28

— Но нам же нужно сделать видимость того, что это твоя квартира…

— Ты фильмов пересмотрела! — махнула я рукой. Как только Ксеня уйдет, спрячу фотографии. Я тут смелости набираюсь, чтобы правду рассказать, а Царева только усугубляет ситуацию с этим враньем. — Все мои аватарки из «Вконтакте» распечатала?

— А рамки какие подобрала? Можешь не благодарить!

— Сумасшедшая! — покачала я головой.

Мы разложили продукты для будущего ужина в холодильник, полили многочисленные цветы, протерли пыль…

— Признавайся, ты затеяла эту фигню с романтиком, чтобы я помогла тебе квартиру к Настиному приезду отдраить? — проговорила я, протирая полностью стеклянную дверь лоджии.

Царева злорадно расхохоталась:

— Нет, так случайно вышло… Честно!

— Ну-ну…

Здесь было так светло и просторно. Большая лоджия. Практически как еще одна комната. И вид на застроенный центр и зеленый городской парк был просто шикарный. А вечером здесь, наверное, такая красота… Эх, Света права. Район что надо… Я оглядела двор и тут заметила внизу знакомый силуэт.

— Смотри-ка! — сказала я. — Вон Петька тащится… Один.

— Один? — переспросила Ксеня, выглядывая друга. И все-таки в ее голосе звучали нотки радости.

— Ага! — откликнулась я, поглядывая на Цареву.

— А Света как же? — удивилась Ксеня. И тут же пронзительно завизжала.

От неожиданности я подскочила на месте. Что с ней? Она все-таки углядела рядом с Петькой Елизарову?

— Шмель! Шмель! — вопила Царева. — Гига-а-антский! Мамочки!

— Что? Где? — вопила я в ответ. Можно было еще добавить вопрос: «Когда?». Потому как головой я завертела словно «хрустальная сова» из одной небезызвестной передачи.

— Прямо над тобой! — заметалась по лоджии Ксеня. Я услышала грозное жужжание над ухом и, зажмурившись, понеслась вслед за Царевой. Словно два хомяка в стеклянном аквариуме мы носились из одного угла в другой. Наконец, до нас дошло выскочить в комнату и закрыть за собой дверь лоджии. Мы прислушались.

— Слышишь жужжание? — шепотом спросила Царева.

— Не-а! Только стук своего сердца… — серьезно ответила я.

— Это в дверь стучат, Карнаухова! — рассмеялась Ксеня и направилась в коридор. — Да уж, заставил этот шмель нас понервничать!

На пороге стоял довольный Петька.

— Я не опоздал? — весело спросил он. Чего это такой довольный притащился…

— Ты очень вовремя, — ответила я. — Как раз закончили все убирать!

— Действительно, вовремя! — рассмеялся Петька, щелкнув по носу удивленную Ксеню. Видимо такой раздухарившийся Петя ее тоже поразил. Обычно друг заходил, уткнувшись носом в свой смартфон, не замечая ничего вокруг…

Спустя пару минут раздался звонок. Следом за Петькой пожаловала Света Елизарова. Мы с Ксеней переглянулись. Интересно, до двора они дошли вместе или все-таки по раздельности?

— О, Петя, ты уже здесь? — не слишком правдоподобно произнесла блондинка. Мы с Царевой снова покосились друг на друга. Ксеня хмыкнула.

Петька прошел в комнату и тут же наткнулся на рамку с моей фотографией. Ксеня специально поставила ее на самое видное место.

— Хм, интересненько! — проговорил Петя, поглядывая на меня.

Я в ответ только пальцем у виска покрутила и кивком указала на Цареву. Петька улыбнулся. Ксеня же в это время металась по комнате:

— Ну как? Хороша холостяцкая берлога Грохольской?

— Хороша! — закивала Света. — Обожаю участвовать в этом вашем эксперименте! Только, мне кажется, книг мало…

— Правильно! Грохольская должна любить читать! — кивнула Царева. — Молодец, Света!

— А жонглировать Грохольская не должна уметь? — спросил Петя.

Вот точно! Спасибо за поддержку, друг! Все это уже походит на какой-то сумасшедший дом… А не на «холостяцкую берлогу». Но Света и Ксеня его будто не услышали.

