Глава 15

Утром Габриэль не желал выбираться из спальни до самого обеда. Сначала он просто не мог проснуться, но ближе к одиннадцати стал подавать признаки жизни. И не раз уже пытались до него достучаться. После вчерашнего, а точнее, сегодняшнего события ночью, он вообще не желал попадаться на глаза альфе.

— Любовь моя, — Винсент уже в сотый раз постучался, — вылезай из своего укрытия. Нашел перед кем стыдиться. Со мной и похлеще бывало.

— Мне и здесь хорошо, — раздалось за дверью.

— То, что ты возбудился, это нормально, — улыбнулся альфа. Жаль, что омега его не видит. — У тебя это должно было происходить еще после шестнадцати, но ты в себе замкнулся. А сейчас с моим появлением все изменилось. Твой внутренний омега просто хочет ласки, поэтому и показывает это тебе.

— Все из-за тебя! — с обидой отозвался Габриэль, кажется, прильнув к двери и съехав по ней вниз, потому как следующие слова, уже куда спокойнее, прозвучали где-то снизу:— А ты еще и издеваешься надо мной. Я не могу справляться с теми чувствами, что возникают при виде тебя. А когда ты трогаешь меня, начинаю чувствовать себя пломбиром на солнце. Я хочу научиться это контролировать, но у меня ни черта не получается. Вся моя хваленная выдержка полетела к чертям! Проклятье, да даже во время течек у меня был больший контроль, чем сейчас. А что будет в течку, проведенную с тобой? Я вообще буду что-нибудь из этого помнить?

— Течка, проведенная с альфой, не влияет на память. Омеги все прекрасно помнят, — Винсент тихо постукивал по двери. — Во время течки с альфой омега даже может спокойно себя контролировать на определенное время. Даже сможешь смотреть фильмы и не забывать о гигиене.

— Спасибо, что не превратимся в животных на несколько дней, — съязвил Габриэль, слегка стукнувшись затылком о деревянную поверхность.

— Ты боишься мысли, что когда-нибудь у нас будут интимные отношения? — ласково проговорил Винсент.

— Да, — не стал крутить вокруг да около и просто признался.

— Я не тороплю тебя, — все тот же ласковый тон, — первый раз всем страшно. Я вообще облажался перед омегой в свой первый раз, — со смешком добавил альфа.

— И как же?

— Не сумел удовлетворить. Сам удовлетворился, а вот партнеру не хватило возбуждения.

— А при виде моего тела у тебя разом возбуждение сойдет, — уныло ответил Габриэль, вытянув ноги, что до этого поджимал к груди.

— Я возбуждаюсь только от одного взгляда на тебя. Мне нравятся твои параметры.

— Но ты не видел меня без одежды.

— И что меня, по-твоему, не устроит?

— Шрамы, — скривился омега.

— Я повторюсь, что тебя они не портят, — Винсент мысленно умилялся от такого поведения. Как ребенок. — Я не знаю, кто их тебе оставил, но я тебя люблю. И эти шрамы мне совсем не мешают любоваться тобой и называть тебя красивым омегой.

Шрам, что Габриэль скрывал под одеждой, отличался от того, что на лице. То еще приемлемо. Когда они ездили обновлять гардероб, омега видел выражение лиц девушек, что показывали их жалость и малую долю отвращения. Но профессионализм не позволил им держать это больше минуты.

— Ты можешь мне показать их, — улыбнулся альфа.

— Нет… Я не хочу увидеть к себе жалость или того хуже — отвращение.

— Я когда-нибудь показывал, что жалею тебя? — ухмыльнулся альфа, опускаясь на пол. — Максимум, что я могу показать, это желание уничтожить того урода, но ты же мне его имя не скажешь. Так что…

— Тогда уж уродов, — невесело улыбнулся Габриэль, напротив, поднимаясь на ноги. Щелчок открывшегося замка дал альфе понять, что можно входить.

Винсент подскочил, влетая в комнату и крепко обнимая любимого омегу. Сейчас альфа осознавал, что рад его видеть. Тот только успел тихо ойкнуть, а спустя пару секунд ступора (не ожидал такого резкого порыва) сомкнул руки на спине мужчины.

