32

— Что? — перебив Светку, воскликнула Ксеня. — Погоди-погоди! Ты все рассказала Ярику?

Я тут же выглянула из-за плотной занавески:

— Но зачем?..

Света озадаченно молчала. Наверняка не ожидала такую бурную реакцию от нас с Царевой.

— Ну, что ты там стоишь? — всплеснула руками Ксеня. — Одна черешня торчит! Выходи, покрутись! Хвались, в общем!

— Да, тут нечем особо хвалиться, — пробормотала я, выходя из примерочной «кабинки».

— Ну, да… — поморщилась Елизарова. — Ты права! Сарафан откровенно стремный!

— Отстойный! — кивнула Ксеня. — Не сидит на тебе!

— Сама вижу! — буркнула я, затем обратилась к Свете: — По поводу твоего брата и нашего эксперимента! Зачем ты все рассказала ему?

Нет, меня особо не волновало мнение какого-то там брата Светы Елизаровой. Просто сейчас из уст блондинки эта история прозвучала так… отвратительно. Эти слова «купился», «прикол», «бедненький», «ботанидзе»… Я почувствовала себя просто ужасно. А ведь так и есть: Егор купился. Наивная добрая душа… Он всерьез считает меня Грохольской, а я все время откладываю «на потом» свою правду. Боюсь сознаться, что начала с ним общение только из-за дурацкого эксперимента. Он может все не так понять… Вот и вчера мы целый вечер гуляли по парку. Испробовали все самые экстремальные аттракционы. Летели вниз, волосы развивались от сумасшедшей скорости, я так визжала и крепко держала Егора за руку. А он, глядя на меня, хохотал во все горло. Было страшно. Очень страшно. Но открыть понравившемуся парню правду оказалось еще страшнее.

Света и Ксеня переглянулись.

— Ну, рассказала и рассказала! Что такого-то? — беспечно пожала плечами Светка. — Ярик, между прочим, поржал.

Мне стало совсем не по себе. Низко, низко, низко… Мы поступаем низко! Уже незнакомые люди насмехаются над этой ситуацией. Света поднялась с диванчика и двинулась к вешалкам с вещами, которые я для себя подобрала. Я же осталась стоять на месте как вкопанная. Царева озадаченно смотрела на меня. Конечно, для Елизаровой это все развлечение и шутка, она не придает произошедшему особого значения. Но Ксеня-то знает, что я гуляю с Егором вовсе не «по приколу»…

— Вот это милое платье! — донесся звонкий голос Елизаровой. — В полоску! Его возьмешь?

Я оглянулась. Да, именно оно мне понравилось сразу. Остальные даже настроение пропало мерить.

— Думаю, да! Его! — туманно отозвалась я. — Сейчас только этот нелепый сарафан сниму…

Когда я расплачивалась на кассе, Ксеня шепнула мне:

— Сегодня с Егором встречаешься?

— Вообще у него завтра зачет, — нахмурилась я. — Он дома готовится!

— Ты ему еще не сказала?

Мы вместе покосились на Свету, которая в это время вертелась у одной из витрин.

— Нет! Не могу! Не знаю, что со мной! — в панике проговорила я.

— Хочешь, я скажу? — предложила Царева. — Все-таки я всю эту кашу заварила…

— Вот еще! — рассердилась я. — Это совсем ерунда какая-то получится!

— Но почему ерунда-то? — не унималась Ксеня.

— Я тебе серьезно сказала: не лезь! — глядя в глаза подруге, прошипела я. — Все! Хватит! Это уже далеко зашло…

В этот момент у Елизаровой заиграл телефон. Она взяла трубку и, с кем-то разговаривая и улыбаясь, обернулась к нам. Встретились глазами. Света тут же стала серьезной и отошла дальше.

— Тебе не кажется, что вокруг слишком много лжи? — спросила я у Ксени. — Я от нее задыхаюсь, словно от духоты в общественном транспорте…

— Кажется, не кажется… — проворчала Царева. — Все будет чики-пук, не вешать нос, гардемарин Карнаухова!

Мы еще некоторое время побродили по магазинам, а затем направились к выходу. На улице уже смеркалось. Внезапно Елизарова, которая шла последней, вскрикнула:

— Ты чего так пугаешь?

Не знаю, кто это был… Но напугал он не только Светку. Я тоже чуть пакет с драгоценным платьем от неожиданности не выронила. Мы с Ксеней обернулись. Рядом со Светой стоял высокий длинноволосый парень. Я покосилась на Цареву. Подруга заметно напряглась.

— Яр, ты еще не уехал что ли? — поинтересовалась Света.

— В пиццерию зашел, приятелей встретил, — лениво отозвался Яр. Наверное, он говорит о том модном заведении, до которого я неделю назад так и не дошла. По милости Царевой, Егора  и… этого ужасного эксперимента. — Кого-нибудь подвезти?

При этом парень будто не замечал Ксеню, но почему-то в открытую пялился на меня. Захотелось даже прикрыться бумажным пакетом, что был у меня в руках.

— Спасибо, я тут недалеко живу, — пробормотала я.

— Даже если бы у меня отнялись ноги, — начала сердито Царева, — никогда бы не поехала с тобой!

— У тебя уже отнялся мозг, пожалей свои конечности! И я не тебе предлагал! — ответил длинноволосый парень, не отрывая от меня взгляд. А затем улыбнулся: — Кстати, я брат Светы — Ярослав!

