду. И сегодняшнее видение было тому прямым доказательством. Хотя может быть, это был просто сон. Ну, ничего, сегодня он всё вспомнит. У него уже было всё, что нужно. Даже свободное время, которого не было в маноре. Осталось только смешать нужные ингредиенты и зелье, ради которого он перерыл половину библиотеки Тайного отдела, будет готово.

И ради чего, спрашивается, профессор так рвётся вспомнить всё то, что связано с войной, и многие с радостью бы забыли?

Веской причины не было, просто блондин чувствовал, что забыл, что-то важное. И это «что-то» отзывалось незаполненной пустотой в его сердце.

«Вот бы уроки поскорей уже закончились», — мечтательно тянулись его мысли в то время, как голова была расслабленно откинута на спинку неудобного стула. В висках неприятно ныло, было лень даже просто посмотреть правильно ли исполняется практическая часть его небольшой проверочной. Зелье было с прошлого года, справиться должны все. А Малфою сейчас было не до этого.

Как бы молодой профессор не хотел верить в обратное, но нашлись те, кто не был способен приготовить даже такое простое зелье, как Напиток живой смерти, а точнее, даже не думал начинать, оставив всё на своих друзей.

Подперев руками голову, Гарри из-под опущенной на глаза челки наблюдал за профессором, который, казалось, вот-вот уснёт. Хотя вполне себе свободная поза и задумчиво откинутая голова с устремлённым в потолок взглядом ничем не выдавала его состояния, но юноша видел, нет, скорее чувствовал, что профессор попросту устал. «Может, не выспался?» — мелькнула мысль, прежде чем брюнет поймал себя на том, что волнуется за мужа. Мысленно выругавшись, гриффиндорец попытался затолкать ненужные ощущения куда подальше, а в лучшем случае, и вовсе избавиться от них. Хватило утра, когда он непроизвольно приготовил порцию и на Малфоя (да ещё и использовал любимый шоколад в качестве начинки), забеспокоившись, что тот не соизволив проснуться вовремя, без сомнений поплёлся бы на уроки голодным. Глупая привычка беспокоиться за всех и вся, и глупые чувства, так не вовремя чуть было не выбравшиеся на поверхность и оттеснившие собой ненависть.

Он его ненавидел. Ненавидел даже сильнее, чем Волан-де-Морта с его манией убивать. Тот, по крайней мере, желал только убить, и если бы у него это каким-нибудь чудом получилось, не пришлось бы страдать, а этот... Однажды причинив боль, он до сих пор мучает Гарри своим присутствием. И как бы юноша не пытался забыть, сердце всё равно продолжает ныть, требовать, если не заставить ответить на чувства, плескавшиеся в нём, то хотя бы отомстить и заставить почувствовать то же самое.

Вот и сейчас, при виде уставшего супруга замки, так прочно засевшие на чувствах Гарри, один за другим открывались, рискуя в любой момент вовсе рассыпаться прахом и выпустить на волю то, что за ними скрыто. Настолько хотелось протянуть руку к чуть вспотевшему лбу и убрать ту боль, что не давала покоя любимому человеку, но... Он не мог. Не мог позволить вернуться тому, что никогда не получит взаимности. Только не от этого человека.

— Гарри? — Голос подруги, которая с радостью, запустив руку в его волосы, растрепала и без того лохматую прическу, вывел его из задумчивости. Поттер бросил на девушку возмущённый взгляд, однако той похоже было плевать, так как Гермиона, не говоря ни слова, просто бросила взгляд в сторону учительского стола, куда тут же было обращено внимание юноши. Драко в той же позе, что и он недавно, удобно устроив подбородок на переплетённых пальцах рук, задумчиво смотрел в его, Гарри, сторону. Однако прочитать, что в этот момент отражалось в серебристых глазах, было невозможно — блондин прикрыл глаза, как только с ними встретились другие, изумрудные.

— Сдайте свои работы и валите уже отсюда, — спокойно скомандовал профессор, уже в который раз откинувшись на спинку стула. Малфоя неумолимо клонило в сон. Знать бы ещё причину! И если бы эта причина была, возможно, он без зазрения совести перед директором свалил бы в свои комнаты и завалился на кровать. А так приходится довольствоваться неудобным стулом и несколькими минутами перед началом нового урока. О том, что Поттер всё же что-то подсыпал в его кофе, он старался не думать. Будь там какое-то зелье, он бы его почувствовал. Зря что ли звание Мастера зелий получил? А это означает не только их варить.

— И это наш профессор! — Услышал он насмешливое бурчание. Гадать, от кого оно было, не стоило. И ежу понятно, что кроме этого индивидуума, ему никто не смеет перечить и делать замечание.

— Поттер, — бросив мрачный взгляд на супруга, Драко чуть было не подавился собственными словами, стоило всего лишь на мгновение уловить в зелёных глазах намёк на сочувствие. Он даже мог поклясться, что ещё чуть-чуть и тот потянется к нему, лишь бы не видеть боль на лице блондина. Но только на мгновение. Вспыхнувшее в глазах чувство, так же быстро погасло, как и появилось.

— Я сегодня буду поздно, — равнодушно сообщил тот, когда последний студент вышел из кабинета.

— И где же тебя будет носить? — Спокойно спросил блондин и, немного подумав, добавил, — супруг?

Впрочем, ему было всё равно, даже наоборот, Драко был рад. Чем дольше Поттера сегодня не будет дома, тем лучше. Так сказать, лишняя гарантия, что ему никто не помешает.

— Где-то, — туманно ответил юноша, одарив мужа холодным взглядом.

— Ну и ладно, — надеясь, что его раздражение никоим образом не проявилось в голосе, прохрипел Драко, прикрывая глаза. — Гуляй сколько душе угодно, только под ногами не мешайся.

Приоткрыв один глаз дабы взглянуть на реакцию подростка, блондин остался довольным сверкнувшей в глубине изумрудов злостью. А когда за брюнетом захлопнулась дверь, то не сдерживаясь, от души засмеялся. Похоже, кто-то собирается воспользоваться своим преимуществом и заставить его ревновать. Ну-ну. Посмотрим, кто кого.

В любом случае этот раунд он выиграл. Вот бы ещё голова не болела...

***

Драко склонился над кипящим котлом, быстро забрасывая туда очередной ингредиент, а потом следующий, пока со стола не исчез последний. Сколько раз он перечитывал рецепт?! Снова и снова, пока принцип приготовления напрочь не закрепился в его голове. При таком раскладе ошибки просто не могло быть. И проблема вовсе не в сложности, скорее, наоборот. Зелье было настолько простым, что аж смешно. Основным было быстрота приготовления. Вот на этом этапе приходила настоящая проблема. Если ещё до кипения можно было немного медлить, то после уже работать нужно быстро и, главное, не забывать о последовательности и нужном количестве. Одновременно с этим нужно следить за цветом исходящего пара, чтобы субстанция была не слишком тёмной, но и не светлой, чтобы до самого конца оставалась на грани светло-голубого и белого, а когда плавно белой пенкой осядет поверх тёмной жидкости, смело можно утверждать — зелье готово.

Не медля, Мастер зелий вдохнул немного густоватый дым, тут же чувствуя небольшое головокружение, а за этим и охватившую его слабость. Ну что ж, все, как и описывала книга, теперь остаётся только отдаться на волю Морфея, и с концами провалиться в новые (или может всё-таки старые?) воспоминания.

========== Часть 11 ==========

— С добрым утром, Драко. — С дивана, что находился возле камина, донеслось недовольное мычание. — Хорошо поспал? — Нежно пропел мужской голос, ворвавшись в комнату и с разбегу повиснув на спинке, оказавшись, таким образом, в непозволительной близости от лица спящего (или делающего вид такового).

— Блейз, заткнись, — приоткрыв один глаз, недовольно прошипел юноша, с некой долей иронии, отмечая слишком хриплый даже после сна голос.

— Его Высочество уже проснулось, — довольно промурлыкал в ухо гость, с удовольствием наблюдая, как его друг с третей попытки принимает сидячее положение и хватается за голову.

— Чтоб я ещё раз с тобой пил?! Да никогда в жизни! — Не всегда приятно, когда просыпаешься с дикой головной болью и ощущениями, словно во рту устроили кошачий туалет, а на теле танцевали, как минимум гиппогрифы.

— Ты так говоришь каждый раз, душа моя, и всё равно принимаешь мои щедрые приглашения. — Да, Блейз Забини не был силен в зельях, а вот напитки с наличием алкоголя готовил на «превосходно», и эта его настойка была лучшей из всех. — Но согласись, уносит хорошо, -довольный собой юноша ухмыльнулся.

— Ты явно недооцениваешь свои способности. И заметь, это был не комплимент, — скривился Малфой, нетвёрдым шагом направляясь в ванную.

Увидев свой помятый вид в зеркале, и нисколечко не удивившись — он столько раз уже видел свои спутанные белые волосы и синие круги под глазами, включая зеленоватый оттенок кожи, что уже успел привыкнуть. Под холодными струями воды, которые мало помогали, и только отчасти привели мысли в порядок, Драко пытался вспомнить события вчерашнего вечера. Получалось плохо, а точнее, вообще не получалось. В голове — чёрная дыра с редкими и неясными силуэтами, которые Малфой мало того, что рассмотреть не мог, так и был уверен, что и не узнал бы вовсе, случись все же такое. Уже входя в гостиную, где на диване разместился его друг и в дверях нетерпеливо топталась Паркинсон с маленьким подносом в руках, на котором стояли две кружечки с уже заготовленным антипохмельным, размышлял о том, что же все-таки было вчера и не находил ответа на свой вопрос.

— Панси, мой ангел, что бы я без тебя делал? — Беря свою порцию и тут же опрокидывая её в себя, блаженно воскликнул блондин, когда дикая головная боль утихла, и мир приобрел яркие цвета.

— Наверное, то же, что и я. Заранее бы его готовил, — произнёс Забини, следуя примеру друга.

— Моя тебе сердечная благодарность. Вот бы ты его ещё и с собой таскал, — съязвил блондин, целуя подругу в щеку.

— Хватит уже спорить, — улыбнулась девушка, возвращая приветствие.

— Панси, милая, ты случайно не знаешь, что вчера было? — С надеждой спросил Драко. — Последнее, что я помню, так это спор с Блейзом насчёт его педофилии.

— Я — нет. А вот Забини с радостью просветит тебя на этот счёт, — улыбнулась брюнетка, кивнув в сторону довольно улыбающегося брюнета. Эксклюзивная особенность слизеринского Дон-Жуана — несмотря на убойное количество выпитого и просто невменяемое состояние, Забини всегда всё помнил. В отличие от его собутыльников.

— Ты ведь помнишь наш вчерашний разговор, мой дракон? — Обольстительно улыбаясь, нежно спросил Забини.

— Если бы помнил, не стал бы спрашивать... — Сердито прищурив серые глаза, хмыкнул блондин.

— Ну, как так... Мы же вчера так славно посидели...

— И, как всегда, напились, — ехидно заметила Паркинсон, видя, как губы брюнета растягиваются в широкой улыбке.

— И это тоже. Но главное. Драко, дорогуша моя, ты уже выполнил свою часть сделки?

— Почти... — Тихо ответил Драко, потирая ноющие виски.

Похоже, их похождения закончились очередным спором, часть которой слизеринец даже не думал выполнять. А дело было в том, что с Забини они дружат чуть ли не с пелёнок, и дружба эта была слегка специфичной. Если пропустить все не совсем лестное и приятное, касающееся их отношений, то смело можно заявить, что друг друга они терпеть не могли. И стоило им только встретиться, как начинали спорить по поводу и без. Но, несмотря на все разногласия, частенько закрывались в комнате и напивались до потери сознания, утром разгребая последствия магических сделок, которые заключались с завидной регулярностью, чуть ли не каждый раз.

И самыми безобидными среди них, наверное, были «помыть волосы профессора Снейпа» или «подстричь бороду Дамблдора». Но чаще всего они давали задания друг другу, позволяя самому выбрать на ком выполнять свою часть, а если кто и не справлялся, то выигравший получал право выбрать жертву для друга.

— Ну да, Слизеринский принц... ЧТО?! — Темно-карие глаза округлились, до размера тарелки. — Прекрати меня так пугать! Я, собственно, зачем зашёл...

— Выкладывай, — потребовал блондин, стараясь вспомнить, на что же они снова поспорили. Кажется, Малфой после первого стаканчика нечаянно коснулся темы ориентации друга. А что было дальше?

— Я выиграл. Ты же так и не решился переступить через себя? — Самоуверенно заявил брюнет.

Панси, которая тихо стояла в дверях, только цокнула языком и, решив не мешать друзьям разбираться в том, кто прав, а кто виноват, тихо вышла из комнаты.

— Забини, будь другом, напомни мне, больному, условия нашего спора? — Почувствовав неладное, осторожно попросил Малфой.

— Всё просто, любовь моя. Ты должен был переспать с парнем. — С самой безобидной улыбкой просветил Забини. — Я ещё предлагал тебе свою кандидатуру, но ты деликатненько послал меня выполнять своё задание.

— Ага, припоминаю, — скривился блондин, — меня только от одной мысли об этом вырвало...

— Тебя что?

— ... в присутствии какого-то пятикурсника, не вовремя попавшегося мне на глаза. — Да уж, вспомнить-то он вспомнил, но легче от этого не стало.

Вчера, когда он, возвращаясь от друга и надеясь на свою невменяемость, решил затащить в какой-нибудь пустующий кабинет первую встречную особь мужского пола и выполнить эту треклятую сделку, Драко точно не ожидал, что, только представив себя вместе с парнем, его вывернет наизнанку прямо под ноги какого-то незнакомого мальчишки.

— Гомофоб хренов! Не могу поверить, что даже будучи пьяным, ты понимал, что придётся совать свой член в какую-нибудь мужскую задницу. — Восхищено воскликнул Блейз, и тут же в его голосе зазвучала досада и обида: — Даже те редкие натуралы, имен которых я не знаю, сдавались под влиянием моей настоечки. Но так даже лучше. Тем более что магическая сделка подтверждена магией, а значит, тебе всё равно придётся её выполнить, за исключением разве того, что круг кандидатов на почётное место твоего секс-партнёра на одну ночь сужается до одного человека, выбранного моей добросердечной персоной.

Губы брюнета растянулись в довольной улыбке, а глаза заблестели предвкушением, но Драко, конечно же, этого не заметил, так как был занят разглядыванием разноцветных бегающих перед глазами пятен на белоснежном потолке.

— Доказательства, — найдя в себе немного сил, поднял блондин руку.

— Что? — Непонимающе уставился на него друг.

— Доказательства, говорю. Что-то я сомневаюсь, что ты вот так запросто поменял молоденькие тела третьекурсников на одну ночь с какой-то старой клячей, — наконец-то вспомнив, что именно потребовал с друга, Драко скривил губы в ухмылке.

— А ты уверен, что хочешь это видеть? — Самодовольно спросил слизеринец.

Малфой представив обнажённое тело, скажем, к примеру, их школьной медсестры, чуть не распрощался с остатками еды в желудке, и активно замотал головой. Нет, такого стресса его и так повреждённая психика не выдержит.

— Имя. А уж я смогу понять: правду ты мне говоришь или просто мастерски делаешь вид.

— Ну, колдографий у меня навалом. Я же прекрасно знаком с твоим характером, дорогой, — мило улыбаясь, промурлыкал, словно кот, нашедший баночку валерьянки, Блейз.

— Ну...?

— Это... — немного замявшись, начал было брюнет, но уловив грозный взгляд, с придыханием выпалил, — а ты знал, что у декана Гриффиндора потрясающее тело?

— Ты что...? — Драко даже о тошноте забыл, резко сев, за что и поплатился — голова закружилась с двойным усилием, и он продолжил почему-то шепотом, словно их мог кто-то подслушать, — МакГонагалл, что ли, в постель затащил?

— У меня разве выбор был? Медсестра наша слишком стара, там только кости, да свисающая со всех мест кожа. Стебль, хоть и симпатичная, но слишком сильно любит свои растения — вдруг отравила бы во время процесса? Трелони... Да простит меня эта женщина, у меня на неё даже под афродизиаком не встал бы. Кто там у нас ещё есть? Трюк? Ну, извини, приятель, училка конечно ничего так, но я люблю летать, и секс не меньше. А нога у неё тяжелая. Ещё наша библиотекарша, но... Жаль её. Женщина она неплохая, всегда посоветует хорошее чтиво, да и не дура, чтобы даже под моим нажимом мужу изменить. А МакГонагалл худая и высокая, к тому же одинока, и без детей (не пришлось о презервативе беспокоиться, в моём-то состоянии), да и, несмотря на свои шестьдесят, фигурка у неё почти девичья. Точно без специальных заклинаний не обошлось. Ты бы слышал, как старая кошка стонала подо мной, а как ножки послушно расставляла...

— О, Блейз, давай без подробностей. Я и так еле сдерживаюсь, чтобы не побежать в туалет.

— Ну, ты же хотел доказательства, — пожимая плечами, спокойно напомнил парень.

— И всё равно не могу поверить... Ты же конченый педофил. Тебя даже дурной статус нашего факультета не останавливает, когда кто-то приглянулся.

— Эй, в моей постели только тринадцати- и вышелетние бывают. А это, уже позволь заметить, приличный возраст.

— А двенадцатилетняя подруга нашего героя малолетнего с тобой в карты играла? В твоей комнате и в твоей постели.

— Это было четыре года назад, — возмутился брюнет, невольно воспроизведя в голове молодое тело гриффиндорки.

— Мерлин, Забини, тебе сейчас только слюней изо рта не хватает.

— Кстати, о юных героях, — опомнившись, Забини отогнал образ девушки, которая до сих пор вызывала в нём недвусмысленные желания, — он-то и будет твоей жертвой.

— Гарри?

— Именно, — следя, как сильнее округляются серые глаза, а рот выпускает воздух через раз, Забини, довольный реакцией друга, откинулся на спинку кресла.

— Ты шутишь? — В надежде спросил блондин.

— Никак нет, душа моя. Уж от него тебя точно не стошнит.

— Ему шестнадцать, — привел аргумент Драко, впрочем зря, потому как глаза напротив сидящего парня лихорадочно заблестели.

— Прекрасный возраст, чтобы вступить во взрослую жизнь.

— Он мне как младший брат...

— Вот и отлично. Думаю это норма, если старший братик объяснит младшенькому, что такое член, и для чего его стоит использовать, — немного наклонившись, горячо выдыхая, уже хриплым голосом заметил Забини.

— Мерлин и Моргана, Гарри грозит смертельная опасность. И если я... — В отчаянии опустив голову на колени, преподнёс Драко последний аргумент.