— Я люблю тебя, — прошептал альфа. — Никогда не сомневайся в том, что мне нравится в тебе все. Я приму тебя любым. Потому что ты мой омега, моя истинная пара. Я пометил тебя. И я счастлив.

Впервые за долгое время Габриэль готов был отпустить себя и позволить омежьей сущности проявить сентиментальность. В глазах само как-то защипало, а под конец признания он тихо швыркнул носом.

— Тш~ш, — Винсент успокаивающе погладил по спине, целуя в висок. — Все хорошо, любовь моя. Я рядом. Никто и никогда больше не посмеет тебе причинить боль.

— Я люблю тебя, — тихо-тихо признался Габриэль, позволив слезам катиться по щекам и еще крепче обнимая любимого альфу.

Винсент приподнял омегу, чтобы сесть в кресло, и устроил у себя на коленях. От этих трех слов сердце бешено стучало от радости. Винсент устроил голову омеги у себя на плече и стал слегка укачивать, как родитель, что успокаивал свое дитя.

— У нас с тобой все будет хорошо. Ты веришь мне?

Габриэль тихо согласно промычал и кивнул головой. Его успокаивало вот так просто сидеть в родных руках, чувствовать тепло тела, любимый запах и слушать самый прекрасный голос на свете. Винсент стал тихо напевать их серенаду, поглаживая омегу по голове. Альфа чувствовал, что любимому нужна защита, что он еще не окреп морально. Он все еще не привык, что его могут любить. Но альфа научит, всегда будет рядом. Он уже решил, что костьми ляжет, но сделает любимого счастливым.

***

Больше Габриэль не пытался убежать. Если он хотел уйти, то говорил об этом лично своему альфе. Вот и на следующий день, пока тот не ушел на работу, предупредил, что уйдет к себе. Три дня оказалось достаточно, чтобы последний раз насладиться жизнью в своем старом доме. Габриэль за малое время успел привыкнуть к квартире Винсента и считал ее своим вторым домом. Оставалось только собрать вещи.

— Мне когда за тобой заехать?

Винсент поцеловал омегу, не желая выпускать, а тот не захотел, чтобы его подвозили. Поэтому альфа только-только завязывал галстук.

— А когда ты сможешь освободиться?

— Сегодня в шесть у меня важное совещание, поэтому часам к девяти я буду свободен. Если хочешь, приеду и останусь ночевать у тебя. Передавай привет Джейсону и Мейлин.

— Обязательно, — Габриэль поправил галстук. — Удачи на работе, — и коротко чмокнув на прощание в губы, махнул ручкой и вышел из дома.

Как семья. Внутренний зверь альфы довольно вилял хвостом. Мир казался светлым и теплым, и ничего не могло испортить дружелюбную ауру, витающую вокруг альфы. Это замечали все. От такого человека можно было заряжаться положительными лучами. Винсент отправился на работу с четким намерением поднимать свой бизнес еще выше и выше.

***

Габриэль не терял времени зря. На сборы ушло чуть больше часа, он собрал лишь все самое необходимое. По большей части все осталось в самой квартире. И дабы занять себя чем-нибудь, решил наведаться в гости к Джейсону и Мейлин. Первый наверняка отсутствует дома, а вот мелкая должна уже была вернуться со школы. И омега не прогадал. Дверь ему открыла Мейлин. Заметив друга, девочка с радостным криком, кинулась его обнимать.

— А вот и зайчик, — с нежной улыбкой Габриэль пригладил растрепанные волосы девочки. — Спала что ли?

— Ага, — девочка потянула друга в квартиру. — Чай будешь?

— Еще спрашиваешь, — фыркнул омега и усмехнулся. Давненько он не заходил к ребятам в гости. Так ничего и не меняется. Но может это и к лучшему.

— У тебя классная одежда, — девочка усадила друга на стул. — А еще запах новый.

— Ухажер заботливый, не скупился на духи, — подмигнул омега, устраивая сложенные в замок руки на столе.

— А ты изменился, — довольно улыбалась Мейлин. — Прям светишься весь.

— Думаешь? — приподнял уголки губ, а взгляд напротив опустил на руки. — Я не ожидал, что моя жизнь так быстро может измениться. Всего-то четвертый месяц идет… Но истинному моему удалось пробить мои стены. Итог перед тобой, — развел руки, как бы показывая себя во всей своей красе.

