Какой город мне выбрать первым?

АРЬЯ

Я ожидал, что воздух будет горячим и всепоглощающим, что он вырвет само дыхание из моих легких, как это описал Вегон по дороге сюда. Я был взволнован, увидев потоки лавы, бегущие по улицам, и это было так.

Но только в кузницах, по пути сюда в замок я прошел мимо массивной королевской силы, это высокое и могучее здание, сделанное из того же черного камня, что и большинство зданий. Только жар вокруг этого здания заставлял воздух мерцать, когда громкое шипение кипящего металла, попадающего в воду, наполняло мои уши.

По стенам здания тянулись паутинные трещины, и я мог видеть светящуюся красную жидкость, которая казалась густой и вязкой, начиная с того момента, как я понял, хотя я никогда раньше не видел лаву, я знал, что это было пламя из земли.

Элла была совсем рядом со мной, но на ее лице было это озадаченное выражение, когда Нимерия ушла впереди нас. Я думал, что она отправилась на охоту с Призраком. Но пока он бродил по лугам и городу, было что-то совсем иное с Нимерией.

Она почти устала от этого места, и я должен был признать, что были времена, когда воздух становился зловещим, и я мог чувствовать магию, текущую по земле. Были времена, когда мне казалось, что за мной наблюдают люди, и прошло уже две недели с того дня, как мы сюда приехали. Даже сейчас, когда я шел вверх и вниз по оживленным городским улицам по пути к замку, я чувствовал, что тот первый день повторяется снова.

Первый день, когда корабль причалил в порту

Волнение бурлило в моей груди, когда я окинул взглядом новые достопримечательности, но ничто не было столь великолепным и притягивающим взгляд, как сады драконов. Сверкающие золотые ворота приближались, когда я заметил массивный замок со стеклянным куполом. Я чувствовал себя ребенком, которого тошнит от чуда, когда я заметил маленьких драконов, летающих по воздуху с легкостью и радостью.

Каждый был прекраснее предыдущего, их резкое шипение и царапанье наполняли воздух, когда они смотрели на Эллию иловыми вопросительными глазами. Я знал, что они чувствовали кровь дракона, которая текла в жилах Эллы. Они не смотрели на меня второй раз, если только не для того, чтобы зашипеть на меня с возмущением в глазах.

Лазурно-голубое небо было теплым и манящим, и это было единственное манящее в этом месте. Я чувствовал, как взгляды людей с Востока были прикованы ко мне, пока они шептали себе под нос о том, что я здесь делаю. Интересно, чувствовали ли себя так же южане, когда приезжали на Север.

Я знал, что если бы меня здесь не было, то драконы могли бы приземлиться на плечо Эллы, если бы не тот факт, что я был рядом с ней, и что рядом со мной отдыхал огромный волк размером с лошадь. Ее золотые глаза были прикованы к людям, пока мы шли по огромному каменному мосту. Два больших черных дракона, высеченных из какого-то мистического камня, заставляют мое сердце колотиться, поскольку мне казалось, что их глаза были прикованы ко мне.

Вместо этого я обратил внимание на зеленую реку, которая отделяла огромный участок земли от остального города. Я мог видеть странную рябь на воде, когда я заметил огромных желтых и зеленых угреподобных существ. Это заставило меня ахнуть от шока, когда мои ноги перестали работать, и это сместилось, пока я не наклонился через перила.

Мягкий шепот и добрый голос Эллы наполнил мои уши. Мне почти захотелось закатить глаза. Она была так похожа на мою сестру, что я порой не могла ее выносить. Но ее магия была чем-то, что стоило увидеть даже сейчас, когда она казалась почти плаксивой.

«Это, должно быть, угри из прошлого, мои отец и мать рассказывали мне историю о змее, которая защищает богатые морскими драконами воды от людей. Они были защитниками молодых детенышей, пока они не становились старше, и не становились защитниками и добычей угрей. Они не любят большинство людей, но у них есть особая связь с морскими драконами-лордами. Я думаю, это из-за нашей магии». В голосе Эллы было тепло, когда она говорила, я мог видеть сияющую улыбку на ее губах.

Я всегда хотел, чтобы в моих жилах текла магия, и я мог бы проникать в разум животных, но это не было похоже на магию Джона или Эллы. Это не было физическим и эффектным, как у них. Я не мог изрыгать огонь и использовать воду, чтобы лечить людей. Я был просто собой, и я мирился с этим каждый день.