— Очень приятно, Валя! — ответила я. Боже, ну что он так смотрит? Прямо пожирает глазами… Конечно, Елизарова ведь рассказала о какой-то неведомой подруге Ксюши Царевой, которая издевается над бедным «ботанидзе». Теперь ему, разумеется, любопытно поглазеть на такую бездушную девицу, как я…

— Валя, значит, — как-то подозрительно усмехнулся Ярослав. Елизаровы, кажется, все немного со странностями. Одна выбалтывает чужие секреты, другой пялится…

— Ой, да кто к тебе в машину сядет! — поморщилась Ксеня. — Волосатое лох-несское чудовище!

— Поверь, есть желающие, — с вызовом ответил Ярослав. — Высокомерная лохматая грымза!

Воу-воу! Кажется, я от удивления даже рот раскрыла. Это что за баттл тут происходит? Что за шум? Эти ребята не очень приветливы друг с другом.

— Прекратите! — взорвалась Света. — Вы опять начинаете?

— Мы продолжаем! — с раздражением ответил парень.

— И никогда не закончим! — не унималась Царева. Что-то подруга не на шутку разошлась. Хотя она первой начала наезжать на долговязого.

— Столько времени уже прошло, пора бы выбросить белый флаг! — проворчала Света.

— Не вижу в нем с тех пор особых изменений, чтобы поменять свою точку зрения! — сердилась Ксеня.

— Очки протри! — не отставал Ярослав.

Ого! Во дела! Они же прямо тут придушить друг друга готовы. Та еще картинка будет. Учитывая, какая веселая песенка на всю улицу льется в это время из динамиков. «Подходящий» саундтрек к драке.

— Ксень, мне пора! — зашипела я.

— А? — отозвалась раскрасневшаяся от злости подруга. — Иди, Карнаухова, мы еще с этой упырчатой шпалой не договорили!

Я кивнула, помахала Елизаровым и развернулась.

— Карнаухова? — окликнул меня внезапно Ярослав.

— Что? — тут же обернулась я. Странно было услышать такое панибратство по отношению к себе от малознакомого парня.

— Фамилия забавная! — широко улыбнулся Ярослав, глядя мне в глаза.

— Ага! Забавная! — пожав плечами, пробормотала себе под нос я. — Всем пока!

На улице уже почти стемнело. Я вышла на широкий освещенный проспект, затем свернула во дворы. Конечно, время еще не совсем позднее. На улице много прохожих. Но мне почему-то стало не по себе. Казалось, что меня кто-то преследует. Я резко обернулась, но не заметила никого подозрительного. Оставалось пройти всего пару домов. Я прибавила шаг. Ощущение слежки не пропадало. Я слышала, как за спиной шуршат кусты. Уже на полном ходу, предпочитая не оборачиваться, забежала в свой пустой двор. Когда меня нагнала высокая черная тень, я пронзительно заверещала.

— Карнаухова! Ты сумасшедшая! — раздался мужской голос сзади. — Ты че так орешь?

Я обернулась. Передо мной стоял озадаченный Петька.

— Я тебя убью! — прорычала я, замахиваясь бумажным пакетом. — Ты чего, как маньяк за мной крадешься?

— Крадешься? — возмутился Петя. — Да, я тебя еле догнал! Ты куда так чешешь? Что-то вкусное сегодня на ужин? Котлетки?

Я вновь замахнулась пакетом. Но Петька его тут же перехватил.

— Что прикупила? — невозмутимо продолжил друг. Видимо, он сам не ожидал, что так меня напугает. Поэтому сейчас виновато отшучивался.

— Платье! — буркнула я. — В полосочку…

— Интригует! — кивнул Петька. — Присядем?

Мы подошли к старой деревянной скамейке. Петя присел, а я осталась стоять рядом, задрав голову в вечернее чернильное небо.

Мне надоело молчать. Петька долго с мыслями собирается…

— Дома меня, действительно, ждут котлетки! — поторопила я друга.

— Куриные? — решил уточнить Петька.

— Я не шучу! — рассердилась я.

— Ладно-ладно, — вздохнул Петя. — В общем, Валь, я решил переводиться…

Чего? Куда? Я растерянно уставилась на друга. Затем присела рядом с ним на краешек скамейки.

— Филфак — это… Скажем так, не предел моих мечтаний! Я никогда особо не хотел там учиться. Сейчас сдам эту сессию и со следующего курса…

— Погоди! — помотала я головой. — Переводиться? Зачем?

— Ты знаешь, почему я туда поступил, — красноречиво посмотрев мне в глаза, ответил друг. — Но я не могу всю жизнь следовать тенью за Ксюшей.

Перемены — это хорошо. Это нестрашно и, наверное, неизбежно. Но у Петьки все произошло как-то тоже слишком быстро…

— Это решение назревало давно, — будто прочитав мои мысли, сказал Петя. — Просто в этом году не решился. У меня уже пару месяцев лежит список из деканата, какие предметы нужно будет сдать, чтобы перевестись… Осталось самое сложное…

— Подготовиться к экзаменам? — спросила я.

— Поговорить с Ксенией, — ответил друг.

— О-о, это да-а! — протянула я.

Мы с Петей переглянулись. Интересно, это его Елизарова надоумила? И, кажется, теперь я совсем немного начала понимать Ксеню… Если Петя переведется, мы с ним будем в разы реже встречаться. Там у него появятся новые друзья-одногруппники… Еще и новая девушка — Света. Даже не думала, что Петькина новость так меня расстроит. Как же наша «не самая святая троица»? Но думать только о себе, Карнаухова, эгоистично!

— Я же еще… это. Со Светой встречаюсь! — выдавил из себя Петька.

— Ой, да ладно тебе! — отмахнулась я.

Петя прищурился:

— Вы, конечно же, с Ксенией все знаете?

— Пф-ф! — негромко рассмеялась я. — Вы с Елизаровой еще те конспираторы!

Петька нервно взлохматил светлые волосы.