— Мальчику будет полезно немного расслабиться, — похоже, отдельно взятый слизеринец не был обделён наглостью, и у него напрочь отсутствовало благоразумие.

И дело было вовсе не в том, что Драко не нравился его маленький друг. Скорее наоборот, слишком нравился, чтобы из-за какого-то спора разрушить их дружбу. А он был уверен, что после этого Гарри больше никогда не заговорит с ним. И понимание этого ранило сердце похлеще Круциатуса.

— Блейз, я не смогу. Гарри меня потом никогда не простит, — чуть ли не умоляя, попросил блондин, — выбери кого-нибудь другого.

— Не могу? От кого-нибудь другого тебя вырвет, даже не начав. А Гарри... Ты же от него без ума... Даже к друзьям ревнуешь.

— У меня нет выбора, да? — Подняв голову, спросил Драко.

— Магия уже подтвердила моё решение, — прищурив глаза, тихо хмыкнул брюнет.

— Сволочь ты, Забини, — Драко бросил в сторону друга полный ненависти взгляд, мысленно стараясь смириться со своей участью.

От одной только мысли о ночи с парнем, его мутило. Гарри же он даже глубоко, очень глубоко, никогда, не мог представить с собой. Давняя дружба, уже давно ставшая братской любовью, была такой естественной, что Драко даже сам не заметил, как стал ревновать Мальчика-Который-Выжил к каждому встречному, а всех его знакомых сканировал по всем параметрам, потом уже решая, достоин тот или иной человек общества его младшего братишки. И, как ни странно, Гарри всегда прислушивался к его словам, за исключением разве что двух его дружков: грязнокровки Гермионы Грейнджер (о ней же недавно велся разговор) и предателя крови из семейства рыжих, которых Малфои, сколько себя помнил Драко, всегда ненавидели — Рона Уизли. Эти двое стояли поперёк горла уже довольно продолжительное время, но упрямый гриффиндорец говорил, что, не смотря на то, во что верит Драко, они — его друзья, и ссориться с ними он не намерен. Хоть сейчас он и убедился в подлинности между этими тремя крепкой связи, всё равно продолжал сжимать зубы и чуть ли не до крови сжимать кулаки при виде довольной жизнью троицы.

— Ищи в этой ситуации позитивные стороны, Дракоша. Ты, наконец-то, избавишься от своего Братского комплекса, и прекратишь врать самому себе и просто признаешь, что Гарри тебе нравится намного больше, чем просто друг.

— Он же парень, Блейз...

— И с этим парнем ты в скором времени переспишь. А сейчас... — юноша достал из кармана маленькую бутылочку, тут же увеличивая её, — может, выпьем? Для твоей храбрости.

— Чёрт с тобой, наливай, — махнул рукой Малфой, опрокидывая в себя стакан, стоило ему наполниться.

***

— Немного пьяный, но такой кайфовый, немного грустный, но безумно нежный, — качаясь из стороны в сторону, напевая мотивчик из русской песни, Драко плёлся в сторону своей спальни.

«Не сегодня, так завтра нагрянет Лорд на огонёк. У тебя больше может и не выпасть такого шанса», — неожиданно вспомнились последние слова друга. Остановившись перед картиной, сторожившую его комнату старосты, Малфой на мгновение замер и решительно, не давая себе и шанса передумать, развернулся и пошёл прочь из подземелий. Может, Блейз был прав, и напиться для храбрости, так сказать, было не такой уж и плохой идеей. Тем более, что завтра он всё равно ничего не вспомнит, просто почувствует освобождение от тисков, связывающих его магию. А уже потом можно будет подумать, как вернуться к прежней жизни.

Где находится спальня его названого братика, он знал прекрасно — не раз здесь побывал. Пытаясь не думать о том, что после того, как это случится, вход сюда для него будет закрыт навсегда и накрепко, Малфой толкнул легко поддавшуюся его прикосновению (Гарри в своё время настроил разрешение не только для своих друзей, но и для Драко) дверь. Пьяному взгляду открылся вид на освещённую мягким светом, несгораемую свечу. Дорогая вещица, но лорд Поттер для своего наследника не жалел никаких денег, тем более, зная, что тот до потери пульса боялся оставаться один в тёмном помещении. По словам Гарри, ему тогда снятся странные сны, и это не просто страшилки, которые рассказывают дети, только чтобы поспать между родителями.

Драко однажды с помощью магии попал в один из снов брюнета. Когда тот ночевал в их доме, стыдился признаться, что боится темноты и, тем самым, неожиданнее стало для блондина, когда рядом спящий Гарри болезненно застонал, а его лицо покрылось испариной. Тогда, ещё четырнадцатилетний, Драко попытался разбудить его, но не мог, поэтому не думая, попросту решил сначала узнать, что же так мучает его маленького друга. Смерть, много смертей. Вот что увидел блондин. Деревня, полная людей в чёрных мантиях, безжалостно убивающих женщин и детей, и долго и с удовольствием мучающих мужчин. А наутро газеты просто кричали о массовом убийстве в небольшой деревеньке, где-то на окраине Великобритании.

Помотав головой, от чего та слегка закружилась, Малфой нашёл взглядом большую кровать, прикрытую балдахином, в центре комнаты. Драко уверенно распахнул его и зажег на кончике палочки Люмос. Недовольно щурящийся со сна, Гарри сел и прикрывая глаза козырьком ладони, удивленно уставился на своего неожиданного гостя:

— Драко? Что случилось? — Хрипотца в ещё по-детски тонком голоске внезапно умилила Драко.

— Миленькие мишки, — пьяно хихикнул Малфой, разглядывая задравшуюся куртку и соответственно оголившиеся участки тела.

«Какая фигурка», — мелькнула неожиданная мысль. Сглотнув, Драко готов был признать, что, возможно, идея Забини не была такой уж плохой. Давно пора уже избавиться от этих непонятных чувств.

Гарри опустил руку и, пошарив по тумбочке, надел очки и ещё более непонимающе уставился на блондина, и, когда тот качнулся, устало вздохнул:

— Ты пьян?

Драко согласно мотнул головой. Поэтому, немного подумав, навел палочку на себя и пробормотал отрезвляющее заклятие. Стало чуть легче, но не более того...

— И кто назвал это заклинание отрезвляющим? — Чувствуя, что тошнота прошла и в голове больше не шумит, разглагольствовал парень, попутно раздеваясь. Уже полностью проснувшийся Гарри поднялся с кровати и, осторожно обнимая Драко за талию, заметил:

— Твоя спальня в другом месте, — в ответ Драко только безразлично ухмыльнулся и тоже обнял Гарри.

— Уже не терпится, братишка? Подожди секунду, сейчас разденусь.

Поттер вздрогнул и резко оттолкнул от себя Драко, отступил назад к кровати, уперся о ее бортик и тут же опрокинулся на спину. Малфой довольно хмыкнул, делая шаг следом.

— Совсем сбрендил? — Выкрикнул подросток, когда Драко, нависая над ним, сгрёб воротник пижамы в кулак и подтянул его ближе к себе.

Светлые глаза Драко казались бельмами в черных провалах глазниц, и в них плясала безумная пьяная решимость. Гарри перехватил слабыми руками кулак Драко, стараясь оторвать его от ткани. Но куда ему, ребёнку, тягаться с взрослым мужчиной, тем более, когда тот коленом давит тебе в грудь. Гарри только вскрикнуть успел, когда маленькие пуговички его пижамной куртки с рывком разлетелись в стороны. Не раздумывая, подросток ударил Малфоя кулаком в лицо.

— Очнись, идиот, — выкрикнул он, с силой прижимая к груди руки.

— Не волнуйся, старший братик не причинит вреда, — Малфой оскалился в ухмылке, деловито, не разрывая зрительного контакта, содрал с него пижамные штаны. Гарри, не медля ни секунды, ударил еще раз, понимая, что его удары не принесут сущего вреда блондину, лишь только на несколько секунд задержат, но и сдаваться он не собирался.

— Что на тебя нашло? — Смахивая с глаз набежавшие от страха слёзы, прохрипел гриффиндорец, вжимаясь в спинку кровати.

— Что? — Драко внимательно посмотрел на свою палочку. Туман в голове немного развеялся, и он был в том состоянии, когда понимаешь, что произносить любые заклинания, довольно опасно, — Сейчас узнаешь, что.

Поморщившись, он потрогал скулу и с сожалением отложил палочку. Увидев понимание в зеленых глазах, попытался рывком вздернуть Гарри на ноги, но, будучи не в состоянии удержать равновесие, упал сверху нечаянно задев ногтями щеку. Подросток, молча, вытер выступившие капельки крови рукавом пижамы, закрыл глаза, глубоко вздохнул и на выдохе еще раз ударил Драко, что есть силы, кулаком в лицо.

От одной мысли, что он когда-то ударит Драко, было больно, а сейчас, видя проявляющийся на лице синяк, было вдвойне больнее. Он не понимал, что случилось с всегда таким обходительным с ним блондином. А уж о том, что тот собирался сделать с ним, он старался даже не думать. Горечь от происходящего отзывалась болью в сердце.

Задумавшись, Гарри пропустил тот момент, когда Драко снова вернул себе равновесие, и, разорвав простыню, привязал его к кровати.

— Так-то лучше.

Окинув взглядом результаты своих трудов, он остался доволен увиденным: распластанный на кровати; с привязанными к изголовью руками; обнажённый, в одних боксёрах, Гарри выглядел безумно соблазнительным. Малфой, урча от удовольствия, облизал вдруг пересохшие губы.

— Драко, развяжи меня, — потребовал юноша, чувствуя, как из недр души поднимается злость. К чёрту дружбу, к чёрту привязанность — Гарри не потерпит подобного обращения, и не позволит, Мордред дери, изнасиловать себя.

— Я бы с радостью, малыш, но ты ведь тогда убежишь, а мне бы этого не хотелось, — мурлыкнул блондин, замечая, как скулы гриффиндорца принимают нежный розовый оттенок.

Пошатнувшись в сторону, но как нельзя, в нужную сторону, Драко уверено шагнул к кровати и снова навис над Гарри, который, не имеющий более возможности оттолкнуть от себя настойчивого друга, только шипел проклятия, бессильные в данном случае. Не медля, блондин, подцепив подбородок, впился в чуть приоткрытые губы. В этом поцелуе не было и капельки чувств — только жестокость и желание подчинить строптивого партнёра. Собравшись с силами и, почувствовав, что чужой язык ворвался в его рот, Гарри с силой сжал зубы.

— Ты что, ненормальный?! — Резко отстранившись, выкрикнул блондин. Гарри, напуганный неожиданно блеснувшим в глубине почерневших глаз бешенством, попытался вырваться. — Прекрати сопротивляться, и мне не придётся применять силу.

Голос прозвучал твердо, в интонациях слышался приказ, а во взгляде плескалось отчаяние.

— Я не хочу причинить тебе боль, Гарри, — уже более мягко попросил он. Брюнет замер. Ужас от происходящего настолько плотно охватил его сознание, что он был больше не в состоянии здраво думать, а нависающий над ним Драко... Драко, которого он уважал и безмерно любил, творивший с ним такие жестокие вещи, чуть ли не ласково просил не сопротивляться?!

— Прошу прекрати, — просил мальчик, чувствуя, как слезы потекли из глаз, оставляя на щеках мокрые дорожки.

— Не могу, — выдохнул Драко в упрямо сжатые губы Гарри, сминая их в поцелуе. Под давлением языка, мальчик разомкнул их, невольно отвечая на чувственное приглашение.

На этот раз Драко целовал без нежности, но с заботой. Осторожно исследуя чужой рот, переплетая языки в древнем, как сам мир, танце, и чисто на инстинктивном уровне отмечая, что поцелуй с парнем немногим отличается от поцелуя с девушкой, разве что нет той покорности, взамен ей — естественное для мужчины желание взять верх над своим партнёром. Это чувствовалось, как в порыве оттолкнуть от себя вторженца, так и в легком покусывании языка, и следующим за этим яростным участии в игре.

Усиленные вдвое алкоголем, да, что там вдвое — во стократ больше, прикосновения чувствовались острее, и уже спустя несколько мгновений этого безумия, Драко почувствовал почти болезненную эрекцию. Нестерпимо захотелось избавиться от узких штанов и как можно быстрее оказаться внутри этого извивающегося под ним стонущего тела.

«Ещё рано», — мысленно приказал себе Драко, отрываясь от губ напротив и заглядывая в затуманившиеся изумрудные глаза, — «Я не могу...», — Отвести в сторону края тонкой ткани, сопровождая свои движения легкими прикосновениями к смуглой гладкой коже и вызывая дрожь юного тела, — «...причинить ему вред».

Прильнуть губами к тонкой шее, чуть прикусить кожу, там, где бьётся голубая жилка, после языком обвести след от зубов — сейчас это казалось таким естественным. И одновременно таким неправильным, но уже было поздно. Слишком велико было искушение испробовать плод, который он сам же защищал от чужих посягательств.

Повторив губами путь рук, остановившись на мгновение возле маленького, но уже набухшего розового соска, по очереди то посасывая, то покусывая, тем временем другой сжимая меж пальцев, Драко довольно улыбнулся, услышав тихий стон, вырвавшийся из груди Гарри. Немного осмелев, он спустился рукой вниз, скользя по животу, обводя пальцем впадинку пупка, зацепил резинку трусов, немного оттянув ее и в то же мгновение отпуская. Громкий стон сказал больше нужного. Гарри тоже был до предела возбуждён, а несмелый взгляд просто умолял избавить его от мучений. И Драко не стал отказывать «братику». Одним рывком стянул мешающую деталь одежды, с любопытством уставившись на стоявшее в готовности достоинство подростка.

Небольшой, но идеальный для его возраста, член. Такой аккуратненький, в будущем обещающий стать длинным, и, возможно, более толстым. Пока нельзя предугадать, но... Партнёру или партнёрше Гарри точно понравится, но сейчас... Он принадлежал ему. И это сводило Драко с ума.

Немного замявшись, он прикоснулся пальцем к розовой головке, размазывая выступившую капельку смазки, в ответ брюнет дернулся всем телом вверх, стараясь продлить контакт. Больше не мешкая, Малфой крепко обхватил ствол, сжимая его в руке... В конце концов, он столько раз дрочил и уж точно знал, что парню доставит удовольствие, а что нет.

Юноша терялся в ощущениях, всё это было таким новым и таким непривычным, но от этого не менее приятным. Он даже думать забыл, что ещё совсем недавно его самым откровенным образом насиловали. Ощущения мягких губ, ласкающих его тело, и руки, сомкнувшейся вокруг его члена, вот на чём в этот момент сошёлся весь мир. Настолько хотелось наконец-то освободится от ноющего чувства, узлом связывающегося у него в животе, что юноша, боясь выдать свою реакцию, сильно закусил губу. Хотелось за что-то ухватиться, но связанные руки не давали подобной возможности, хотелось спрятать пылающее от собственного стыда лицо, но и повернуться он не мог. Драко, сам того не подозревая, сводил его с ума, увеличивая в размерах ту пустоту, что поселилась в сердце этого юного создания.

— Драко... — прохныкал Гарри, когда движения руки стали резче и быстрее. Верх-вниз, верх-вниз. Всё происходило так быстро, что он даже не сразу смог понять, где губы, а где руки, просто в одно мгновение белая макушка пропала из поля зрения, а головку обхватили мягкие губы, и это стало последней каплей, сметая всю выдержку подростка. Тугой узел неожиданно взорвался яркими красками перед глазами, а тело стало таким лёгким, что не будь Гарри привязан, казалось бы, взлетел.

— Понравилось? — Снова оказавшись напротив лица, хмыкнул блондин, стирая с губ остатки спермы. Гарри ничего не ответил, только приоткрыл мутные после оргазма глаза, — Вижу, что понравилось.

Утвердительно кивнув самому себе, блондин немного переместился в сторону, стягивая с себя штаны, и пока гриффиндорец ещё не успел опомниться, разместился между его ног, еще сильнее раздвинул колени, отмечая при этом непозволительную для парня стройность ног. Одной рукой нащупывал анус, а другой приставил к нему головку жаждущего разрядки члена. Сдерживаться больше не было сил.

— Что...? — Зелёные глаза немного прояснились, и в них тут же заплескалась паника. — Драко, нет...

Поздно, слишком поздно. Драко сильно толкнулся внутрь, проходя с первого нажима почти наполовину.

— Наконец-то! — Откинув голову назад, парень выгнулся от наслаждения, вздох облегчения или полу-стон слетел с губ. И, естественно, он даже не заметил ни прикушенную губу, ни слипшиеся от слез ресницы, ни сжатые в кулаки пальцы.

Чуть наклонившись вперед, освободив затекшие и покрасневшие руки, он вцепился в бедра Гарри, натягивая его на себя до упора. Из груди подростка вырвался вскрик боли, но Малфой не слышал ничего этого, отдавшись порыву и двигаясь сначала медленно... Вперёд — назад... Внутри Гарри был слишком тугим, и это кружило голову похлеще Блейзовской настойки... И в следующий момент, прекратив себя сдерживать, он с силой толкнулся вперёд, входя в содрогающееся под ним тело до основания. Не останавливаясь и быстро двигая бедрами, каждым движением вырывая из припухших губ всё новые и новые стоны боли и мольбы прекратить, остановиться, Драко чувствовал приближение долгожданного оргазма. И уже ничего не могло его остановить. Чаще, сильнее, толчки, шлепки плоти о плоть, громкому дыханию вторят тихие всхлипы...

— Ещё чуть-чуть, — одним движением развязав запястья любовника, и дернув юношу за руку на себя, блондин буквально насадил того на свой член и замер, мелко подрагивая и изливаясь в обмякшее в его руках тело.

========== Часть 12 ==========

Комментарий к Часть 12

Автор решила не заострять внимание на битве, так как эта история именно о любви Драко и Гарри, и о последствиях потери память самого Драко.

То чувство, когда хрен что помнишь, но понимаешь, что только открыв глаза... Уж лучше их не открывать. Вот и Гарри не хотел. Даже двигаться. От одного мимолётного движения поясницу пронзала настолько острая боль, что все воспоминания растворялись в ней, и юноша был этому даже рад, если бы не... Если бы не причина этой боли, спокойно сопевшая под боком. Осторожно повернув голову чуть в сторону, мальчик заворожённо застыл, не в силах отвести взгляд. Такой безмятежный, спокойный, словно и не он этой ночью насиловал подростка, и... И к сожалению слишком любимый, чтобы на него злиться.

— Надеюсь, ты запомнишь эту ночь, — в тишину прошептал брюнет, осторожно поднимаясь, — Тц, больно, — скривившись, простонал он, чувствуя как по ногам стекает что-то мокрое. Покраснев до самих кончиков ушей, Гарри, закутавшись в единственную уцелевшую вещь, свою мантию, молнией выскочил из комнаты, желая побыстрее оказаться в душевой.