Хотя сейчас, находясь в самом богатом магией городе в мире, я мог думать только о том, что больше всего на свете я хотел бы быть тем, кто оседлает дракона, чтобы спасти день. Вместо этого мне пришлось прятаться на кораблях, пока мой брат расстреливал свой корабль магическим синим пламенем, а близнецы-лорды драконов изменили путь океанов, а Саехрис остановил летящие камни.

Трудно было не почувствовать укола ревности, увидев их дары. Это заставило мою грудь наполниться голодом, который я никогда не испытывал до сегодняшнего дня. Мы всматривались глубоко в воду, пока я не заметил золотую чешую дракона. Сначала я подумал, что мне мерещится, но когда я увидел ослепительно-зеленую чешую, которая светилась в воде, маленький детеныш дракона двигался вперед, его маленькие гребущие ножки и перепончатые пальцы заставили меня хихикать при виде этого зрелища. Элла, с другой стороны, выглядела пораженной до такой степени, что я не думаю, что она могла сформулировать правильное предложение.

Ее глаза были нежными и прикованными к молодому дракону, когда она заправила свои серебристо-голубые локоны за уши, словно хотела получше рассмотреть дракона. Но в ее глазах было это узнавание, эта огненная искра, которая сказала мне, что это был ее дракон. Не думая и даже не осознавая, что она делает, она перепрыгнула через перила. Мое сердце забилось в груди, и ужас пожирал мой разум. Светящийся угорь развернулся и направился прямо к ней.

Мое сердце подпрыгнуло, когда я подумал, что угорь собирается убить ее. Первой мыслью было, что мне придется сказать кузену, что она умерла. Но милый зеленый дракон завизжал, как будто хотел сказать угре, чтобы тот остановился, в тот момент, когда она оказалась под водой, ее волосы, казалось, засияли еще сильнее, а глаза пульсировали силой, когда она плыла в воде, ни разу не сделав глубокий вдох. Я знал, что она должна была уметь дышать под водой, как ее брат и сестра.

Милый зеленый дракон летал вокруг воды, его чешуя светилась, а его маленькие перепончатые лапки гребли по воде. Его маленький хвостик хлестал то вправо, то влево, а его маленькие крылья хлопали с легкостью и радостью. Он кружил вокруг Эллы, не сводя с нее любопытных зеленых глаз.

Я не мог не улыбнуться, когда посмотрел на золотые ворота драконьего сада, теперь больше, чем когда-либо, я хотел иметь своего собственного дракона, но я знал, что этого не произойдет. По крайней мере, не без рога драконьего связывателя. Я слышал, что самые разные люди могут использовать его, чтобы приручить дракона. Мое сердце колотилось в груди. Я знаю, что самое важное сейчас - разобраться с востоком.

Текущее время

Когда я шел по саду драконов с Эллой рядом со мной, ее собственный маленький водяной дракончик сидел на ее плече. Его длинная извилистая шея тыкалась носом, его маленькая квадратная голова покоилась на щеках Эллы, даже отсюда я мог чувствовать острое жужжащее тепло морского дракона. Лазурное небо приветствовало меня, когда я заметил Утро, ослепительно-розового дракона, улетающего вдаль с маленькой девочкой на спине, пристегнутой к гладкому кожаному седлу.

Мое сердце забилось в груди, когда я заметил, что с ней была молодая девушка. У нее были гладкие серебряные волосы Древней Валирии и фиолетовые глаза, которые сверкали синим. У нее были тонкие легкие кроваво-красные доспехи с трезубцем на спине. Я знал, что это должен был быть один из повелителей драконов с магией воды. Она ехала на гладком дымчато-сером драконе Тифона, его яркие серые глаза были наполнены любовью и женщинами, когда он мчался по воздуху с Утро.

Несмотря на то, что родившаяся розовая драконица моложе Тифона, она была почти вдвое больше его, так как ее большие четыре ноги были вытянуты вперед и назад. Гладкие бронзовые акценты, казалось, светились в раннем утреннем свете, когда теплая улыбка растянулась на моих губах, когда я перевел взгляд с ярко-лазурного неба на гладкие черные вулканические ступени и перила, ведущие в военную комнату. Даже отсюда я мог видеть, как собирается совет. Я знал, что они говорят о завоевании.

Когда я резко повернула голову к Элле, ее глаза сверкали сомнением, когда она решительно покачала головой. «Неужели Арья - император и хотела, чтобы мы знали, о чем они говорят, тогда они бы нам рассказали?» В голосе Эллы звучало возмущение, когда она говорила.

