Глава 10

С собой Габриэль захватил только телефон с ключами от квартиры. Сверху накинул куртку и только после этого вышел из дома, а вслед за ним альфа. И галантный джентльмен снова помог сесть в машину, ловя на себе и на Габриэле заинтересованные взгляды. Даже какие-то альфы с удивлением на них посмотрели, но угрожающий взгляд Винсента, который не переставал улыбаться, заставил их отвернуться.

Альфа вел машину уверенно в центр города, решая начать с менее крупных бутиков. И все равно роскошь чувствовалась за милю. Но другого Габриэль и не ожидал. Не повезет же его альфа в торговый центр. Не солидно как-то.

К ним сразу прибежали девушки-консультантки. И судя по обращениям, Винсент тут не в первый раз. Мягко подтолкнув Габриэля к девушкам, альфа устроился на мягком диванчике. Даже расспрашивать не стали о том, чего бы омега хотел на себе увидеть (а даже если бы и спросили, Габриэль все равно не знал бы, что ответить). Дамы были профессионалами своего дела. Одного внимательного взгляда на посетителя достаточно, чтобы начать подбирать то, что подошло бы ему. И конечно же, что бы понравилось их постоянному уважаемому клиенту. Ведь то, что тот привел в бутик своего омегу, было ясно с первой секунды — выдавал благоговейный взгляд альфы, направленный на свою пару.

Винсент только тихо посмеивался над растерявшимся омегой, спокойно делая глотки чая. Пока две девушки подбирали одежду, третья спокойно уложила две стопочки вещей для альфы. Все уже давно знали его предпочтения.

Пошла проба. Первый наряд оказался простеньким на первый взгляд. До тех пор, пока не видно цифру с тремя ноликами. Габриэль предстал перед альфой в черных приталенных брюках, сверху надета белоснежная короткая футболка, почти топик, и сверху черная, под цвет брюк, немного мешковатая кофта, открывающая шею и ключицы, и хорошо подчеркивающая талию. Рукава доходили до локтей. Даже волосы собрали в интересную прическу — полностью не убрали, а только пару прядей назад, но от этого уже образ выходил иным.

Винсент отставил чашку с чаем, так и не донеся ее до рта. Встал с дивана и подошел к омеге, устраивая руки на его талии.

— Ты прекрасен, — восхищенно прошептал альфа.

— Спасибо, — смущенно улыбнулся омега, цепляясь за предплечья мужчины.

— Мистер Фантомхайв, позвольте нам показать Вам дальнейшие вещи? — влезла одна из девушек с фирменной улыбкой.

— Вперед, — с энтузиазмом отозвался Винсент, целуя ладошку омеги в качестве поддержки и возвращаясь обратно на диван.

Габриэль уже смирился с тем, что представляет с собой куклу, которую переодевают так, как захотят, и показывают хозяину. И уже по тому, как альфа пришел в восторг от первого наряда — тот точно попадет в гардероб омеги.

Следующим в списке были вещи зеркально первому: те же брюки, но в этот раз белоснежного цвета, к ним черная рубашка с незастегнутыми двумя верхними пуговицами и сверху белый пиджак, полностью распахнутый. К аксессуарам добавили ремень и серебряную цепочку, а волосы закрепили красивой заколкой (мелькнула у Габриэля мысль, что с бриллиантами).

В итоге альфа и вовсе потерял дар речи. Вот покажите ему сейчас человека, который скажет, что Габриэль не прекрасен, он того прибьет.

— Ну и как? — спросил Габриэль и, действуя по совету девушек, покрутился перед альфой.

— Ты кто такой? Куда дел моего любимого замухрышку?

Габриэль тут же смущенно отвел взгляд. И без этого неловко было, а из-за советов консультанток, и того хуже. Плюс пожирающий взгляд истинного. И это только начало пути. Омега-то видел, сколько всего ему предстоит перемерить и уже смирился со своей участью.

— Ты у меня самый красивый, — обнял со спины.

— Сколько же денег сегодня ты на меня потратишь…

— Если тебя волнует мой счет, я покажу чековую книжку, — поцеловал альфа в висок. — Поверь, я и на сотую долю не обанкрочусь.