Вопреки ожиданиям гриффиндорца, единственное что почувствовал Малфой проснувшись, это жуткую головную боль, и полное удовлетворение, что касается «головы» пониже. Оглядевшись в поисках виновницы «прекрасного» настроения, Драко никак не ожидал, что в холодной постели, оказывается, лежит он в гордом одиночестве.

Прошлую ночь он помнил смутно и весьма размыто. Прекрасное тело, стройные ноги, маленькая грудь, сладкие губы и просто божественный секс, но вот лица своей любовницы, Драко вспомнить не мог.

— Странно, — почесав макушку, юноша только пожал плечами, довольный соскакивая с постели, чуть скривившись, когда от резкого движения голова взорвалась новой болевой волной. Собирая свои вещи он пытался вспомнить свою ночную партнёршу, которая, кстати, была первой, посмевшей вот так его оставить, даже не дав возможности посмотреть на очередную пассию. Драко вздохнул, понимая, что некоторое время придётся по-осторожничать с выбором новой девушки, дабы избежать визита неизвестной особи с сюрпризом в брюхе, просить взять на себя ответственность. Вон Нота неделю назад из-за подобной глупости чуть-ли жениться не заставили. Не обратив ровным счётом никакого внимания на то, что Выручай-комната выглядит сейчас точь-в-точь как апартаменты его маленького братика, Драко в не слишком приподнятом настроении открыл дверь...

Застыв на пороге, юноша уставился на противоположную стену, которой, как он помнил в просторном коридоре восьмого этажа не наблюдалось, тем более с картиной в человеческий рост, на которой изображён весьма привлекательный мужчина, и которого все гордо величали Годриком Гриффиндором (жаль, разговаривал он только в присутствии Гарри, во всё остальное время притворяясь свеженьким трупиком, сложив руки на груди).

— Мерлин, Мордред и Моргана, что же я наделал? — падая на колени, отчаянно прошептал слизеринец, когда воспоминания, обрастая всё новыми и новыми подробностями лавиной навалились на его сознание. Вот они с Забини за столом со стаканами в руках, вот у него уже всё перед глазами плывёт, и наконец эта зараза сообщает, что у него была только одна бутылка. Убить за это Блейза мало!!! Предложение друга «выпить для храбрости» он хоть и принял не совсем радушно, но всё же надеялся напиться в стельку, чтобы не увидеть с кем переспит. Сейчас, когда жертва выбрана, это не столь важно, любой собьёт отдачу от невыполнения на половину. А от пол литра спиртного он был как раз в том состоянии, когда не владеешь своим телом, но всё ещё, хоть и на грани, но соображаешь, что делаешь. Ублюдок, знал, до какого именно состояния нужно довести друга, чтобы тот наделал ошибок.

— Как мне теперь Гарри в глаза смотреть? — ещё более отчаянно прошептал он, — Если он конечно после всего вообще захочет меня знать?! — горько усмехнулся юноша, смотря на картину, — Как думаете, лорд Гриффиндор? — ответа ожидаемо не последовало, основатель красно-золотых как стоял безучастно прикрыв глаза, так и продолжал стоять, — Я Вас прекрасно понял, — возвращая на лицо полное безразличие ко всему вокруг происходящему, ровным шагом последовал прочь из гриффиндорской гостиной. Ноги сами понесли его в сторону Астрономической башни. Никто случайно встречающийся ему на пути и на мгновение не мог заподозрить бушующий в душе гордого Лорда ураган отчаяния и сожаления, в том числе и Гарри, врезавшийся ему в грудь, когда Драко с разбегу взлетел по лестнице на просторную площадь залитую утренним солнечным светом.

— Извините, я не... Драко? — пытаясь вернуть на место потерявшееся от столкновения равновесие, Малфой шокировано уставился в изумрудные глаза, в которых плескался лёгкий страх, — Я как раз хотел...

— Ох, Гарри, ты почему не на уроках? — спросил первое, что пришло на ум. «Не хочу слышать о том, что он меня ненавидит.»

— Драко, я... — как-то неуверенно начал мальчик, но потом... — Ты не помнишь? — осознание, отразившиеся на его лице заставило Драко сделать шаг назад.

«Ну вот, начинается, » — с грустью усмехнулся он, даже не подозревая, что на деле всё выглядело, как усмешка:

— Не помню что? — добивая своими словами. Ну да, не помнил. Всё он прекрасно помнил, и как насиловал юное тело, и как ему самому это понравилось. Была не была, авось повезёт и Гарри решит, что ему всё приснилось. «Было бы хорошо. Уж лучше так.»

— Извини, — Драко видел, что улыбка, медленно появляющаяся на лице его маленького братика, была натянутой, и чуть ли не из последних сил, но и сказать в ответ он ничего не мог, просто не смел. Сказать правду и навсегда лишится доверия гриффиндорца? Слизеринская натура к сожалению слишком труслива, чтобы пойти на этот шаг. Для Гарри и самого Драко будет лучше, если прошлая ночь останется просто ещё одним ночным кошмаром, — Меня уже ждут, — резко обернувшись и быстро срываясь с места. Больше в тот день у Драко не было возможности поговорить с Гарри.

Предавшая их Панси Паркинсон, использовала Исчезательный шкаф. Тот день стал роковым для всего Хогвартса, во главе с Волан-де-Мортом на территорию школы шагнули не менее сотни Пожирателей смерти — закутанные в чёрные мантии, с масками на лицах, они одним своим видом распространяли ауру смерти, заставляя содрогаться студентов и учителей. К такому никто не был готов!!!

***

Не ожидая такой отваги от себя, Драко смело, бок о бок со своими родителями, отбивался от особо опасных заклинаний, одного за другим обезвреживая врагов. Взглядом следя за боем директора с Тёмным Лордом и всего на мгновение отвлекаясь на своего противника, он словно в замедленном кино видел, как зелёный луч врезался в грудь Дамблдора. «Нет, только не это, » — мысль пробежавшая в сознании, даже не замечена самим Драко, исчезла бесследно, когда перед глазами пронёсся вихрь. В следующие мгновение, перед уже бездыханным телом стоял содрогающийся в отчаянии подросток, трясущимися руками сжимая палочку направленную прямиком на лорда. Мир в один миг приобрел тёмно-серые оттенки. Малфой видел, как сорвавшиеся со своих мест мистер и миссис Поттер в тот же миг угодили в ловушку, оказавшись связными в паутине смертельных заклинаний, как Блейз из последних сил сдерживал бьющуюся в его руках Грейджер, и как Рон Уизли вместе со своей сестрой сжали зубы и двинутся не смели в кольце из направленных на них палочек. Все, кто был дорог Гарри оказались в руках врага.

— Тебе нужен я, — выкрикнул подросток, — Отпусти их!

«Идиот, придурок... безрассудный гриффиндорец, он убьёт тебя, » — но что Драко мог сделать? Один неверный шаг и умрут не только они с родителями. Дурацкая привычка, всегда лезть в самое пекло не «посоветовавшись» с остальными, всегда выводила блондина из себя.

— Гарри Поттер, — мерзкое хихиканье, резануло по ушам, словно полоснуло кнутом, — Жизнь твоих близких в моих руках, — торжествующе возвестил Тёмный Лорд, — Старый дурень не смог вас защитить, как обещал. А я могу. Для тебя, я сохраню им жизни, — сладко закончил он, не разрывая зрительного взгляда с гриффиндорцем.

— Т-ты не убьёшь их?! — Гарри не спрашивал, он уточнял. Дрожа всем своим худым тельцем, от чего казался ничтожно малым стоя напротив Волан-де-Морта, он пытался говорить ровно, чтобы не выдать того ужаса, что охватил его. «Нет, не верь.»

— А это уже зависит от твоего поведения. Авада Кедавра, — зелёный луч метнулся в сторону мальчика.

— Гарри... — Драко метнутся в его сторону, «Всё что угодно, лишь бы защитить, » — единственная мысль, бившаяся тогда в сознании, заставила совершить действительно безумный поступок. Вырвавшись из рук отца, он побежал, не замечая летящие в него лучи...

Воспользовавшись моментом, Лили вырвала палочку у так удобно стоявшего рядом Пожирателя, тут же отправляя того в нокаут одним ловким ударом. Следующим заклинанием быстро освободив себя и мужа.

Следующей в себя пришла профессор МакГонагалл, одним движением возведя стену невидимой защиты вокруг студентов, позволяя тем убежать в школу. Профессор Снейп, как обычно крутанувшись вокруг своей оси, позволив мантии взметнутся вверх, из самого сердца армии Лорда, одним ударом обездвиживая нескольких Пожирателей. Битва возобновилась.

— Экспеллиармус, — красный луч, вырвался из палочки Поттера, врезаясь в зелёный.

... Драко успел в последнее мгновение. В то время, как его маленький братик был сконцентрирован на заклинании, в него самым позорным образом, как говорится со спины, полетело следующее неизвестное заклинание, юный Малфой, только и успел увидеть без сознания осевшую на пол Беллатрису Лестрейндж, прежде чем принять удар на себя. «Глупый и слишком наивный, ненавижу эту твою сторону».

***

Тяжело дыша, Драко подскочил на постели, схватившись за грудь, лихорадочно оглядываясь, и только после того, как осознал, что лежит у себя в комнате, смог облегчено вздохнуть. Война закончилась, Тёмный Лорд мёртв, а его любимый младший братишка жив, вот только...

========== Часть 13 ==========

— Как мне теперь себя с ним вести? — с нотками отчаянья спросил блондин в потолок, откидываясь на подушку. Не удивительно, что мальчик настолько возненавидел его. Любой другой на его месте без отвращения и взглянуть не смог бы.

Изнасиловать, а потом сделать вид, что всё забыл? Как он после такого вообще смог посмотреть Гарри в глаза? Как смог соврать...

Грр, правду говорил Блейз, называя его слепым глупцом и наивным дураком, не видящим дальше своего носа. Не осознавать собственных чувств? Скрывать их за обычной братской любовью? Бред полнейший, если честно. Да, он был тогда рьяным гомофобом и к отношениям между мужчинами относился предвзято, но всё же... Телом своего любимого братишки он восхищался не просто как предметом идеального взросления — никогда не отказывая себе в удовольствии лишний раз прикоснуться к нежной коже, хоть и делал это неосознанно. И всё равно продолжал упрямо верить, что все его действия ничто иное, как обычная забота, а их с Гарри объятия, совместные принятия ванны (они даже спали голышом в одной кровати), ничто иное как нормальное, обыденное, поведение между братьями. На все попытки друга доказать ему обратное он отмахивался шутками и продолжал придерживаться своего обычного образа жизни. Вплоть до того рокового вечера.

— Придурок, — от души обозвав себя, Драко наконец-таки отправился в душевую. Проблемы проблемами, а уроки — по расписанию и их, к глубочайшему сожалению юного профессора, никто не собирался отменять. А о том, как он будет объясняться с супругом, он подумает потом, если конечно не встретится с ним раньше. Судя по времени, тот должен уже был быть на первом уроке. Может оно и к лучшему. Малфой ещё не был готов с ним встретиться: нужно было сначала проанализировать свои ощущения, чувства; продумать дальнейшие действия; ну, и, разумеется, решить, как он будет оправдываться; что скажет; и каковы возможные варианты развития событий. Но он должен, нет, он сам хочет снова завоевать доверие Гарри.

С такими мыслями Драко открыл двери своей спальни, застыв в них же. К такому его судьба явно не готовила. Как и накануне, вальяжно разместившись на диване и закинув ногу на ногу, осторожно потягивая что-то явно горячее из кружки, сидел предмет переживаний блондина. Но помимо молодого хозяина этих апартаментов, в гостиной находились и лучшие друзья героя, разместившиеся в креслах возле столика.

— Мерлин, Гарри, как я соскучился по твоим завтракам, — промычал довольно Рон Уизли, заталкивая в рот блинчик, тут же потягивая что-то тёмное из кружки.

— Прошло лишь два дня, как ты ужинал у меня дома, — пробурчал его милый супруг. Почему милый, спросите? Да потому, что в настоящее время, волей неволей, Драко видел перед собой того мальчишку, который ещё несколько лет назад ходил за ним хвостиком, хвастаясь своими достижениями в магии, и улыбался искренне, невинно, с надеждой на доброе слово, как улыбался только ему.

— Мне хватит и одного часа, чтобы изголодаться по твоей стряпне, — рассмеялся рыжий и тут же, став вдруг наигранно серьезным, спросил: — Может, ты всё же подумаешь над моим предложением? И сделаешь меня вторым супругом? Я даже согласен на пассивную роль, учитывая твою фобию к данному положению, — хмыкнул, откусывая кусочек лакомства, — Ммм, вкуснотища.

Конечно же Рон, как бы не был увлечён поглощением вкусностей приготовленных Гарри, не мог не обратить внимание на появление в дверном проёме профессора зельеваренья. И уж тем более подавить в себе искушение подразнить слишком самоуверенного слизеринца. Но даже он не ожидал подобной реакции: блондин просто застыл, никак не реагируя, не двигаясь, не моргая, и вообще никаким образом не показывая признаки жизни, казалось даже не дышал. Чем могла быть вызвана подобная реакция, Уизли, как ни странно, догадывался, но всё равно недоумевал — ведь супруг его друга ничего не помнил.

— Профессор Малфой, — тихо позвала Гермиона, стараясь разрядить обстановку, так как уже и Гарри как-то странно поглядывал на застывшего парня. — Вы так и будете там стоять или всё же присоединитесь к нам? Сегодня Гарри решил нас побаловать изумительными блинчиками с клубничным вареньем и горячим шоколадом.

Она лукаво глянула в сторону друга, который только покосился на свою кружку, отпивая её содержимое, наверное таким образом пытаясь спрятать своё смущение, что не укрылось от пристального взгляда Драко, посчитавшего этот жест невероятно милым.

— Кхм, кхм, — пытаясь вернуть мысли на правильный путь, Малфой в два шага преодолел расстояние и разместился на небольшом диванчике напротив Поттера, — Конечно, мисс Грейнджер.

— О, давайте без этих формальностей, профессор, — улыбнулась девушка, — Можно просто Гермиона, всё же Вы теперь дорогой супруг нашего друга.

Драко удивленно на неё посмотрел. У них было небольшое соглашение — в школе, ни при каких обстоятельствах, где бы не были, они не показывают, что как-либо между собой связаны, даже если и не пытаются ничего толком скрыть, и продолжают вести себя как учитель с ученицей (дабы не показывать плохой пример младшим ученикам), за исключением, разумеется, Поттера. Тому и раньше не были писаны никакие правила, о договоренностях и заикаться не стоит.

— Ну ладно, Гермиона. Кстати, почему вы не на уроках? — неожиданно вспомнив о своих прямых обязанностях, строго спросил блондин.

— Решили прогулять, — ухмыльнулся Гарри, — Прорицания, не самый наш любимый предмет.

— И Вы допустили подобное, Гермиона? — но гриффиндорка только пожала плечами, спокойно отвечая:

— Гарри невозможно отказать, когда он чего-то очень хочет.

И Малфой был с ней согласен. Сейчас наблюдая за тем, как супруг показывает подруге кулак, а та в ответ — язык, он не мог не расплыться в улыбке, вспомнив, как однажды маленький Гарри почти что час прыгал вокруг него, умоляя покатать его на метле. Драко честно держался, стараясь не поддаться сверкающим от слёз изумрудным глазам, но потерпел сокрушительное поражение и со вздохом пообещал, что обязательно это сделает, как только на улице будет хорошая погода. Радости мальчика не было предела.

— Но мы уже уходим, — холодно бросил брюнет, поднимаясь.

— Гарри, — слишком резко окликнул его зельевар, поразившись своей несдержанности.

— Что ещё? — даже если юноша и удивился, то никак этого не показал.

— Вечером. Мы сможем поговорить? Наедине, — неуверенно, но, тем не менее, твердо спросил.

— Хм, дай подумать. Вряд ли. Я поздно вернусь, — отворачиваясь непреклонно возразил брюнет.

— Поздно, это когда? — чуть резче, чем хотелось бы, потребовал блондин.

— Не знаю, у меня дела, — в удивлении поднимая бровь, пожал плечами Поттер и, останавливая следующий вопрос, добавил, — которые тебя никоим образом не касаются!

Больше не желая находится в обществе супруга, Гарри выскочил в коридор, где его нетерпеливо дожидались друзья.

— Ну что голубки, накурлыкались? — насмешливо спросил Рон, как только друг поравнялся с ними.

— Тебя раз или дважды стукнуть? — прошипел гриффиндорец, глазами обещая лучшему другу все круги Ада, если тот немедленно не заткнётся.

— Молчу-молчу, — смеясь, заверил рыжий, поднимая руки аля-сдаюсь.

***

— Молчу-молчу, — ещё успел услышать Малфой, прежде, чем вместе с голосами стихли и шаги.

— Какие ещё дела? — прорычал он, с силой опустив кулак на стол. Тут же с ужасом осознавая значение собственного вопроса. Острая боль в сердце была тому подтверждением, — Только этого ещё не хватало, — вздохнул парень, сжимая ткань рубашки на груди, в том месте, где боль чувствовалась больше всего.

***

Как бы блондину не хотелось побыстрее оказаться в своей комнате, время, словно издеваясь, тянулось мучительно долго, да ещё и боль в груди никак не хотела проходить. Точнее, это Драко не позволял ей уйти. Стоило чуть успокоиться или отвлечься, как она утихала, но, как будто нарочно, Малфой вспоминал о Гарри и его неизвестных «делах», которые мужчине нравились всё меньше и меньше. Уже на последнем уроке профессор был уверен, что со звонком сорвётся и пойдёт искать своего непутёвого студента, и не важно каким образом, но выбьет из него правду. Вконец весь извёлся, но к счастью он всё же смог удержать этот до безумия сумасшедший порыв и, спокойно поужинав в Большом зале, наконец-то закрыть за собой двери их общих апартаментов.

Передвинув одно из кресел к камину, удобно устроившись там же с книжкой в руках, блондин решил дождаться блудного мужа, чего бы то ему не стоило.

***

Медленно покачиваясь из стороны в сторону, Поттер брёл в подземелья, в их с Драко покои. От нелепости последней мысли Гарри хихикнул, припав лбом к каменной стене, ощущая разгоряченной алкоголем кожей холод. Они с Роном сегодня совершенно неожиданно решили немного отдохнуть в Выручай-комнате. Никакой Гермионы, никаких девушек, только парни с их курса. Разумеется без выпивки не обошлось, которую с лёгкостью достал откуда-то из недр своих бездонных карманов Рон, ну и закуски, обеспеченной Гарри. Повеселились на славу, да и спешить было некуда, завтра суббота — будет время выспаться.

