Глава сороковая

- Да, Ксюш, да. Позвони моей маме, и всё сама узнай. За последние две недели ты разговаривала с ней больше меня, - устало повторила я, сидя в зале ожидания.

Самолёт должен прилететь только через час, поэтому у нас с Женей ещё осталось время перекусить. Фотограф несколько минут назад ушёл в кафе навынос, пообещав, что принесёт что-нибудь в качестве завтрака, а я осталась сторожить вещи.

Чудом успеваю выставить руку и поймать падающий рюкзак Кувшинова. Если бы объективы в этой сумке разбились об пол в момент, когда Женя оставил меня приглядывать за ними, то со мной тоже случилось бы что-то нехорошее.

- Ты уверена? Он точно останется у вас с ночёвкой? А твоя мама разрешит? – приблизительно, в сотый раз уточнила Смирнова.

Убираю телефон на несколько сантиметров от лица и обречённо вздыхаю. Сколько можно про это спрашивать?

- Да! Останется твой любимый Женя. Если ты не прекратишь меня мучить, то я сделаю так, что он улетит сразу в Москву!

- Зараза бесчувственная, - беззлобно процедила подруга, но, готова поклясться, в следующую секунду улыбнулась. – Тогда мне нужно подготовиться! Я в магазин, за краской для волос. Вдруг он заметит мои отросшие корни?

- Смирнова, угомонись! – попросила я и упёрлась затылком в спинку кресла. – Не красься, я тебя прошу. Или тебе напомнить, как в последний раз ты перепутала цвета и на время стала обладательницей зелёной шевелюры вместо фиолетовой?

- Ой, вот не надо тут! – обессилено пыталась заткнуть меня девушка. – Ладно, тогда нужно сделать макияж. Господи, сколько дел, а времени нет. И как я успею? – задала риторический вопрос собеседница, пока я еле сдерживала смех. – Удачно тебе долететь! Мне пора бежать.

- Хорошо, пока! Только не переусердствуй в косметике, - напоследок кинула я, но связь уже оборвалась.

Отключаю вызов и прячу телефон в карман джинс. Спать хотелось ужасно, особенно учитывая, что за прошедшую ночь мой сон длился меньше двух часов. Ближе к пяти утра Самойлов вернул меня в апартаменты и ушёл, а в полседьмого меня уже разбудил Кувшинов, сказав, что пора ехать в аэропорт. Я даже не успела толком проверить квартиру на предмет забытых вещей. Хорошо, что документы и кошелёк лежали в сумочке.

- И кто это у тебя так активно узнавал обо мне? – раздался за спиной знакомый голос, и я обернулась.

В нескольких метрах от меня стоял ухмыляющийся Женя. В одной руке парень сжимал пакет с фаст-фудом, а во второй – два стакана с апельсиновым соком.

- Ты давно тут стоишь? – проигнорировав чужой вопрос, уточнила я.

- Достаточно, - лаконично ответил он и, обойдя ряд кресел, сел рядом. – Держи.

Беру один из протянутых пакетов и открываю его. Внутри оказались бургер, сырный соус и картошка фри. Разворачиваю упаковочную бумагу и откусываю.

- Всё же, кто это? – «ненавязчиво» продолжил разговор парень и в один глоток осушил половину стакана.

- Любовь всей твоей жизни, - с самым спокойным выражением лица ответила я. фотограф, услышав это, начал судорожно кашлять, из-за чего мне пришлось несколько раз похлопать его по спине. – Спокойно! Ксюша это. Я пошутила, - друг поднял на меня шокированный взгляд, всё еще пытаясь отдышаться. – А может нет... да успокойся уже!

- У тебя очень странные шутки, - прохрипел собеседник и, наконец, выпрямился.

Понимающе киваю, даже не пытаясь спорить. Мне это и так известно, поэтому никакой обиды Женя своими словами не вызвал.

Стоило Кувшинову открыть рот, чтобы что-то сказать, как его прервал громкий звонок. Похлопываю по карманам, нахожу смартфон, на экране которого высветилась фотография Егора, и принимаю вызов.

- Алло, Ника? – голос Лаврентьева звучал донельзя довольным. – Привет!

- Привет, - вяло отозвалась я, хотя пыталась ответить так же радостно.

Бесполезно. Желание спать сейчас превышало всё остальное.