Уже не было сил оставаться безучастным. Это следовало сделать еще во время принятия метки, а возможно, и еще раньше, но Габриэль постоянно себя одергивал. Благодарность тому, кто искренне полюбил, кто меняет его самого, заставляет верить в настоящее счастье в этом мире, залечивая раны прошлого. Габриэль обернулся в руках мужчины, накрыл его щеку своей ладошкой, а на второй оставил нежный поцелуй.

Конечно, с настоящим это не сравнится, но у Винсента земля уходила из-под ног уже только от этого поцелуя. От переизбытка чувств он вновь приподнял омегу над полом, крепко обнимая.

Скорей на автомате Габриэль обнял за шею и плечи, прижимаясь к ставшему родным теплу. Тихие смешки продавщиц напомнили альфе, что у них еще много дел. Он поставил омегу на пол, оставляя поцелуй на лбу на месте шрама. Кажется, он скоро привыкнет к этому.

— В общем, не думай о деньгах. Я куплю все, что ты захочешь, — альфа с улыбкой подтолкнул омегу к примерочной.

И его тут же подхватили за обе руки. Примерка продолжалась и кажется прошло около трех часов, после чего Габриэль осознал, как сильно он устал. Вроде бы ничего не делал, но выжали из него все соки. А сколько шмоток было куплено… Багажник был полностью забит, плюс несколько пакетов покидали на заднее сидение.

— Почитай на досуге журналы, что тебе девчонки сунули, — Винсент, смотря на дорогу, протянул руку и сжал ладонь омеги в своей. — Ты даже не представляешь, как ты преобразился. Я думал дар речи потеряю насовсем.

— Ты сегодня меня уже достаточно смутил, — Габриэль немного отвел руку, чтобы переплести их пальцы. — Не знаю даже, как теперь появлюсь в университете. Меня вообще узнают?

— А тебе не все ли равно? — альфа усмехнулся. — Пусть теперь подавятся своими злыми языками.

Как бы от зависти люди не стали его принижать. А ведь это вполне возможно. Сколько подобного Габриэль насмотрелся в приюте… не хотелось бы окунаться в прошлое. По большей части в университете он был неприметным омегой, если не сказать, что его больше как бету воспринимали. А теперь даже реакции представить сложно.

— Когда ты в университет собираешься? — Винсент улыбнулся, притянув руку омеги и поцеловал ладонь. Это действие быстро вывело из тяжелых дум.

— На следующей неделе начнутся занятия.

— Как раз успеешь свыкнуться с мыслью, что я теперь от тебя не отстану, а еще, — Винсент остановил машину на светофоре. — Я попросил девушек занять тебя на пятнадцать минут с одним из костюмов, а сам сгонял кое-куда. Решил, что это пока временное, чтобы все знали, что ты занят.

Альфа достал из кармана куртки небольшую бархатную коробочку, протягивая его омеге. Тот даже открыть боялся. Нужно быть идиотом, чтобы не догадаться, что именно ему решили подарить.

Милое колечко. Серебряное с бриллиантом. Габриэль все слова растерял, разглядывая «пустяковый» временный подарочек.

— Это пока не предложение, — альфа немного смутился, — ты сам еще не готов. Поэтому просто колечко, чтобы окружающие думали, что ты помолвлен.

— Да неужели? — нервно усмехнулся омега, доставая кольцо, но пока еще не надевая на безымянный палец. — А с предложением какое будет? С изумрудом? Рубином? Или сапфиром?

— Еще не решил. Но я думал, что золотое.

Не услышав приписок к золоту, Габриэль вздохнул свободнее. А в машине воцарилась минутка молчания. После детального осмотра, омега все же попробовал надеть на палец. И удивительно, как удачно Винсент подобрал размер. Габриэль немного вытянул руку, разглядывая эту красоту.

— Нравится? — скромно поинтересовался альфа, ловя сие действие с улыбкой.

— Было бы странно, если бы я ответил отрицательно.

— Ну, — Винсент вздохнул с облегчением, — ты мог опять начать говорить про скромность.

— А это как-то мне поможет? — скептически поинтересовался, снимая кольцо и кладя обратно в коробочку. — Ты ведь все равно заставишь меня изменить мнение, вбив в голову, что это в порядке вещей.