— Так Гарри, успокойся, — похлопав ладонями по щекам, приказал себе подросток.

Сейчас, ещё немного и он окажется в своей комнате, в своей постели. Пройдёт мимо спящего Драко. Может совсем чуть-чуть полюбуется его спящим лицом и пойдёт к себе. Утвердительно кивнув родившемуся в голове плану, Гарри продолжил нетвёрдой походкой свой путь.

========== Часть 14 ==========

Драко вздрогнул от неожиданности, когда в коридоре раздался шум. Похоже, что за дверью кто-то неуклюже споткнувшись, громко приземлился на пол, а теперь с не менее громкими охами и ахами пытался подняться, и наконец, тяжело опёрся на деревянную дверь, после чего наступила минутная тишина.

— Наконец-то добрался, — пропыхтел Гарри.

Дверь приоткрылась. Сначала показалась лохматая голова, а спустя несколько секунд в нее просунулось и тело нарушителя спокойствия. Юноша постоял немного, опираясь спиной о шершавый косяк, а потом съехал по нему вниз, на пол.

— Нужно отдать, ик, должное близнецам. Их изобретения, ик, всё же могут приносить пользу, — икая и хихикая над собственной неуклюжестью, юноша осторожно поднялся на ноги, удивляясь, как умудрился на них устоять, и буквально в один прыжок развалился на диване.

Драко, наблюдавший за явно сложными манипуляциями супруга, слегка умилился и расплылся в глупой улыбке, но тут же нахмурился, не без досады откладывая на чайный столик книгу, которую читал: «Он пьян!». Совсем неутешительное заключение заставило профессора вспомнить, зачем и по какой причине он так долго ждал. Мысленно пообещав себе обязательно побеседовать с близнецами Уизли на тему нелегального распространения алкоголя в школе и назначить наказание юным алкоголикам, Малфой приблизился к засопевшему юноше.

— Эй, Гарри, — тихо позвал он.

— Ммм, — в ответ ему было невнятное мычание, послужившее доказательством, что юноша ещё не успел уснуть крепко, хотя за ним и последовало тихое сопение в подушку.

— Гарри, ты простудишься, если будешь здесь спать, — прошептал Малфой, пытаясь перевернуть супруга на спину. И профессор вовсе не кривил душой — огонь в камине уже давно погас, так как мужчина, увлёкшись чтением, просто-напросто о нём забыл, а потому было не удивительно, что за неимением в гостиной чар, поддерживающих тепло, в комнате похолодало.

— Мм?

Неизвестно, были ли тому причиной слова блондина, или брюнет действительно почувствовал холод, но Гарри слегка приоткрыл мутные от выпитого глаза, сконфуженно уставился на нависающего над ним блондина, и протянул ему руки.

— Отнеси меня, — заявил он, с трудом выговаривая слова.

— А сам не дойдёшь? — прищурив глаза, спросил опешивший от такой наглости Драко.

Он, конечно, мог, но сомневался, как бы это желание не оказалось очередным способом подшутить над ним.

— Может, и дойду, но уж точно не до своей постели, — хихикнул юноша, что прозвучало неожиданно странно, учитывая то состояние, в котором он находился, и ухватился за рубашку попытавшегося отстраниться от него Драко.

— Какой же ты ещё ребёнок, — вздохнул блондин, мысленно помахав ручкой своим планам поговорить с супругом по душам, поднял просто до жути покладистого Поттера.

«Эх, если бы он был таким всегда», — с сожалением подумал зельевар, направляясь к двери.

К слову, Гарри даже и не думал сопротивляться. Он просто обвил шею Драко руками, устраивая голову у того на плече, млея от столь бережного обращения и позволяя унести себя в спальню. Однако... Как же не хотелось снова засыпать в одиночку среди холодных простыней.

— Отпусти, — капризно потребовал брюнет, начав брыкаться в сильных руках.

— Ты же сам просил, — растерянно запротестовал Малфой, стараясь удержать непоседу.

И потерпел сокрушительное поражение, когда гриффиндорец вдруг особо активно лягнул его ногой, тем самым заставив блондина на мгновение потерять равновесие. Но и этого мимолётного качка хватило, чтобы Драко споткнулся об собственную ногу и полетел вперёд. Уже приготовившись встретиться с полом и пожелать Гарри быстрой поправки, он даже зажмурился, когда мягко приземлился на свою кровать, при этом прижав своим телом хрупкое тело супруга. Тот что-то простонал, отбрасывая в сторону палочку.

«Слава Мерлину, хоть не засунул ее между нами».

— Останься так, — смущено пролепетал юноша, сцепив руки на шее Драко, когда тот в очередной раз попытался отстраниться от него. Широко распахнув от удивления глаза, Малфой на мгновение застыл, но потом всё же отцепил клещом вцепившиеся в него пальчики.

— Гарри, ты не в себе, — грустно промолвил Драко.

Он бы и рад остаться в объятиях своего мальчика, но не тогда, когда тот почти ничего не соображает. А потому лучше не смотреть на его прекрасное лицо, сейчас покрытое нежным румянцем смущения, и попытаться не утонуть в столь бездонных изумрудах, в которых сейчас плескалась отчаянная решимость, и только отдалённо пьяное забвение. Он, распластанный на его кровати, был таким соблазнительным и беззащитным, что сдерживаться не было никаких сил.

«О, Мордред, о чём я думаю!» — явно сказывались месяцы воздержания.

— Какая разница. Я хочу этого...

— Иди к себе, — приказал Малфой, садясь на край кровати, и утыкаясь лбом в сложенные на коленях руки. Нужно успокоиться, иначе всё это: поведение Гарри; воспоминания, пробудившие совершенно иные чувства — может закончиться плохо.

— Малфой, и не жаль тебе упускать такую возможность, — горячее дыхание опалило шею, ноздрей коснулся легкий запах перегара в перемешку с дорогими мужскими духами, которыми так любил пользоваться Гарри, а к спине прикоснулись тёплые ладони, — у нас не так уж и много времени, и поверь, дважды я себя предлагать не буду.

— Что? Откуда ты...? — шокировано распахнув глаза и уставившись на свои колени, Малфой не хотел верить своим ушам.

— А ты думал, что только в Малфой-меноре имеются такие редкие книги, как традиции Магического брака? — хмыкнул юноша, чуть отстраняясь от него, — Так что, дорогой мой, прекращай ломаться, словно это не мне, а тебе придётся быть принимающим, и бери пока дают.

Малфой резко повернул голову, не доверяя тому, что услышал, и надеясь, что всё же послышалось. Но...

Не будь он уверен в своих ощущениях, влюбился бы в это прекрасное создание ещё раз.

Стоя на коленях, чуть откинув голову назад, выставляя на показ тоненькую шейку, на которой просто до безобразия быстро билась чуть потемневшая линия венки, Гарри пьяно улыбался, из-под полуопущенных век наблюдая за супругом. Драко видел отчетливо и столь же ярко, как и каждый день, ненависть и презрение, осколки желания и возбуждения в глубине его глаз.

— Жарко, — пожаловался Поттер, потянув руками галстук, и уже собирался его развязать, как его ладонь оказалась в крепком захвате.

— Остановись, — попросил Малфой, больше не в силах смотреть на это безобразие. Ещё чуть-чуть и желание обладать этим телом полностью лишит его рассудка. Понимание, что если он даст себе волю, потеряет контроль хотя бы на мгновение, он больше не сможет остановиться. Сердце громко застучало где-то в ушах, когда всё новые и новые картинки из их прошлого проносились в его голове, особое внимание уделяя их совместной ночи. Он так грубо тогда с ним обошёлся. И позволить себе воспользоваться невменяемым состоянием мальчика? Снова причинить боль? И в результате заслужить ещё больше ненависти, чем уже имеется?

«Нужно успокоиться», — приказал себе Драко.

— Пожалуйста, иди к себе, — взмолился он.

— Не будь глупцом, Малфой, — недовольно рыкнул Поттер, — Некстати ты решил проявить благородство. Я не столь пьян, чтобы уж совсем ничего не понимать, и будь уверен, утром буду помнить всё до мельчайшей детали, — неизвестно откуда в этом ещё недоразвитом теле взялось столько силы, но Малфой и моргнуть не успел, как оказался лежащим на спине, а его бёдра были оседланы ухмыляющимся Гарри.

— Быть тебе сегодня снизу, Дррако, — мурлыкнул брюнет, сбрасывая с себя рубашку.

Комментарий к Часть 14

Автор заболелa и три дня пролежала в больнице, а потому от ничегонеделанья в телефоне сочиняла новую главу. В полувменяемом состоянии!!!

Под воздействием разных лекарств и ещё какой-то херни, что кололи раз в день, автору неожиданно стало жаль Драко и она решила слегка ему помочь(￢_￢)

Недавно перечитывая, сама в шоке была(⊙_⊙)

Так что следующей главы, с дальнейшим развитием, будем ждать вместе (＠_＠)

А пока что оставляйте свои отзывы, они как бальзам для бедной душонки автора (⌒_⌒;)

С уважением, всегда ваша Лена (≧◡≦)

========== Часть 15 ==========

Гарри не стал ждать и впился в приоткрытый от удивления рот настойчивым поцелуем, языком врываясь, вынуждая другой, чужой, принять участие в этом сумасшествии. Следом, не мешкая, запустив шаловливые ручки под смятую рубашку, обвел подушечками пальцев контур кубиков пресса. Его сводило с ума ощущение этого тела под собой, а возникающая дрожь от каждого его прикосновения пьянила похлеще любого алкоголя.

Драко попытался отстраниться, но чужая рука стала подниматься выше, задирая тонкую ткань, а сам юноша только сильнее прижался, углубляя поцелуй, слегка посасывая язык и посылая стаю мурашек вниз живота блондина. Что-то невразумительно промычав и, наконец, сдавшись, Драко ответил на поцелуй. Попытался перехватить инициативу, вступив в страстную борьбу языками, и у него это уже было получилось, когда Гарри от недостатка воздуха простонал в губы, отстраняясь. Вредный мальчишка ухмыльнулся, ущипнув правый сосок излишне чувствительно. Чёрт, он совсем забыл о руках под рубашкой. Закусив губу, Малфой запрокинул голову, открывая шею, к которой тут же брюнет и приник.

— Гарри, остановись, — из последних сил взмолился слизеринец, чувствуя, как остатки разума покидают его.

— Почему? Тебе ведь это тоже нравится? — упираясь ягодицами о явно доказывающую его правоту выпуклость в штанах, Гарри поерзал, с удовольствием отмечая, что Драко неосознанно взметнул бёдра вверх, стараясь тем самым усилить контакт. — Или я не прав?

Оторвавшись от шеи, откидываясь назад и смотря сверху вниз на каменное лицо супруга, покрытое испариной из-за прилагаемых усилий удержать себя в руках, Гарри накрыл ладонью плоть, ещё теснившуюся в брюках, но уже такую твёрдую, и слегка сжал ее.

 — Тебе не больно? — водя рукой вверх вниз, прикидывая размер, с усмешкой спросил Поттер.

Драко приглушённо рыкнул в ответ, сверкнув опасно глазами. О, да. Именно этого брюнет и ждал. Впрочем... Гарри даже пискнуть не успел, как оказался прижатым к кровати, а над ним нависал тяжело дышащий Малфой. Пару раз похлопав ресницами, удивлённый таким резким изменением положения, юноша хмыкнул, развел ноги в стороны и обхватил ими супруга, не давая тем самым тому отстранится.

— Гарри, прекрати, — стараясь выровнять дыхание, попросил Драко.

— Это ты прекрати ломаться, — обвив руками шею блондина и потянув того вниз, прошептал на ухо, опаляя горячим дыханием.

— Я не хочу, чтобы всё повторилось, — коснувшись губами плеча, чуть прихватив смуглую кожу зубами, Драко обнял парня, слегка повернувшись на бок. Гарри резко распахнул глаза, явно не ожидая от партнера такого, но тут же взял себя в руки — сдаваться он не собирался. Или сегодня или никогда. Только вот вырваться не удалось, скорее, наоборот, попытка вернуть доминирующую позицию спровоцировала обратное. Его прижали к груди настолько сильно, что не только двигаться, но и дышать было трудно.

— Отпусти, — пропыхтел он и, в последний раз дернувшись, застыл. Над ухом хоть и тяжело дышали, но ясное дело уже спали. Или делали вид, что спят. Вот же...

Чуть поерзав и вытащив ногу, которую блондин придавил, брюнет прикрыл глаза, вслушиваясь в ритмично стучавшее сердце в груди Драко. Алкоголь за время их возни успел немного выветриться, дурман понемногу растворялся, возвращая сознание к действительности, перед глазами ничего не разбегалось, а потому и ситуацию юноша воспринимал более ясно. И тем непонятнее было поведение Малфоя. Он ведь буквально преподнёс себя на блюдечке, а ненавистный слизеринец, что, даже не собирается воспользоваться ситуацией? Он ведь понимает, что Гарри в трезвом виде никогда не согласится спать с ним? Понимает ведь, правда?

— Драко?

Подросток попытался ослабить хватку и хотя бы отвернуться, однако объятия супруга оказались крепче, чем хотелось бы, и в них было слишком жарко. И именно второе стало причиной, заставившей парня найти силы, чтобы отстраниться ровно настолько, чтобы поднять голову. На большее он был не способен — слишком быстро выдохся.

— Драко, — снова позвал Гарри, но тот старался дышать ровно, и только капелька пота, медленно стекшая по лбу, выдавала каких усилий ему это стоит.

— Спи, — тихо попросил он, даже не раскрывая губ.

***

Утро началось, как и ожидалось, с дикой головной боли и ощущения абсолютной пустыни во рту.

«Чтоб я ещё раз купился на твои уговоры, Рон!».

С трудом разлепив глаза, чуть оглядевшись и не найдя Малфоя рядом, Гарри нашёл в себе силы подняться. До ванной комнаты была всего лишь пара шагов, однако открывая дверь, юноша пожалел, что первым делом не пошёл в гостиную за антипохмельным, но... Видеть Малфоя ему не хотелось гораздо сильнее, чем притупить боль. А в том, что тот дожидается его светлого появления, брюнет не сомневался.

— Глупый, глупый, Малфой, — бурчал Поттер, стоя под тёплыми струями воды, вспоминая вчерашний вечер.

Наконец-то он поддался на уговоры Гермионы с Роном, и даже согласился хлебнуть немного настоечки близнецов (чтоб им трижды споткнутся на ровном месте!), и тут такой облом. Супруг вместо ненависти вдруг воспылал нежностью и решил проявить благородство.

 — Чтоб тебя, не вовремя ты решил в принца поиграть, — прорычал гриффиндорец, обессилено опираясь руками об стену, позволяя струям воды смывать с себя усталость и отчаянную злость.

Накинув на себя махровый халат, слава Мерлину, сегодня выходной, и вскочив в тапочки-кролики (мамин подарок), юноша всё же соизволил показаться в гостиной — тело до сих пор требовало зелье от похмелья.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Малфой, не отрываясь от книги, которую читал до того как распахнулись двери.

— Если ты о моей памяти, то я все прекрасно помню, — хмыкнул юноша, подходя к тумбочке и открывая дверцу, отмечая, как у блондина от удивления, сколько там было зелий, вытянулось лицо, — Гермиона готовит их для меня.

— Не знал, что ты так часто пьёшь, — прищурился блондин, наблюдая, как тот достает одну из многочисленных бутылочек.

— Потому, что я и не пью, — опрокидывая в себя зелье, улыбнулся Гарри, когда боль чуть отступила, хоть и не прошла полностью.

— А зачем тебе тогда так много? — Малфой не хотел думать о том, что его Гарри возможно чем-то болен, и если так, тогда он...

— Кошмары. Волан-де-Морт меня и после своей смерти никак не хочет оставить в покое. Сон без сновидений уже не помогает, поэтому приходится каждое утро довольствоваться обезболивающими.

— Ты же его убил?! — почувствовав, как неизвестное чувство червячком прокрадывается к сердцу, от осознания, что Гарри, даже если и не по собственной воле, каждое утро думает о ком-то другом, Драко вздрогнул. Помотав головой, Малфой поморщился от отвращения, когда понял, что неосознанно заревновал к уже давно почившему монстру.

— Дурак ты, Малфой, — рассмеялся Поттер, за что был награждён возмущённым взглядом серых глаз, — Ты ведь не знаешь, КАК этот весьма тёмный лорд умер?!

— Как тут не знать? Об этом же до сих пор пресса трещит при любом удобном случае, стоит тебя заснять. Блистательная победа благодаря Бузинной палочке, которая была у Лорда, но не принадлежала ему, до сих пор не может оставить равнодушным ни одного волшебника, — фыркнул блондин, откладывая книгу на стол и удивленно распахнул глаза, когда над ним нависла тень.

Подняв голову, он уставился в такое родное мальчишеское лицо, сейчас перекошенное от злости и ярости. Медленно наклонившись, — тут Драко даже от неожиданности откинулся на спинку, не на шутку испугавшись пылающих чем-то потусторонним, неживым, изумрудных глаз, — Гарри оперся руками о спинку кресла, глядя прямо в глаза, улыбнулся.

— Это ложь, — и отстранился. Медленно обойдя столик, диванчик, подошел к буфету, достал стакан, наполнил его водой и залпом выпил, громко сглотнув.

Драко непонимающе уставился на спину супруга. Тот мелко дрожал, сжимая в руках стакан. Казалось, сожми он его чуть сильнее, и посудина рассыплется мелкими кусками.

— Ложь, — дрогнувшим голосом повторил брюнет, — Просто прикрытие, способ скрыть от всех правду. Ведь будь она раскрыта, я перестал бы быть героем. Они ничего не знают, даже не подозревают, какому чудовищу доверили свои жизни.

— Гарри?

— А я ведь ничем не лучше Волан-де-Морта.

Гарри резко повернулся, прикрывая левый глаз рукой, и Драко побледнел от ужаса. Сквозь пальцы на него смотрел полностью затянутый тьмой глаз. Правый глаз чуть дёргался, доказывая, что юноша борется, но... Малфой отчетливо видел жажду крови, видел безумие, ненависть и безудержную ярость.

— Ты... — голос предательски дрогнул.

— Да. Чтобы победить, мне пришлось сойти с ума. Это было безумие: убить, отомстить, убить, отомстить и так по кругу, пока Беллатриса не рассыпалась пеплом у моих ног.

— Тётушка?

— Ха, Волан-де-Морт был просто помехой, надоедливым магом, который и секунды не прожил после той треклятой Авады, брошенной глупой сучкой. А ты! На кой-чёрт ты бросился под неё?! Ты мог умереть, — рыкнул Гарри, прикрывая глаза. В следующее мгновение, когда он их снова открыл, они были уже нормальными: изумрудными, горящими, живыми.

