13 Глава

  – Так, значит, он был найден в сточной канаве?– Так точно.– Неподалеку от мясной лавки... Джулия, раз уж ты здесь, то пройди в кабинет.Черт. Меня засекли. Я открыла дверь и вошла внутрь кабинета. Что я здесь делаю? Вчера вечером Сиэлю снова пришло письмо. И тогда я решила подслушать. Я прокралась за Себастьяном к кабинету Сиэля. И вот я здесь, но... Какого ж хрена меня заметили?– Э... Здрасте, – ляпнула я, вцепившись в дверной косяк. Себастьян слегка склонился и улыбнулся.– Входите, юная леди, не бойтесь. Здесь вам ничего не грозит. – Сам говорит о моей безопасности, а глаза горят красным светом. Я захотела развернуться и уйти нафиг отсюда, но любопытство и чувство такта заставили меня остаться.– Присаживайся, – сказал Сиэль. Я пошарила глазами в поисках того, на что можно было бы присесть. Гонг. Только кресло напротив стола, за которым сидит Сиэль. На-а-фиг, я пошла отсюда! Около кресла стоит ОНО. Самое страшное существо на этой планете, неприемлемое для мира сего – Себастьян! Дрожь пробежала по моим пальцам. Себастьян жестом выразил свое приглашение для меня сесть. И почему вокруг этого кресла нет черной ауры? Я медленными шагами подошла к столу и опустилась в кресло. Че я ваще здесь делаю?– Тебе интересно содержание письма, находящегося в этом конверте? – Сиэль держал конверт с королевской печатью между двумя пальцами.– Э... Ну, да, – я свела два указательных пальца вместе, нажимая на подушечки. Нервничаю... Также я избегала взгляда Сиэля, зато чувствовала на себе взгляд демона. Б-р-р... – Как тебе известно, я – сторожевой пес королевы. Этот статус позволяет мне вмешиваться в дела Скотланд-Ярда. Причем тут Скотланд-Ярд?– Простите, я не очень понимаю, о чем вы...Сиэль взглянул на меня.– Ты не знаешь, что значит мое положение?Я кивнула. Сиэль вздохнул.– Королева поручает мне дела с необычайной характеристикой. Как, например, Джек Потрошитель.Едва ли! Его расследовал инспектор Эбберлайн... И его так и не нашли. Потрошителя.– Себастьян помогает мне расследовать дела, порученные королевой Великобритании. И... мало кто об этом знает, но при расследовании я могу действовать какими угодно методами, вплоть до нарушения закона или даже убийства.Все? Сиэль немногословен.– О, понятно, здорово. – Чего ж тут здорового?! – Ну, я пошла, – я вскочила с кресла и кинулась к выходу.– Остановись, – потребовал Сиэль, но я упорно бежала к двери. – Себастьян! – Простите, юная леди, – Себастьян схватил меня за плечо, а потом свел мне руки за спиной. Прямо как начальник тюрьмы, который сейчас запихнет меня в камеру. Себастьян развернул меня лицом к Сиэлю.– Раз уж ты теперь знаешь все наши тайны, придется вклиниться в нашу команду, – Сиэль ухмыльнулся.– Че-чего? – А-а... страшно-то как. Сиэль взглянул на меня.– Мы едем в Лондон.– Ну, попробуй же немного...– Нет.– Совсем чуть-чуть!– Нет, отстань.Бровь задергалась.– Это вкусно! Во-о-т. – Когда перед моим лицом оказались палочки с роллом, я не выдержала.– Ну, хорошо, вы потащили меня с вами, но какого хрена я должна сидеть с ней?! – я указала пальцем на Дзёшико, сидящую рядом со мной. Уже полдороги она тщетно пыталась накормить меня роллами.– Ну ладно, как хочешь, – Дзёшико съела ролл. – Но я так старалась, когда их готовила!– Не вопи так – уволю. – Сиэль даже не отвел взгляда от окна.