— А разве нет? — усмехнулся альфа. — Я хоть и учился на экономиста и экономить умею, работа научила, но пока не вижу в этом смысла. А на счет чека, — альфа заехал во двор, паркуясь, а затем полез в портфель, лежащий на заднем сидении, и достал оттуда кипу бумаг. — Это мой личный счет. Счет фирмы даже не буду показывать.

По мере прочтения Габриэль несколько раз сглатывал и прочищал горло. Ему в пары достался миллионер.

— С каждым месяцем я расширяю постепенно бизнес, — Винсент откинулся на сиденье, задумчиво постукивая пальцами по рулю. — Так что он постепенно увеличивается. Поэтому подумываю обновить машину. Хотя я привык к этой красавице.

— Однажды ты обмолвился, что собирался открыть ресторан, — Габриэль вернул бумаги обратно хозяину.

— Отправил неделю назад Марка подбирать помещения, — улыбнулся альфа. — Подберет вариантов пять или шесть, а там будем решать. На строительство сейчас тратить нет смысла, когда помещение можно купить дешевле, чем еще год назад.

— Ему ведь только недавно должны были гипс снять. У тебя совесть есть?

— На нем заживает все, как на собаке, — покачал головой Винсент, — да и ему в радость сейчас выбраться из дома. Он же почти женат. Его омега все это время ему выносил мозг о вреде пьянства.

— У него и омега есть? — удивленно спросил Габриэль.

С Марком он уже успел лично познакомиться, и мог с уверенностью сказать, что этот тип человека может любить всех, но не конкретно кого-то одного. Его образ и характер не вяжется с однолюбом.

— Они уже три года вместе, — кивнул Винсент, вспоминая, как Марк оповестил о том, что он нашел своего омегу. — Сейчас покажу их вместе.

Винсент достал мобильный, пролистывая фотографии и останавливая свой выбор на паре блондинов. И омега Марка был слишком красив, словно модель. Утонченная фигура, кукольное личико, все было при нем. Габриэль себя вновь ощутил неполноценным.

— А ты все равно лучше, — захохотал альфа. — У Дэниса ужасно стервозный характер. Я лично долго с ним находиться не могу в одном помещении. Будем надеяться, что он изменится. А то схороним мы Марка раньше срока.

— Это не удивительно, если у него такая красивая внешность, — Габриэль первым выбрался из машины, не дожидаясь, когда ему откроют дверь. — А ни в чем себе не отказывая, можно в конец разбаловаться. Отсюда и стервозность.

— О, не скажи, — заулыбался Винсент, выходя следом. — Я могу тебе называть хоть десятки своих знакомых и девушек и омег, с которыми я не спал, — поспешил уточнить альфа, — которые имеют очень даже приятный характер. Хотя тут дело в их родителях. Некоторые из них моей сестре фору дадут, — поежился Винсент, открывая багажник и доставая пакеты.

Естественно Габриэлю он ничего не дал в руки. Негоже омеге носить сумки. А по пути, тот все равно урвал два пакета, когда открыл дверь подъезда, и якобы пропустил альфу.

— Не делай меня совсем уж беспомощным, — слабо улыбнулся Габриэль, поймав на себе укоризненный взгляд.

— Кто из тебя слабого делает? — проворчал альфа, шагая следом за омегой. — Сам же говорил, что по роже можешь дать в любой момент.

— Не совсем так, но недалеко от истины.

— Драться давно умеешь? — Винсент зашел в квартиру, ногами снимая ботинки и занося все пакты с одеждой и обувью в комнату.

— Джейсон научил, когда мне исполнилось семнадцать.

Воспоминания старого приюта. Время, когда легче было ждать своего совершеннолетия, в случае чего в состоянии постоять за себя. За что Габриэль уже нескончаемое количество раз был благодарен другу. Да и в последующем это хорошо помогло. 

— Однажды у меня сбился цикл и по возвращению домой чуть не расстался со своей девственностью. Уроки Джея помогли добраться до дома живым и невредимым.

— Можно немного интимный вопрос? — альфа нахмурился, обнимая любимого со спины и целуя открытую метку на шее.

— Кажется, я догадываюсь, о чем ты хочешь меня спросить, — Габриэль привычно накрыл ладонями руки мужчины, но сейчас особо сильно чувствовал волнение.