— ... — Драко не знал, что сказать, в голове была пустота, ни одной связной мысли, рот просто открывался и закрывался, не издавая и звука.

— Все считают, что ты спас жизнь герою, поэтому уважают и почитают. На самом же деле ты просто сломал замок, за которым была запечатана часть моей силы. И эта же крупица спасла тебе жизнь, а я лишился рассудка. Знаешь, теория, что от Авады нет щита, глупа и смешна, если дело касается равных по силе волшебников.

— Ч-что... Что ты такое говоришь?

— Помнишь сказку... Конечно, помнишь — её чуть ли не в каждом новом выпуске Пророка печатают. О колдунье, предсказавшей страшную беду, о злом волшебнике, подчинившему себе всех взрослых, и о мальчике, которому суждено было его победить. Волшебник убивает отца мальчика, и мать умирает, защищая своё дитя. Знаешь, что на самом деле случилось в ту ночь? Волан-де-Морт не пришёл меня убивать. Он знал, что я сильнее его, знал, что проклятием не пробить мою защиту. И он решил обеспечить себе жизнь, связав свою магию с моей. Уже до встречи со мной у него было шесть крестражей, шесть якорей, держащих его душу в мире живых. Тело было всего лишь оболочкой. Жертва, которую он сам же уничтожил, чтобы поместить часть своей души в моём теле, тем самым сделав еще один крестраж. Он всё хорошо продумал, зная, что после этого я не смогу убить его, при этом оставшись в живых сам. Пока буду жить я — он не умрёт. Однако не учёл, что в детском теле существование двух душ невозможно. Конечно, начался конфликт, потоки моей магии с каждым годом были всё сильнее и сильнее. Рано или поздно всплески борьбы ещё неконтролируемой и тёмной магии, обрушились бы колоссальными разрушениями на Англию. К трём годам, когда я во сне полностью разрушил одну из башен нашего манора, мои родители заволновались. Сила ритуала была слишком велика, чтобы маги могли извлечь инородное из моего тела, не навредив мне при этом. Поэтому единственным решением было связать часть моей души с душой другого человека, но чтобы я со временем не сошёл с ума, этот человек должен был постоянно находиться рядом. Тогда моя мать и начала в срочном порядке искать невесту для заключения магического брака — стопроцентная гарантия, что я не разведусь со своей женой. А тут мы со своими детскими мечтами и капризами. Мама, конечно, не хотела тебя впутывать, но ты был крайне убедительным. И ты знаешь, даже твои родители не в курсе всех деталей нашей помолвки. Моя мать пожертвовала своей магической силой, чтобы поместить часть моей души в тебя, а отец уничтожил свою анимагическую форму, чтобы скрыть всё в секрете от всего мира. И ради чего? Чтобы я смог жить беззаботной жизнью, а ты ни на миг не почувствовал, что был сосудом для моей души. Мы настолько были совместимы, что даже магия не нашла причин для конфликтов. А в тот день, когда в тебя попало смертельное проклятие, оно убило ту часть меня, что теплилась в тебе.

— И ты лишился рассудка?!

— Да. А ты памяти. Точнее, той части, где присутствовал я, а если учесть, что мы почти не разлучались, все твои воспоминания были стёрты, за исключением последнего мгновения, перед тем как ты потерял сознание.

— Если ты... Если ты... Как ты пришёл в себя?

— Последний крестраж Тёмного лорда, — прошептал юноша, опустив голову, — Мне пришлось восполнить ту часть меня, что была уничтожена, воссоединив оставшуюся часть души с уже имеющейся у меня. Так что, если быть совсем честным, Тёмный Лорд и не умирал вообще. Я просто уничтожил ещё один его крестраж.

— Почему ты мне всё это рассказываешь? — Драко даже пошевелиться боялся и смертельно побледнел, вдруг осознав, что пару минут назад на него смотрел вовсе не Гарри, а кровожадный убийца, тиран, которого до дрожи боялись все без исключения и то, что его малыш каждую ночь не кошмарами мучается, а борется за право владения своим телом.

— Почему? А ты сам подумай. Магический брак связывает двоих воедино, делая пару способной делиться магическими силами. Вдвоем они практически непобедимы. Во мне живут две души, две личности. Брак должен был связать нас воедино, и как бы банально это не звучало, именно мы должны были убить остатки разума Тома, и всё бы было просто супер. А теперь представь, что случится, когда я лишусь своих магических сил?

— О, Мерлин, — внутри Драко всё похолодело.

— Да, я больше не смогу с ним бороться, и миру придётся искать нового героя, — Гарри опустился на холодный пол, уткнувшись лбом в колени, — До потери памяти ты настолько сильно ненавидел геев, что я потерял всякую надежду на спасение. И когда ты ночью пришёл ко мне, я был по-настоящему счастлив — для меня это значило, что я особенный, не такой как все. Я бежал, я так хотел тебе рассказать о своих чувствах, но ты снова втоптал мои надежды в грязь. Несмотря на твои слова, я видел в твоих глазах, что ты всё помнишь и сожалеешь об этом. А потом это нападение и Лестрейндж со своим заклинанием... Я думал, что потерял тебя, мне так было больно. Но полностью мир рухнул, когда ты открыл глаза. В них было столько ненависти и презрения... «Неужели его особое отношение было лишь из-за кусочка души?» — вот, что я тогда подумал. И даже сам не заметил, как возненавидел тебя за это. Волан-де-Морт пользовался этим, каждую ночь напоминая, как ты раз за разом разбивал мои мечты вдребезги, как снова и снова ломал мои надежды на взаимную любовь. Я ничего не мог с этим поделать. И вот вчера, наконец-то, я был готов. Я смог на короткое время заткнуть Тома и позволить чувствам всплыть на поверхность, я мог отдаться тебе добровольно....

Гарри вскочил, срываясь на крик:

 — Но нет! Вместо того, чтобы заставить меня влюбиться в тебя сильнее, уничтожить ненависть, ты решил всё вспомнить. И как, получилось? Ты...

— Да.

— Что? — Гарри подавился собственной тирадой, опешив.

— Я всё вспомнил. И как мама мне рассказывала сказку о Мальчике-который-выжил, о нашей первой встрече, как мы играли вместе, наши догонялки в ванной, уроки полёта на метле, даже то, как находил мальчишку-трусишку у себя под кроватью во время грозы. Твои первые достижения в школе, победы в квиддиче, ты все время был у меня на глазах. И я очень сожалею о нашей последней ночи...

— Не надо, Драко, — перебил Гарри, не желая слышать то, что и так знал.

— Гарри, ты не понимаешь. Я не сожалею, что тогда пошёл к тебе. Я жестоко обошёлся с тобой, и вчера... Я не хотел, чтобы на утро ты ненавидел меня ещё сильнее.

— Кто знает, если бы моя теория оказалась верной, возможно на утро я бы и забыл, что ненавидел тебя, — прошипел брюнет, — Ты знаешь, сколько сил вчера Гермиона приложила, что бы я смог успокоиться? И сколько зелий пришлось приготовить близнецам, чтобы я оказался на краю забвения? С момента нашей свадьбы они готовили меня к этому дню. А ты, идиот, всё испортил. Драко, я не смогу отдаться полностью одному чувству, пока во мне живёт другое. Я люблю тебя, так сильно люблю, что терпения никакого нет, но и одновременно моя ненависть так велика, что я бы убил тебя прямо здесь и сейчас, без капли сожаления. У нас нет времени узнавать друг друга по новой.

— Эй, Гарри, — Драко приблизился к юноше, протягивая к тому руку и желая коснуться спутанных волос, но был грубо остановлен.

— Прости...

Гриффиндорец запаниковал. Он, кажется, сам не понял, когда его рука взметнулась вверх, перехватывая чужую.

 — Лучше не прикасайся ко мне, — отворачиваясь и закусывая нижнюю губу, приказал Поттер.

— Гарри, — улыбнулся блондин.

Подросток поднял голову, тут же попадая в плен омутов цвета расплавленного серебра. Они так прекрасно сверкали, в них было столько тепла и понимания, что Гарри... Он... Он не мог. Его захлестнул страх — нельзя снова поддаться этой нежности. Никогда больше он не поверит этим лживым глазам. Драко опять сделает ему больно.

 — Гарри, — нежный голос не дал Поттеру отвернуться. И уже в следующее мгновение блондин крепко сжимал его руку, а тёплое дыхание опаляло губы, — Уже через неделю, ты будешь любить меня сильнее, чем ненавидеть. Я обещаю.

========== Часть 16 ==========

— Гарри, что ты делаешь? — правый глаз раздраженно задёргался, на губах застыла холодная улыбка, руки перекрещены на груди, да и вся поза выдавала напряжение. Гермиона, честное слово, старалась держать себя в руках, но блин, с неё хватит.

С самого утра день не задался. Во-первых, потому что Браун первой заняла ванную, и гриффиндорская староста чуть не опоздала на завтрак — не самый лучший пример для студентов. Во-вторых, первокурсники носились по коридорам, как угрём ужаленные. Кроме того, Рон ночью исчез, словно сквозь землю провалился, прогулял два урока и явился только на третий, весь довольный и кое-как одетый. Чем занимался второй староста сомнений не было, вопрос только — с кем. Наорав на бестолкового рыжего, Гермиона неожиданно сделала для себя вывод, что это совершенно бессмысленное занятие — воспитывать этого детину, как болванчик кивавшего на каждое ее слово и глупо улыбавшегося при этом. И послала Уизли на все четыре стороны, делать, что тому хочется, только пусть потом не жалуется, что его лишили значка. А ещё... а еще...

Забини, мать его, — главный раздражитель!

До свадьбы Гарри еще как-то получалось его убеждать, что она встречается с Роном и изменять своему бой-френду не намерена. Откуда он прознал про ложь, остаётся только гадать. Но факт остаётся фактом. С первого сентября, как только девушка появилась на платформе, воспылавший к ней страстью слизеринец не давал прохода. С каждым утром сжигать цветочки, среди которых были действительно редкие экземпляры, и кормить эльфов дорогим шоколадом, становилось все утомительнее, сегодня же он переступил тонкую грань терпения шатенки.

Блейз Забини лично явился в школу повидаться с лучшим другом, и, разумеется, в конец вывести из себя свою любовь. До обеда Гермиона как-то умудрялась скрываться от него, но последним уроком было зельеварение: Драко Малфой и, конечно же, с ним в комплекте — ее сталкер.

А тут, будто ей своих проблем было мало, ещё проблемы друга решать пришлось, который, к слову, стоял перед ней, смотрел взглядом побитой собаки и шаркал пол носочком ботинка. Как ребёнок, ей Мерлин.

— Герми, можно я сегодня не пойду на зельеварение?

«Счас, Рон ускакал на свою тренировку, если ещё и ты меня оставишь, то я точно попаду!»

— Гарри, я понимаю, что тебе тяжело на него смотреть, — она вздохнула и специально не упомянула имени Драко, чтобы не расстраивать друга, — но это не причина пропускать такой важный урок.

— Драко... — брюнет слегка замялся, опуская взгляд, — в последнее время странно себя ведёт.

— В каком смысле странно? Если ты имеешь в виду вчерашний случай, когда он чуть не проклял Джинни, хотя она сама виновата — нечего было лезть с обнимашками к женатому парню — то разве это не доказывает, что он тебя любит?

— Герми, он и раньше себя так вёл. До того момента, как потерял память. Спать вместе, есть вместе, делать уроки вместе, даже принимать ванну вместе. Всё это мы и раньше делали, только вот... Ему это в радость, а мне — страдания. Его прикосновения для меня мучительны — я вполне себе половозрелый подросток, а его только веселят мои потуги сдержать возбуждение. Как и раньше, он снова начал ревновать меня к вам, моим друзьям, к вечно вертящимся рядом девчонкам, но угрозы в них он не видит. И что меня бесит больше всего, мой план свести его с ума от боли провалился в понедельник, в тот момент, когда он, как нечего делать, увёл у меня пуффендуйскую пышногрудую красавицу, и на глазах у всех начал откровенно с ней флиртовать и лапать за все доступные места.

— И магия его не наказала за столь явную измену? — глаза Гермионы округлились от удивления.

— В том и дело, что нет. Уводя у меня всё новых и новых кандидаток и кандидатов в любовники, он всё время думал обо мне и продолжал обнимать студентов, при этом вешая на уши простачков ничего незначащие фразы.

— Пф... — Гермиона сначала прыснула в кулак, стараясь удержать серьёзное лицо, но скопившееся напряжение требовало выхода, и нелепость ситуации стала последней каплей. Громко рассмеявшись, девушка искреннее посочувствовала несостоявшимся пассиям друга. Бедные дети, которые наивно думают, что смогли обратить на себя внимание не только Национального Героя, но и молоденького профессора.

— Ну, хватит... Хватит, я сказал.

— Ой, прости, прости, — вытирая слезы, извинилась шатенка, — но сам подумай, ты столько усилий прилагаешь, а твой Малфой играючи тебя обходит.

— Он не мой. Я его ненавижу. НЕ-НА-ВИ-ЖУ, — возразил юноша, насупившись, и пискнул от неожиданности, когда холодная рука дотронулась до его подбородка, тут же резко, не дав ему опомниться, надавила, принуждая брюнета запрокинуть голову.

— А я уверен в обратном, дорогой супруг, — хмыкнул Драко, наклонившись и чмокнув Гарри в плотно сжатые губы лёгким поцелуем.

— От... Отпусти меня, — покраснев до самих кончиков ушей, парень резко отстранился, вытирая губы.

— Да-да, я и не держу, — поднимая руки, улыбнулся блондин.

— Ненавижу тебя, — хмурясь и злясь на себя за подобную реакцию, прошипел Поттер, хотя глубоко, очень глубоко, пел и парил от счастья.

— Я знаю, Гарри, — Драко подошёл ближе, и слегка наклонился над ним, а когда Гарри неосознанно сделал шаг назад, вдохнул, выпрямляясь, — Урок уже давно начался, марш в класс.

***

К счастью Гермионы у Забини появились очень срочные, и уж точно неотложные дела, какие именно, девушка не стала интересоваться. Надоедливый ухажёр пропал из поля зрения — что может быть лучше?!

— Зря ты так с ним, — убирая коробку с практической работой студентов, хмыкнул Малфой, — Блейз серьёзен.

— Пф, как и все прошлые. Драко, если бы не дружба с Гарри, эти чистокровные на меня бы даже не взглянули. Не в обиду тебе будет сказано, но я не доверяю аристократам.

— Ха-ха, сомневаюсь, что подобного рода причина остановит моего друга, — Малфой от души рассмеялся и, усаживаясь на своё место за учительским столом, уставился на единственную оставшуюся в классе ученицу, — Выкладывай, что хотела.

— Как ты относишься к Гарри? — спросила девушка, спрыгивая с парты, на которой сидела в ожидании профессора.

— Я люблю его, — не задумываясь, ответил блондин.

— О, — даже если гриффиндорка и была удивлена, она никак этого не показала. Чего-то подобного она и ожидала, так что... — Ты не понял моего вопроса. Кого ты в нём видишь? Сейчас, когда ты всё вспомнил, в одном мальчике собрались разом все: враг, знакомый, ученик, брат, любовник и муж. Кто из них в приоритете?

— Я не понимаю, к чему ты? — нахмурился парень, — Я больше не ненавижу Поттера, если ты об этом. Воспоминания о прошлом, и то, как я с ним обошёлся, просто вытеснили все негативные эмоции. Сейчас я искренне люблю его, хочу заботиться, защищать и баловать, просто чтобы он был рядом.

— И среди всего тобой сейчас сказанного нет «хочу ласкать, чтобы он принадлежал мне». Твои воспоминания вытеснили ненависть, но они так же вернули детскую привязанность.

— Не говори глупости, Гарри уже взрослый, — серые глаза широко распахнулись от удивления.

Драко сам не поверил своим словам, что уж говорить об отличнице и лучшей подруге его супруга, которая смотрела холодным, пронзительным взглядом, одним своим видом говоря, что он ничего непонимающий идиот.

Неужели и в самом деле его чувства к Гарри — всего лишь детское братское влечение? Это правда, что сейчас даже издевательства и жесткие высказывания Гарри казались невероятно милыми, но ведь он и в детстве был весьма острым на язык. Даже его реакции на прикосновения вызывали желание обнять, прижать, потискать и... Всё. О, Мерлин. С того самого вечера Драко ни разу не возбудился, хотя чуть ли не каждую ночь спит с мальчиком в одной постели (по инициативе самого Драко), и уже дважды принимал с ним ванную (опять же Драко силком пришлось его затащить). Он был рядом: теплый, постоянно дрожащий от волнения, и возможно чего-то ждавший.

— Теперь ты понял?

— Да, — только и смог выдавить Малфой. Ему... ему срочно надо поговорить с Гарри. Надо убедить его, что всё не так...

— У вас осталось чуть меньше недели, прежде чем Гарри потеряет контроль. Я уже поговорила с директором. Ты уж постарайся за это время убедить его в своей неземной любви, иначе мир встретит куда более сильное зло, чем до этого. С телом Избранного Тёмный лорд станет непобедимым.

— Когда... Когда ты успела?

— Не стоит так удивляться, а то заикой станешь. Гарри для меня очень важен, и как бы это не было прискорбно, этот брак был для него единственным шансом на победу, а потому я постараюсь предоставить ему любую поддержку и помощь независимо от ситуации, даже если он сам будет против. Тебя же единственное, что должно беспокоить, это завершение ритуала. Остальное предоставь нам с Роном.

— Тебе не стоило мне говорить очевидные вещи, — нахмурился парень, вспоминая недавний разговор с супругом, — Я и без тебя знаю, что должен делать.

— Ну, конечно, — хмыкнула девушка, — в таком случае дам тебе первый и последний совет. У миссис Поттер через три дня день рождения. Гарри настоял на празднике, и все эти дни проведёт дома, помогая матери. Уверена, он тебе ничего не говорил...

— Нет, — Малфой поник, сильнее нахмурив брови. Поттер что-то задумал и явно нехорошее.

— Так вот, отправляйся с ним. Он не сможет тебе запретить, а там уже леди Поттер тебе поможет. И Драко... Больше у тебя шанса не будет. Первая секунда понедельника станет роковой для Англии и всего мира в частности. Если только... — Гермиона погрустнела.

— Молчи, до этого не дойдёт.

========== Часть 17 ==========

«Милый, мы с твоим отцом конечно очень рады, что ты вызвался нам помочь с подготовкой, и мы уже успели соскучится по тебе, но ты уверен, что оставлять школу именно сейчас — подходящее время?

С любовью мама и папа, миссис и мистер Поттер.