– Эй, эй, одзё-сама, вы вся в рисе, – Кадзуси любезно вытер салфеткой рис с щек Дзёшико. Дворецкий рядом с графом. Хотя... Сиэль все знает о том, что на самом деле Кадзуси... нет... Дэвид Шрайбер на самом деле бог смерти. К тому же очень странный. Его глаза отличаются от глаз остальных синигами – они имеют другую цветовую гамму. Их оттенок небесно-голубой, когда у прочих жнецов глаза зеленого цвета. А еще Дэвид прекрасно видит без очков в отличие от среднестатистического жнеца. Я вздохнула. Избалованный эгоист, полоумный синигами и потенциальная маньячка. Да еще и кучер – похотливый демон. Сумасшедший дом. Итак, нам предстояло расследовать дело о нескольких убийствах в Лондоне. Скотланд-Ярд не мог справиться с ним, поэтому королева позвала на помощь цепного пса. А он нас увязал за собой. Вернее... меня. Эти-то сами попросили. Я взглянула на сладкую парочку: Дзёшико кормила роллами Кадзуси. Я вздохнула.Карета остановилась. Дверь открылась, и вышел Сиэль, за ним спрыгнул вниз Кадзуси и элегантно подал руку Дзёшико, чтоб она могла спуститься. Я забилась в уголок кареты.– Юная леди, – Себастьян заглянул внутрь. – Вам помочь? – он улыбнулся.– Отвянь! – я бочком пролезла в свободное пространство между телом Себастьяна и дверью кареты. Ступив на землю, я сразу захотела вернуться обратно в карету. Вывеска на здании, у которого мы остановились, гласила: "Under Taker". Если перевести с толком получится Гробовщик. Или Могильщик.– Где это мы? – спросила я. – Это похоронное бюро? – Да. Здешний гробовщик может многое знать, именно к нему приходят заказывать гробы. Для жертв убийств тоже, – произнес Сиэль. – Однако он берет особенную плату за свои услуги. Кто-то должен пойти и...Все уставились на меня.– Чего? – спросила я. – Я вообще ничего не знаю, у меня ничего нет, чего вы на меня так смотрите?– Если подумать, она здесь первый раз, да? – произнес Сиэль. Дзёшико и Кадзуси дружно закивали. Себастьян, как умный человек, промолчал. Затем все четверо затолкали меня внутрь. Гробы. Повсюду гробы. Господи, даже мебель – это гробы! На одном из гробов блюдце. А в нем печеньки в виде косточек. Мне захотелось попробовать одну, и я даже хотела это сделать, как вдруг крышка одного из гробов открылась. Я в испуге спряталась за другой гроб. Хихиканье.– Юная леди, желаете прикупить себе гробик?На меня смотрел человек, чьи волосы платинового цвета скрывали все его лицо. На голове красовалась огромная конусная шляпа. Он улыбался.– Так это вы Гробовщик? – спросила я.– Да, я Гробовщик. – Из рукава плаща вытянулась рука с длинными черными ногтями. Сначала я подумала, что он хочет перерезать мне горло, но Гробовщик лишь потянулся за печеньем.– Э... меня послали узнать, что вам известно о погибших недавно здесь, в Лондоне.Снова хихиканье.– А вам известна плата?О, нет, не говорите, что это еще один извращенец...– Подари мне смех! – Гробовщик развел руками. Э... Ну, в некотором смысле он извращенец.– Смех?– Да-да! Рассмеши меня.Ступор. Я ж в юморе, как Верка Сердючка в стриптиз-клубе. – Э... Колобок повесился. – Все, что смогла вымолвить я. – М? – Гробовщик заглянул мне прямо в лицо.Раздался смех.Я услышала, как снаружи грохнулась вывеска и повалились кирпичи из стены. Я недоуменно подняла бровь. Гробовщика все так же контачило. Он повалился на один из гробов и стучал кулаками по его крышке. Внутрь забежали остальные.