— И как у вас там продвигаются дела? — девочка обратила наконец внимание на прическу. — Ой, какая красота!

Был собран небольшой хвост немного на боку и для красоты заколан двумя красивыми шпильками, и несколько прядей, что составляли длинную челку, отведены назад. В целом же волосы особо сильно Винсент не трогал, желая оставить самую красоту распущенной.

— Появился личный стилист, — подмигнул Габриэль. — Но постепенно я запоминаю, что он творит с моими волосами, так что вскоре все сам могу делать.

— У него руки золотые, — восхищенно произнесла девочка. — Отдаем тебя в хорошие руки.

Мейлин налила в чашки чай и достала пирожные, что купил братик. Очень вкусные, кстати. Две сладкоежки быстро их слопали, даже чай до конца не допив. Но по мере их исчезновения не закруглялись с разговорами:

— Тут ведь еще какое дело. С завтрашнего дня я переезжаю в новый дом.

— Переезжаешь? — удивилась девочка. — Куда?

— Попробуй догадаться, — загадочно улыбнулся Габриэль, закидывая в себя очередную вкусняшку.

— Ура! — Мейлин радостно захлопала в ладоши, а затем подскочила и крепко обняла друга, который стал ей вторым старшим братом. — Я так за вас рада!

Тот только успел отставить чай и облизать пальцы, чтобы не замарать в крему одежду любимой мелочи.

— Твоя поддержка и одобрение мне очень важны, так что спасибо. Брат твой наверняка будет в шоке.

— Не будет, — замотала головой девочка. — Мне кажется, что он давно знал, что что-то такое планируется. Он ведь неплохо сдружился с твоим альфой. Они даже созванивались пару раз.

— Когда это? — не без удивления спросил Габриэль. Впервые о таком слышал.

— Например, неделю назад, — припомнила Мейлин. — Джейсон очень долго хохотал и говорил что-то про два сапога. Или позавчера что-то на счет приюта.

— Ладно, с ними я отдельно переговорю. Сговорщики, — под нос проворчал омега и мягко отстранился. — Ну, а ты, Мей? Как дела в школе?

— Вроде ничего, — девочка вернулась на свое место. — У нас новый учитель физкультуры. Теперь каждый урок мы занимаемся на брусьях, на матах и на шведской стенке. Вот уж кто точно болеет за здоровый образ жизни. А поскольку у нас уроки сдвоенные, то мы еще успеваем поиграть либо в волейбол, либо баскетбол, а иногда в футбол.

— А по остальным предметам? Как твоя «любимая» химия? — не удержался от мелкой издевки Габриэль, прекрасно зная, как Мей терпеть не может этот предмет.

— Никак, — фыркнула девочка, — эта мигера сломала ногу и у нас заменяет ее биологичка. Хотя она все-таки много лучше.

— Ну-ну, не злорадствуй. Если преподаватель требует от вас многого, значит хочет для вас как лучше.

— Так она требует то, что мы не проходили, мы начинаем новую тему, а она ведет себя так, словно мы ее обязаны уже знать, — обиженно сложила ручки на груди.

— Потому что надеется, что хотя бы параграф следующий хоть кто-то из вас додумался прочесть, — хихикнул Габриэль. Чай быстро закончился и он стал так есть пирожное.

— Мы читаем, но все равно химию довольно сложно понять, — насупилась девочка, совсем забыв о сладком. — Не мое это. Мне больше нравится литература и физкультура.

— Но ведь я занимался с тобой, и брат тоже. Тебе все было дано в упрощенной форме. И что? Все равно беспросветно?

— Она требует не так, как мы понимаем, и не так, как вы показывали, — вздохнула Мейлин. — Это тоже самое, что вы бы мне объясняли, что три плюс пять будет восемь, а она исправит на пять плюс три, что так будет верно.

— Бедные дети. И это только седьмой класс… — в голосе так и сквозило издевательство.

— Ай ладно, — решила убежать от неприятной темы Мейлин, — прорвемся или устроим бунт. А теперь расскажи, куда ты переезжаешь? Где живет… Винсент, правильно?

— Правильно, — с улыбкой кивнул омега. — Сейчас он живет в квартире, что купили покойные родители ему на совершеннолетие. Там и устроимся.