П.С.: Камин будет открыт с пяти до полвосьмого после полудня.»

***

Вечером, когда занятия закончились, а друзья, плотно поужинав, распрощались с ним, Гарри не стал дожидаться супруга и быстро направился в свою комнату. Времени было мало. Он не был уверен, попытается ли Драко его остановить, но вопросы польются рекой, а на них отвечать подросток был не в настроении. Слащавое поведение блондина выводило из себя, и парень хотел, как можно быстрее, очутиться дома рядом со своей семьёй.

— Ну вот, хотел отомстить, чтобы ублюдок испытал боль, а в результате наступаю на те же грабли и мучаю сам себя, — бубнил он, закидывая в небольшую сумку пару книг, письменные принадлежности и ещё кучу мелких, но нужных вещей. Зачем они ему? Поттер и сам не знал. Просто хотел в последний раз испытать то чувство, когда в нетерпении встречи с родителями в спешке собираешь вещи. Окинул последний раз комнату, остановив взгляд на шкафу, где хранилась его одежка — её наверное потом выкинут; затем повернул голову в сторону книжных шкафов, к своей личной маленькой библиотеке, где хранились его самые любимые книги. Среди них были произведения, не только написанные знаменитыми магами, но и парочка маггловских писателей, к которым он питал искреннее уважение. И да, плевать, что картинки и иллюстрации были неподвижны — главное сюжет. А он как раз таки в некоторых книгах был поинтереснее любой реальной сказки, пересказанной каким-то магом.

— Их ждёт или библиотека школы, или камин, — хмыкнул юноша, окидывая последний раз взглядом идеально прибранную комнату, и резко выскочил из неё, захлопнув за собой дверь.

Камин вспыхнул зелёным пламенем, унося за собой бледного юношу — наверное никогда Гарри не сможет адекватно переносить эти перемещения — и выплёвывая его с другой стороны.

Еле удержавшись на ногах, но выпустив из руки сумку, в которой что-то болезненно звякнуло, треснуло, крякнуло, издало ещё парочку неизвестных звуков, затихло, Гарри удивленно уставился на не менее удивлённую мать и элегантно опустившего на стол чашку с чаем Малфоя.

— Гарри, не могу поверить... — моргнув пару раз, недовольно сощурив глаза, начала леди Поттер, поднимаясь со своего места.

— Что? — переспросил юноша, автоматически выпрямляясь.

— Ты не сказал Драко про праздник, хотя сам же и настоял на нем.

— Что? — снова переспросил парень, хотя быстро поняв о чём речь, сощурил глаза и покосился на так удобно спрятавшегося за спиной тёщи супруга, — Кто тебе рассказал?

— Сам догадался, — соврал Драко, делая глоток из чашки, — Лили, Вы делаете просто изумительный чай. Не поделитесь секретом?

— Оу, ну что ты, дорогой, — тут же расплываясь в улыбке, защебетала женщина, позабыв о сыне, который к слову всё ещё стоял перед камином, сжимая кулаки, а нервно подергивающийся левый глаз не сулил ничего хорошего одному наглому блондину, — нет никакого секрета. На самом деле Гарри его заваривает гораздо лучше меня. Ой, даже стыдно как-то за себя, но у нашего мальчика настоящий талант.

— Я в свою комнату, — коротко прошипел юноша, быстро подхватив сумку и широким шагом покинул гостиную. Нет, он не сбегал, просто само присутствие Драко в радиусе пары метров выводит его из равновесия.

— Ох, как и всегда упрямый, — вздохнула леди Поттер, разом вдруг постарев на несколько лет, — Сложно тебе с ним приходится?

Улыбка была усталой, но взгляд оставался проницательным, а вот серые глаза, в которые женщина заглянула, ища ответ на свой вопрос, говорили о том, что их владелец испуган.

— Это как сказать. Гарри не сопротивляется, когда я зову его в кровать или когда хочу его обнять, даже готовит для меня завтраки, но на этом его открытость заканчивается. Он просто позволяет мне быть тем, кем я был раньше, и ни разу не пытался меня за это упрекнуть. Та тварь, что живёт в его душе не даёт ему сделать шаг навстречу, ну, а я, идиот, до сегодняшнего дня даже не замечал своей ошибки, и это нам стоило кучи потерянного времени, — Драко со злостью сжал кулаки, яростно жалея, что не в его власти вернуть время вспять.

— Это не твоя вина, Драко. Ваше общее прошлое настолько отличается от сегодняшнего... Неудивительно, что желаемое взяло верх над тобой. У тебя ещё есть шанс всё исправить.

— Но как мне заставить его поверить?

— Поттеры всегда были упрямыми, этого у них не отнять. Поэтому в обычной среде у тебя будет мало шансов, но... Ты ведь в курсе моей ситуации?

— Да, Гарри рассказал, чем Вам пришлось пожертвовать ради его спасения, — нахмурился парень.

— Он с детства подсознательно чувствовал себя виноватым за это, хотя я не раз говорила, что ни о чём не жалею, и его жизнь для меня, как дар, дороже всякой магии. Я не могла приказывать эльфам, — эти магические существа привязаны к дому и его хозяевам. Я же, будучи магглорождённой, даже при колоссальной магической мощи не смогла бы стать полноправной хозяйкой имения Поттеров, а став сквибом, вообще лишилась права находиться на его территории. Даже прямой приказ главы дома не заставил бы их слушаться меня, моего голоса они слышать не смогли бы, а значит, и появляться перед псевдохозяйкой нет смысла. Мне от этого было больно, так как даже маленькая нянечка, которая когда-то одна из первых признала во мне хозяйку, отвернулась от меня. Для эльфов я перестала существовать, как и все магглы, стала просто оболочкой, носящей в себе капельку магических сил.

— Джеймс не мог этого вынести, поэтому выгнал всех до единого. Он хотел нанять обычных слуг, но я настояла на том, что не имея возможности пользоваться палочкой, я всё ещё женщина, жена и мать. Когда-то будучи обычным человеком, мы с сестрой всегда помогали маме по дому. Чем моя ситуация была хуже? Домохозяйка и возможность всегда находиться рядом с сыном, да и банальная причина отказываться от всех этих нудных приёмов. Перспективы вырисовывались не столь печальные. Сначала без магии и бытовых заклинаний было конечно сложно, но со временем я привыкла. Да и Гарри... Я так и не смогла его убедить, что это не его вина, но вот в то, что мне эльфы никогда и не нужны были, я смогла его убедить. Может, это и была ложь, но эта ложь хоть иногда помогала Гарри забывать о своём угнетающем чувстве. Как ни странно, искренне наслаждаться помощью мне он начал, когда я впустила его на кухню. Сразу стало понятно, что это его стихия, и он действительно во время готовки расслаблялся, забывал обо всём на свете, сосредотачиваясь на рецепте, и искреннее улыбался, когда отец хвалил за вкусно приготовленные блюда.

Лили немного помолчала, ненадолго уйдя в свои мысли, а потом снова заговорила:

— Драко, что я пытаюсь сказать. На кухне он настолько сосредоточен и расслаблен в процессе, что сам того не осознавая, становится самим собой, без влияния Тёмного Лорда.

— Я не совсем понимаю, к чему Вы клоните, — прищурился Малфой.

— Я хочу, чтобы ты воспользовался этой информацией и усилил чувства Гарри настолько сильно, насколько это вообще возможно. И тогда тебе не составит труда нанести решающий удар. А ещё...

========== Часть 18 ==========

Гостиную Драко оставлял с глубоким чувством вины в сердце. Его не покидало ощущение, что он подвёл эту семью. Сколько они сделали для своего ребёнка, чтобы подарить ему жизнь, и что сделал он, чтобы эту жизнь разрушить. Он понимал, что частичка его супруга цепляется за тот случай, когда Малфой переступил черту и поддался своему желанию вопреки желаниям самого Гарри. И будь у него такая возможность, хотя он и не был уверен в какое именно мгновение хотел бы вернутся: в тот день, когда Блейз произнёс имя своей жертвы, чтобы заткнуть его, и той ночи никогда не было бы; или же в день нападения, когда он так грубо отверг его и сделал вид, будто ничего не произошло, вот только... Что он в тот момент чувствовал?

Это правда, что любовь и любое проявление близости между мужчинами за исключением дружбы ему тогда казались омерзительными, до безобразия тошнотворными и противоестественными. Теперь часть тех ощущений к нему вернулась. Но это ли он чувствовал, поняв, что переспал с парнем? Нет. Невозможно, только не тогда, когда дело касается Гарри. Скорее... Да, именно смятение. Он не знал, куда себя деть. Внутри всё смешалось: он чувствовал себя отвратительно от осознания, что собственноручно сделал то, от чего столько лет защищал это милое создание, и одновременно в нём бушевало возбуждение, вспыхивающее огнём только от одного мимолётного воспоминания об этом выгибающемся навстречу ЕГО ласкам теле. Так хотелось снова... И вот это «снова» буквально сводило его с ума. Снова целовать, снова ласкать нежную кожу, снова оставить бесчисленное количество укусов на шее, снова оказаться внутри, с головой утонуть в наслаждении, когда во время несдержанного оргазма стенки ануса сжимаются вокруг члена, снова совратить, снова собрать губами соленые дорожки на щеках, снова услышать мольбы, снова заставить подчинится, снова изнасиловать, снова причинить боль. Снова, СНОВА.

Легче было сделать вид, что ничего не произошло и попытаться забыть. Забыть. Забыть. Забыть. И его желание осуществилось.

— Извини. Меня уже ждут, — однако, знал бы Драко, что медленно появляющаяся на лице его маленького братика, натянутая чуть ли не из последних сил улыбка окажется последней, предназначенной для него, трижды бы подумал о принятом решении.

Больше всего огорчало то, что всю картину, вплоть до мелочей, он вспомнил именно после разговора с подругой Поттера, словно подсознательно старался затолкать саму суть той ночи и последующего разговора в глубь души. Возможно, он смог бы что-то изменить и не вёл бы себя, как последний придурок. И вот результат — его любовь и счастливая семейная жизнь на грани уничтожения. Ирония, что за его ошибки придётся расплачиваться всему магическому миру.

***

— Драко? — полностью погрузившись в свои мысли, он не сразу услышал, как его окликнули, как впрочем и того, что чуть не прошёл мимо самого Поттера-старшего, не останови тот его, схватив за плечо, — О, чём так задумался, дорогой зять?

Мужчина усмехнулся, когда Драко, несколько раз моргнув, непонимающе на него уставился.

— Доброго дня, дорогой тесть, — уважительно поклонившись, поприветствовал блондин, и нахмурившись, добавил рассеянно, — да так, атакуют не самые радушные мысли.

— Понимаю, ситуация у вас с моим сыном незавидная, — поник было Лорд, но тут же взяв себя в руки, кивнул вглубь коридора, интересуясь как бы невзначай, — А куда направляешься?

— Леди Поттер была столь любезна, что посоветовала пару книг. Чтобы не умереть от скуки до начала «праздника», — последнее слово юный профессор произнёс с еле заметным сарказмом, что впрочем не скрылось от Поттера.

— Ирония судьбы, не правда ли? — усмехнулся он, — День рождения Лили и три месяца вашей свадьбе. Праздник или траур, что из этого нам придётся пережить?!

Вопрос был риторический, однако Драко понимал, сколько надежды и горечи в эти слова было вложено.

 — Библиотека в конце коридора, — и больше не говоря и слова, Лорд удалился, скрываясь в дверях за своей спиной.

Библиотека Поттеров в размерах, конечно, в несколько раз уступала бесчисленным стеллажам библиотеки внутри Малфой-манора, однако... Были здесь такие экземпляры, о которых другие семьи могли только мечтать. И один из таких редких экземпляров предстояло прочитать Драко. «Эльфийские хроники». Да уж. Об этой книге он только в сказках читал, точнее упоминание о ней. Высшие эльфы уже несколько веков считаются просто мифом, если они и в самом деле когда-нибудь существовали, то страшно представить сколько этой книге лет. И сейчас парень держал ее в руках, листал пожелтевшие от времени страницы, исписанные древнеанглийским языком, пытаясь найти то, что по словам Лили поможет ему.

***

Прочитав чуть ли не половину книги, в основном истории и легенды эльфийского рода, удивляясь, как те умудрились не запечатлеть себя в истории людей с такой-то активной деятельностью, как в маггловском, так и в магическом мире, но так и не найдя ничего действительно стоящего и полезного для себя, с сожалением отложил книгу на место. Была уже глубокая ночь, а ему завтра надо будет сосредоточиться на «знакомстве» с Гарри. Впрочем, ничего же не мешает начать уже сегодня, разве что тот уже спит и видит седьмой сон.

***

Гарри не спал. Удобно устроившись в подушках, целиком завернувшись в одеяло и водрузив на нос круглые очки, которые, как известно, были удобным артефактом, позволявшим читать в темноте без вреда для глаз. Что он и делал.

— Что читаешь? — почему-то почувствовав себя неловко, неуверенно спросил Драко, заходя в комнату.

— Выбираю для праздника торт, — задумчиво проговорил брюнет, не отрываясь от книги, однако всё же поднял глаза и, поняв кому именно ответил, резко стянул очки, захлопнул книгу и требовательно спросил: — Как ты узнал об этой комнате?

И уставился в ожидании на своего визави, пока его не осенило, и он многозначительно хмыкнул, поднимаясь с постели:

— Ах, ну конечно — мама! Уходи, — указывая на дверь, приказал Гарри.

— Не могу, — тихо ответил блондин, не сводя глаз со своего супруга. Тот был настолько соблазнительным в этих широких штанах и без футболки, с растрёпанным волосами и всё еще затуманенными после длительного чтения глазами, таким невероятно по домашнему притягательным, что Драко непроизвольно сделал шаг вперёд, от чего Гарри слегка растерялся. Не столько от прозвучавшего ответа, сколько от решительности, с которой тот это сделал.

— Не понял, — ошалело уставился на него подросток.

— Не могу и не хочу, — спокойно повторил Малфой, делая ещё один шаг к парню.

— Малфой, ты чего удумал? — пискнул Поттер, сделав шаг назад, и оступившись, упал на кровать.

— Просто захотелось тебя поцеловать, — прошептал вдруг севшим голосом блондин.

Он уже приблизился вплотную и теперь сверху вниз смотрел на перекошенное от недоумения и ненависти лицо своего юного мужа.

— Совсем сбредил? Или опять пьяный? — прошипел сквозь зубы юноша.

И шипение подействовало, как ведро холодной воды, Драко пару раз моргнул и резко отскочил от кровати, как от прокаженной.

— Извини, Гарри, я не хотел, — тихо залепетал он.

Ну да, не это он планировал. Ещё немного и набросился бы на парня, как озабоченный зверь во время гона, и тем самым порвал бы и без того тонкую нить их таких нестабильных отношений.

 — Я... Я не знаю, что на меня нашло, — попытался оправдаться горе-любовник, хотя прекрасно понимал, что все дело в чертовых воспоминаниях, в браке этом, вынужденном воздержании, Гермионе, так кстати снявшей с него розовые очки, в самом Гарри и прочем, и прочем.

Дальнейших объяснений Гарри не стал дожидаться. Одним мановением руки отворил дверь и лёгким толчком магии вытолкал в неё несопротивляющегося Драко, крепко заперев ту после, укрепил парочкой заклинаний и только потом смог вздохнуть с облегчением.

— Дурак, — с грустью прошептал парень, уткнувшись в свои колени.

========== Часть 19 ==========

Для Драко утро началось не с самых приятных ощущений. Голова нещадно гудела, к горлу то и дело подкатывала тошнота, а в памяти было несколько провалов. Он отчетливо помнил, как выходил из библиотеки, так же как и ярко помнил о своих планах немного поесть перед сном, ведь ужин он бессовестно пропустил, и желудок был категорически против подобного расклада. Однако ни дороги до кухни, ни самой еды он не помнил, как в прочем и того, как добрался до комнаты, выделенной леди Поттер на случай, если Гарри психанёт и выставит его за дверь. Ещё один странный феномен: он уснул в одежде, не переодеваясь в пижаму, что говорило о том, что его кто-то приложил каким-то заклинанием. А это, учитывая местонахождение, было маловероятным, разве что сам муженёк постарался, но блондин тут же отбросил эту мысль. Гарри быстро ушёл спать, и Малфой его после той встречи в гостиной так и не видел. Или же как второй вариант: он перепил Блейзовской настойки, и просто-напросто отрубился. Юный аристократ склонялся ко второму варианту, но... Но...

Блейзовской настойки в имении Поттеров никак оказаться не могло без самого Блейза, и опять же без всё того же Блейза он ни за что даже не притронулся бы к этой мерзости. Таким образом, вопросы ребром. Как? Когда? И почему он ни хрена не помнит?

Сильнее покопаться в себе Драко помешал стук в дверь и настойчивый голос Лили:

— Драко? Ты уже проснулся? Уже почти обед, и ты не спускался к завтраку, мы с Джеймсом волновались, — парня удивила такая явная забота в голосе женщины. В его семье, сколько он себя помнил, превыше всего было соблюдения правил и стандартов, достойных любой аристократической семьи, и подобное проявление чувств было той ещё роскошью. Это теперь отцу на всех и вся плевать, кроме семьи и друзей, нет больше махинаций и интриг по улучшению репутации, а мать так вообще впала в детство, раньше то Нарцисса Малфой была той ещё стервой. Подтвердить этот факт может всё та же леди Поттер, которая с ней дружила ещё со времён Хогвартса. Как-то вот так.

— А... — Драко хотел спросить, волновался ли Гарри за своего супруга, но вовремя остановился. Конечно же тому было плевать. Однако одно дело это понимать, и совсем другое — услышать это из уст тёщи, поэтому спрятав вопрос в покашливании, мол, голос со сна сел, ответил: — Со мной всё в порядке, Лили. Нет причин для беспокойств. Дайте мне пять минут, и я спущусь в гостиную.

— Оу, ну тогда приходи сразу на кухню, — в голосе Леди прозвучала улыбка с игривой ноткой озорцы, — тебе надо сначала позавтракать. А в гостиной всё равно никого не будет, так как мы с Джеймсом отправляемся в Косой переулок, — пока женщина радостно щебетала о своих планах на прогулку с мужем, о магазинах, в которые ей надо зайти, Драко достал из сундука сменную одежду, бельё, и пожелав Лили счастливо провести день, направился в ванную, напоследок уловив грустное «Удачи» и после только торопливые шаги.

Малфой вздохнул. Ему нужно скорее закончить тут и поторопиться со всем остальным. Сейчас его счастье, как никогда, зависит от его поведения и поступков, и если что-то пойдёт не так, как бы это счастье не ускользнуло сквозь пальцы. Потом уже его будет очень сложно поймать обратно, каких бы титанических усилий не было приложено к этому.