- Ты уже в аэропорту? – неужели по шуму вокруг это не понятно? – Тебе сколько лететь?

- Не знаю, - честно призналась я и откусила ещё один кусок гамбургера. – Около двух-трёх часов.

- Хорошо. Я встречу вас, - не замечая моего настроения, продолжал баскетболист. – Лиза тоже приедет. Точнее, мы будем на её машине.

Кувшинов рядом напрягся, а затем начал показывать что-то жестами. Судя по недовольному и даже чуть встревоженному выражению лица, его эта идея не вдохновила. Чего греха таить, меня тоже.

- Подожди, пожалуйста, секунду, - попросила я и закрыла динамик гаджета ладонью. – Что? – обратилась я к фотографу.

- Папарацци будут в российском аэропорту, - шёпотом крикнул друг и тыкнул в переписку с кем-то. Внимательно вчитываюсь в сообщения, которые подтвердили слова парня. – Ему никак нельзя там быть! Представь, что всплывёт в сети, если тебя после того случая с диджеем, встретит ещё один незнакомый парень!

- Но мы же изменили дату вылета! – возразила я.

- Она уже давно известна! Кто-то из подписчиков видел нас здесь, а там несложно сложить два и два.

В его словах была доля правды. Да даже не доля! Всё, что сказал Женя было правдой! В первую очередь, это будет плохо для меня. Фанаты блоггера не упустят возможности придраться ещё и к этому. А никакие объяснения, что я свободный человек, а Егор – просто мой друг, тут не подействуют. В любом случае, мне не хотелось, чтобы Интернет вновь присвоил мне статус «девушки лёгкого поведения».

Медленно киваю, пытаясь придумать, как это объяснить спортсмену. Лаврентьев с таким энтузиазмом ждал встречи со мной, что я просто не могла его расстроить. Вздыхаю и, собрав всё мужество в кулак, убираю ладонь с динамика.

- Егор, тут такое дело, - аккуратно начала я, нервно потирая шею. Хотелось отдать смартфон Кувшинову, дабы он сам всё объяснил, но я понимала, что должна сказать это сама, - не нужно нас встречать.

- Почему?.. – весь радостный настрой словно ветром сдуло. Даже через телефон я почувствовала, как он перестал улыбаться.

- Мы доедем на такси. Лучше жди дома, - наигранным голосом предложила я, но моя уловка не сработала.

- Почему? – повторил баскетболист.

- В аэропорту нас встретят папарацци. Женя считает, что это может плохо отразиться на моей репутации, - тихо объяснила я, но ответом мне стала тишина.

Если бы не тяжёлое дыхание на том конце провода, то я бы решила, что связь оборвалась. Но вызов не скидывали, поэтому приходится сидеть и ждать реакции друга.

- Хорошо, - было ясно, что он хочет добавить что-то ещё, но сдерживается. – Встретимся у тебя дома. До встречи!

- Егор! – быстрее чем успела подумать крикнула я. На мой резкий голос обернулось несколько туристов. – Я соскучилась.

- Встретимся дома, - повторил спортсмен и, прежде чем я успела что-то добавить, отключился.

- Чёрт! – гневно тычу в экран ни в чём не повинного телефона, грозясь создать новую царапину ногтем. – Почему всё так сложно?

- Мне казалось, что проблемой дня сегодня станет не Лаврентьев, - спокойно прокомментировал Кувшинов, листая какой-то рекламный каталог.

Не найдя в нём ничего интересного, парень небрежно захлопнул журнал и откинул его на свободное место, рядом с собой.

- А кто же? – спросила я, следя за каждым движением друга.

- Например, Самойлов, - словно это само собой разумеющееся, ответил Женя и, наконец, посмотрел мне в глаза. – Кстати, почему он до сих пор не здесь?

- Я попросила его не приезжать, - не выдерживаю зрительного контакта и перевожу внимание на собственные ногти. Нужно срочно сходить на маникюр или хотя бы перекрасить лак. – Не хочу с ним прощаться.

Друг как-то странно улыбнулся и потянулся за своим рюкзаком, продолжая усмехаться. Терпеливо жду объяснений, но они не последовали, поэтому спрашиваю сама:

- Что?