Элла стала более решительной с тех пор, как у нее появился маленький дракон, но даже тогда она все еще была тихой. Я не могла не закатить глаза, когда говорила холодным голосом, медленно подкрадываясь к ступеням. Прячась в тени, я приложила палец к губам. «Не будь ребенком»

Меня тут же встретил сердитый голос Вейгона. Я знал, что он ненавидит, когда ему говорят, что делать, и что он находится на востоке так долго, как ему говорили, и что он знает об этом месте больше, чем Тирион когда-либо мог надеяться узнать.

«Зачем мне идти за Лиз, если я заберу их так рано, это не поможет мне? У них нет боевой мощи, а если убрать их из торговых связей других свободных городов, то это только даст другим городам повод напасть на Валирию, пока мы слишком далеко, чтобы защитить их. Теперь я сначала заберу Тирос, затем Мир, Пентос, Браавос, а затем Лорат, оттуда мы сможем пересечь страну, чтобы захватить остальные свободные города. Последним мы заберем Йи Ти, у нас уже есть все моря Дотракийцев благодаря Джолли и Дрого. Но прежде чем я это сделаю, я отправлюсь в Нат, чтобы освободить людей Миссандеи, как и обещал. Это не только отнимет остров у работорговцев, но и отбросит свободные города. Пока они будут смотреть на Нат, мы ударим по следующему городу. Не забывай, Тирион, что ты сидишь на этих встречах, потому что Дени думает, что ты можешь быть одним из нас. Но я провел 4 года на востоке, и я знаю, что делаю. Арья и дотракийцы останутся здесь вместе с золотым отрядом, чтобы защищать Валирию от дальнейших нападений, пока мы отправляемся в Нат.

Услышав, как это вынужденное возмущение наполняет мою грудь, когда я мчался по местам, чтобы увидеть Вэгона, его скучающие глаза сказали мне, что он знал, что я слушал его все это время, и он просто ждал, когда я выйду. Я старался не насмехаться над ним, когда говорил холодным голосом.

«Ты не можешь этого сделать. Я пересекла Узкое море с тобой не для того, чтобы сидеть здесь и нянчиться с городом». Пока я говорила, я смотрела на других людей, которые отдыхали за столом.

Тирион, коротышка, стоял в стороне. Ему не дали места за столом, и он не сказал ни слова, но в его глазах была жалость, словно он знал, что это просто форма наказания для меня.

Нежные фиолетовые глаза Дэни были прикованы ко мне, когда она провела пальцами по контуру Ната, в то время как Миссандея, казалось, была единственным воодушевленным человеком в комнате, ее золотистые глаза мерцали любовью, когда она тепло улыбалась образу своего дома. Я уверен, что она и ее брат были в восторге от того, что смогут вернуться домой и, возможно, увидеть ее родителей и освободить их с рабского корабля, который терзал их воды.

Волнение вспыхнуло в ее взгляде, когда я заметил Джолли, ее мягкие обсидиановые глаза, уставившиеся на меня, закрытые и холодные, словно ей не нравилось, что ее называют нянькой для города. Я знал, что дотракийцы были великими воинами, и она должна была знать, что ее талант будет лучше пригоден где-то в другом месте. Ненависть закипела в моей груди, когда я заметил Тигра, у него была та же самодовольная ухмылка на лице, когда он злобно смотрел на меня, как будто я изначально не принадлежала ему, и я уверена, что это больше связано с тем фактом, что я женщина.

«Это не выбор. Я император востока. Ты можешь согласиться или пойти домой, Арья. Я люблю тебя как сестру, но я не потерплю никакого прямого отказа от моих приказов. Мы отправляемся в Наат утром. Миссандея, ты и твои братья можете пойти с нами, если хотите. Как только мы выберем уровень защиты для Бата, мы двинемся в Лис».

В его голосе была холодная реальность, которая заставила меня замереть, пока я спотыкался, чтобы взять эмоции под контроль. Я понимаю, что у меня нет выбора в этом вопросе. Другой бросил на меня жалостливый взгляд, когда они начали выходить из комнаты. Глубоко вникнув, я мог только просто стоять, когда я выходил из комнаты, спускаясь по ступенькам, чтобы увидеть, как Элла тяжело качает головой, как будто я должен был знать лучше. Ну, я думаю, мне лучше проводить моего кузена утром. Завтра моя борьба начнется всерьез.