***

Впервые Малфой застыл перед дверью в нерешительности. И позор какой, ещё и перед дверью на кухню. Узнай об этом его друзья, подняли бы на смех, и прощай спокойная жизнь, привет подколки, шуточки и всякие издевательства.

— И долго ты там ещё топтаться собрался или всё же войдёшь? — донеслось насмешливое, и, о Мерлин всемогущий, дружелюбное из-за двери. Драко ещё мгновение помедлил, но всё же ухватился за ручку, и резко дернув ту на себя, чуть не вырвав злосчастную дверь, застыл у порога, уставившись на открывшуюся картину, несколько, гм, квадратными глазами. Круглыми они стали еще после такого ненавязчивого приглашения войти. Гарри в спортивных свободных штанах и белой футболке, в черном классическом фартуке, с пояском завязанным на спине в бантик, и тапках на босую ногу, что-то сосредоточенно помешивал в миске, то и дело рукой зарываясь в волосы на затылке, делая на голове бардак больше прежнего.

— Садись, — бросил он через плечо, поворачиваясь на мгновение. Мимолётно скользнув по вошедшему цепким взглядом. Но и этого мгновения хватило, чтобы Драко беспрекословно подчинился и опустился на первый попавшийся стул, и дело было вовсе не в просьбе Поттера. Просто изумрудные глаза сверкали настолько ярко, что все силы блондина ушли на то, чтобы удержатся на ногах, однако, как оказалось, и их не хватило, — Сейчас подогрею твой завтрак. И как ты только мог проспать? — причмокнул губами недовольно Гарри, поведя рукой над подносом, на котором стояли пара тостов, яичница и несколько ломтиков бекона поджаренных до хрустящей корочки. Положив это небольшое, так вкусно пахнущее богатство, перед всё ещё не пришедшим в себя Драко, брюнет лучисто улыбнулся, — Тебе чай или кофе?

— Чай, пожалуйста, чёрный, — на автомате ответил блондин, поворачивая голову в сторону ускакавшего к чайнику парня.

***

Пришёл в себя Малфой довольно быстро, просто вспомнив слова тёщи о том, что Гарри на кухне, в атмосфере любимого занятия, на какое-то время блокирует влияние Тёмного Лорда. Причём делает он это неосознанно. То есть в любое другое время, в другом месте подобный фокус не пройдёт, даже если бы подросток захотел. Однако это давало надежду.

И как говорила Лили, он должен воспользоваться этой надеждой по полной и вернуть доверие Гарри.

— Гарри? — осторожно позвал Малфой.

— Гм? — не отрываясь от своего занятия, рисуя что-то незамысловатое на листке бумаги, невнятно отозвался юноша.

— Спасибо за вкусный завтрак, — Малфой улыбнулся, поднимаясь со своего стула и подойдя к Гарри со спины, попытался всего лишь притронуться к плечу супруга, без каких-либо задних мыслей, просто по-дружески поблагодарить. Спешить некуда, хоть и время поджимает, однако куда важнее поступить правильно и не спугнуть юношу. Впрочем...

— Сегодня готовила мама, — скороговоркой ответил парень, отстранившись прежде, чем Драко успел даже поднять руку, — Но все равно — спасибо.

Гарри улыбнулся, но тем не менее, слегка испугано глядя на блондина. Брюнет резко развернулся и, подойдя к столу, заторопился, собирая посуду, тут же очищая ее и отправляя на место в тумбочках.

— Что ты готовишь? — вздохнул Драко, понимая, что Гарри не только терпеть его не может, но ещё и пугается, как чёрта из табакерки. Поэтому, придя к выводу, что лучше всего будет начать разговор на нейтральные темы, а ещё лучше — обсуждения любимого занятия самого Гарри, Малфой сделал шаг в сторону, освобождая рабочее место на кухне.

— Ничем особенным, — тихо прошептал подросток, — делаю наброски будущего торта и подбираю основу, как видишь, пока без результатов.

— Как интересно, — заглядывая через плечо в тоненькую тетрадку, в которой недавно что-то рисовал Поттер, удивленно заметил Малфой, разглядывая тонкие линии будущего шедевра рисования, — Не знал, что ты умеешь рисовать.

— Довольно сложно держать образ желаемой фигурки в голове всё время, поэтому обладать подобным умением довольно удобно, — Гарри улыбнулся, взял в руки карандаш и, склонившись над рисунком, начал что-то оживленно чертить и подписывать, попутно объясняя что именно. — Вот смотри, тут основа, она крайне важна, поэтому как ее подбор, так и само приготовление занимает кучу времени. Нужно учитывать не только цвет и вкус, но так же и структуру, и толщину. К примеру, для моего будущего торта нужна не слишком мягкая, но очень нежная. Следующим шагом идёт крем и начинка. Тут уже учитываешь такие факторы, как вкус, предпочтения и, вспоминая прошлый год, стараешься выбрать наиболее подходящий, и опять же, загвоздка в основе. Крем должен быть эластичным, не сильно сладким и хорошо впитаться в тесто. Ну, а после уже самое простое: покрытие сверху марципаном или кремом, и украшения, фигурки, которые я ещё не успел нарисовать, — увлеченно закончил юноша, поднимая голову, чтобы взглянуть на стоявшего рядом парня.

А Драко стоял, улыбаясь от уха до уха, и не сводил глаз с такого живого и прекрасного мужа. Рисунки и всё, что говорил брюнет было очень интересно, но вот любоваться сверкающим радостью и предвкушением лицом супруга было куда интереснее.

— Драко? — позвал Гарри, удивленно уставившись на никак не реагирующего блондина.

— Извини, заслушался, — моргнул и неохотно отстранился парень, когда понял, что не заметил, как подобрался почти вплотную к Гарри, — И как успехи с выбором? — взглядом указывая на тетрадь и нарисованный в ней эскиз будущего шедевра кулинарии, как бы невзначай спросил Драко.

— Никак, — поник гриффиндорец.

Малфой снова улыбнулся. Он уже не раз ловил себя на мысли, что ему очень нравится разговаривать с Гарри ни о чём, просто болтать: о том, о сём. И сегодня они просто болтали. На разные темы, перескакивая с хобби Гарри на какие-то нейтральные. Типа погоды или списка приглашённых на праздник. А иногда даже спорили.

Малфой пытался помочь супругу с выбором печенья, кексов и всяких сладостей для гостей. Перелистал кучу книг, разумеется, ничего в них не понимая, и выбирая по наиболее понравившимся картинкам, за что и получал кучу негодования и недовольства, а Драко совсем не нравилось, что кто-то осмелился усомниться в его вкусе, и он не преминул возмутиться по этому поводу.

— Не суди книгу по обложке, — наконец не выдержав, рыкнул на него Гарри, — не обязательно то, что привлекательно на странице книги, оказывается привлекательным на вкус, — и, вырвав из цепких блондинистых рук книгу, пролистал пару страниц и ткнул на какое-то пирожное. Драко удивился, как это нечто может быть вкуснее того, что выбрал он. Обычное, невзрачное, даже на вид простейшее из простейших. Свои мысли он конечно же озвучил, за что получил очередной скептический взгляд и, сделав вид, что обиделся, по новой начал листать книгу.

А вечером, когда Драко вдруг вспомнил, что он как бы ещё должен прочитать книгу, которая, как пообещала леди Поттер, должна помочь, нехотя, но тихонько, без лишнего шума, сославшись на дела, собрался покинуть кухню, тем более, что и Гарри уже отправлял последние инструменты и посуду для выпечки по местам.

— Драко? — неожиданно позвал подросток, заставив блондина замереть на пороге. И когда тот обернулся, то встретился с грустным, но требовательным взглядом: — Пожалуйста, не приходи завтра сюда.

— Почему? — недоуменно спросил профессор.

— Я... Я хочу побыть один.

Этой заминки хватило блондину, чтобы понять, что всё... закончилась готовка, закончился и недобровольный сон Тёмного Лорда, а значит Гарри пытается не разрушить остатки той мечты, что сложилась в этом месте. А это значит...

========== Часть 20 ==========

— Гарри, — Драко словно вихрь влетел в гостиную, подхватил застывшего в ужасе парня и, весело смеясь, закружился с ним на руках по площади совсем не маленькой комнаты.

Дело было вот в чём: он нашёл! Наконец-то! Проведя целую ночь в библиотеке, трижды пролистав одну и ту же книгу, он нашёл то, о чём говорила Лили. На радостях, когда Малфой это понял, даже книгу убирать не стал — сорвался с места и помчался к Гарри. Ему так не терпелось поделится этой новостью с любимым. Не учёл только, что в раннее утро брюнет будет не на кухне, и отнюдь не столь покладистый. Поэтому не удивительно, что на блондинистую голову разом обрушился Хогвартс, сверху придавили Мерлином, да ещё и той самой книгой прихлопнули как муху, ну и как бонус — пригрозили отправить повидать старого доброго Волан-де-Морта в Аду. Ну. короче, проявление чувств оценили по достоинству.

— И чем же вызвано столь бурное, кхм, приветствие? — раздраженно спросил Гарри, когда его опустили на пол, и он смог расправить смятые брюки и стрясти с рубашки пыль, которая, несомненно, была поднята сумасшествием блондина. Одно радовало: парень больше не смотрел с ненавистью. Да, недоумение, да неприязнь, но никак не ненависть.

— Ох, я такое нашёл, — оживился Драко, и уже хотел поделится радостной новостью, как был грубо прерван подошедшим сзади Поттером-старшим.

— Драко, — улыбнулся мужчина.

— Доброе утро, дорогой тесть, — учтиво отозвался парень, и тут же снова повернулся к супругу, — Гарри, я...

— Мне нужно с тобой кое-что обсудить, — продолжал улыбаться лорд Поттер, — Гарри, ты не против, если я ненадолго уведу твоего мужа?

— Пф, — только и услышали сиятельные мужчины, после чего могли лицезреть гордо выпрямленную спину и фигуру, скрывшуюся в коридоре, ведущим прямиком на кухню.

— Но... — попытался возмутится молодой профессор, как был остановлен за плечо.

— Это очень важно, Драко, — нахмурился мужчина.

***

— Знаешь, Драко, та книга, — Лорд Поттер разместился в кожаном кресле за массивным столом в своём кабинете, и рукой указал на кресло напротив и, когда блондин тоже сел, протянул тому стакан с уже налитым в него огневиски, — возможно, ты заметил, но каждый раз она показывает другую информацию. Эльфы — народ довольно капризный и очень эгоистичный, поэтому о них так мало известно, но тем не менее, сам факт существования этой книги — проявление их доброты и заботы о других расах. Моя супруга сильно пострадала ментально, когда силы Гарри начали проявляться, он ведь в разы сильнее её. Для восприятия, изначально не принадлежащему магическому миру, это было слишком, плюс ещё нападение Сам-знаешь-кого, к трём годам уровень его магического потенциала взлетел до небес и контролировать детские всплески было невозможно, и Лили вовсе помешалась на решении этой проблемы. И хоть ситуация была критической, моя жена в кратчайшие сроки перерыла всю библиотеку, пока не наткнулась на «Эльфийские хроники». Лично я видел и продолжаю видеть на страницах всего лишь ничего не значащие фразы, типа «первый эльф родился в такой день, такого-то года», «тот и иной эльф был там-то и таким-то правителем». Совсем немного о их способах выживания, и парочка заклинаний, которые даже мухе вреда не принесут, однако она видела другое. По какому принципу нужная информация показывала себя, у нас не получалось понять, но и не воспользоваться находкой мы не могли.

Джеймс сделал глоток виски и немного помолчал, глядя в упор на Драко, а потом продолжил:

— Найденный Лили ритуал был хоть и опасным, но единственным верным решением. И как ты, возможно, уже знаешь, следуя условиям, нам надо было связать часть души Гарри с душой человека, наиболее совместимого с ним (п/а: читаем главу 15). И вроде бы казалось, что всё получилось, и плевать какую цену пришлось заплатить при этом, главное — наш Гарри жив, и миру ничего не угрожает, но эта война и твоя потеря памяти... Мы никак не ожидали, что вы возненавидите друг друга. Лили со дня вашей свадьбы пытается найти решение, но книга всё продолжает закидывать её ненужной информацией, а тут ты на глаза попался, и она подумала, что может тебе что-то новое откроется, и судя по твоей реакции, так оно и случилось.

— Да, — тихо кивнул Драко, все ещё находясь под впечатлением от очередной открывшейся тайны. Поттеры всё никак не перестают его удивлять.

— Если это не ритуал, требующий вмешательства других магов, то тебе лучше никому об этом не рассказывать, даже Гарри. Тем более, ему. А по-тихому воспользоваться этим знанием и надеяться на совет детей жизни. Не зря же они открыли перед тобой часть своих тайн.

— Почему Вы не заставили меня сделать это раньше? — выгнув бровь, поинтересовался Малфой, делая глоток янтарной жидкости.

— Кто знает?! — пожал плечами мужчина, — Я не раз думал об этом, но подобные мысли всё время ускользали, словно... Да, словно кто-то нарочно мешал мне сосредоточится на этом.

— Как интересно. Очень похоже на то, что я испытал вчера утром. Вроде не помнил ничего, и всё равно какие-то моменты словно ускользали из сознания прежде, чем я мог уловить мысль.

— Действительно, — задумчиво почесал подбородок Поттер-старший, — Я пороюсь в библиотеке, попытаюсь найти что-нибудь похожее. А ты лучше сосредоточься на Гарри. И будь осторожен — сегодня новолуние и влияние Тёмного лорда сильнее обычного. Скорее всего, мы Гарри даже за ужином не увидим, запрётся у себя и носа не покажет.

Мужчина вздохнул, после чего поднялся и, коротко кивнув, покинул кабинет первым. А Драко, дождавшись, когда за тестем закроется дверь, бессильно вздохнул. На Гарри ему сегодня не только сосредоточится надо, а буквально по пятам за ним ходить, чтобы тот ненароком не ускользнул в свои покои. Без него.

***

Поттер-младший, как и предполагалось, нашелся на кухне, и снова склонённый над тетрадкой, что-то в ней чертя. Впрочем на кухне же нашлась и хозяйка дома, так что парню скучать не приходилось, поэтому не удивительно, что стоило только Малфою переступить порог, как на него обрушилось каменное:

— Я же просил тебя не приходить?

— А ещё я помню, что ты хотел побыть один, — буркнул блондин, усаживаясь за стол рядом с тёщей.

— К маме это не относится.

— А я твой супруг, — непреклонно заявил Драко, наблюдая как залились краской щёки парня. И не ясно было от чего именно, то ли от смущения, то ли от злости. Лицо-то было хмурое.

— Ты...

— Гарри, — перебила Лили несостоявшуюся тираду, — Драко наш гость, тем более, член семьи, он вправе ходить там, где ему заблагорассудится.

— Вот видишь, — сложив руки на груди и откидываясь на спинку стула, хмыкнул блондин.

— Ну раз так, побудешь моим подопытным кроликом, — хитро улыбаясь, с угрозой в голосе заявил повар, завязывая за спиной фартук.

— О, — отказываться Драко не стал, раз его не выгоняют, значит, прогресс всё же был, а парочку экспериментов он выдержит.

Однако знал бы он, чем всё это обернётся, не стал бы делать поспешных выводов. Гарри просто издевался над ним, всё время подсовывая под нос всё новые и новые закуски, пирожные и прочие сладости, заставляя попробовать и высказывать свое мнение. И не дай Мерлин, сказать, что-то типа «слишком сладко», «недостаточно соли», или, что еще хуже, «сложно определить». Гарри ухмылялся, поворачивался к столу, а через пару минут Драко предлагали снова приготовленное то же самое блюдо, и с невинной улыбкой просили оценить.

Короче, обед блондин пропустил, не до него было, а ближе к вечеру, когда дьявольский супруг, наконец-то, решил сжалиться над ним, Малфой с ужасом смотрел на живот-мяч и с некой долей иронии осознавал, что есть, наверное, дня три не придётся. Наелся уже.

— Гарри, я тут вспомнил... Лорд Поттер упомянул, что сегодня ты с нами ужинать не будешь, — скривившись при упоминании о еде, Малфой отодвинул пустую чашку чая и внимательно уставился на супруга, который, к слову, застыл и с отвращением посмотрел в окно.

— Новолуние, — выплюнул он.

— И что с ним не так? — осторожно подтолкнул блондин, твердым голосом требуя ответа и одновременно не настаивая на нём.

— В это время сны наиболее реалистичны, и не всегда получается проснуться... — запнулся Гарри, полминуты вглядывался в темноту за окном, потом всё же нехотя продолжил, пытаясь подобрать правильное определение, -...в сознании...

И повернулся к супругу, опуская на окно занавеску небрежным взмахом руки.

— А хочешь, я тебе сегодня колыбельную спою? — улыбаясь, предложил Малфой, ловя взгляд изумрудных глаз.

========== Часть 21 and Эпилог ==========

— Ты шутишь? — лицо подростка перекосило, зелёные глаза сузились.

— Никак нет. Я предельно серьёзен, — пожимая плечами, невозмутимо заверил Драко.

— И я совершенно согласна, — всплеснула руками Лили и тут же поспешила похвалить зятя: — Драко, это неплохая идея. Я бы даже сказала — отличная. Раньше Гарри в эту ночь всех сторонился, поэтому никому не позволял и близко подобраться. Даже мне.

Женщина посмотрела на сына с грустью и заметила с упреком в голосе:

 — Может голос магически связанного с тобой человека даст куда больше эффекта, чем все те зелья, к которым у тебя давно уже выработался иммунитет.

— Какой голос, мама, ты в своём уме? Это я сейчас могу согласиться. В принципе и не особо возражаю, чтобы Драко спел мне. Но как только я переступлю порог своего убежища, во мне снова заиграют два сознания, и та часть, что ненавидит моего супруга, найдет, будь уверена, доводы куда более убедительные не подпускать его к себе и на пушечный выстрел. Я даже не замечу, как запру дверь спальни прямо перед его носом, точно также, как и позавчера...

Парень запнулся, а на скулах заиграл нежно-розовый румянец. Поняв, что упоминание столь будоражащей настойчивости мужа не совсем уместно, он отвернулся, опять взявшись за карандаш. Не стоит вспоминать то, что в результате будет осквернено едкими высказываниями Волан-де-Морта, и в итоге воспринято, как нечто неприятное или не стоящее внимания. Плюс поведение Малфоя утром... Он вёл себя, как ни в чём не бывало.

«Так, всё. Стоп!» — приказал себе юноша. Ничем хорошим мысли о блондине не закончатся.

— А что было позавчера ночью? — зацепившись за последнее высказывание и, как ни странно, всем нутром почувствовав, что он опять что-то натворил, осторожно спросил Драко.

