30

— Тщательно пережевываешь? — спросил я. — Хочешь распробовать?

— Если честно, просто не могу проглотить! — с кислым выражением лица призналась Валя.

— Все настолько плохо?

Наконец, Валя проглотила мясо и потянулась за своим бокалом.

— Господи, это ж надо так пересолить!

— Влюбилась что ли? — рассмеялся я.

Девушка быстро взглянула на меня и виновато проговорила:

— Может, суши закажем?

Я пожал плечами.

— Давай! Мне без разницы…

— Вот что я умею делать просто виртуозно, — проговорила Валя, потянувшись к телефону, — так это заказывать еду на дом!

— У меня, кстати, это тоже отлично получается! — улыбнулся я.

Спустя сорок минут мы заполучили долгожданный набор роллов. Вооружившись палочками, приступили к ужину. Ели молча, но при этом не чувствуя неловкости. С улицы, словно с южной набережной, по-прежнему доносилась живая музыка. Было уютно. И так по-настоящему.

— Когда допьем вино, предлагаю новый спор, — все-таки решил я прервать тишину.

— Это еще какой? — тут же насторожилась Валя.

— Спорим, что можно достать пробку из пустой бутылки, не разбивая ее?

Валя звонко рассмеялась:

— Ну уж нетушки! Здесь ты меня не проведешь! Я знаю, это старый прикол…

— Вот как, — удивленно произнес я.

— Неужели ты не заметил, что я тоже люблю спорить? — удивилась Валя.

— Не только спорить, но и проигрывать, — не смог удержаться я от колкости. Все-таки Грохольская уже два раза проспорила мне…

Валя тут же кинула в меня смятую бумажную салфетку.

— Перестань! — жалобно произнесла девушка. — Просто мне в последнее время не везет… Поэтому я решила завязать со спорами. Глупая это затея. Ничего хорошего из этого не выходит…

По-моему, мой спор обернулся очень даже хорошо. Сейчас сижу напротив самой красивой и необычной девушки, которую только встречал.

— А как друзья относятся к твоим пари? — спросил я.

— Лучшая подруга поддерживает. И сама чаще всего меня на подобное разводит, — Валя улыбнулась. — Папа подтрунивает, что я никогда не повзрослею. Мама ахает и хватается за голову!

Валя округлила глаза и зацокала языком, изображая, по-видимому, свою мать. Затем Грохольская рассмеялась.

— А вообще говорю тебе, споры — это ерунда, — продолжила девушка, внезапно став серьезной. — Особенно, когда они строятся на обмане. Тут можно столько дров наломать…

Валя замолчала. А я замер с палочками в руках. К чему она ведет? Я напрягся. Казалось, сейчас она произнесет что-то вроде: «Ну, вот ты и попался, господин Чудиковище… Признавайся, что вы с Яриком задумали? Зачем поспорили на меня?». Грохольская по-прежнему выглядела какой-то отстраненной.

— Да, обманывать — не очень хорошо! — откашлявшись, негромко произнес я. Кажется, попался.

— Тоже так считаешь? — подняла на меня глаза Валя. — Особенно лгать человеку, который тебе искренне нравится…

Мне уже было не по себе. Как она догадалась? Что ж, кажется, пора во всем сознаться. Но Валю словно прорвало:

— Это так подло и эгоистично вести двойную жизнь. И уже даже не забавно! Чем я лучше бывшего? Хорошо, что ты никогда не был в такой ситуации…

— Никогда не был? — эхом откликнулся я. Ничего не понимаю. — А что натворил твой бывший?

— Ой, лучше не спрашивай! — поморщилась Валя. — В сердцах про него ляпнула. До этого лгуна мне как до Китая пешком… До встречи с ним ни разу не чувствовала себя такой использованной. Ненавижу обманщиков! Оттого и еще печальнее, что я…

Валя снова замолчала. Словно не могла подобрать слов, чтобы описать все свое возмущение. Что «я…»? «Я вновь вляпалась в обман»? Так, кажется, мой спор принял не самый приятный оборот. После такой ярой обличительной речи как-то неудобно начинать свою исповедь на тему «Я не совсем такой, каким представился тебе в день нашего знакомства».

