Глава 1

~Предупреждения~

Эта работа содержит множество нецензурной лексики и очень ОЧЕНЬ подробное описание интимных сцен. Воздержитесь от прочтения, если вам такое не приятно. А всем остальным, не советую читать в общественных местах:))

- Софи, пришел твой любимый клиент, - девушка завязывает полотенце мне на пояс и улыбается.

- Эверли, заткнись! Он же услышит.

Черт, я уже краснею. Джастин. Он приходит в кафе каждый вторник по утрам. Это самый яркий момент моей утренней смены в Grind Me - кафе недалеко от кампуса. Я работаю здесь в перерывах между лекциями в Университете Пенсильвании. The Grind Me обслуживает в основном профессоров и студентов, проживающих в квартирах за пределами кампуса.

Джастин определенно попадает в категорию профессоров. Я, конечно, не уверена, но в кафе он всегда заходит в очень дорогих на вид костюмах и галстуках. Не похож на парней из колледжа, которые ходят только в спортивных штанах и футболках. Он, наверное, лет на десять-пятнадцать старше меня. Но это не имеет значения. Он красивый, и он мне нравится. И это плохо, потому что у меня уже есть парень. Парень моего возраста. Но это всего лишь безобидное увлечение, верно?

Но Джастин... он вызывает мурашки по коже, просто заказывая кофе. Он высокий, по моим прикидкам, метр-восемьдесят. Густые темные волосы, карие глаза и ресницы, за которые любая девушка убила бы. Сегодня на нем темно-серый костюм с галстуком сливового цвета.

И его руки... я ими одержима. У меня много фантазий, связанных с его руками и моим телом. Держу пари, что он мог бы довести до оргазма за считанные минуты-эти идеальные пальцы знали бы, где именно изгибаться, в то время как его большой палец давил бы на мой клитор. Он, наверное, заставил бы меня кончить одной рукой, а другой разговаривал бы по телефону.

У меня много фантазий о Джастине, но каждый вторник я только наливаю чашку кофе и рассчитываю его. Всегда наличными, никаких карт. Я понятия не имею, как его фамилия. Я бы даже не знала его имени, если бы не услышала один из его разговоров по телефону, когда он вытаскивал двадцатку из бумажника.

«Это Джастин, скажи доктору Каллам, что это срочно, я подожду.»

Но не думаю, что мои фантазии когда-нибудь сбудутся. Да он бы даже не знал моего имени, если бы оно не было написано на бейджике жирным шрифтом.

- Софи, - он всегда обращается ко мне по имени. - Доброе утро, Софи. Можно кофе из зёрен темной обжарки. Мне кажется, у тебя на носу сливки... Софи? - о нет. Он разговаривал со мной, пока я фантазировала?

- Извините, задумалась, - он ухмыляется мне. - Темной обжарки?

- Да, пожалуйста, - он протягивает мне через стойку пятидолларовую купюру. - Удачного дня, Софи, - он снова улыбается, поворачивается и отходит.

Я смотрю, как он идет, пожирая его глазами. Дверь со звоном захлопывается, но я продолжаю наблюдать, пока он не исчезает из виду.

- Вау, это было круто, - Эверли обмахивается пакетиком с едой на вынос. - Сексуальное напряжение. Почему здесь так жарко?

- Прекрати.

Она любит дразнить меня. Мы проходим через это каждую неделю. Мне кажется, он всегда слышит ее хихиканье на заднем плане. И она всегда делает так, чтобы обслужила его именно я. Если она стоит за стойкой, когда он приходит, она сразу же находит себе занятие и смотрит, как я глазею на него.

- Ну ладно, хватит о таинственном красавчике. Ты собираешься трахнуться с Майком или что? Он уже месяц ждет? Это долгое время в нашем-то похотливом студенческом времени. А еще, ты самая старая девственница в нашем кампусе. Да и во всех кампусах, наверное.

- Я не виновата, что я встречалась с геем в течение двух лет, - я заправляю прядь волос за ухо и скрещиваю руки на груди.

- Чего? Подруга, тебе не показалось странным, что ты встречаешься с двадцатилетним парнем, который никогда не пытался засунуть в тебя свой член? - Эверли бросает бобы в мельницу и скептически поднимает бровь в мою сторону.

Я протягиваю ей стопку мешков Grind Me с надписью «для индивидуальной продажи» и прислоняюсь к противоположному прилавку.

- Я думала, что он просто уважает меня, а не боится вагин, - говорю я ей, пиная резиновый коврик на полу. - А еще я сделала ему минет, - я добавляю это, надеясь, что это веский довод в мою защиту.

- Ага, с выключенным светом, - фыркает Эверли.

Я прикусываю губу и отвожу взгляд.