— Лучше, если это будут книги по психологии и саморазвитию! — проговорила блондинка.

— Верно-верно! — вновь соглашалась Царева. — И положить книжечку на самое видное место… Парни любят серьезных девушек.

Ха-ха! Разве?

— Нужно посмотреть, вдруг есть что подходящее у Насти… — задумчиво продолжила Ксеня. — Может, есть у нее что-нибудь наподобие «Как делать большие деньги в малом бизнесе‎» Джефри Фокса или «Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей» Карнеги!

— Ох, классика! — с благоговением пролепетала Елизарова.

Петька уже подошел к небольшой книжной этажерке и достал оттуда яркую брошюру.

— «Как приучить к туалету…» — начал читать он. — Такое вам, девчонки, наверное, не подойдет?

Света Елизарова выглядела очень озадаченной. Я громко расхохоталась. А Царева словно фурия бросилась за брошюрой:

— Это, наверное, для Настиного глупого чихуахуа! Отдай!

— Успокойтесь с этими книгами, — отсмеявшись, сказала я. — Уже поздно, скоро чудик придет! Вот будет хохма, когда он тут всех вас застанет! А мне еще готовить…

— И переодеться! — будто сама себе напомнила Света, отправившись в Настину спальню.

— Что, Карнаухова, сегодня будешь со своим ботаником любовь строить? — спросил Петька.

Ой, какой же дурачина!

— Угу, — сказала я, листая мамину книгу с рецептами, — не все ж тебе одному романы крутить…

Петя сделал вид, будто не понял, о чем я.

— Вы хотя бы уже целовались? — не унимался друг.

— Отвали!

— С языком?

Я захлопнула книгу.

— Слушай, ты чего-то больно болтливый стал! Птица-говорун!

Ксеня, как обычно, не принимала в нашей перепалке никакого участия. Тут в комнате появилась Света.

— Как насчет брюк? — продемонстрировала она светлый брючный костюм.

— Это такое сейчас модно? — удивилась я, рассматривая предложенный мне вариант. — Брюки такие широченные…

— От бедра! — пожала плечами Елизарова.

Петька подошел ко мне, по-свойски обнял и вдруг выдал:

— Скажи, Валька, ведь не даром, сейчас напялишь шаровары…

Я тут же оттолкнула Петю.

— Ты что это? Хлеб у нас с Царевой отбираешь? — возмутилась я. А ведь Петька наши стишки терпеть не мог. Но они так нравились Свете… Неужели опять перед ней старается? Мы с Царевой вновь переглянулись. — Я тебя не узнаю!

— Да, были Петьки в наше время! Не то что нынешнее племя! — рассмеялась Ксеня.

— Сейчас запомнит вся Россия Петра-говоруна! — проворчала я. — Серьезно, уматывайте уже отсюда! Поздно! Сама со всем справлюсь…

— А макияж? — пискнула Света.

— Ты столько раз меня красила… уж что-то я запомнила! — запротестовала я. Меня все это пугало. Чем дальше, тем запутаннее… Хотелось уже скорее покончить со всем. Я решусь. Я обязательно решусь рассказать сегодня Егору всю правду.

— Ладно, — вздохнула Елизарова. — Я там на кровати еще пару комплектов оставила… И аксессуары к ним!

— Разберусь! — нахмурившись, кивнула я.

Ксеня первой вышла за дверь. Петька, сидя на корточках, долго возился со шнурками на кедах. Краем глаза я обратила внимание, как Света осторожно, чтобы никто не заметил, провела рукой по светлым взъерошенным волосам друга. Петя, опустив голову ниже, улыбнулся. А я резко отвернулась. Все ясно, вот какую игру они затеяли…

Интересно, как сейчас эта компания разойдется? Ведь Петя и Ксеня живут в одном доме и все время возвращаются вместе. Но парню наверняка захочется проводить Елизарову. Дождавшись, когда вся троица загрузится в лифт, я закрыла дверь и ринулась на лоджию, совсем позабыв про шмеля. Хотя он наверняка уже вылетел в открытое окно на улицу…

С высоты шестнадцатого этажа мои друзья казались совсем крошечными. Мне пришлось осторожно высунуть голову, чтоб разглядеть их лучше. Вот они остановились у того самого куста сирени, где я решилась поцеловать Егора… О чем-то недолго поговорили. А затем… разошлись все в разные стороны. Вот так новости! Если сверху провести между ними воображаемые линии, получится настоящий треугольник… Дела!