— Ладно, все мы не без греха… Всякие бывают обстоятельства, — осторожно начал я.

— Нет этому оправдания! — запротестовала, в свою очередь, Грохольская.

— Воу, не горячись ты так! — немного опешил я. — О’кей, обманывать плохо, я согласен!

— Ты тоже не любишь обманщиков? — спросила меня Валя.

— Я готов сжигать их на костре, — угрюмо отшутился я. И как теперь лучше сознаться в содеянном? Обманщик-то в этом случае я. — Тогда, может, пока переведем тему разговора?

Валя еще несколько секунд колебалась, будто решаясь что-то мне еще высказать, а затем утвердительно кивнула.

— Я ведь уже говорила, что жуткая трусиха?

— К чему ты ведешь?

— Ладно, ты прав! Не будем портить вечер! — согласилась она. — Выйдем на балкон? В этот час там просто волшебно.

Мы вышли на просторную лоджию. Отсюда открывался отличный вид на вечерний город. И ночное небо так близко от нас раскинулось безмятежным черным океаном, что, казалось, стоит только протянуть в открытую форточку руку, и можно потрогать его.

Некоторое время мы простояли молча. Каждый разглядывал в высокие панорамные окна суетную вечернюю жизнь и думал о своем. Затем я заметил в углу большой клетчатый плед.

— Я возьму?

— Что? Плед? — удивилась Валя. — Да, конечно.

Я бросил его возле стены и первым сел на пол. Похлопал ладонью рядом с собой.

— Давай сюда свой бокал…

Немного поразмыслив, Валя приняла мое приглашение. Мы сидели, прижавшись спинами к стене, чуть нагретой за день солнцем. Время рядом с Валей летело так стремительно, что становилось не по себе. Мы много болтали. Время от времени я без стеснения сбоку заглядывал Вале в глаза и чуть заметно улыбался. Было хорошо. Вдалеке под нами на широком проспекте плескался свет от фар. В депо неспешно двигались последние троллейбусы. А мне хотелось запомнить в мельчайших деталях все, что происходило со мной сейчас. Ее улыбка. Платье с открытыми плечами. Запах цитрусовых духов. Блеск глаз.

Внезапно Валя вскочила на ноги.

— Я сейчас! — быстро произнесла девушка и, едва не сбив свой пустой бокал, выбежала с лоджии.

Вернулась она с блокнотом и ручкой.

— Что ты хочешь делать? — заинтересовался я, глядя на Валю снизу вверх. Та, в свою очередь, вырвала несколько листков. Затем снова уселась рядом со мной, поделила листочки еще на несколько частей.

— Загадай персонажа и приклей мне его на лоб! — протянула она ручку и клочок бумаги.

— Ты серьезно? — удивился я. Такая интимная обстановка, а Валя...

— Конечно, серьезно! — нахмурилась Грохольская. — Я, если ты не заметил, никогда не шучу!

— Точно! — кивнул я, принимая из рук девушки ручку с бумагой.

Отвернувшись, быстро нацарапал на листочке фамилию и протянул его Вале. Грохольская, зажмурившись, послюнявила бумажку и, звонко шлепнув ладошкой по лбу, наклеила ее.

— Вообще я бы мог просто загадать персонажа, — проговорил я. — Мы здесь все равно вдвоем…

— Егорик, не умничай! — поморщилась Грохольская. — Ты бы мог потом запросто передумать, чтобы меня наколоть! А так — все задокументировано!

Валя важно указала пальцем на лоб.

— И заверено нотариусом, надеюсь? — подсказал я.

Валя только отмахнулась.