- О Боже мой! Я же шучу, Софи, прости. Ну, а если серьезно? Парни любят смотреть, как им отсасывают. Так что твой Скотт представлял себе пацана вместо тебя... Ну ладно, прости, я заткнусь, - Эверли бросает кофейный пакетик под диспенсер.

Бобы разбегаются по столешнице и падают на пол, а она заключает меня в свои медвежьи объятия.

- Многие парни хотели бы трахнуть тебя, Софи. Правда. Как и Джастин. Он, наверное, просто беспокоится, что ты малолетка. Но ты все равно должна начать с Майка. Высокий, смуглый и красивый, мне кажется у него конский пенис.

- Господи, откуда ты набираешься этих слов? Напиши книгу, - я вырываюсь из ее объятий и хватаю метлу, чтобы смахнуть кофейные зерна с пола.

- Ну ты же мутишь с Майком, верно? Так просто покончи с этим. Майк горячий. Я бы его трахнула.

- Эверли!

- Но без презерватива я бы не стала. Безопасность прежде всего. Ты же записалась на прием в студенческую клинику? Потому что я еще не готова стать бабушкой, - Эверли запрыгивает на заднюю стойку и смотрит, как я подметаю. - Ты пропустила вон там.

- Эверли, тебе двадцать один год, и мы не родственники. Ты бы не стала бабушкой.

- Да пофигу. Семантика.

- Семантика означает совсем другое. Ты на чем специализируешься? - я оглядываюсь на нее, когда она достает булочку из коробки и разворачивает обертку.

- Я специализируюсь на профессоре Кэмдене, - отвечает она с набитым ртом. - И он лучше, чем эта булочка. Господи. Кто платит за это дерьмо?

- Очевидно, не ты, - говорю я, когда она выбрасывает булочку в мусорное ведро. - И да. У меня назначен прием сегодня после смены. Я даже побрила ноги и все такое, - я стягиваю резинку с запястья и собираю свои длинные каштановые волосы в конский хвост, прежде чем наклониться и убрать беспорядок Эверли в совок.

- А вагину? Там тоже? - Эверли снова лезет в коробку с булочками и достает пирожное, покрытое карамелью.

- Неееет... - медленно отвечаю я. - Я не думаю, что гинекологи к этому привередливы.

- Вау, а вот это уже вкусно. Сколько они стоят? - я думаю, ей все равно, потому что она не прекращает говорить и не проверяет ценник на полке. - Хочешь? - я отрицательно качаю головой, и она продолжает.

- Надеюсь, скоро ты получишь оргазм. Который у тебя будет в эти выходные. Если, конечно, Майк умеет это делать. Он еще не очень опытный, поверь мне. Но этому ублюдку лучше заставить тебя кончить своим языком или пальцами, прежде чем он воткнет его в тебя. Потому что первый раз это не так уже приятно, даже больновато. Так что да, думаю Майк захочет, чтобы ты была побритой. Я познакомлю тебя с Лией. Она просто восковая королева.

Она бросает недоеденное пирожное на стойку и достает из кармана мобильный телефон, пока я отвлекаюсь на клиента. К тому времени, как я заканчиваю готовить средний латте с ванильным фундуком и поворачиваюсь к Эверли, она заканчивает свой телефонный звонок и возвращается к поеданию брауни.

- Ну всё. В четверг. Я написала тебе адрес.

- Эверли! Я не соглашалась на то, чтобы меня натирали воском.

- Ой, да не ной ты. Даже к гинекологу ходить неприятнее, чем на депиляцию. Тебе понравится, поверь мне. Во время секса всё ощущается в десят раз сильнее, боже, - улыбается она. - Даже в джинсах. Я клянусь, что ты будешь возбуждена всю пятницу, пока твоя голая вагина будет тереться о джинсы.

- Зачем мы об этом разговариваем, - я отрицательно качаю головой.

- О чем это вы, девочки, толкуете? Как будете голые драться подушками на девичнике?

- Заткнись, Джефф, - Эверли даже не поднимает глаз от своего брауни.

- Ты не имеешь права так со мной разговаривать, Эверли. Я твой менеджер, это нарушение субординации, - Джефф учится на последнем курсе университета, как и мы. Его отец владеет этой маленькой сетью кофеен и одну дал Джеффу в управление.

- А ты не имеешь права сексуально домогаться нас, но все же делаешь это. Почему бы мне не созвониться с твоим отцом, и мы сможем обсудить мой иск о сексуальных домогательствах, пока ты будешь подавать свою жалобу на нарушение субординации?

- Отлично, - бормочет Джефф. - Хотя бы слезь со стойки. И запиши всю еду, которую ты съела. У меня камеры всегда включены, когда ты на работе, - он поворачивается и направляется обратно в свой кабинет.