— Я, конечно, очень рад и даже горд, что ты все еще невинен, — вздохнул альфа, — но все-таки столько лет проводить течки без альфы может быть опасно для репродуктивных функций организма.

— Я знаю. И уже проконсультировался. Если следующая пройдет в том же состоянии, что и все прошлые, я останусь бесплодным.

Раньше эта новость так сильно не затрагивала, как сейчас. Габриэль едва сдержался, чтобы не начать впиваться ногтями в руку альфы.

— Что ж, — Винсент поцеловал любимого в висок, чтобы немного успокоить, — значит, до следующей течки я буду усиленно стараться, чтобы ты окончательно меня принял, — снова ласковый тон, поцелуй в макушку, в висок, щеку. — У нас еще будет семья, о которой ты и не мечтал. У нас будут дети, будут внуки. Только верь в это.

— Я верю, — тихо ответил Габриэль. — И тебе не долго осталось прикладывать усилия.

— Как только ты поймешь, что это не сон, — Винсент с хитрой улыбочкой подхватил омегу на руки, пару раз крутанув по комнате.

— Ну что за дурацкая привычка? — как-то обиженно, вместо ворчливости, протянул омега, цепляясь за альфу. Никогда он к этому не привыкнет, сколько бы сам себя не уговаривал.

— Почему дурацкая? — Винсент упал на диван, прижимая любимого к своей груди. — Я обещал носить тебя на руках? Обещал. При Джейсоне обещал. Вот исполняю.

— Тяжело таскать мою тушу, — Габриэль сел боком, чтобы была возможность видеть наглую улыбающуюся мордашку.

— А вот тут ты ошибаешься, — возразил альфа, — ты не такой уж и тяжелый. Надо тебя откормить.

— Нравятся пухленькие?

— Я не люблю хрупких омег, — неоднозначно ответил альфа. — С хрупкими омегами даже страшно рядом находиться, вдруг не так заденешь и что-то сломаешь.

— Они лишь с виду кажутся такими, — усмехнулся Габриэль.

Сталкивался уже с таким, когда у Джейсона были отношения с одной девушкой, что была настолько худенькой и невысокого роста, что омега однажды в шутку назвал ее Дюймовочкой.

— Но если оттолкнуться дальше, то как же тогда ты будешь заботится о собственном ребенке?

— Как с самым драгоценным существом, — мурлыкнул альфа на ушко, — буду аккуратен, как с хрусталем.

— И кого же ты хочешь? — Габриэль едва сдержал в себе порыв зажмуриться и прижать голову к плечам. Теплое дыхание на коже вызвали приятные мурашки по телу.

— Первенцем, наверное, сынишку альфу, — задумчиво произнес Винсент. — Буду учить его всему, что знаю. А так я буду рад и малышу-омеге. Буду оберегать его и отгонять во взрослом возрасте от ухажеров.

Габриэль с задумчивым видом опустил взгляд на собственный плоский живот. Его внутренняя омега так не вовремя стала откликаться, желая получить именно от этого альфы потомство. Но это значило… заняться сексом. Нет. Габриэль еще не был к этому готов, а значит о детях и речи быть не может.

— А ты бы кого хотел? — Винсент положил подбородок на плечо омеге, не намекая ни на что большее. Сейчас ему просто нравилось сидеть, прижав к себе любимого, и строить планы на будущее.

— Я об этом не задумывался. Как-то и не думал, что когда-нибудь смогу завести семью.

— И ты отвергал мысль, что у любого омеги есть истинная пара?

— Скорее, не верил, что смогу ее найти. С моим-то везением.

— А что с ним не так? — вот тут альфа и правда не мог предположить ответа.

— Что ты знаешь обо мне, Винсент? — неожиданно задал свой вопрос Габриэль со всей серьёзностью, и даже поднял глаза.

— Тебе ответить серьезно или соврать? — Винсент, казалось, даже не обратил внимания на изменение в омеге, хотя стоило признаться, был за ним один грешок.

— Не верю я, что ты не искал обо мне информацию.

— Искал, — кивнул альфа.

— Так что ты знаешь? — терпеливо повторил свой вопрос.