Вдалеке пронзительно заверещала сигнализация. Я прикрыла окно и посмотрела на теплый закат. Солнце, словно спелый персик, пряталось за высотные дома. Хорошо тут летом: можно распахнуть все форточки, пить чай, читать, слушать музыку и любоваться городом.

Ой, совсем скоро придет Егор, а у меня еще ничего не готово…

Я зашла обратно в комнату, забралась на высокий деревянный стул, в сотый раз раскрыла поваренную книгу, которая лежала на барной стойке. Страница сто сорок три. Мясо по-французски. В качестве соуса используют бешамель… Бешамель. Бешамель. Бешамель. Слово смешное. Я произнесла его громко вслух и хихикнула себе под нос. А как его готовить-то, эй? Об этом ни слова… Вновь зашелестела страницами. Эх, чувствую мое коронное блюдо Егор на всю жизнь запомнит…

Pov: Valya

Мы встретились с Яриком после пар в большой курилке. Признаться, я уже не мог дождаться, когда закончатся занятия. Предстоящий ужин у Вали занимал все мои мысли.

— У нас еще одна пара, — пожаловался Ярослав, чиркая зажигалкой. — Это вы там, дипломаты, филоните…

— Зачеты через три дня начнутся, — сказал я.

Ярик потянулся:

— А потом домо-оюшки. Вечером тусуемся?

— Не, — отрицательно покачал я головой. — У меня планы на вечер.

— М-м-м, — усмехнулся Ярик. — Даже не буду спрашивать, с кем… Предохраняйтесь только, дети мои!

Друг громко заржал.

— Ты, кстати, помнишь, какое я мороженое люблю? — спросил я.

— Ты о чем? — поперхнулся дымом Ярослав.

— Кленовое с-с-с… — Я замолчал, создавая интригу.

— С-с-слушай, иди в задницу! — сердился Ярик.

— С грецким орехом! Ты чего, дружище, забыл что ли?

Зажав в зубах сигарету, я похлопал Ярослава по плечу. Все веселье друга тут же куда-то улетучилось.

— И, кажется, это самое невинное из всех моих пожеланий, — невозмутимо продолжил я. — По-моему, в нашем договоре был какой-то пункт, связанный с Ксюшей Царевой…

— Я помню-помню! — с раздражением произнес Ярик.

— Смотри! Спор-то я выиграл. С Валей у меня все клеится…

— Кстати! — оживился Ярослав. — Я тут все собирался у Светы про Грохольскую поспрашивать. Откуда у твоей новой подружки карточка постоянного клиента в нашей «Черемухе»?

— Ну и? — равнодушно отозвался я. — Поспрашивал?

— Блин, да Светку же не выловить, — проворчал Ярослав. — Мама говорит, у нее какой-то хахаль появился, она целыми днями где-то пропадает, дома вообще не появляется. У меня теперь новая задача: выяснить, что за клоун пристал к моей сестре…

— Почему сразу клоун? — рассмеялся я.

— Поправить ему его клоунский грим, — не слушая меня, продолжил ворчать Ярик.

— Займись уже своей личной жизнью, отстань от Светы, — посоветовал я. — Она взрослая и умная девочка. Тем более, у тебя уже намечена цель.

Я, рассмеявшись, подмигнул. Ярослав снова взбесился. Интересно все-таки, почему он так реагирует на Ксюшу Цареву?

— Умеешь же испортить настроение! — пропыхтел Ярик, сердито туша об урну окурок. — Все, звонок уже был на пару, бывай!

Я проводил друга взглядом до корпуса. У самых дверей Ярик остановился, развернулся ко мне и выкрикнул громко, на всю практически опустевшую улицу:

— Давай, брат, верю в тебя! Сегодня вечером ты не посрамишь наш мужской род! У-ху!

На Ярика покосились сразу несколько студентов, которые спешили на занятия. Я ничего не ответил. Усмехнувшись, отправился на парковку.