На самом деле это не кабинет, а просто письменный стол, который он установил в кладовке, в комплекте с кожаным креслом, которое он купил в Costco однажды на выходных, протащив его через заднюю дверь, как будто он открывал империю, а не кафешку для студентов.

Эверли спрыгивает с прилавка, бормоча что-то себе под нос.

- У этого парня впереди большое будущее. В среднем звене управления, где он никого не будет мотивировать и раздражать всех подряд.

- Он не так уж плох, Эверли, - она бросает на меня взгляд, который говорит, что она не согласна. - Ладно, он плохой, - соглашаюсь я.

- Правда, - она возвращается к наполнению пакетов кофе и, к счастью, оставляет тему восковой депиляции.

Остальная часть смены проходит в разлитом латте, замороженном мокко и постоянном потоке студентов, и всяких бизнесменов, направляющихся в соседние предприятия. После смены я иду пешком до ближайшей автобусной остановки. У меня осталось меньше часа, чтобы успеть на прием в студенческую клинику. Презервативы легко купить, но, чтобы получить рецепт на таблетки для контроля рождаемости нужно обязательно пройти гинеколога.

На улице прохладно, осень уже в самом разгаре, и я плотнее закутываюсь в куртку, торопясь к остановке, радуясь, что автобус подъезжает как раз в тот момент, когда я подхожу.

Внутри автобуса довольно пусто, ведь сейчас позднее утро. Студенты уже на лекциях или всё еще спят. Клиника находится всего в нескольких остановках на Маркет-стрит, между Grind Me и моим общежитием. Я только однажды обращалась в клинику, на первом курсе, когда гнойная ангина одолела половину курса.

Когда я приезжаю, там тихо, администратор выглядит скучающим, в то время как несколько студентов ждут очереди, сидя в своих смартфонах. Она протягивает мне планшетку, заполненную бланками, и дает указание заполнить их и подписать каждую страницу, прежде чем вернуть ей.

Я сажусь и торопливо просматриваю анкету. Имя, студенческий билет, телефон, аллергии, история болезни семьи, дата последних месячных. Я заканчиваю и просовываю ручку под зажим, прежде чем вернуть все это администратору и снова сесть на кресло.

Я облегчено вздыхаю, когда через несколько секунд медсестра окликает меня по имени. Надеюсь, это пройдет быстро, и я выйду отсюда в ближайшие полчаса с рецептом в руке.

Медсестра - мило выглядящая женщина с широкой улыбкой, одетая в халат цвета зебры, и говорит мне называть ее Мари. Она начинает болтать, как только я выхожу за дверь, ведя меня в смотровую комнату, где она взвешивает меня и измеряет давление, и говорит, что мне нужно снять всю одежду с нижним бельем.

- Что привело тебя к доктору, Софи? - Мари смотрит на меня поверх своего блокнота, добродушно улыбаясь.

Держу пари, что внуки любят ее. У нее их три. Они на выходных гостили у нее. Она рассказала мне все это, пока брала мои показатели, жестикулируя и смеясь над выходками детей.

- Контроль рождаемости. Я бы хотела принимать таблетки, - я стараюсь говорить уверенно, несмотря на смущение. Она напоминает мне мою бабушку, женщину, которая меня вырастила. Моя мама родила меня на первом курсе колледжа и умерла, когда мне не было и двух лет.

- Хорошо, ты умная девочка, - медсестра одобрительно кивает. - Ты уже раньше была у гинеколога?

- Нет.

- Ну, тогда тебе повезло. Во вторник утром у нас хороший доктор. Он заведует акушерским отделением в главной больнице, но работает здесь несколько часов в неделю. В противном случае тебе бы достался интерн. А они-то не очень аккуратные. Я дам тебе минуту, чтобы разделась, а потом позову доктора.

Дверь со свистом закрывается за медсестрой. Я быстро раздеваюсь, все аккуратно складываю, пряча лифчик и трусы под рубашку и джинсы. Беру накидку и запрыгиваю на стол. О черт. Носки. Про них Мари не сказала. Странно, что я их не сняла? Или наоборот, было бы странно, если бы сняла? Я все еще размышляю, когда раздается стук в дверь, и голос спрашивает, готова ли я. Ох ладно, значит носки остаются.

Дверь распахивается, и входит Мари.

С Джастином.

С Джастином из кофейни.

Пиджак, в котором он был сегодня утром, исчез, его заменил белый лабораторный халат. Галстук цвета сливы, которым я была так очарована всего пару часов назад, все еще крепко завязан вокруг его шеи.

Господи. Мой краш из фантазий - гинеколог. Мой гинеколог.