— Ты же пригласишь нас на новоселье? — посмотрела на друга самыми честными глазами. — Винсент же не будет против?

— Еще бы он был против. Конечно. Сделаем все в лучшей форме. Тебе понравится в его доме. Ты ведь у нас любительница высоты.

— А какой этаж? — у Мейлин загорелись глаза. — Возьмем бинокль Джейсона и будем наблюдать за прохожими с высоты птичьего полета?

— Да, то, что они станут букашками, без сомнений, — избежал прямого ответа Габриэль. Пусть для малышки будет сюрприз.

— А район какой? Там все такие, как твой альфа?

— Да, район богатый. Я уже сравнил свою квартиру с конурой, — хихикнул омега, закидывая в себя последнюю пироженку. И хватит с него на сегодня.

— Ох, повезло же тебе, — мечтательно отозвалась Мейлин. — Когда-нибудь и я найду своего принца.

— Куда ты денешься, — относя кружку в раковину, Габриэль еще раз потрепал по волосам. — Но замуж не раньше двадцати.

— Почему? — удивилась девочка, вырвавшись из страны грез.

— Маленькая еще потому что, — на обратных ход она получила легкий щелчок по носу. — Ну, а теперь одевайся, пойдем прогуляемся.

— Точно!

Мейлин убежала в свою комнатку переодеваться. Зато будет возможность еще порасспрашивать друга о том, как теперь он представляет свою дальнейшую жизнь.

***

Первым делом они с ходили в парк аттракционов. У Габриэля остались деньги еще с оплаты за практику (деньги Винсента он из принципа не принимал), почему бы не побаловать себя и малышку? Той вечно подавать все, что повыше и по резвее. Но и омега был не прочь повеселиться с адреналином в крови. Чего только стоила катапульта.

Они неплохо провели время до самого вечера, пока на номер Мейлин не позвонил Джейсон, желая узнать, где носит его сестренку. Однако его быстро успокоили, что она с Габриэлем, посему Джейсон пригласил друга к ним на ужин. Тоже повидаться захотелось.

— Ходячий фейсконтроль не дает и шагу лишнего за дом ступить, — с тихим смешком отозвался Габриэль, отдавая телефон его хозяйке. — Скорее топаем домой, пока он сам не стал нас искать.

— Он же переживает, — улыбнулась Мейлин. — Он и за тебя переживает, поэтому, как я думаю, и сдружился с твоим альфой.

— У него очень чрезмерная забота, — Габриэль обнял малышку за плечи, прижимая к своему боку.

— Вот женишься и заведешь детей, он и о них заботиться будет, — захихикала девочка, обнимая друга в ответ за талию. Как же с ним было уютно.

— Боюсь, что тогда моего ребенка сильно разбалуют.

От одного лишь представления Габриэль готов был засмеяться в голос. А ведь неплохо бы сделать Джейсона крестным отцом.

— С таким богатым папой, его разбалуют раньше нас, — поддела девчонка, задорно смеясь.

— Ох, Божечки… Нужно ограждать ребенка от Винсента.

— А мне кажется, что малышу очень повезет в будущем с такими родителями, — задумчиво произнесла девочка, залезая в автобус с другом. Да, далеко они забрались от дома.

Сюрпризом оказалось и то, что дома их ждал не один Джейсон. Винсенту удалось, видимо, освободиться пораньше, и они вместе ждали возвращения Габриэля с Мейлин.

— Привет, — поздоровался Джейсон, сидя в кресле.

— Привет, — Винсент поднялся с дивана и подошел к любимому и Мейлин. Габриэль почти сразу же был зажат в крепких объятиях.

— Задушишь, — со слабой улыбкой омега похлопал по спине альфы, чтобы тот ослабил хватку. — Мы не виделись-то всего пару часов.

— А словно целую вечность, — Винсент вместе с омегой вернулись на диван.

— Как отдохнули? — Джейсон позволил сестре сесть на подлокотник кресла.

— Нас выбрасывало катапультой! — с горящим, чуть ли не маньячным блеском в глазах, отозвалась Мейлин вперед Габриэля. Если не знать, что говорится об аттракционе, можно поседеть раньше времени.

— Я предпочитаю скорость по дороге, а не в высоту, — захохотал Винсент, поглаживая любимого по талии.