— Довольно многое, — Винсент погладил омегу по бедру. — Для начала я просто искал твой адрес и номер. Дальше всплыла информация о твоем детстве. Я знал, что ты рос без семьи. Я знал, что вы с Джейсоном и его сестрой познакомились за пару лет до выпуска из приюта. Я знал, что ты всегда был один.

— И после этого не удивительно моё невезение, — омега вдруг повернулся к нему спиной и осторожно прильнул к груди. — Десять попыток усыновления и каждый раз что-то будущих родителей не устраивало. Постоянные побои от мелких паразитов и тем не менее почти всех их усыновили. Белая полоса в моей жизни начала проявляться лишь с появлением Джейсона и Мейлин. До этого она была черна, как ночь.

— А, может, это наоборот везение? — Винсент прижал к себе любимого крепче. — Если бы тебя усыновили, ты бы был уже не тем Габриэлем, которого я знаю. Если бы вообще у тебя осталось твое имя. Ты бы не познакомился с Джейсоном и Мейлин, а они — самые преданные друзья, которые могут только быть. Не известно, пошел бы ты на врача. И, даже если бы Марк сломал ногу, не факт, что мы с тобой тогда встретились. У тебя сильный характер, ты упорный и собранный. Ты умеешь ценить настоящее и оценивать объективно окружающих людей. У тебя нет розовых очков, которые носят другие омеги и которые так трудно снять. Ты станешь замечательным супругом, родителем, дедушкой. Ты сумеешь дать будущему поколению то, чего могут дать даже не все отцы альфы. Я просто горд, что мой омега — именно ты.

Под конец речи Винсент нежно коснулся метки в поцелуе. Он не соврал ни в одном слове. Все так, как он думал с самого начала. И он будет убеждать в этом своего омегу до того момента, пока стена, которую тот выстроил не рухнет до конца. Та уже была покрыта огромными трещинами. Осталось приложить не так много усилий. Как сам Габриэль недавно и сказал.

— Выстраивать теории относительно того, «что было бы если» не сосем уместно. Все равно неизвестно, как судьба бы распорядилась. И все же… — омега на пару секунд замолк, беря альфу за руки и сцепляя его пальцы со своими. — Я рад, что встретил тебя. Хоть при первом взгляде ты меня и раздражал.

— Ты не первый, кого я раздражаю, а знаешь почему? — Винсент куснул ушко омеги. — Потому что счастливые люди, не знающие забот, всегда раздражают.

— Н-не надо так делать… — с легким заиканием попросил Габриэль, неосознанно сильнее сжав руки своей пары. Уши, оказывается, чувствительное место.

— Я не смог устоять, — улыбнулся альфа, умиляясь от покрасневших щечек его омеги.

Пришлось отпустить руки, чтобы попробовать закрыться волосами, в детском порыве, лишь бы альфа на него так не смотрел.

— Когда-нибудь ты перестанешь быть таким скромным, — как бы пообещал альфа, сдерживая рвущиеся наружу смешки.

— Не в этой жизни, — тихо буркнули в ответ.

— Да, не в холостятской, — закивал альфа, зарываясь носом в шелковистые волосы.

Пора уже было заурчать от удовольствия. Его обнимают с такой бережностью, пальцы слегка поглаживают по животу, на голове чувствуется теплое дыхание и порой легкая ласка от того, как альфа водил носом. Но момент испортил начавший болеть живот. После долгого шопинга из омеги не только соки вытянули, но и дикий аппетит развили.

— Ты кушать хочешь?

— Я бы отведал тебя, но сейчас согласен и на земную пищу, — прошептал Винсент, не стремясь отпускать любимого из своих объятий. Слишком приятно было так сидеть.

Нет, еще сильнее уже невозможно довести. Габриэль решил тактично промолчать, только горлышко прочистил. А попытка подняться на ноги не увенчалась успехом — тупо не позволили.

— Отпустишь?

— Мой омега, — вздохнул альфа, но объятия немного ослабил. — Никому не отдам.

— Только тебе он и нужен, так что расслабься, — со слабой улыбкой ответил Габриэль и наконец поднялся на ноги. Относительная свобода.

— Вот придешь в университет и проверим, — Винсент посмотрел на любимого немножко обиженно и с явной ревностью.