– Что ты ему сказала? – спросил Сиэль. Видимо, они просто решили поиздеваться надо мной, знали, что у меня ничего не выйдет. Они в шоке. Вот блин...– Ну...– Колобок! – Гробовщик постучал кулаком по гробу. – Колобок! Да тебе надо в цирке работать! Я скорчила гримасу. Его так насмешило это слово?– А вы весьма талантливы, – сказал мне Себастьян, натягивая перчатку на своей руке. Классный же прикид у него... Черный плащ, черные перчатки. А вот коварная улыбка портит все впечатление. – Ну что же, господин Гробовщик, выкладывайте информацию.Гробовщик захихикал, ломая печенье пополам.– Вам интересно узнать, что связывает смерти этих трех? – спросил он, протягивая мне вторую половинку. Я аккуратно взяла ее, пролепетав: «Спасибо».– Дураку же понятно, что да, – раздраженно отчеканил Сиэль, оперевшись подбородком об руку. Себастьян, как и обычно, стоял позади него. Дзёшико и Кадзуси поедали роллы. Без комментариев.Снова хихиканье. Печенька застряла у меня в горле. Такая атмосфера здесь... ужасающая.– Наивысшее счастье – это счастье детей. Самая светлая любовь – детская любовь. Самые чистые слезы – слезы ребенка. Ну, вот и, собственно, все, – Гробовщик развел руками.– Ты, что, шутить вздумал?! – разозлился Сиэль. Я моментом подумала, что сейчас он ударит кулаком по крышке гроба.– Ну же, ну же, граф, – Гробовщик помахал руками. – Что вы, в самом деле...– Ух, ты, как классно! – все обернулись на восклицание. Из одного из гробов торчали чьи-то ноги. Потом оттуда вылезла Дзёшико. – Я беру его себе, – улыбнулась она.– Ну-ну, госпожа, вам еще рано, – попытался утихомирить Дзёшико Себастьян.– Она точно нормальная? – спросила я у Кадзуси. – Сколько я ее знаю, Аюми-сама всегда была такой, – улыбнулся дворецкий-синигами. Отврат. Валить отсюда нафиг... – А интерьер-то здесь какой! – воскликнула Дзёшико, попеременно восхищаясь то очередным гробом, то черепом, то гербарию из чистотела. А зачем гробовщику гербарий? Что здесь, вообще, происходит?– Значит, – вздохнул Сиэль, – от тебя никакого толку?– Как знать, – захихикал Гробовщик.– Пойдемте отсюда. Себастьян.– Да, господин?– Разузнай все об этих троих.– Да, милорд. Себастьян первым вышел из бюро ритуальных услуг.– Заходите еще, граф. И приводите с собой этих леди. У вас превосходное чувство юмора, – сказал он мне. А я ничего ответить не могла. Когда мы вышли из этого места, я постаралась обнаружить взглядом Себастьяна, но не нашла его. Быстро же он.– А кто тогда будет кучером? – спросила я.– Вот он! – Дзёшико похлопала Кадзуси по спине. – Ты же все можешь, а? – Для вас что угодно, одзё-сама.И вот Кадзуси за поводьями. Может, теперь я смогу сесть с Сиэлем, а не этой неврастеничкой?– Эй, чего нахмурилась, подруга? – Дзёшико хлопнула меня по спине. Ну и силища у нее однако... Чуть все косточки не повылетали.– Отвали, – пробормотала я и залезла в экипаж.– А вы-то что здесь делаете?! – воскликнул Сиэль.Я посмотрела на него и обнаружила рядом с графом какого-то азиата. Знакомое лицо... Это ж Лау Тао! – Рад снова видеть вас, граф, - улыбнулся Лау. Он вообще когда-нибудь глаза открывает? А руки из рукавов вытаскивает? – О, здравствуйте, мисс, – Лау чуть привстал и поцеловал мне руку. К слову сказать, Дзёшико негодовала, я ведь уже минуту как застряла в проходе и не давала ей пройти. – Вы прекрасны, как и всегда. – Что он несет? Разве он меня помнит с того бала, когда я выглядела как подобает истинной леди? А? – А кто это?