— Оба варианта хороши, — отозвался Габриэль, поворачиваясь немного боком, чтобы была возможность спиной прижаться к теплому боку альфы. — Вот подрастет Мейлин и мы попробуем прыгнуть с парашютом.

— Ты прыгать не будешь, — качнул головой альфа. — Иначе я поседею от волнения.

— А ты и не узнаешь, — нагло усмехнулся Габриэль, вот только за такие слова его ущипнули за бок. — Ауч.

— Поверь, — шепнул Винснет на ухо, — я узнаю. И выпорю, если рискнешь это сделать.

От угрозы вместе с легким страхом приходило совсем не легкое возбуждение. Как же омежья сущность балдела с такого альфы. Властного, доминирующего, устрашающего, перед которым должно быть только одно — подчинение.

— В общем, — Винснет улыбнулся, — что на счет ресторана? Заодно отметим, что мы с Габриэлем съезжаемся.

— Какого еще ресторана?

— Самого обычного. Знаю, что дорогой вы не вынесете. Там слишком сволочные люди.

— Вы уже все обговорили, не так ли? — Габриэль обвел подозрительным и недовольным взглядом, как свою пару, так и дорогого друга.

— Да, — спокойно отозвался Джейсон, — мы уже решили, что ты сегодня окончательно оседаешь у Винсента, а твои вещи заберут грузчики, я проконтролирую.

— Вот уж нет. Сегодня я хотел ночевать у себя дома. В последний раз.

— Тогда я останусь у тебя тоже, — улыбнулся Винсент, — а завтра перевезем твои вещи ко мне.

***

Еще немного посидев в гостях, пара решила откланяться. Время позднее, а одной особе и уроки пора бы делать, да и Джейсону рано подниматься.

— Буду скучать по этой квартирке, — Винсент зашел следом за омегой, прижимая того к стене и опираясь руками по обеим сторонам от головы. — Но вот дилемма, я очень хочу видеть тебя в моем собственном доме. Знал бы ты, как я жду, когда мы станем одной большой семьей, как мы переедем в фамильный особняк, как я буду видеть твою улыбку каждый день. И я так счастлив, что ты согласился сделать первые шаги к этому.

— Не без твоей настырности, — слегка улыбнулся Габриэль, и так жался к стене, словно хотел с ней слиться. Даже руками в нее упирался.

А все из-за их позы. Слишком волнительная, особенно для впечатлительного и жаждущего больше узнать о всех прелестях отношений, омеги.

— И терпеливости, — альфа склонился к ушку омеги, слегка поцеловав его. Руки со стены он убрал, но переложил их на талию омеги, притягивая того к себе. — Как же я тебя люблю.

— И я тебя, — руками омега стал шарить по спине, то сжимая пиджак, то просто поглаживая. А лицо скрыл в груди, теперь без таинства вдыхая сильнее запах альфы. Это уже походило на зависимость.

— Раз уж мы не голодные, — Винсент приподнял омегу над полом, — то мы идем баиньки.

— В девять вечера? И хватит меня уже носить на руках, — последнее наигранно проворчал, обняв за шею.

— Да, — улыбнулся Винсент, приподнимая омегу еще выше, из-за чего последний смотрел на него сверху вниз, — в девять вечера мы идем в кроватку. Полежим, посмотрим фильмы в объятиях друг друга и в пижамах.

Габриэль слегка наклонился и из-за волос он полностью закрыл альфе всю видимость. Однако Винсент довольно хорошо изучил квартиру, поэтому мог найти спальню. Он аккуратно продвигался спиной вперед, не отпуская любимого вниз, только когда подошел в дверному проему, тогда поставил омегу на пол.

— Уже устал? — не удержался от подкола Габриэль, снимая с себя надоевшую кофту. Да и жарко в доме из-за отопления, что недавно включили.

— В скором времени ты узнаешь, как я могу не уставать, — усмехнулся альфа, скидывая пиджак и развязывая галстук. Как же он не любил эту удавку. То ли дело ленты-бабочки.

— 1:1, — смущенно ответил Габриэль, проходя в комнату вперед.

Все собранные сумки были отложены в дальний угол, лишь бы не мешались под ногами. И так непривычно без мелких вещей в доме, что были частью уюта. Комната казалась пустой.

Висент фыркнул, стягивая рубашку.