- Неужели ты и вправду думаешь, что он тебя послушает и не приедет попрощаться с тобой в последний раз? – тоном, которым часто разговаривают с детьми, произнёс фотограф. – Я достаточно давно знаком с Максимом, чтобы успеть понять две вещи: первое – он никогда никого не слушает, так что, если ты попросила его не приходить, то он точно сегодня здесь появится. Второе – ты слишком дорога для него, чтобы он пренебрёг возможностью увидеть тебя ещё раз.

Сказанное медленно, словно через толщу воду, доходило до мозга. А ведь правда: характер у блондина настолько протестующий и противоречивый, что нет ничего удивительного, если он меня не послушает. Он меня не послушает... он ОБЯЗАН меня не послушать...

- Ты думаешь... - аккуратно пыталась подытожить я, но Женин смех меня перебил. – Чего ты улыбаешься?

Друг не смог ничего объяснить. Он размыто кивал куда-то за мою спину. Пугающая догадка резко ударила в голову, из-за чего я быстро обернулась, задев сидящего за мной распущенными волосами.

- Тебе серьёзно казалось, что я упущу возможность ещё раз вынести тебе мозг? – на соседнем кресле сидел никто иной как Самойлов.

Не веря своим глазам, застываю на несколько секунд. Максим сидел рядом, улыбаясь во все тридцать два зуба и держа в руках огромный букет. Только он был не из роз, и не из лилий, и даже не из ромашек...

Это был огромный плюшевый букет, состоящий из мягких цветов-подушек. Каждый бутон сшит из нескольких тканевых частей.

- Я даже не сомневалась в этом, - в тон ему ответила я, но уже в следующую секунду с диким визгом повисла на его шее.

- Спокойно, принцесса, - пытался утихомирить меня парень, но сам не смог сдержать широкую улыбку. Обхватив мою талию, он поднял меня над полом и немного покружил. – Я принёс тебе нового друга, - сказал блондин, когда мои ноги коснулись твёрдой поверхности.

У меня в руках быстро оказалась вышеуказанная мягкая игрушка. Сейчас, держа её достаточно близко, я смогла рассмотреть в каждой сердцевине цветков смайлики, изображающие разные эмоции.

- Один цветок – одно настроение. А дальше сама разберёшься, - тихо подсказал на ухо Максим.

Мне очень хотелось расспросить его больше. Понять, что это значит, и при чём тут моё настроение, но вместо этого я положила подарок на свой чемодан и ещё раз обняла блондина. Возможно, я пыталась таким образом забыть про тот факт, что, скорее всего, это наша последняя встреча. Может, мне казалось, что чем дольше я нахожусь в его руках, тем медленнее двигаются стрелки часов. В любом случае, я пыталась найти рядом с ним спокойствие и гармонию.

Тем не менее, время – далеко не наша сговорчивая подружка, способная помочь, если мы хорошо попросим. Оно наоборот, начало течь быстрее с приходом Самойлова, поэтому, даже не успев ничего сказать друг другу, мы услышали громкое:

- Пассажиры, летящие по рейсу «Будапешт-Москва» просьба подойти к выходу А2. Посадка скоро начнётся...

Дальше механический голос повторил тоже самое, только на английском. Нехотя оторвавшись от блондина, я водрузила на спину рюкзак с документами и ухватилась за ручку чемодана, надеясь скрыть за этим дрожь. Делаю шаг назад, тем самым увеличив дистанцию между нами. Казалось, словно я пыталась осознать, что теперь это самое маленькое расстояние, на котором нам удастся побывать.

Открываю рот, чтобы поблагодарить Самойлова, но меня перебивают крепкие объятия со спины. Шокировано оборачиваюсь, дабы узнать, кто такой бессмертный, раз посмел вторгнуться в моё личное пространство столь наглым образом.

- Успел! Слава Богу! – произнёс Би-Ди, повиснув на моём плече. Диджей выглядел очень усталым и запыхавшимся, словно пробежал не один километр, прежде чем прийти сюда. – Так, начнём сначала. Первое, я буду очень по тебе скучать! – громко объявил он и сжал меня в объятиях с такой силой, что чего мне на миг показалось, будто из глаз посыпятся искры. – Второе, вот мой номер, - не успеваю ничего ответить, как в моей руке оказывается насильно вложенный помятый листок с комбинацией цифр, написанных от руки. – Третье, я просто обязан тебя поблагодарить!

- Боже! За что? – перебила я музыканта, наконец-то выбравшись из крепких мужских рук.