Ступор. – Это моя служанка, Джулия. Так что вы с ней не перекидывайтесь любезностями, оно того не стоит.– О, понятно.Дзёшико толкнула меня внутрь, и я упала на сиденье. Причем ударилась копчиком, вот она коза!– Джулия, тебя фиг протолкнешь, че встала у прохода?! О, господин Лау, здравствуйте! – разулыбалась Дзёшико.– Охайо годзаимас, Аюми-сан.Поприветствовал ее по-японски. Вежливый. А где Лан Мао? Та развратная девка?– Как ваши дела? – Дзёшико поправила платье и села рядом со мной, придавив мне ногу. Я тихонько заскулила.– Дела моей компании протекают идеально. Сейчас наш товар пользуется большим спросом.– Джулия, он – твой собрат, – пробормотал Сиэль, сдвигая шляпу на лоб.А? Что он имеет в виду? Лау наркоторговец?!– А? Что? – Лау завертел головой. – Леди не подобает заниматься такими вещами! Ах да, Дзёшико, не хочешь прикупить новое платье? – Лау не пойми откуда вытащил китайское платье. Коричневое с лилиями. Честно говоря, я испытываю некоторую слабость к китайским платьям. Хотя бы потому, что в девятнадцатом веке только пышные платья и увидишь. - М... Симпатично. Но... Я люблю больше корсеты! – улыбнулась Дзёшико и при помощи палочек положила себе в рот ролл. Да откуда она их все берет? Хоть бы поделилась еще. – Кстати, что это за наряд на тебе? – спросила она. На Лау был какой-то странной формы плащ. С поясом. Коричневый. – Он же стремный. Нет, я ничего против не имею, но он стремный. Дзёшико... Я вцепилась рукой в подол платья. Думай, что говоришь. Жаргон... Я толкнула ее локтем в плечо. От неожиданности она выронила ролл.– Эй, ты че делаешь? У меня из-за тебя еда упала!Сиэль скучающим взглядом наблюдал за всеми действиями. Наши глаза встретились. Потом он хмыкнул и снова уставился в окно. Вот же...– Как вы считаете, граф, ваш дворецкий справится с этим? – спросил Лау.– Разумеется. Ведь это Себастьян, – произнес Сиэль.– Он у вас очень талантлив, да? – Он просто дворецкий.Я ухмыльнулась. Как и всегда. Сиэль... Как же я тебя люблю. Я дотронулась до места на груди, где под пальто находилась моя драгоценная роза. И тебя, Джимми. Я вздохнула. – Э, Джулия, будешь? – перед моим носом оказались палочки с роллом.– Нет, спасибо, – сказала я, хоть мне и хотелось ролл.– Э, Сиэль, какая вредная у тебя служанка, ведь не часто графини угощают слуг!– Да плевать мне на тебя... – прошептала я на русском.Глядя в окно, я наблюдала за полетом снежинок. Это были крупные хлопья снега, образовывающие на земле мягкий белый настил. Какая красота. Деревья, покрытые белой пеленой, повсюду светло от снега. Я любила зиму. Это прекрасное время года. Но скоро снег перестанет идти и начнет таять. Ведь начался март. Даже жаль, но у каждого времени года своя пора. И никто не в силах это изменить, и надо ли? Карета остановилась. Дверь открылась, Кадзуси галантно подал руку своей госпоже. Я же быстро выскочила вслед за ней, позабыв, что сначала нужно пропустить своего хозяина и его гостя, мне и так повезло, что я еду с ними в одной карете.– Это мой дом в Лондоне, – сообщил специально для меня Сиэль, я ведь здесь в первый раз. Этот особняк гораздо меньше, чем поместье семьи Фантомхайв. Но так даже и лучше.