— Метка начнет отгонять любых ухажеров. А если и кольцо надеть — максимум, чего я удостоюсь — взглядов.

— А мне и этого хватит, — Винсент поднялся следом за омегой. — Хотя не думаю, что тут будут только взгляды. Если кто-то посмеет тебя хоть пальцем тронуть, он все-таки раньше тебя узнает, какие связи могут сохраняться у довольно древних родов.

— Так это правда? — Габриэль ошалел от новости, оборачиваясь к своей паре. — Я думал, что вы просто однофамильцы.

— Нет, — Винсент подхватил омегу на руки. Что поделать, нравилось ему носить его. — Мои род начинается с пятнадцатого века, а там уже начали служить при королях в тайных канцеляриях. А при королеве Виктории в нашем роду развился талант детективов.

Габриэль даже не возмутился по поводу того, что его опять носят как принцессу. Он переваривал полученную информацию и немного офигевал от сложившейся ситуации. Кто, черт возьми, за ним три месяца бегал?!

— К сожалению, — продолжал альфа, — родовое поместье до наших дней не сохранилось, отстроили новое, — альфа отпустил омегу только на кухне, — но пока мне вход туда заказан.

— Не может мне такое счастье с неба свалиться. Это… нереально, — себе под нос бормотал Габриэль. И дабы немного отвлечься, стал порхать на кухне, приготавливая все необходимое к ужину.

— Мне опять тебе бумаги показывать? — тихо смеялся альфа, дабы не мешаться, устроился на стуле.

— Обойдусь, — тихо ответил и наконец уселся напротив. Оставшаяся выпечка должна насытить. Вот только вода в чайнике вскипятиться.

— Вот такой вот подарочек тебе перепал, — довольно улыбался альфа.

Габриэль подпер щеку кулачком и стал пристально смотреть на своего нареченного. Может, это действительно долго затянувшийся сон? А то ведь все слишком идеально складывается. Как в истории о Золушке.

— Ну вот, — притворно вздохнул альфа, — опять ты за старое.

— Я просто смотрю на тебя.

— Твой взгляд красноречивей слов, — Винсент перехватил вторую руку, аккуратно массируя ладонь омеге.

— Я пытаюсь привыкнуть, но порой это слишком сложно. И проще выискивать подвохи, чем принять тот факт, что я обрел свое счастье. Прости за это, — куда тише добавил извинение, понурив голову.

— Что же с тобой на свадьбе будет? — Альфа с теплой улыбкой пододвинул стул ближе, чтобы иметь возможность обнять за плечи. — Если ты думаешь, что это спор, то я олух, ведь за всю свою жизнь альфа может пометить только одного омегу, а уж в том, что, извини за не скромные подробности, я не спал ни с кем уже столько месяцев, как с тобой познакомился, то тут вообще я еще и никуда не годен, выходит.

О последнем Габриэль как-то не задумывался раньше. Ладно он сам, девственник, не знающий потребностей в сексе, но его нареченный явно неудовлетворенный. И сколько ему еще ждать, когда омега созреет? До следующей течки, что должна прийти только зимой?

— Так что я с тобой искренен, — Винсент поцеловал любимого в щеку, уткнувшись в нее носом. — Не сомневайся в том, что все реально. Я тебя очень сильно люблю.

— А ты… — Габриэль слегка повернул голову, так что они почти соприкоснулись носами. Сердце тут же забилось быстрее. — Хочешь?

— Если ты не готов, то я переживу, — альфа по-детски потерся о нос омеги. — Я не трону тебя.

И вновь странный порыв одолел омегу. Он первым полез с объятьями, руки устраивая на шеи альфы и носом уткнувшись ему в шею. Там, где сильнее ощущался запах мяты и хвои. Любимый запах. Винсент крепко обнял в ответ. Его не могло не радовать, что любимый омега его принимает, хотя и только так. Но это уже делало альфу самым счастливым.

— Я люблю тебя, Габриэль.

В ответ объятья усилились. Только так омега мог показать, что слова истинного для него не пустой звук и сам он не испытывает отвращения или равнодушия.

Любовную минутку нарушил свист чайника, напоминая, что кто-то хотел им воспользоваться. Винсент с тихим смешком отстранился, оставляя легкий поцелуй на лбу.