33

После указания пароля, Витя оказался в неосязаемой, молочного цвета, дымке без запаха. Он не понял, попал в новое помещение или это библиотека заполнилась туманом. Звуков почти не было, только отдаленный гул, напоминающий завывание ветра. Стало жарко, лоб пощекотала капелька пота и он смахнул её тыльной стороной ладони. До невозможного захотелось поскорее покинуть это дезориентирующее пространство и он, вытянув руки, чтоб ни во что не врезаться, пошел вперед.

— Законы общей жизнедеятельности, — раздался громкий бас, — едины для всех Миров, Пространств и Галактик.

Когда Витя остановился, голос замолчал. Он огляделся и продолжил идти.

— Каждый субъект действующей системы, — громыхнул снова бас, Витя замер. Тишина.

«Ага, — подумал Витя, — пока я иду, он говорит, — и сделал ещё пару шагов»

— Является создателем собственного мира. — продолжилась речь.

«Наверное, это программа, о которой говорил Иван» — вспомнил Виктор и продолжил медленно идти. Голос продолжил рассказ в том же темпе, с которым Витя перемещался в молочном тумане. Медленно, растягивая каждое слово.

— Исключается вмешательство в естественное развитие мира — это первый закон. Нет единого верного пути — это второй закон. Баланс энергии в каждой Галактике должен быть нерушим — это третий закон.

Витя подготовился к длинному перечню, но после третьего пункта мужчина замолчал и вернулся механический женский голос с вопросом:

— Тритон, вы готовы пройти тест на знание законов общей жизнедеятельности?

Он хотел пошутить и спросить будут ли подсказки, но нестерпимое желание поскорее выбраться из тумана, заставило его просто ответить «Да». Пару минут была тишина. Витя прокручивал услышанные фразы в голове, стараясь успокоить внезапно нахлынувшее волнение. После паузы всё тот же женский голос начал задавать вопросы в форме теста. Сначала были простые — на повторение пройденного материала: что такое ЗОЖ, какой первый, второй и третьи законы. Виктор заключил, что с ними он справился успешно потому, что молочный туман окрасился в слегка зеленоватый оттенок. Дальше начались задачи посложнее — ситуативные.

— Если на соседней с Землей планетой возникла новая разумная форма жизни, то что произойдет с уровнем энергии миров планеты Земля? — Спросил механический голос и предоставил варианты ответов: А — энергии станет больше, Б — энергии станет меньше, В — уровень энергии останется без изменений.

Боясь ответить неверно, Витя замолчал и девушка уточнила повторить ли вопрос. Он ответил отрицательно, пытаясь увязать услышанное с вопросом. Про энергию — это третий закон, Земля и соседняя планета очевидно находятся в одной Галактике... Он почесал затылок, ответив «Б». С облегчением отметил, что дымка стала более насыщенного зелёного цвета.

— Вы заметили, что один из миров близок к гибели, но знаете, что в другом похожем мире человечество решило проблему путём внедрения новых технологий. Ваши действия? — следующий вопрос с двумя вариантами: А — найти способ помочь, Б — ничего не делать.

«Блин, — подумал Витя, — это так тупо наблюдать как мир гибнет и ничего не сделать» и ответил тоже «А». Туман вокруг него сделался оранжевым, стал покалывать. Механический голос из пространства прокомментировал:

— Ответ неверный. Каждый субъект действующей системы является создателем собственного мира. Если человечество гибнет, значит создатель не желает бороться и решать проблему.

Витя задумался. Наверное, доля истины в этом есть. Если человек сам не хочет справляться с трудностями, то вряд ли ему поможет чья либо помощь со стороны.

— Ваш товарищ узнал об истинном устройстве Вселенной. Он просит вас передать записку в один из миров, ваши действия? — Витя забегал глазами по оранжевому туману, вспомнив уговор с Геннадием. Откуда они знают об уговоре? Неужели каждое действие под наблюдением? Вариантов ответа тоже было два — передать и ничего не делать. В этот раз он ответил «Б», ведь «Исключается вмешательство в естественное развитие мира». Туман вновь сделался салатовым. Механическая леди задала ещё с десяток вопросов, заставивших Витю серьезно задуматься. Он бурчал под нос услышанные законы и раскручивал логические цепочки причинно-следственных связей прежде, чем дать ответ. Один раз пространство всё же окрасилось оранжевым, но потом уже становилось только всё зеленее и зеленее. Чем больше правильных ответов давал Витя, тем приятнее было находиться в тумане — он становился прохладнее и появилось устойчивое ощущение свежего воздуха.

— Последний вопрос, — произнесла механическая леди, — готовы ли вы вступить в должность администратора миров?

— А я могу потом уволиться? — не рассчитывая на ответ, спросил Витя.

— Если найдете замену, соответствующую 98% требуемых параметров, — вопреки ожиданиям ответила девушка, — вы можете покинуть должность.