Едва только мы поднялись на порог, как дверь отворилась и перед нами явилось нечто – Себастьян. Мой глаз нервно задергался.– Добро пожаловать домой, – произнес демон, поклонившись.– Себастьян, ты собрал информацию о жертвах? – спросил Сиэль, позволяя дворецкому снять с себя шляпу и пальто. Кадзуси помогал раздеваться Дзёшико, а я «тормозила», думая, помочь ли мне раздеться Лау. Решила, что все-таки нужно и предложила ему свою помощь, на что тот просто помахал рукой. Странный он какой-то. Я пожала плечами, скинула с себя пальто и побежала в неприметное место, чтобы подождать Себастьяна, а потом расспросить, что же мне нужно делать.– Итак, жертвами были: Джексон Бекхэм. Американец. Профессия: врач. В день убийства он отдыхал в одном пабе, неподалеку от которого его и обнаружили. Следующий: Артур Стэнли. Профессия: заведующий детским домом. В день убийства он посещал дом пары, желающей усыновить ребенка. Был найден мертвым в лесу. И последний: Роберт Гордон. Профессия: мясник. В день убийства он работал в своей мясной лавке. В канаве неподалеку от нее его и убили.– Это все? – спросил Сиэль. – Слишком мало, Себастьян.– Однако между всеми ними было найдено одно сходство.– Какое же? Не тяни.– Каждый из них являлся... кхм. Потребителем детской плоти.– Проще говоря, педофилом, – внес свою лепту Лау.– Вот значит как... – произнес Сиэль. – Есть какие-либо подозрения насчет этого?– Нет, но ясно одно: человек, убивающий их, возомнил себя карающим судьбы. Можно придумать план. Для этого нужно предположить следующую жертву.– Так что же ты сидишь на месте, сделай это! – Да, милорд.И что мне теперь делать? Себастьян ушел...– Джулия, сделай мне что-нибудь сладкое.– А? – Что? Я ж не умею готовить.– Так как Себастьяна нет, все его обязанности ложатся на тебя.Э-э-э... Чего? Сиэль окинул меня презренным взглядом. Я вздрогнула.– Да, мой господин! – я поклонилась и побежала искать кухню.– Черт, ну и как это готовить! – я стряхнула с пальцев неаппетитное желтое месиво и вздохнула. – Ни фига не помню, сколько соли и сколько сахара... Да и подходит ли для графа такая еда?– Эй, тебе помочь? – в дверном проходе, прислонившись к косяку, стоял Кадзуси.– Э... не надо. Вообще-то...– Брось, – Кадзуси подошел ко мне. – Госпожа Аюми сказала, что тебе, наверно, слишком сложно.Дзёшико? Да какая ей разница.– Итак, – дворецкий-синигами хрустнул пальцами. – Сейчас мы приготовим фруктовое парфе...– Господин, простите за ожидание, – я поклонилась Сиэлю и поставила перед ним тарелку с парфе. Спасибо Кадзуси. Или Дзёшико. Им обоим.– Можешь идти. Ох... Какой кошмар. Я прислонилась к стене и вздохнула.– Устала? – хлопок по плечу. От неожиданности я чуть не упала. Дзёшико.– Чего тебе надо? – мрачно спросила я. – Как грубо, – нахмурилась Дзёшико. – Но я не обижаюсь! – она улыбнулась.– Мне нужно разжечь камин, – сказала я и побрела за дровами. Ну и что, что никогда не разжигала. Раз на раз не приходится, как-нибудь выкручусь.– Эй, подожди, подожди! – Дзёшико побежала за мной. – Ты собираешься возвращаться домой? – спросила она. Почему она внезапно стала такой серьезной?Я сразу поняла, что она имела в виду вовсе не поместье в Лондоне.– Да, я вернусь обратно. Здесь мне делать нечего, – я набрала поленьев в руки. Ай. Зацепила занозу. Ну и ладно. Нужно еще немного.