— Благо взял у Джейсона во что переодеться.

Хорошая была возможность на пару секунд полюбоваться телом любимого. Накаченные руки, грудь, упругий пресс — идеальное тело для альфы. А красота лица лишь добавляла еще одну монетку в копилочку. Габриэль вдруг почувствовал, что в комнате стало жарче, а в горле пересохло. Он быстро развернулся и без слов ушел на кухню.

Винсент усмехнулся, переодеваясь. Как же ему нравилось поведение омеги в такие смущающие моменты. Однако альфа буквально жаждал наконец увидеть тело любимого. Но ничего, он подождет.

После осушения двух стаканов холодной воды, Габриэль мог вернуться обратно и переодеться в домашние вещи. А еще он заметил, что альфа за ним как-то странно наблюдает.

— Ты их все еще носишь? — усмехнулся тот, оглядывая стройные ножки.

Вопрос не сразу был понятен, но проследив за чужим взглядом, до омеги дошло о чем речь.

— Да, а что?

— Ничего, — усмехнулся альфа, — в первый раз, когда я пришел к тебе, ты тоже в этом был и немного смутился.

— Еще бы, — фыркнул Габриэль, перебираясь в кровать, что недавно расправил, и не забыл прихватить с собой книгу. — Ко мне заявился тот, кого я совсем не ожидал и не желал увидеть на пороге собственного дома, особенно в домашнем виде. Я едва ли не захлопнул дверь сразу.

— Зато этот человек сейчас почти увел тебя под венец, — Винсент залез на кровать рядом, включая новости.

Просто семейная идиллия: Старший муж смотрит телевизор, а младший читает книгу, с очочками, все как надо. Габриэль не сдержал тихий смешок, представив, как выглядит все со стороны. И на душе так тепло становилось.

— Что у тебя там смешного? — заинтересованно спросил альфа, поворачиваясь к омеге.

— В книге ничего. Просто подумал кое о чем, — туманно ответил Габриэль и немного съехал на подушке, устраивая книгу на коленях.

— И о чем же?

— А что, так интересно? — поднял взгляд с книги на альфу, поправляя очки.

— Мне интересно все, что с тобой связано.

Альфа еще побыл несколько секунд под пристальным взглядом, словно его на чем-то проверяли, а затем Габриэль вернулся к прочтению книги с улыбкой отвечая:

— Подумал о том, как по-семейному мы выглядим со стороны.

— Так мы и есть почти семья, — улыбнулся Винсент на эти слова. — Не расписаны только, вот и все.

— Вот когда будет стоять штампик, тогда я буду считать нас семьей.

— Я ведь могу хоть с утра тебя в ЗАГС потащить, — усмехнулся Винсент.

— Извини, милый, но мне к этому еще морально подготовится надо. Так что перебьешься, — и в детском порыве Габриэль показал язык, возвращаясь к чтению. Все не выходит вникнуть в содержание из-за постоянного отвлечения.

— Хотя да, ты прав, надо будет организовывать банкет, — кивнул альфа, явно находясь на своей волне.

— Только пол Лондона не созови, — между чтением добавил Габриэль, слушая в пол уха.

— Только родственники и компаньоны, всего человек двести пятьдесят или триста.

Страшная цифра не желала покидать голову. Сколько бы Габриэль не пытался отвлечься чтением, он не вникал в смысл. Так что захлопнув ее и сняв очки, он погасил лампу на тумбочке и единственный свет, что остался в комнате, был от телевизора.

— Приму колечко, дам роспись и запрусь в особняке.

— Хорошо, компаньонов уберем и оставим родственников, сократим до двухсот. 

Винсент выключил телевизор, сейчас его это занимало много меньше, чем любимый омега под боком. А тот повернулся к нему спиной, накрывшись одеялом.

— Это не больше чем формальность, — усмехнулся Винсент, — исключительно дань уважения к роду.

— Для начала нужно познакомиться с твоими родными и посмотреть, примут ли они меня вообще. А потом уже говорить о двухстах приглашенных.

— Это не твои проблемы, — с улыбкой ответил Винсент, — костьми лягу, но ты войдешь в мою семью и никто и слова не скажет.

Габриэль спустя пару секунд стал вошкаться, пока не пододвинулся ближе к альфе, спиной прижимаясь к его груди.