Витя поколебался несколько минут, переминаясь с ноги на ногу, спросил о каких параметрах идёт речь, но услышал лишь повторение последнего вопроса. Стало страшно взваливать на себя ответственность за миллиарды жизней. Хотелось уединиться, подумать, принять какое-то взвешенное решение, но он вспомнил фото черной дыры вместо двадцати четырех миллионов людей в Австралии, исполинское дерево, разрушившее дом матери, Костины безумные глаза, когда Виктор сидел в темнице и последние слова, пусть не всегда любимой им, мамы. Неизвестно сколько времени он пробыл здесь. Может, когда процедура закончится, окажется что все миры уже рассыпались как карточный домик, оставив вместо себя только чёрную пустоту. «Помогу Ивану, — подумал он, — а потом найду себе замену» и ответил.

— Да, готов.

Туман растворился и он вновь увидел огромную металлическую рекурсивную дверь. На той, что в его рост, с треском закрутился круг в центре, раскрываясь будто объектив фотоаппарата. Не решаясь войти, Витя старался разглядеть, что внутри, но никаких силуэтов, очертаний или света не увидел. «Ладно» — собрался он с силами, сделав первый шаг в темноту.

Влево, вправо и прямо тянутся коридоры, настолько длинные, что сходятся в точку, а вдоль них устройства с мигающими разными цветами, лампочками. «Да это ж просто огромная ферма» — усмехнулся Витя, вспомнив прошлогодний ажиотаж вокруг криптовалюты. Он поднял голову, надеясь увидеть потолок, но этажерки с мигающими лампами тянулись так же далеко ввысь, как и в сторону, а вдоль коридора виднелось лазурное небо с белыми, быстро плывущими кучевыми облаками.

— Инициация завершена. Никнейм — Тритон. — вновь появилась механическая девушка. Добро пожаловать в Хроники Вечности.

Витя не стал отвечать на услышанное приветствие и задумался как найти в этом бесконечном пространстве Ивана. Что он там говорил? Собрать логи об ошибках и передать ему? Разве не должна быть какая-то инструкция для администратора или правила поведения в этих Хрониках?

— Эй, девушка, — крикнул он, забыв, что на такие команды голосовой помощник не реагирует. Он воспринимал механическую леди как живую, не хотелось осознавать, что ты совершенно один в этом бесконечном незнакомом пространстве.

— Где мой рабочий стол? — спросил Витя и ту же секунду перед ним возник щупленький, но широкий коричневый письменный стол с ноутбуком. Перед столом было балконное окно, за которым виднеется жилой дом. Он оглянулся — дверь исчезла, вместо неё теперь за ним были такие же бесконечные коридоры с мерцающими аппаратами. А кресло-то! В точности такое же, как в его квартире было! Кажется, стол немного другой и ноутбук серый, а не черный. Но рабочее место очень похоже на домашнее. Вот так, пара предметов способна заставить тебя испытывать смешанные чувства. Родная обстановка в неизвестном месте.

— Я смоделировала более привычную вам окружающую обстановку, — прокомментировала невидимая девушка, — но ограничения вашего мира могут снизить эффективность работы.

— Связать меня с Велесом, — сказал Витя, осваиваясь на своём новом рабочем месте.

— Велес не найден, — ответила голосовая помощница.

— Это как? — не понял Витя и зачем-то повторил, — Связать меня с Велесом, — но, получив тот же ответ, решил пообщаться с девушкой на отвлеченные темы, а с Иваном попробовать связаться позже.

— Ты кто? — спросил он.

— Голосовой помощник, модель два миллиона тридцать пять.

— Общая сводка состояния миров.

— Три миллиарда двести тысяч четыреста сорок восемь миров прекратят существование через четырнадцать тысяч четыреста секунд. Пять миллиардов сто тысяч девятьсот восемьдесят четыре мира прекратят существование через один миллион двести девять тысяч шестьсот секунд. Семь миллиардов... — механически отрапортовала она, обозначив ещё несколько немыслимо огромных величин по разным параметрам. Витя прикинул, что на текущий момент есть около двухсот миллиардов миров. Это что, он за всеми должен следить? Сотня миров — уже много, а тут даже не миллионы, а миллиарды! Срочно нужен Иван, чтоб всё объяснить. Или...

— Предоставь логи об ошибках для миров, у которых осталось меньше всего времени до прекращения существования, — обратился он к помощнице.

— Вывести информацию в пространство или на экран? — уточнила она.

Витя пожал плечами и ответил:

— Ну, давай в пространство.

Вокруг него появились миллиарды нитей от желтого до насыщенно-красного цвета и оплели его вокруг, на расстоянии вытянутой руки, образовав плотный непроницаемый цилиндр, уходящий светящимися стенками в высоту. Ярко мерцающие дорожки стремительно кружились, отчего Вите стало дурно и он глянул вверх, где остался кусочек неподвижного голубого неба. Подавляя рвотный рефлекс, он уточнил у девушки:

— Это что?

— Логи об ошибках. — ответила она, — вы можете группировать их, отправлять, изучать подробнее, удалять, сохранять.

— Отправить Велесу, — ощущая неприятный привкус во рту, сдавленно ответил он.

Нити расплелись и плотным потоком, как огромная радужная змея, устремились в глубину коридора, по мере удаления уменьшаясь в размерах.