- Я знаю, что ты поговорила с моими родителями. Они позволили мне самому решить, что делать с дальнейшим обучением в Академии! – несколько секунд не верю в услышанное, а затем сама с диким визгом прыгаю другу на шею.

- Поздравляю! И что ты планируешь делать? – не скрывая любопытства, поинтересовалась я.

- Пока перейду на заочное отделение, а после гастролей посмотрю по ходу дела, - легкомысленно отмахнулся он, но я прекрасно понимала, что для этого парня сейчас нет ничего важнее диджейского пульта. – Прекрати убивать меня глазами!

Поворачиваюсь и сразу попадаю под испепеляющий взгляд Самойлова. Фотограф с нескрываемым презрением следил за каждым движением Би-Ди, готовясь в любой момент вмешаться.

- Ладно, тебе пора. Не хочу приобрести проблем от этого Мистера Ревность, - весело продолжил музыкант, держа меня за плечи. – Как прилетишь, позвони!

- Как ты узнал о... нас? – запинаясь, спросила я и обвела рукой себя и Самойлова. В ответ на это DJ рассмеялся.

- Ой, да брось! Только дурак не заметит, как он на тебя смотрит. Я это ещё в нашу первую встречу понял и быстро осознал, что у меня нет шансов, - немного грустно признался диджей и кивнул в сторону Макса. – Поторопись! Посадка начинается!

Действительно, в дальнем конце зала уже образовалась очередь из пассажиров, с билетами в руках. Потеряно оглядываю помещение, багаж, плюшевый букет, друзей, ища хоть какой-то знак, что делать дальше.

- То есть ты не обижаешься? – удивлённо уточнила я и покрепче сжала ручку чемодана.

- Ну... это неприятно, не буду врать, - честно сказал он. – Но сейчас у меня самого нет времени на девушек. Даже таких хороших, как ты, - от комплимента к щекам быстро прилила краска, но я старалась выглядеть всё так же непринуждённо. – На данный момент я хочу, как следует, оторваться на гастролях!

Не сдерживаюсь и крепко обнимаю друга.

Друг – теперь этот статус оправдан, и никто не имеет ничего против него.

Взаимность – вот самое прекрасное чувство на свете.

Не любовь, а именно взаимность.

Знать, что человек относится к тебе так же, как и ты, не требуя взамен большего – это шикарно!

- Спасибо! – искренне поблагодарила я музыканта, на что он засмеялся и прижал меня свободной рукой ближе. – Пока!

- Мы ещё увидимся! – уверенно заявил диджей и сделал шаг назад.

Теперь передо мной стояли Кувшинов и Самойлов. Если первый был довольный, словно кот, то последний пытался избежать любого зрительного контакта.

- Я помогу, - наконец, произнёс Макс и лёгким движением поднял мой багаж, словно тот ничего не весил. – Идём!

Молча следую за фотографами. Би-Ди остался около входа, объяснив это тем, что не хочет создавать толпу при посадке. Оборачиваюсь и машу крепко сжатым в кулачке номером телефона. Я обязательно позвоню ему. Чего бы мне это не стоило, ведь теперь мы официальные друзья.

- Приготовь посадочный талон, - напомнил Женя и встал рядом.

Поспешно роюсь в рюкзаке, стараясь лишний раз не поднимать глаз. Наконец, нужная картонка оказалась у меня в руках, и я выдохнула. Впереди часть зала, отрезанная от остальной площади охранными лентами, чтобы люди соблюдали очередь. Кувшинов уже занял в ней место, а я осталась стоять при входе. Макс не сможет туда пройти, значит нужно прощаться здесь.

- Что же, - начала я, не зная, что сказать дальше. Протягиваю блондину руку для пожатия, не до конца понимая, что делаю. – Спасибо за всё! Мы с Чарли будем по тебе скучать.

- Чарли? – удивлённо повторил Самойлов и вопросительно выгнул бровь.

Поднимаю повыше плюшевый букет, до сих пор зажатый подмышкой, и машу игрушкой, намекая на неё.

- Да, с Чарли, - парень быстро понял прикол и искренне улыбнулся, явно поражаясь моей фантазии. Но хороший настрой быстро улетучился, стоило мне взглянуть на быстро уменьшающуюся очередь. – Именно поэтому я не хотела, чтобы ты сюда приезжал.

- И почему же?

