19

— Хорошо! — выкрикнула подруга. И резким сердитым движением поправила очки.

— Ксень, все нормально? — спросила я.

— Все просто чики-пуки, Карнаухова!

— Мне кажется, или тебе не нравится, что Петька со Светой общается…

Царева наигранно фыркнула:

— Мне что? Пусть хоть с Папой Римским переписывается!

Я скрестила руки на груди.

— Ну-ну…

Царева как-то отстраненно посмотрела в мою сторону и тоже двинулась к выходу.

— Доброй ночи! — буркнула подруга.

— Да стой же ты! — схватила я Ксеню за руку.

Поверить не могу! Еще вчера Петька просил поговорить меня с Царевой по поводу их отношений, а сегодня вечером они творят такое…

— Ты, Ксенька, конечно, совсем не палишься! — покачала я головой.

Подруга удрученно посмотрела на меня:

— Думаешь, он заметил?

— Петька-то? Да он сейчас даже не обратит внимания, если из космоса летающая тарелка приземлится на его соломенную голову! Ксеня, неужели Петька тебе все-таки нравится?

— Не в этом дело! — поморщилась Ксеня. — Не симпатизирует мне этот возможный тандем! За Петьку волнуюсь… Ты просто не знаешь Елизаровых…

— Они людоеды? — со смехом предположила я. — Вампиры? Как Каллены!

— Угу, а Петька — Белла Свон! — захихикала Ксеня. — На самом деле, зря смеешься! Елизаровы могут быть очень коварны…

— Но ты же столько лет дружишь со Светой! — удивилась я.

— В плане дружбы у меня претензий нет, а вот в отношениях…

Ксеня замолчала.

— Я чего-то не знаю? — спросила я.

— Мне пора! Петька ждет внизу! До завтра! — Царева быстро чмокнула меня в щеку. — Закрой за мной дверь!

Проводив Ксеню, я еще некоторое время простояла в коридоре, прислушиваясь. Родители, похоже, уже спали. Ну, и что это было? Ксеня все-таки ревнует Петю? Или, действительно, боится, что коварная Света Елизарова разобьет нашему белокурому другу сердце?

Сама я долго не могла уснуть. Казалось, что в комнате слишком душно. Некоторое время рассматривала черное незашторенное окно. На кухне еле слышно гудела посудомойка. Я потянулась к телефону и посмотрела на экран. Новых сообщений нет. И ворочаюсь я уже сорок минут. А завтра к первой паре…

Я поднялась с кровати, на цыпочках подошла к окну и открыла его настежь. Теперь гул посудомойки сменил лай дворовых собак. Вдалеке со стороны проспекта шумели редкие в этот час машины.

В комнате стало намного свежее. Я решила, что теперь точно усну, но по-прежнему продолжала ворочаться. И все по кругу: посмотрела на время, проверила сообщения… Ничего. А Егор, наверное, сейчас уже давно дрыхнет и даже не представляет себе, как я тут мучаюсь от бессонницы! Вот уж воистину чудик! Разве сложно было за вечер хоть словечко прислать? Сразу видно, что он совсем не разбирается в женской психологии и опыта общения с девчонками у него — ноль.

Я так рассердилась на чудика, будто он был виноват в том, что я не могу уснуть. Зажмурилась сильно-сильно, пока не засверкали звездочки. Открыла глаза и все-таки нащупала телефон. Нет, невозможно же! Знаю-знаю, строчить первой — это не комильфо. Тем более, так поздно. Но я просто не могла по-другому!

«Спишь?» — написала я.

Егор ответил спустя несколько секунд: «Уже нет!»

Я надулась. Хотя какого ответа я ожидала. Чудик не был бы чудиком, если б вдруг ответил: «Не сплю. Все время думаю о тебе!». Представив себе такое сообщение, кажется, я даже немного покраснела.

«Тоже не сплю!» — не унималась я. Отправила сообщение и уставилась в потолок, по которому пробежал свет от фар машины.

«Я это понял;))» — ответил Дима.

А следом отправил еще одно послание: «Обо мне думаешь?»

Тут я задохнулась от возмущения! В моих мыслях все было совсем по-другому! И вообще, это Егор должен был мне первым написать!

«Да!» — честно ответила я. И приписала: «Думаю, какой же ты все-таки чудиковище!»

«А я думаю, какая же ты все-таки красивая!» — пришел мне тут же ответ от парня. Надо же, как непосредственно! Хотя, будь на месте Егора какой-нибудь мачо-мен, это сообщение показалось бы мне слишком банальным. Но от чудика оно прозвучало искренне и трогательно. Наверное, ему пришлось набраться смелости, чтобы отправить мадам Грохольской такое… Я негромко рассмеялась, уткнувшись в подушку. «Красавица и чудиковище», чем не начало истории о красивой и искренней любви?

Ой! Любви? Я сама испугалась собственных мыслей.

«Спокойной ночи!» — быстро напечатала я.

«Спокойной! Кстати, твой поросенок у меня в заложниках! Все условия выдвину позже!»

Что? Егор рискнул вернуться в «Черемуху» за моей игрушкой? Честно сказать, я была поражена. Чуть телефон из рук не выронила (который бы в этом случае, конечно, приземлился мне прямиком на лицо).