– Эй, а ты не упадешь от их тяжести? Ты выглядишь такой хрупкой, сейчас сломаешься.Вот же...– Все в порядке, – пробурчала я, обходя Дзёшико. Та снова побежала за мной. Вот черт. Опять ничего не вижу. За этими дровами.– Леди, кто же позволил вам таскать такую тяжесть? – чувствую, как мои руки освобождаются от груза. Затем созерцаю обеспокоенное лицо Себастьяна. Пять за актерское мастерство. – Вы же можете посадить себе занозу, – свободной рукой Себастьян погладил подушечки пальцев моей левой руки. Он улыбнулся. – Так и угадал. Заноза. Позвольте, – демон положил пострадавший палец себе в рот. Я таки вся и окатилась потом.– Ч-ч-чего это ты делаешь?! – крикнула я, вырвав свою руку из его пальцев. Э. Занозы нет.Снова улыбка.– Теперь я могу быть спокоен за ваши пальчики.Чертов... Чертов... Зоофил!– Спа-спасибо... – сказала я. Себастьян же с улыбкой прошествовал к камину. Какого черта он всегда такой красивый и грациозный? Стройное телосложение. Высокий. Я задрала повыше нос. На мое плечо опустилась рука.– Он тебе нравится? – прошептала мне на ухо Дзёшико.– Чего?! – не ори так. Она это воспримет, как положительный фактор. – Да нет. На самом деле я его ненавижу.– Что, правда? – Дзёшико проследила за действиями Себастьяна. – Обычно он всем нравится. Даже мне когда-то.– Что, пока не узнала, что он демон? – я сузила глаза.– Как раз после того и понравился!Э... э... Она действительно ненормальная. – Себастьян уже вернулся, так? – спросил вернувшийся Сиэль.– Да, он пробегал тут пару минут назад, – сказал Лау.Сиэль сел за стол.– Себастьян, ты уже собрал информацию о следующей жертве?– Да, это может быть Тревор Робертсон, парикмахер. Обычно он уходит с работы в 19:00. Мы можем проследить за ним, – Себастьян из ниоткуда прошествовал внутрь. Э... Эти оба настолько тесно связаны?– Ну, ребятки, я пас, – сказала Дзёшико. – Сегодня мы с Кадзуси будем заняты препарированием. – Препарированием?– Ага-ага, – Дзёшико закивала.– Чем бы дитя ни тешилось... – произнес Лау. Она убьет человека... Вот так вот. Она так мило улыбается. Я не могу на это смотреть. Я подхватила подол платья и побежала вниз. Не могу так больше... Не могу.– Осторожней, юная леди, – когда я поскользнулась, Себастьян, удержав меня за плечо от непреднамеренного падения, прижал к себе. Смотрит. А взгляд-то какой, глаза непонятного цвета...– Эй, не трогай моего Себастьянчика! – получаю удар по голове, ойкаю, и снова поскальзываюсь, и на этот раз падаю прямо на мягкое место. Теперь одновременно болят голова, и попа. – Треклятый жнец! – восклицаю я, глядя на Грелля, сжимающего в объятиях Себастьяна. Тот подхватывает Грелля за талию, от чего синигами бросает в краску, а затем выбрасывает прямо в растаявший снег. Теперь Себастьян протягивает мне руку в черной перчатке, чтобы я могла подняться, оперевшись на нее. Впервые за все время я не уклоняюсь от этого. Когда встаю, снова поскальзываюсь (да-да, мое сплошное невезение) и падаю прямо на Себастьяна. Поцелуй. Себастьян в шоке. Я в шоке. Грелль в шоке сломал себе шею. Я смотрю на Себастьяна, не зная, что сказать. Он быстро отходит от шока и улыбается.– Настоящая леди может вести себя так, как не снилось ни одной шлюхе, так? – произносит он.– Что?! – я отскакиваю от него на добрые два километра. – Я же тебя не изнасиловала прилюдно, идиот! Я просто неудачно упала!