- Не хочу с тобой прощаться, - честно призналась я и нервно поправила широкую лямку рюкзака. – Мы вчера классно провели время. Не случилось бы ничего страшного, если всё закончилось на моменте, когда ты вернул меня спящую в квартиру. Мне бы даже удалось списать всё на прекрасный сон.

- То есть, вчерашнее свидание ты приравниваешь к «прекрасному сну»? – с хитрой ухмылкой уточнил Самойлов.

- Не отрицаю, - непривычно растягивая гласные, ответила я. Кидаю ещё один короткий взгляд на Кувшинова, который активно размахивал руками, призывая срочно присоединиться к нему. Кажется, мы одни не зашли в самолёт. – Мне пора.

Хватаюсь за ручку чемодана и делаю шаг в сторону регистрации, но крепкая рука дёргает меня на себя, заставляя вернуться в прежнее положение. Секунда и губы Самойлова накрыли мои, но в отличие от прошлых поцелуев, этот был самый нежный и трепетный.

Забыв о времени и Жене, запускаю пальцы в чужие волосы и притягиваю фотографа ближе к себе. Плевать, что меня ждут. Плевать, что через несколько минут я зайду в самолёт, который вернёт меня домой, в другую страну. Плевать на всё. Сейчас я молила лишь о том, чтобы время текло медленнее.

Знакомые руки сильно сжимали мою талию, не причиняя боли. К сожалению, кислород в лёгких быстро закончился, заставив меня прервать приятный момент.

- Теперь тебе правда пора, принцесса, - тихо прошептал Самойлов и махнул в сторону прыгающего около стойки регистрации Кувшинова.

- Да, пора, - повторила я и, не спеша, разорвала объятия. – Пока!

- Не смей оборачиваться! – крикнул вслед парень, стоило мне взяться за ручку чемодана. – Если я ещё раз увижу твои грустные глаза, то не сдержусь и оставлю тебя здесь!

- Хорошо, не буду! – в тон ему пообещала я и быстрым шагом нагнала Женю.

Кувшинов выдернул из моих рук билет, чудом не уронив Чарли, и повернулся к девушке за стойкой. Сейчас она проверит документы, я спущусь по лестнице и окажусь около самолёта.

- Пойдём! – поторопил меня друг и подтолкнул в сторону двери.

Позволяю ему нести мой чемодан, поудобнее перехватываю плюшевую игрушку и лямку рюкзака, а затем спускаюсь по ступеням. Последний пролёт, и мы уже стоим на улице, около трапа самолёта. Не теряя времени, бегом поднимаюсь по нему и протягиваю билет стюардессе. Миловидная блондинка улыбнулась и пропустила сначала Кувшинова, а затем меня. Немного медлю, не решаясь входить. Я точно что-то забыла...

Почувствовав на себе чужой взгляд, оборачиваюсь и сразу пересекаюсь глазами с Самойловым. Парень смотрел через окно в зале ожидания, находясь почти на этаж выше меня. Поняв, что я его заметила, он усмехнулся и одними губами произнёс: «Не оборачивайся».

Не в силах отвернуться, грустно улыбаюсь и так же безмолвно отвечаю: «Не могу», а затем быстро проскальзываю в самолёт.

Мы ещё долго переглядывались с Максом, когда я заняла место около иллюминатора. Фотограф, не стесняясь туристов, чуть ли не прыгал по залу, изображая разных людей и животных. Мы словно играли в «крокодила», пока бортпроводники в миллионный раз показывали технику безопасности в случае крушения. Я махала ему в ответ плюшевым букетом, не имея возможности сделать что-то большее.

Наконец, когда были проверены все ремни безопасности, послышался гул моторов и, и мы начали медленно выезжать на нужную полосу. Вот алюминиевый корпус воздушного судна проехал максимально близко к зданию аэропорта, и я ещё раз столкнулась глазами с Максом. В этот раз парень даже не пытался выглядеть радостным или счастливым. Вместо этого он одними губами прошептал:

- Люблю тебя.

- Я тебя тоже, - хоть бы он успел «разглядеть». 

___________________

Народ, это не конец)) 

Впереди нас всех ждёт приблизительно пятнадцать глав, так что не паникуем! 

Кстати, в этой главе 3,1К слов! Нужно сегодня ещё одну? 

P.S. Приятного прочтения;))

С любовью, Маша)