— Ита-а-к! — девушка довольно потерла ладони. — Начнем! Я человек?

— Да!

— Я женщина?

— Нет!

— Я мужчина?

— Просто бинго!

Валя шутливо ударила меня ладонью по плечу.

— Я молодой?

— Не совсем…

— Я актер?

— Нет!

— Я певец?

— Нет!

— М-м-м, я политик?

— Да!

— Я президент?..

После того, как Валя угадала персонажа, она заставила меня написать нового героя. Потом еще, и еще раз… Девушка, дурачась, задавала такие глупые наводящие вопросы, что я не мог сдержать смех. Мы так громко хохотали, что в какой-то момент мне показалось, что я могу охрипнуть. Всякий раз, отгадывая персонажа, Валя радовалась, словно ребенок.

— Обожаю эту игру! — веселилась Грохольская.

— Загадай и мне кого-нибудь! — попросил я.

— Ладно, сейчас…

Валя стала задумчивой. Затем лицо ее просветлело, и она быстро что-то настрочила. Я не смог сдержать улыбку. Все эмоции этой девушки были всегда написаны на лице… Кажется, она даже не умеет врать или просто лукавить. Такая искренняя и забавная Валя Грохольская. Почему я тебя не встретил раньше?

— Трам-пам-пам! — злорадно проговорила девушка, когда я сидел перед ней с наклеенной на лоб бумажкой. — Задавай свой вопрос!

Валя расположилась напротив, всего лишь в нескольких сантиметрах от меня. Ее близость пьянила не меньше, чем допитое красное вино…

— Я влюблен? — серьезно спросил я.

— Что? — растерялась Валя. За спиной девушки находился целый город. С горящими огнями и спокойным звездным небом над черными крышами.

— Я абсолютно влюблен? — решил уточнить свой вопрос.

— Егор, я не понимаю, — еле слышно проговорила девушка. — Ты сейчас серьезно?

— Если ты не заметила, я никогда не шучу, — повторил я фразу Вали, глядя ей в глаза.

Я даже не помню, в какой момент мы начали целоваться. На лоджии в это время было уже совсем темно. Сначала я взял Валю за руку, коснулся губами ее запястья, а затем притянул девушку к себе. Мы целовались в темноте, практически на ощупь. И никогда прежде поцелуи не действовали на меня так крышесносно. И пульс, подобно взрывам фейерверков, гремел в висках.

— Егор? Егор? — оторвавшись от наших поцелуев, горячего прошептала Валч

— Что такое? — из-за возбуждения я не мог сосредоточить свой взгляд на девушке. — Мы сильно торопимся?

Валя отрицательно покачала головой и, обхватив руками мою шею, на сей раз первой начала меня целовать. Потом все же остановилась и произнесла мне в губы:

— Бфитни Спифс!

— М-м? — промычал я, одновременно улыбаясь и целуя Валю.

Девушка снова отстранилась.

— Ты — Бритни Спирс! — со смехом проговорила она, отклеивая с моего лба бумажку. — Я ее загадала!..

— Ч-ч! — шикнул я на Валю. — Не отвлекайся!

Та послушно закивала. Я продолжил с напором целовать девушку, крепко прижимая ее к себе. Я влюблен. Я абсолютно влюблен. Черт возьми! Такая красивая, такая искренняя и такая забавная Валя Грохольская. Почему я не встретил тебя раньше?

Pov: Valya

Я вышла из душной аудитории и, обмахиваясь зачетной книжкой, словно веером, вприпрыжку направилась к друзьям. Ксеня и Петька дожидались меня, устроившись на широком подоконнике. В это время в корпусе было тихо — шли занятия. Я, не сдержав эмоций, пискнула от восторга. На весь пустой коридор.

— Сдала? Карнаухова, ты сдала? — соскочила с высокого подоконника Царева. — Поверить не могу! Ты же не готовилась?