– Эй, вы! – прикрикнул Сиэль. – Поторапливайтесь, хватит заниматься ерундой. Задираю выше нос и бегу к Сиэлю. Чертов Грелль, все из-за него. И какого хрена руководство послало его именно сюда собирать души, и именно тех педофилов, которых кто-то убивает. За что, Боже? С тех пор, как я согласилась на эксперимент Макса, вся моя жизнь пошла наперекосяк. Держу пари, до сих пор все флики от Чикаго до Майями мечтают разглядеть поближе мою задницу. (с)– Юная леди, зачем же вы скрывали свои чувства? – и когда это он успел появиться?! Я обернулась. Передо мной коварно улыбающееся лицо Себастьяна, а чуть далее – бесящийся Грелль. Он чуть ли волосы на себе не рвал. А что, хорошие бы нити вышли. А за сколько, интересно, можно его волосы продать?– Ничего я не скрывала, я каждый день говорю, что ненавижу тебя.Усмехается.– За что вы так со мной? Ведь я все время думаю о вас.Теперь усмехаюсь я.– Конечно! Утром не завтракаешь – думаешь обо мне. Днем не обедаешь – думаешь обо мне. Вечером не ужинаешь – думаешь обо мне. Ночью не спишь – кушать хочешь, так?Хм, это ж сколько душ ему надо? К тому же, демонам не обязателен сон. Он сам мне говорил. Юль, о чем ты думаешь?Усмехается.Что это с ним вообще творится? Какой-то странный...– А где это мы? – спросил Лау.– Что? Да мы же расследуем дело! – воскликнул Сиэль.– А, дело. Какое дело?– Да о чем вы вообще думали, когда встретились со мной?– Эй, он всегда такой? – спросила я Себастьяна.– Вы о господине Лау или нашем господине?– Конечно же, о Лау, ты же это понял.– Сколько я его знаю, он всегда был таким.– Себастьянчик, оставь эту падшую женщину, лучше возьмись за меня! – Грелль оттолкнул Себастьяна подальше от меня. Падшая женщина? Проститутка?! – Мы погрузимся в пелену нашей вечной любви! – Удар. Грелль в снегу, Себастьян доволен. Я смеюсь. Забавно.– Вот это место. А вот и наш Тревор, – сказал, остановившись, Сиэль. Я обернулась. – Да, он должен умереть сегодня вечером, – внес свою лепту Грелль. Эй, ты что, здесь же... А куда делся Лау?Мы проследовали за Тревором в темный переулок. Волей-неволей, но мне почему-то стало страшно.– Не бойтесь, юная леди, у вас есть надежный защитник, – Себастьян будто прочитал мои мысли. Я ничего не ответила. За Тревором появился силуэт.– Это убийца! – прошептала я.– Себастьян! – крикнул Сиэль и в тот же момент Себастьян кинулся вперед. Я побежала за ним. Не знаю зачем. – Джулия! – воскликнул Сиэль. Себастьян обернулся на этот его выкрик. А зря. Теперь тень нависла над ним.– Себастьян! – рефлекторно вырвалось у меня.– Себастьянчик! – тень сжала Себастьяна в объятиях и повалилась вместе с ним прямо в снег. Что там происходит? Я побежала быстрее. В снегу лежал озадаченный Себастьян, а прямо на нем – улыбающаяся Дзёшико. Крик. Я перевела взгляд вперед. Два силуэта. Один падает, а второй кладет катану на плечо.– Кадзуси... – шепчу я.Слышу, как сзади подбегают не пойми откуда взявшийся Лау, Грелль и граф Фантомхайв.– Дэвид, это снова ты! – восклицает Грелль. – Эту душу должен был забрать я! Кадзуси слизнул кровь с пальца.– Все для моей госпожи, – произнес он. Я перевела взгляд на уже стоящих на земле Дзёшико и Себастьяна. И это еще я его домогаюсь? Придурок.– Вы решили посмотреть, как мы препарируем человека? – разулыбалась Дзёшико.