— Не делай вид, что не помнишь, — хмыкнул юноша, снова поворачиваясь к супругу и матери, преспокойно попивающей чай. Ей, кажется, было вообще на всё плевать, но это только снаружи. Внутри же бушевал ураган. Женщине не терпелось взять сковороду и треснуть обоих, чтобы уж наверняка упрямство выбить.

— Гарри, но я, правда, не помню, — прищурился блондин, пытаясь незаметно покопаться у себя в голове и отловить то, о чём говорил супруг.

Но... Безрезультатно. Единственное, что получилось поймать, так это тот момент, когда он действительно стоял перед дверью в покои Гарри, дорогу к которой подробно накануне описывала леди Поттер, хихикая и посмеиваясь о глупом желании сына спрятаться ото всех в глубине дома.

— А я вот дежавю всем нутром почувствовал, причём, вызванное не самым приятным моментом в моей жизни.

— Да, ладно вам, мальчики, прекратите ссориться, — всё же не выдержав, влезла рыжеволосая женщина и тут же замолчала, поймав двойной возмущенный взгляд.

Правда, в одном ясно читалась просьба не мешать и не лезть куда не просят, второй же намекал на то, что ей как бы уже давно пора смыться и, наконец, оставить молодоженов одних. Лили была неглупой женщиной — спорить не стала и пару мгновений спустя по-тихому ретировалась с места переговоров. А двое молодых мужчин ещё, наверное, с час не покидали пределы кухни, о чём-то увлеченно споря. Пока Гарри, сославшись на плохое самочувствие, не решился покинуть её первым, разумеется предельно ясно перед этим объяснив Драко, почему тот не может хотя бы сопроводить мужа до его покоев. И, конечно же, Малфою объяснение не понравилось, посему он, просто закинув взвизгнувшего подростка на плечо, вместе с ним переступил порог кухни. Вот тут-то и началось самое интересное. На голову сиятельного Лорда ещё никогда не обрушивалось столько оскорблений и просьб, кхм, исчезнуть куда-нибудь.

Всю дорогу до комнаты, к которой, кстати, не меньше пяти минут идти. Это в одиночку-то, а если на плече активно брыкающийся и норовящий ударить, куда не надо, груз? Короче говоря, за время их совместной прогулки по коридорам дома, Драко трижды послали в Тартарары, бесчисленное количество раз назвали сволочью, извращенцем, насильником, и это было только самое безобидное. Кроме того, ему пообещали обрушить на его голову гнев Тёмного лорда, не забыли пообещать, что после смерти ждёт блондинистую душонку наказание самого Мерлина, Морганы и Мордреда, ещё Снейпа, чтоб ему пусто на том свете было, неизвестно зачем упомянули. И вообще, оказывается словарный запас у Гарри весьма обширный и крайне, эм, занимательный.

— Да замолчи ты, — не выдержав, потребовал Малфой, осторожно опустив мужа на пол уже в его комнате.

И пока Гарри пребывал в лёгком ступоре от его слов — тот ведь всю дорогу героически терпел незамолкавшего подростка, и тут, бац, и заговорил — Драко закрыл ключом комнату, быстренько наложив парочку заклинаний, чтобы уж наверняка у Гарри не было шанса сбежать, а если и найдётся такой, то хотя бы задержит точно. А о том, что в порыве ярости, супруг мог и его ненароком прихлопнуть, блондин старался не думать.

— Гарри, просто доверься всего лишь раз, о большем я просить не буду, — почти умоляюще попросил блондин.

Брюнет с минуту на него недоверчиво смотрел, всё больше и больше хмурясь, но потом всё же кивнул, и, не говоря ни слова, направился к шкафу, достал чистую пижаму и скрылся за дверью ванной. А Драко тем временем передвинул кресло, находящееся рядом с постелью, чуть дальше от неё, и, разместившись в нём, начал вспоминать слова колыбельной, на которую наткнулся в книге. Именно её он увидел на страницах, и интуиция Малфоя подсказывала, что не зря она там появилась. В тот момент, когда он вчитывался в строчки на вид обычной песни, он не ожидал, что она просто въестся ему в память, а потом в голове, словно, что-то щелкнуло и ему невероятно сильно захотелось её спеть Гарри. Словно сама магия подталкивала его. Нет не так, она буквально требовала это сделать.

Гарри появился спустя пятнадцать минут и, опять-таки не говоря ни слова, улегся на кровать, выжидающе уставился сначала на Драко, а после его улыбки и кивка, перевёл взгляд на потолок. Так легче будет сосредоточиться, а смотреть на блондина — только лишний раз отвлекаться.

— Эй, Гарри, ты знаешь, сегодня, как никогда, подходящая ночь всё закончить, — не давая подростку и шанса что-то сказать, Малфой медленно запел, стараясь найти свой ритм, к словам ноты, к сожалению, не прилагались:

У краешка бездны

Застыл на миг, чем тебе помочь,

Спасать бесполезно, *

Гарри заворожено застыл, вслушиваясь в слова. Да, не поспоришь — голос у блондина был красив, да и слухом природа-матушка его не обделила.

На лезвии бритвы танцует ночь,

Но мысли сотри, и где-то внутри

Мой голос услышь, он с тобой говорит,

Тело юноши пробила дрожь, а глаза удивленно округлились, но он не отрывал взгляд от бескрайней темноты, в конце которой обязательно будет потолок его комнаты.

Чтобы помешать, и удержать,

Если нету сил дышать.

Голос Драко словно пробрался внутрь, он звучал повсюду, везде и со всех сторон. Сознание подростка захлестнула ярость. Он попытался сопротивляться этому, хотя бы прикрыть уши, чтобы ничего не слышать, но не мог и пальцем двинуть.

— Гррр, — прорычал он, отчаянно забившись в судорогах, и при следующих волнах, вызванных странной колыбельной, снова затих.

Дай свою руку,

Вместе пойдем с тобой из темноты,

Я хочу верить в то,

Что сильней, чем ночь и твои мечты.

Рука сама дернулась, но Гарри только сжал зубы, сдерживая себя. Сейчас он, словно зачарованный, смотрел в темноту, в которой проступали разноцветные пятна.

Не ступи за порог, и легких дорог

В тот край не ищи, где мой голос смолк,

Ты придешь туда,

Где тает тьма.

В это парень сам не поверил, но его одолела дрема, глаза начали закрываться, а сознание и всяческие негативные эмоции словно уплывали.

Поверь в то, что рядом я,

Пою тебе колыбельную...

Сквозь полудрему он услышал в словах отдышку, и тихое шуршание ткани. А потом тихие шаги...

Навеки пока ты есть, я буду здесь,

Для этих ночей мы не пленные,

и когда твой сон,

снова свяжет наши вселенные...

Голос звучал уже совсем рядом, но Гарри не понимал этого. Ему было так хорошо.

Закрывай глаза

И представляй то, что рядом я.

Драко замолчал, а брюнет, повинуясь словам, прикрыл глаза, погружаясь в сон, но тут же снова их открыл, резко вскакивая и тяжело дыша

— Драко? Что ты сделал? — без ненависти, без неприязни, просто ничего не понимая, недоумевая, как.

— Гарри, — Драко опустился на край кровати, нежно коснувшись щеки супруга. Тот продолжал непонимающе на него смотреть, — колыбельная предназначалась не для того, чтобы усыпить тебя, а наоборот — разбудить. Считай, что я создал ту самую атмосферу, при которой зло внутри тебя на время засыпает. И у нас его не так уж и много. С рассветом волшебство колыбельной рассеется, и до нового новолуния у меня не будет шанса снова ею воспользоваться. Понимаешь, о чем я?

Гарри понимал, более того, был не против. Но... Его всё равно мороз прошиб! И паника перешла в ту стадию, на которой наступает оцепенение. Нет, он не был девственником — этого «недостатка» его лишил всё тот же человек, который гордо именовал себя его мужем. Но... Он слишком хорошо помнил тот первый и единственный раз и... как оказалось, не был готов повторить.

Так что едва ладонь Драко медленно спустилась с лица на шею, и большой палец зацепил пуговицу рубашки, брюнет вздрогнул. Подобная реакция слегка удивила блондина, и он чуть отстранился, заглядывая в изумрудные глаза.

Без слов Драко понял, чем была вызвана подобная реакция. Перед ним был его Гарри, с которым он в прошлом обошелся не самым приятным образом, и, разумеется, та ночь оставила свой отпечаток, как бы он не пытался заглушить эти чувства.

Блондин наклонился близко-близко к лицу супруга, запуская руку в тёмные волосы, и выдохнул прямо в губы:

— Не бойся.

Драко целовал осторожно, сдержанно, давая время прийти в себя и до конца осознать ситуацию, и, возможно, давал шанс уйти. Поцелуй не принуждал, не подчинял, он показывал намерения блондина, словно тот извинялся и одновременно доказывал, что они равны. И Гарри, пусть до конца и не расслабился, но на поцелуй ответил.

Рука на шее снова задвигалась, осторожно поглаживала нежную кожу, и вот верхняя пуговица оказалась расстегнутой. Драко осторожно, никуда не торопясь расстегивал пуговицы одну за другой, пока Гарри не остался в одних штанах. Лёгкими, невыносимыми поглаживаниями, вторая рука блуждала по груди подростка, пальцы обвели контур пресса, покружили вокруг пупка. Гарри оторвался от губ, разрывая поцелуй, и тихо застонал, когда Драко неожиданно задел сосок, легонько, но чувствительно зажав тот между пальцев. Волна возбуждения прокатилась по телу, вопреки желаниям разума и страхам.

Драко снова завладел губами брюнета, не давая тому и шанса опомниться, и, не встретив сопротивления, когда его ласки стали более откровенны, незаметно двинулся ниже, задевая резинку шелковых штанов, тем самым вызвав очередной тихий стон. Малфой улыбнулся, когда изумрудные глаза затянуло дымкой возбуждения, и юноша сам откинулся на кровать, утягивая мужчину за собой. Тот, конечно же, разрешением воспользовался, и начал действовать более уверено, но, тем не менее, не настойчиво. Припал губами к шее, усыпая бронзовую кожу нежными поцелуями, с наслаждением вдыхал терпкий запах яблок, и чем ниже он спускался, тем ниже спускалась по стройным ногам и оставшаяся часть пижамы.

Драко по-прежнему не спешил. У них вся ночь впереди. Он целенаправленно распалял тело супруга, ласкал все открытые участки кожи, целовал туда, куда мог дотянуться. Пока Гарри не осознал, что его разум окончательно поплыл, и голос уже ему не подчинялся. Первый несдержанный стон послужил сигналом для блондина. Сам того не понимая, Гарри позволил стянуть с себя бельё — последнее, что защищало его от неизбежного. И тут же застонал, когда холодная рука сомкнулась вокруг его возбуждённой плоти.

Гарри уже не понимал, хотел ли он остановить это безумие или отчаянно желал продолжения. Он обвил шею партнера, притягивая того и припадая к удивленно сжатым губам. И сам же не менее удивленно вскрикнул, когда Драко втиснул колено между его сведенных ног, заставляя окончательно раскрыться.

А потом пальцы супруга, до этого массирующие яички, замерли в нерешительности возле ануса. Драко замер, обрывая поцелуй, глазами пытался найти глаза Гарри, и когда, наконец-то, смог поймать мутный взгляд, с облегчением увидел в их глубине согласие и поощрение на продолжение. И Малфой, не разрывая зрительного контакта, протолкнул палец внутрь. Подросток поморщился — ощущения были не самыми приятными, но осторожные массажные движения Малфоя позволяли привыкнуть и расслабиться. И когда блондин почувствовал, как муж сам насаживается, добавил второй палец. Ритмично двигая уже тремя пальцами, Драко был на пределе, а Гарри не прекращал стонать, и уже когда казалось, вот-вот наступит разрядка, пальцы неожиданно исчезли. Из груди вырвался протестующий стон, но тут к входу притронулось кое-что большее, куда более горячее.

Случилось все слишком быстро, не дав юноше испугаться. Он даже не успел поймать себя на мысли, что упустил момент, когда Малфой разделся, когда, повинуясь какому-то непреодолимому инстинкту, выгнулся, и Драко решительно подался вперед.

И все. Безумное, совершенно невозможное наслаждение. Не выдержав очередного мощного толчка, Гарри вскрикнул, впиваясь ногтями в спину мужчины. В этом было все: страх и сожаление, и невероятный, неземной восторг.

Задыхаясь от собственных эмоций и ощущений, Драко потерял контроль. Осыпая поцелуями лицо своего партнёра, он двигался жестко, сильно, ритмично. Прижимал к постели, и погружался в податливое тело снова и снова. Он делал это так, будто ждал целую вечность, а теперь получил желаемое. И остановиться уже не мог.

И Гарри полностью отдался его силе и власти, в этот раз окончательно и бесповоротно. Стонал в такт движениям, выгибался навстречу, пока бушующая внутри эйфория не вырвалась наружу, унося их далеко за границы вселенной, туда, где они были одни, едины.

— Я люблю тебя, — прошептал Гарри севшим голосом, когда Драко обессилено свалился на него.

Малфой улыбнулся, крепко обнимая супруга, и вместе с ним переворачиваясь на бок, зарылся носом в чёрную макушку, когда та удобно устроилась у него на груди. Теперь всё будет хорошо. Гарри отдался ему добровольно, брак закреплён. Волан-де-Морт уснул вечным сном и больше не проснётся. Этого более, чем достаточно, чтобы Гарри смог прожить отведённую ему жизнь, не беспокоясь о чужом влиянии.

***

Утро Драко началось, нет, не с головной боли, и отнюдь не с подступающей тошноты, оно началось с нещадно слепящего солнца. Кажется, уже был полдень, и блондин не только завтрак, но уже и обед пропустил. И тут его осенило. Он резко перевернулся набок, заглянул под одеяло, оглядел комнату, но черное лохматое чудо в поле зрения не находилось. Запаниковав, Малфой вскочил, быстро накидывая на себя смятую одежду и выскакивая из комнаты. Не разглядывая дороги, впрочем, как и не обратив никакого внимания, из чьей комнаты он выбежал, Драко метнулся вниз.

Нет, нет, нет.

Ему ведь вчерашняя ночь не приснилась?

Пролетев через гостиную, мимолётно бросив приветствие своим родителям и родителям супруга, блондин скрылся в коридоре, и только перед дверью в кухню, как и в тот раз пару дней назад, застыл в нерешительности. И, как и в тот раз, из-за двери донеслось насмешливое:

— И долго ты там ещё топтаться собрался, или всё же войдёшь?

***

Эпилог

Лорд Малфой недовольно сморщился, когда его собственный сын пронёсся мимо, невнятно бросив в их сторону подобие приветствия. Мужчина даже засомневался, что он их вообще заметил.

— Лили, сегодняшний праздник должен быть незабываемый, — весело защебетала леди Малфой, сжимая в своих ладонях хрупкую даже на вид руку рыжеволосой женщины, которая с утра никак не могла прекратить улыбаться. Её сынок спустился к обеду, улыбающийся, светящийся счастьем. Как и должно быть. Поэтому настроение подруги она поддержала и с готовностью кивнула. Женщины тут же защебетали о предстоящих приготовлениях, ведь праздник уже сегодня, а у них только полработы сделано, и то больше было взвешено на хрупкие плечи Гарри, который даже не подумал отказываться, и что не могло не радовать, даже не пикнул, когда Нарцисса заикнулась об их первой брачной ночи.

Разумеется, женской душе, требующей праздников, захотелось веселья, и она объявила повод превратить скучный семейный ужин в грандиозную вечеринку. На радостях Лили не стала сопротивляться и отдала всё в активные ручки подруги, и плевать, что внутри всё дрожит от ужаса, стоит представить бардак и количество посуды, которую придётся утром убирать. Конечно, можно позаимствовать эльфов у Малфоев, но леди Поттер уже настолько привыкла обходиться собственными силами, что пугал не столько сам факт уборки, сколько количество и масштаб.

Мужчины же, разместившись на другом конце стола, преспокойно попивали вино. Беседы супруг их не волновали, а вот им было что обсудить.

— То, что ты мне описывал, было довольно интересным феноменом, — заговорил лорд Малфой, чуть взболтнув бокал с красным вином, — однако, искать долго не пришлось. Мне однажды уже рассказывали о чём-то подобном, точнее предупреждал старый знакомый священник, когда я просил благословение для брака Драко. Оказывается, магический брак не только заложен на взаимной любви и верности. Для пары, не подтвердившей брак в первую же ночь, магия устраивает своего рода испытание, или, правильнее будет сказать, наказание. Она одновременно помогает и наоборот пытается влезть между супругами, устроить раздор; мешает другим, чтобы те не вмешивались, а может и в буквальном смысле заставить одного из супругов делать то, чего он не должен. Так что и твои уплывающие мыслишки на счёт Драко, и его же неожиданная потеря памяти — дело Магии. Я даже задумывался о том, что память о прошлом тоже она вернула. Ну не верится мне, что зелье способно вернуть то, что уничтожило смертельное заклинание. А вот то, что она никак не вмешалась в состояние Гарри...

— Скорее всего, решила, что Тёмный лорд и без её вмешательства прекрасно справится с отсрочкой воссоединения молодожёнов, — хмыкнул брюнет, делая маленький глоток из бокала, — Сам-знаешь-кто довольно крепко цеплялся за любой повод повлиять на состояние и мысли Гарри. А вылечить дыры в душе, к сожалению, даже Магии не под силу, так что это большая удача, что эльфы вообще согласились нам помочь. И как мне кажется, Магия не зря мешала мне показать Драко книгу. Может, она дожидалась подходящего момента? Может всё, что случилось, имело место быть?!

— Кстати, покажешь мне ту книгу? — в предвкушении подался вперёд Малфой-старший.

— Нет, не могу, — пожимая плечами, заявил Джеймс.

— Не можешь или не хочешь? — прищурился блондин.

— Не могу, у меня её нет, она просто исчезла, точно так же, как и появилась, неожиданно и бесследно.

Комментарий к Часть 21 and Эпилог

Ух, даже не верится. Три года прошло, как появилась первая глава, и честно говоря, я сама не ожидала, что ранее запланированный на миди сценарий, растянется на небольшое макси. И вообще, я планировала не больше 15 глав, а оно во как вышло...

Я надеюсь дорогие читатели, что вам "Люблю или ненавижу" понравился и вы не пожалеете о потраченном времени. Лично для меня было одним удовольствием писать его.

Прошу прощение, что я столь не многословна, просто понимаете... Фанфик он же как ребёнок для автор...

С уважением, ваша Лена=)

* Nickelback - Lullaby (пришлось немного изменить, чтобы в сюжет попадали слова)