– Так все это время была ты?! – воскликнул Сиэль.– Ага! Хи-хи.Вот черт. И я гробила свое здоровье ради того, чтобы... Я попятилась назад. – Юная леди, осторожно! – услышала я. Поздно. Огонь. Он медленно подбирался ко мне, гравируя что-то. Это символ. Звезда. А я в ее центре. Ожоги. Нет... Только не ожоги. Я... только не огонь... Только не огонь...– А-а... – сказал кто-то и захихикал, когда Себастьян вытащил меня из огня. – Это пятиконечная звезда, – произнес Гробовщик.– А вы что здесь делаете? – воскликнул Сиэль.– Давно не виделись, Грелль Сатклифф, – произнес Гробовщик. – Дэвид, – Гробовщик склонил голову. Откуда он знает их имена?– Это жнец в отставке. Не удивляйтесь так, юная леди.– А его имя разве не Кадзуси? – спросил Лау. Нет, серьезно. Я так больше не могу.– Что означает этот символ? – спросил Грелль Дзёшико. – Он... – она посерьезнела. Впервые я видела, что она не могла найти ответа.– Этот символ предрешил судьбу одзё-сама, но она смогла все исправить, – произнес Кадзуси, встав рядом со своей госпожой. Снова в очках, плаще и с катаной.– Фосфор... – произнесла я. Себастьян усмехнулся.– Вы догадались... Хорошая кошечка, – он погладил меня по голове.– Отстань, дурак! – я вырвалась из его объятий и пошла вперед.– Эй, Джулия, ты куда? – спросил Сиэль.– Сдаваться в психушку... – ответила я.– А ты не заблудишься? – спросил Лау.– Скорее наоборот...Я лежала, свернувшись в клубок, у камина. Тепло. Я люблю смотреть на огонь. Люблю ощущать его тепло. Я вздохнула. – Юная леди, вы еще здесь?Я ничего не ответила. Не хочу сейчас его видеть. Только не его. И еще не Дзёшико. И не Кадзуси, хотя я привыкла к его красоте и больше не краснела. Я почувствовала, что Себастьян опустился на колени рядом со мной. Он погладил меня по голове. Не обернусь. Не хочу, чтоб он понял все по моему лицу. Сегодня я переживала за него. Испугалась, что по моей собственной глупости его могут убить. Хотя, он демон... Но кто знает. Кадзуси точно сможет убить его своей косой смерти. Я такая дура.– Скажи, Себастьян, – произнесла я, – ты улыбаешься сейчас?– Да.– Скажи, а как сейчас пахнет моя душа?– Если выбрать запах, понятный для человека, то... Ароматом горького шоколада с орехами.– Горького, значит...– Вы будете спать здесь?– Нет... Я сейчас встану и... – На самом деле, я уже начала засыпать. А говорила на автомате. Чувствую, как Себастьян берет меня на руки. Сплю.– Мама... Папа... – я плачу. Мои мама и папа. Эти люди. Зачем они посадили нас в клетку? Я хочу домой. Хочу увидеть добрую улыбку папы и мамы. Куда эти дяди их увели? Почему я сейчас одна? – Мама! Папа! – Тихо-тихо, деточка... Все будет в порядке. Хороший дядя тебя не обидит.– Я хочу домой! Мамочка! Папочка!..Я просыпаюсь в холодном поту. Что за кошмар? Что это было? Слезы потекли из глаз. Я ощущала себя маленькой девочкой, сидящей в клетке, покрытой черной тканью. Ее родителей... Я видела, как их убили, а потом... Какой кошмар! Чувствую чьи-то объятия. – Успокойся, все хорошо. Это просто кошмар.Я не могу сдержать слез. Я такая плакса. Эта девочка... Я рыдаю в голос, не могу остановиться. Я... Я... – Они ее пытали! Они... они... проклятые мерзавцы! – вцепляюсь в рукава рубашки. – С девочкой все будет в порядке. Она не позволит больше никому так с собой обращаться. И с другими девочками тоже. Все будет хорошо...